Эпилог первый. Производственно-подружеский. С любовью, бухгалтерия!
Не успел Васька уехать, как Галину начали преследовать его визитки.
Две из них она нашла в тот же день, разбирая очередную партию белья для стирки. Первая обнаружилась в кармане джинсов.
«Точно! – вспомнила Галина. – Он давал ее в машине, когда отвозил домой после «вечерней шоу-программы». Я тогда их с Виталием от охранников в масках вызволяла. Надо же – совсем из головы вылетело!»
Вторая, сложенная вчетверо, вытряхнулась из летнего пиджака, красиво спланировав под ноги, как бумажный самолетик.
«Васька ей дверь на балкон у дядя Коли закрывал, - вздохнула Галина. – Мы тогда чуть первый раз не поцеловались…»
Третья визитка ждала в понедельник на работе, засунутая в стаканчик с карандашами.
«А ведь она там уже не первый день торчит», - возник перед глазами мысленный скриншот рабочего стола. Настоящего стола - деревянного. Или из чего там делают нынче офисную мебель?
Четвертую принесла вернувшаяся из Испании Лера.
Она влетела в кабинет вся такая светлая, воздушно-невесомая, с ажурным золотым колечком на пальце:
- Лина, я у тебя со стола визитку программистов утащила! Позвонить нужно было срочно, а я свою куда-то засунула. Хотела сразу вернуть, но забегалась – то, се. Вот, притащила, прости.
И положила перед Галиной заветный бело-зеленый прямоугольник: «Дементьев Василий, разработчик ПО, электронная почта, телефоны…»
Да-да, личный телефон Васьки на визитках присутствовал. Более того, на той, что нашлась в джинсах, и на принесенной Лерой, он еще был аккуратно подчеркнут ручкой, с явным намеком…
«Надо же было так не видеть очевидного! - в очередной раз вздохнула про себя Галина. – И это не только визиток касается. Наверное, мы смотрим все-таки не глазами. Точнее, не только ими. Глаза подчиняются внутреннему «я», и видят лишь то, что им приказано. Не больше и не меньше. Но, слава Богу, уже все хорошо!»
С Васькой действительно все было, словно в сказке. Он теперь и звонил, и писал, отчитывался обо всем, что с ним происходит, снимал интерьер палаты, виды из окна, делился мыслями и наблюдениями.
В клинике посмотрели на него распрекрасного: с разбитой головой и остаточным запахом перегара и хотели было перенести операцию. Но потом провели дополнительные исследования и не стали. Разве что формулу наркоза пересчитали – то ли в большую сторону, то ли в меньшую, Галина так и не поняла.
Прислал Васька и себя после операции: в смешном чепчике и темных очках, сопроводив все это застенчивым смайликом.
А еще… Столько сердечек, цветочков, поцелуйчиков, осторожных намеков и открытых признаний Галина еще никогда ни от кого не получала! Даже в пору первой влюбленности. Словно Васька Демон окончательно впал в детство и вел себя словно влюбленный подросток.
«Скучно ему там, делать особо нечего, вот и развлекается, - думала Галина, раскрасневшаяся от чтения очередного Васькиного послания. – Но если уж по-честному… Взрослый мужчина, если у него это всерьез, и нежнее, и романтичнее, и деликатнее. Но в то же время чувственнее и откровеннее. Малолеткам такого и не снилось! И все это настолько красиво, и так кружит голову, что нет уже никаких сил дожидаться, когда это чудо расчудесное приедет!».
- Спасибо, Лера! – очнувшись, пробормотала Галина, засовывая очередную Васькину визитку в ящик стола. – Но Василий в этой фирме уже не работает, уволился. А вы как в Испанию съездили-то? Результат есть?
- Восхитительно… Результат такой… что лучше не бывает!
- Поздравляю! Но я сейчас не о том. Доверенность на доли в компании удалось получить?
- Ах, это… Не просто доверенности, мне сделали подарок к свадьбе – я теперь владею тридцати двумя процентами компании. Но главное…
Лера тряхнула волосами и наградила Галину сияющим взглядом:
- У меня снова есть бабушки, представляешь? Умные, добрые, заботливые, самые лучшие в мире! И я их очень-очень люблю!
Галина осторожно отвела глаза. Ей тоже до боли не хватало ее бабушки. Да, именно такой, как описала Лера. А какие они еще бывают?
- Это что, Василий уже не будет нам настраивать программу? – внезапно проснулась Соня, до этого сидевшая, с головой закопавшись в накладные, и в разговоре не участвующая. – Жаль, хороший парень. Но раз так…
Она посмотрела на Галину и загадочно улыбнулась:
- Не хотела тебе раньше говорить, все-таки женатый человек и все такое, но этот Василий на тебя западал просто конкретно! Знала бы, как он смотрел, когда думал, что ты не видишь. И каждый раз с утра: «А где Лина, а когда она будет?» А раз захожу – он за твоим столом сидит, и вид у него такой – мечтательный-мечтательный.
- Да-да, я тоже замечала! – весело согласилась Лера. – На презентации. И еще несколько раз. Даже немного обидно, что не судьба…
Галина бросила взгляд на пришедшую от Васьки гифку с целующейся парочкой и решила признаться.
- Судьба-судьба! – весело рассмеялась она. – На самом деле я все перепутала – это Виталий женатый, а Василий нет. Но уже почти тоже да – я за него замуж выхожу!
В кабинете на минуту повисло ошеломленное молчание.
- И как так… - наконец-то нарушило тишину Сонино растерянное бормотание. – В пятницу вечером еще ничего не было, а понедельник утром… Как гром среди ясного неба!
Галине сразу вспомнилось ночное рандеву в офисе: дождь, ослепительная вспышка молнии, раскаты грома, все неимоверные совпадения…
Васькины до боли желанные губы, мокрая футболка, жар от тела…
Она провела ладонью по волосам, якобы поправляя прическу, а на самом деле отгоняя не в меру разгулявшееся воображение:
«Нужно срочно чем-нибудь отвлечься! А то, пока Васька приедет, точно можно мозгами двинуться! А он, паршивец этакий, еще и пишет целый день всякое разное. Как будто мало ему моей любви, хочет, чтобы вообще без памяти».
- Приглашаю всех вечером на экстренное заседание военного женсовета! – весело произнесла Галина. – Куда-нибудь, где можно отдохнуть и потанцевать. Тебя, Лера, тоже, само собой. Сонька, собери остальных девчонок.
- Я бы с радостью, - неожиданно вздохнула Соня. – Но давай не сегодня. Работы куча, еще и настроения нет.
- Неужели со Славой поругалась? – угадала Галина.
Сонька удрученно опустила взгляд:
- Вчера пригласила его к себе. Стол накрыла, свечи… белье красивое надела. А Слава принес бутылку вина. Знаешь же, как на меня вино действует?
- Что, опять разошлись во мнениях по поводу бухгалтерских проводок?
- Хуже. По поводу внешней политики России.
- Ой, мама! – всплеснула руками Лера. – Как можно пригласить в гости любимого мужчину, еще и на романтическое свидание, и разговаривать с ним о внешней политике?
- Соня может, - многозначительно усмехнулась Галина. – Хорошо, что еще не про жизнь на Марсе.
- Насчет жизни на Марсе у нас разногласий нет. Но не в том дело, о чем именно мы разговаривали. Я опять перегнула палку – даже слушать Славу не стала.
- Сонь, так какие проблемы? – Галина встала с кресла, подошла к подруге и погладила ее по плечу. – Занесло, с кем не бывает. Позвони Славе, извинись, объясни, что к чему.
- Не могу. Он на секретном объекте, и еще три дня там будет торчать. Связи нет.
Телефон Галины опять пискнул, сообщая об очередном Васькином сообщении. Естественно, ванильно-сахарном. Следом он прислал себя, развалившегося на кровати, с чашкой в руках.
«Сейчас займем аналитический мужской ум, - весело подумала она. – А то совсем от безделья измаялся».
И, вкратце описав Сонину ситуацию, попросила совета.
«Пусть на электронку ему напишет, - прилетел буквально через минуту ответ. – В таких учреждениях она работает, просто мощная защита стоит».
- Хорошо, сейчас сочиню послание! – обрадовалась Сонька, выслушав Васькины рекомендации.
Но через несколько секунд Васька снова написал:
«Лина, а что ты думаешь по поводу внешней политики России?»
«По-разному, - осторожно ответила Галина, держа в уме Сонькин горький опыт. – Если честно, вообще не интересуюсь. А ты?»
«Действительно хочешь знать?»
«Конечно! Мне во всем важно твое мнение!» - искренне ответила Галина, но не без гордости собой за ловкое съезжание со скользкой темы.
«Ок. Сейчас».
Следующие несколько минут сообщения от Васьки сыпались, как горох из дырявого мешка. Но ни цветочков, ни поцелуйчиков, ни сладких признаний в них не было.
Галина с ужасом смотрела на ссылки минимум часовых роликов интервью с политологами, видеозаписи круглых столов, пресс-релизы российского МИДа и какие-то жутко длинные аналитические статьи в интернет изданиях.
«Если кратко, то примерно так, - резюмировал Васька, поставив застенчивый смайлик. – Но есть нюансы. Что скажешь?»
«Вась, извини, у меня сейчас много работы!» – быстро ответила Галина. Пальцы, набирая смс, почему-то слегка дрожали.
«Но я дома все это посмотрю и почитаю, - мужественно добавила она. – И тогда поговорим».
«Хорошо, - согласился Васька. – Вечером наберемся, обсудим».
«Да уж… - вздохнула Галина, откладывая телефон. – Вечер обещает быть занятным».
Соня, тем временем, высунув кончик языка от усердия, ваяла послание Славе.
Лера, поглядев на сие действо, покачала головой и убежала по своим делам.
Но не успела за ней закрыться дверь, как в кабинет просунулась всклокоченная голова Вадима. Вид у начальника отдела продаж был на редкость убитым.
- Вадик, что случилось? – испугалась Галина. – Теща опять чудит?
- Мадам убыли по месту прописки, - язвительно отозвался он и вздохнул: – Хуже. К нам на склад пожарный надзор явился. Жутко противный мужик, злющий, что сто чертей.
- И что с того? – с недовольным видом скосила взгляд Соня. – У нас огнетушители по норме, сколько положено, поверены, перезаряжены. Документы в порядке.
- Да он на те огнетушители и не смотрел! – фыркнул Вадим. – С порога начал, что между стеллажами расстояние маленькое, потолок низкий, а увидел запасной выход – разорался, как баба базарная. Мол, он нам запрещает эксплуатацию склада, пока выход не перестроим. А там работ на месяц, не меньше!
- Как мы без склада теперь? – испугалась Галина.
«Олег, кстати, собирался склад расширять и что-то в нем переделывать, - само собой пришло на ум. – Но не успел смету с Палычем согласовать, того скорая в больницу увезла. А, получается, был прав».
- Вадик, а Палыч в курсе? – пришла ей следующая, уже более спокойная мысль. – А Олег Александрович?
- Палыч в самолете, связи нет, - обиженно признался Вадим. – Он молодежь вчера отправил, а сам задержался по делам. А замдиректора отпуск взял на три дня, трубку не берет.
«Точно, у Олега же завтра свадьба!» - вспомнила Галина.
При воспоминании об Аллигаторе что-то коснулось души - легкое, неуловимое, но удивительно теплое:
«Хороший он человек! Желаю, чтобы все у него было хорошо. Пусть будет успешен, счастлив, богат… или что там ему еще нужно?»
- Понятно, опять на фирме безвластие… – произнесла она вслух, сочувственно улыбнувшись Вадиму. – Кофе будешь?
- Какой кофе! Меня этот… ментальный брат-близнец тещи ждет! Чего пришел-то – пожарному план склада нужен, а доступ к электронной документации отрубился. Надо идти к Боре на поклон, а некогда. Девочки, можете упырю план переслать?
- Хорошо, сейчас сделаем, - покладисто согласилась Сонька.
Вадик благодарно улыбнулся, положил перед ней визитку злого мужика из пожарного надзора и убежал на линию складского фронта.
- И как, отослала? – спустя несколько минут уточнила Галина.
Васька пока больше не писал, и ей удалось наконец-то заняться работой без отвлечения на сладкие мечты.
- Да… - блаженно произнесла Соня, разводя руки в стороны и откидываясь на спинку стула. – Такое написала, что ух! Всю правду, без стеснения. И прощения попросила, само собой.
- Молодец! – с улыбкой одобрила Галина. – Но я вообще-то про пожарного упыря. План склада отправила ему?
- Ах, это… - Сонька небрежно махнула рукой. – Само собой.
Внезапно пришел вызов по корпоративной связи. Звонил Вадим.
- Что там, Вадик? – взволнованно произнесла Галина, включая на громкую. – Пора просматривать объявления о сдающихся в аренду складских помещениях?
- Ой, Лина, вообще не знаю, что думать! – виноватым голосом отозвался начальник отдела продаж. – Реально странный мужик, с головой явно не в порядке. Представляешь, орал-орал, ногами топал, вдруг у него в телефоне пискнуло. Он туда… и заткнулся. Минут пять стоял, вытаращив глаза и губами шлепал, точно рыба на берег выброшенная. А потом спросил: «Где у вас бухгалтерия?» и побежал куда-то. Короче, держитесь, девчонки! Я на всякий случай Вовчику-охраннику позвонил, чтоб подошел к вам. Пожарный явно не в адеквате.
- Нам тут только криков и разборок не хватало… - вздохнула Галина, нажимая отбой. – Но ничего, выстоим, не впервой.
- Подумаешь, - невозмутимо согласилась Соня. – Пусть приходит. Что мы пожарных не видели? Один уже приходил такой, тоже жутко нервный дядька. Полгода назад, еще Генка продажами заведовал.
- Да? – удивилась Галина. – Не помню. И что?
- А ты болела. Ангиной, кажись. Ничего, предписания по складу оставил и ушел. Посмотрел еще на меня так… загадочно. А бумаги я Лере отдала.
Дверь распахнулась, и в кабинет вошел мужчина в форме инспектора пожарного надзора. На вид ему можно было дать лет пятьдесят-пятьдесят пять, он был длинный и худой, как жердь. В руках посетитель держал огромный букет роз и здоровенную коробку шоколадных конфет.
Заметив Соню, он на миг замер, но потом решительным шагом направился к ее столу.
- Ты мне тоже нравишься, - вздохнул он, пристраивая цветы и конфеты между стопками бумаг на столе. – Прошлый раз еще внимание обратил. Но извини, не могу. Жена, трое детей, пятеро внуков, зарплата маленькая…Да и возраст уже берет свое, елки-моталки.
Он постоял еще с минуту, глядя на совершенно обалдевшую Соню, и добавил:
- Акт будет чистый, не волнуйся. Но очень прошу все мои предписания выполнить. А то вдруг следующий раз на проверку кто-нибудь другой придет…
Он нервно махнул рукой и удалился.
- Сонька, это что сейчас было?! – с трудом захлопнув раскрытый рот, произнесла Галина.
- Понятия не имею… - потерянным голосом призналась Соня, читая надпись на коробке с конфетами. – Надо же, угадал. С детства люблю «Прометей».
- Слушай… - вдруг скользнула в уме Галины догадка. – А что ты Славе написала-то?
- Лин, ты из детского сада? – фыркнула Соня. – Не знаешь, что пишут мужчинам, когда хотят помириться? Что влюбилась в него с первого взгляда, что он невероятно привлекательный, сексуальный, мужественный. Что у него шикарное тело… а дальше про свои откровенные желания. Подробно. И прощения попросила: что сама виновата в ситуации, все из-за моей бестолковости, осознавала последствия, но пустила на самотек. А еще исправила корпоративный шаблон письма: вместо «С уважением, бухгалтерия ООО «****», написала «С любовью».
- С любовью, бухгалтерия, значит? – рассмеялась Галина, уже понявшая, в чем дело. – А что – правильно! Мы к людям с любовью, и они к нам с душой!
- Ой, Слава ответил! – обрадованно пискнула Соня и быстро заклацала мышкой.
Но прочитав его послание, подняла на Галину удивленные глаза:
- Сегодня какая-нибудь вспышка на солнце что ли? Все мужики вокруг странные до ужаса. Представляешь, Слава написал, что понял мой намек и тоже хочет помириться. Но ему еще нужны слова… И это после того, как я подробно описала, чего с ним хочу и как! Нет, все-таки мужская душа – потемки.
В этот момент на пороге возник Вовчик-охранник:
- Что тут у вас? Где неадекваты?
- Разбежались! – весело отозвалась Галина. – Точнее, кто-то сбежал, кто-то остался. Садись, будем кофе с конфетами пить!
И подмигнула багрово-красной Соне. До той, кажется, дошло.
Словно нюхом учуяв сладости, на пороге кабинета возникли Женька и Аня.
Против кофе обе ничего не имели, а вечеринку пришлось перенести.
- Ксюха-то наша сегодня бабкой стала! – радостно сообщила Анюта. – Внук Матвей, богатырь, четыре сто!
- Да, сегодня ей явно не до того! – улыбнулась Галина и потянулась за телефоном – написать поздравление.
- И не только ей, - грустно согласилась Женька. – Мне тоже, кроме как спать, ничего больше не надо. Вчера весь день работала, да что там день – до трех ночи сидела.
- Злобный работун напал? – Сонька разорвала целлофановую пленку на коробке и открыла крышку. – Угощайтесь!
- Напал, - вздохнула Женька, отпивая кофе. – И точно, что злобный. Но не работун, а крокодил. Вернее, Аллигатор.
- Олег?! – удивилась Галина. – Когда?
- Вчера позвонил утром, еще девяти не было. В воскресенье, представляешь? И давай возбухать, что в электронных личных делах сотрудников полный бардак – платежные реквизиты неактуальны, каталоги не синхронизированы, скрины документов названы, как попало.
Женька посмотрела на конфеты и осторожно вытащила одну – из уголочка:
- Девчонки мои – практикантки накосячили. Сама виновата, конечно, видела это дело, надо было барышень построить, чтобы порядок навели. Но они ж молоденькие совсем, а тут лето, пляж, парни загорелые по улицам гуляют… Не стала изображать из себя начальницу-мымру, думала – успеется. В итоге пришлось самой.
- Орал сильно? – сочувственно вздохнул Вовчик.
- Нет, - желчно усмехнулась Женька. – Был спокоен и предельно вежлив. Но так, что у меня коленки от страха затряслись. Я ему: «Поняла, Олег Александрович, завтра все исправлю!» А он: «Нет, не поняли. Если до утра не будет, как положено, придется искать работу». Эх, а у меня такие планы на вчерашний день были! Хорошо, удаленка подключена. А то пришлось бы в выходной в офис тащиться. Аллигатор и есть аллигатор – бесчувственная рептилия! Бр-р-р! Терпеть его не могу!
Галина молча погладила подругу по руке.
«И в этом весь Олег! – пришло в голову философски-задумчивое. – Всю ночь отжигал с Васькой: выпивал, нырял в заброшенный пруд, дрался, забрасывал девушкам жаб за пазуху. Чтобы с самого утра воскресного дня с головой влезть в рабочие вопросы! Говорил, что после свадьбы планирует всерьез заняться делами фирмы, но, выходит, даже раньше начал. Или это ему ромашковый чай настолько не понравился?
- И ладно бы только это! – продолжала жаловаться Женька. – Мама вчера на моей стене в соцсетях разместила пост, что папе нужны деньги на операцию – три миллиона. Попросила всех неравнодушных помочь, хотя бы по сто рублей. И что вы думаете? Никто ни копейки не перевел, зато второй день достают мошенники. То якобы представители благотворительного фонда: просят копию паспорта с пропиской, СНИЛС и CVV-код карты. То типа посредники для получения финансирования из городского бюджета: дайте нам пятьдесят тысяч на расходы, а мы вам три миллиона выбьем.
- Совсем совесть потеряли, сволочи! – злобно фыркнула Соня, незаметно вытаскивая из коробки центральную конфету в золотой обертке: – На чужом горе наживаются! Жень, не думай, мы все поможем. Я, например, не видела еще просто – второй день в соцсети не захожу.
- Аналогично! – горячо поддержала ее Галина, лихорадочно вспоминая, сколько денег собралось на накопительном счете – на компьютер для Толи: – Не до соцсетей было. Сейчас исправлюсь.
- Девочки, спасибо большущее! – засмущалась Женька. – Я не то, чтобы прямо выпрашиваю… Хотя выпрашиваю, конечно! Нагло и бессовестно, но у меня выхода нет. Вчера с мамой на сайте банка предварительный расчет кредита сделали – под залог квартиры три миллиона не дадут.
- А я твой пост видел, - Вовчик отправил в рот сразу две конфеты. – Но ничего не выслал – там не написано куда. Или я не понял.
- Да-да, - поддержала Анька. – Мы тоже с мужем пытались по номеру телефона с его карты перевести: «клиент не зарегистрирован в системе».
- Ой, мама… - Женька ухватила телефон, ткнула на иконку соцсети: - Ну, мама! Действительно, никаких реквизитов не указала. А у меня карты к другому номеру привязаны, я с него никому не звоню и нигде не свечу. Для безопасности.
Ее мобильный вдруг пискнул, уведомляя о приходе сообщения на электронную почту.
- О, очередные мошенники! – язвительно прокомментировала она минуту спустя. – Пришло письмо с незнакомого адреса, что благотворительный фонд «Трамвай ретро» одобрил мою заявку на три миллиона рублей, деньги будут перечислены в течение дня.
- Опять паспорт просят? – в тон ей отозвалась Сонька, допивая кофе. – Или предоплату на организационные расходы?
- Нет. Вообще ничего. Странные мошенники какие-то. Начинающие, наверное.
Галина с задумчивым видом отравила в рот конфету. «Прометей» был настоящий, с фундуком, а не арахисовая подделка. Что-то вертелось в голове, близко-близко, руки протяни и…
- Жень, письма с незнакомых адресов открывать опасно! – взволнованно вмешалась Анька. – Они могут содержать опасные вирусы. Или вредоносные программы, ворующие деньги с карт. У свекрови так было – открыла послание с котиками, всю пенсия пропала!
Словно в подтверждении ее слов, Женькин телефон снова затрещал.
- Сообщение из банка! – испугалась она. – Движение по карте!
Ткнула в экран и… замерла, побледнев, как полотно.
- Жень!! Что там? Украли?! Денег много на карте было?! Да не молчи ты!!! – набросились на нее со всех сторон.
Все, кроме Галины. Она почему-то спокойно продолжала пить кофе. Нет, не потому, что ей было наплевать на подругу. Просто…
- Нет… - наконец отмерла Женька и обвела всех растерянными глазами. – Не украли. Наоборот, деньги на электронный кошелек пришли. Три миллиона, представляете?
Все опять всполошились, начали наперебой заглядывать в ее телефон, охать-ахать.
- А отправитель кто? – осторожно поинтересовалась Галина. – Юридическое лицо – благотворительный фонд?
Женька отобрала телефон у любопытствующих и открыла детализацию платежа.
- Непонятно! – выдала она через минуту. – Наличными оплачено. Через терминал.
- И откуда фонд твои реквизиты узнал – тоже непонятно, - согласилась Соня.
- Это как раз понятно! – отмахнулась Женька. – Мама вчера во все фонды, которые нашла по поисковику, заявления отправила. В форме заявки платежные данные есть, не пропустишь.
- Жень, а ты гуглила конкретно этот фонд? – наморщила лоб Анька. - Что о нем в интернете пишут?
Женька послушно прошлась пальцами по экрану:
- Странно. На первый взгляд ничего подходящего не выпало. Может, по фамилии директора попробовать?
- А директор у них… - догадка прилетела каплями дождя, стекающими по трамвайному стеклу.
- Евгений Питерский какой-то, - подтвердила Женька то, что было понятно и так.
И вдруг всхлипнула, некрасиво скривилась, вытирая пальцами глаза:
- Бывают же люди, как этот Евгений! Мне его сам Бог послал, не иначе!
- Ты верующая? – удивилась Анька.
- Скорее, сочувствующая. Бабушка была очень религиозной, родители, наоборот, – атеисты. Но я теперь за этого Евгения молиться буду! Всю жизнь.
- А вдруг он некрещеный? – задумалась Сонька, доедая последнюю конфету. – Протестант? Иудей? Или старенький, помрет не сегодня-завтра? А ты и не узнаешь, когда от «за здравие» пора «за упокой» переходить!
- Все равно! – сквозь слезы улыбнулась Женька. - Я буду дома молиться, своими словами. Благодарить, всего хорошего ему просить. А если и умрет – ничего страшного! Бабушка говорила, что когда не знаешь, жив человек или нет, нужно молиться, как за живого. У Бога все живы.
Галина сделала глоток кофе и посмотрела за окно, вдаль, поверх серых крыш. Она была крещеной, но в церковных делах совсем неискушенной. И то, что происходило сейчас, казалось дико странным, откровенно глупым, но при этом… правильным?
Пальцы сами легли на телефон, желая набрать смс с благодарностью за Женьку, но она почему-то не стала:
«Во-первых, он не на связи – Вадик с утра говорил. Во-вторых, у него завтра свадьба. А в-третьих… видно же, что кое-кто хочет остаться в тени».
Следом прилетела и другая мысль:
«Но он должен был допускать, что я могу догадаться! Более того, что догадаюсь непременно – слишком явные подсказки и намеки. Или так и хотел – чтобы знала только я? И зачем? Просто уверен, что не выдам? Или… Что за человек – чем больше о нем узнаешь, тем труднее понять!»
Васька пока не звонил и не писал.
«Процедуры у него, наверное, - подумала Галина. – В клинике человек все-таки, а не на курорте. Не буду отвлекать».
Она поздравила новоиспеченную бабушку Ксюшу и с головой погрузилась в работу. По дороге домой честно прочитала в маршрутке две политологические статьи и, пока готовила ужин, посмотрела половину одного из присланных Васькой роликов.
«Пожалуй, можно поговорить о внешней политике, - отчего-то недовольно подумала Галина. – Если ему так хочется».
И набрала Ваське смс:
«К политологическому диспуту готова».
Васька позвонил по видеосвязи, и они полчаса действительно обсуждали международные отношения и роль в них России. Не то, чтобы их взгляды радикально различались, но разговор чем дальше, тем больше, вызывал у Галины откровенное раздражение.
В конце концов, политика достала настолько, что она не выдержала:
- Вась, а что ты думаешь об учетной ставке Центробанка? Не кажется ли тебе, что Росстат искусственно занижает индексы инфляции?
Васька на этом задумчиво почесал в затылке и сообщил, что как потребитель чувствует, что с ценами что-то не то, но для полноценного анализа у него недостаточно информации.
- Сейчас помогу! – невинно улыбнулась Галина и отправила ссылку на сайт с обзорами макроэкономических показателей.
Почему-то рука сама выбрала самый длинный и занудный из них, изобилующий сложными расчетами и редко употребляемыми терминами.
«Но он же и самый подробный! - честно подумала она. – Анализировать, так анализировать».
На этом они с Васькой попрощались. Он пообещал все изучить, чтобы завтра обсудить макроэкономику. На душе было как-то не так. Вроде и не поругались, а…
Галина приняла душ, почистила зубы и, надев кружевную ночную сорочку на тоненьких бретельках, завалилась в постель.
Но сон не шел. Повинуясь интуитивному порыву, она взяла телефон и написала Ваське признание в любви. Конечно, не настолько откровенное, как Соня инспектору пожарного надзора, но очень нежное и чувственное.
Буквально через минуту пришел вызов по видеосвязи.
Васька сидел на ночном балконе в окружении множества огней: огни бежали разноцветными дорожками, подсвечивая высотные здания, вспыхивали желтыми прямоугольниками окон квартир, мешались со светом фар и неоновых вывесок. Он был уже без темных очков.
- Смотрю на окна, - провел телефоном, показывая панораму светящихся зданий. – Как мы тогда, помнишь? И думаю.
- Вась, а что это было-то? – вдруг вырвалось у нее. – У нас сегодня?
- И об этом тоже думаю, - осторожно улыбнулся он. - Притирка, наверное. А еще я наконец-то получил то, что хотел. И теперь все в порядке. А днем было не очень.
- Что получил? – не поняла Галина.
- Ответное признание.
- Вась, я тебя люблю! Но ты же это и так знаешь…
- Знаю, - разноцветные огни касались его лица, мягко скользили по скулам: – И не сомневаюсь. Но мне нужно… не подтверждение, просто выражение чувств. Каждый день. Нет, могу обойтись, конечно. И не настаиваю. Но хочется. Это как еда, понимаешь?
- Хорошо! – улыбнулась Галина. – Буду признаваться тебе в любви ежедневно - утром и вечером! Днем постараюсь, но не обещаю – на работе мозги выносят в ноль.
- Двухразовое питание, значит? – Васька изобразил задумчивый вид. – Ладно, сойдет. Но тогда вечером…
Он перевел взгляд ниже, и Галина поняла, что он смотрит на ее кружевное одеяние.
… не только еда, но еще и десерт, - горячим шепотом продолжил он. - Сладкий.
- Сладкоежка?
Галина опустила ресницы, и села выше на постели, позволив одной бретельке сползти с плеча:
– Приезжай скорее, ладно? Будут тебе вкусняшки, обещаю!
- Тебе тоже. Помню про откровенные желания. Думаю, чем удивить.
«Похоже, зря с ним задиралась на эту тему! – Галина почувствовала, как краска заливает лицо. – Это чего он там за неделю нафантазирует…»
- Ты обзор читал, что я скинула? – вспомнилось спасительное.
- Читал. Завтра обсудим макроэкономику, как договаривались. А внешней политикой действительно интересуюсь, она мне по новой работе нужна.
- Ты же айтишник? – удивилась Галина.
- Да. Направление другое просто. И ведомство. Дома расскажу. Спокойной ночи, родная! Сладких снов!
«Это он мне просто так пожелал или с намеком?» – подумала Галина, засовывая телефон под подушку.
Но ничего этакого ей не приснилось.
Утром она отправила Ваське смс-завтрак и помчалась на работу. От него пришел ответ – нежный, в меру сладкий, но не приторный.
«Как раз к утреннему кофе вместо сахара!» - весело подумала Галина.
Днем Васька не писал - то ли не хотел отвлекать, то ли у него действительно были процедуры.
А вечером произошло долгожданное заседание женсовета.
Было выпито много шампанского. Что поделать – тостов накопилось немеряно, и все такие, что грех пропускать!
За Ксюшиного внука, за Лерину помолвку, за Сонино примирение со Славой, за Галину с Васькой, за чудесно возникшие прямо из воздуха деньги на операцию Женькиному отцу, за…
- А у меня свекровь уехала! – загадочно сообщила Анька, вновь поднимая бокал. – Кому как, а мне праздник! Выпиваем за мой второй медовый месяц, не отлыниваем!
Одна Соня весь вечер пила сок. Виноградный.
- По сути то же самое, - виновато улыбалась она. – Только без градусов. Простите, но рисковать нельзя – за мной Слава должен заехать.
Юная баба Ксюша, тридцати семи лет отроду, в короткой юбке и собранными в озорной хвост волосами казалась чуть ли не самой молодой в их компании. За исключением Леры, конечно.
И отплясывала так, что мужики вокруг на нее заглядывались. Но она ни на кого не обращала внимания. Только улыбалась, а глаза ее сияли.
- Еще за мое увольнение не пили! – вспомнила Лера и опять заказала шампанское и виноградный сок. – Последнюю неделю отрабатываю, и буду всерьез готовиться к учебе. На режиссерском столько детей знаменитостей учится, не хочу выглядеть рядом с ними тупой деревенщиной.
- Лера… - вдруг всплыло в голове у Галины. – Не помнишь, случайно, тебе Соня давала предписание пожарного надзора, давненько, правда?
- Помню, - Лера опустила глаза. – Точнее, вчера вспомнила, когда нашла его в коробке с картриджами для ксерокса. Прости, совсем голова дырявая…
«Жаль, конечно, что Лера увольняется, - подумала Галина. – Будет не хватать этой ставшей почти родной девчонки, а после сопротивления рейдерскому захвату – настоящей боевой подруги. Но секретарство – не ее. Ничего не попишешь. Каждый должен заниматься тем, к чему лежит душа».
Подруги еще натанцевались, нахохотались до слез, напились шампанского и начали собираться домой.
- Счет мне несите! – подняла руку Ксения. – Бабка банкует!
- Ксюш, может, давай все скинемся? – осторожно посмотрела на нее Галина. – Ты еще от свадьбы Алининой не отошла. А впереди родины, крестины, памперсы.
- Ладно! – рассмеялась она и подозвала официанта. – У меня есть еще один тост. За тех, кто умеет ждать.
И, обведя глазами растерянных подруг, пояснила:
- Вы же про мою семейную жизнь в курсе: ребенка я тянула, квартира, машина – все за мой счет. А Ленька сначала на гитаре бренчал, потом полный гараж аппаратуры накупил. Это когда мы с дочкой голодные сидели! Ссорились с ним много раз, даже расходились на время. Родня все уши прожужжала – брось его, найди нормального. А я так и не смогла: сама выбирала, жаловаться не на кого. А вчера, представляете, пришел домой странный-престранный, в одной руке сверток, в другой конверт. «Принимай, - говорит, – Ксюха, подарки»,
- Ух, ты! – выдохнули все. – И что там?
- В свертке шуба, эксклюзивная, - гордо призналась Ксения. – А в конверте – две путевки на дорогой курорт. Не знаю, правда, зачем мне на пляже шуба.
Она залпом выпила бокал шампанского и бесшабашно улыбнулась:
- На работу он устроился. В компанию, которая онлайн игры создает, музыку для них сочиняет. И зарплата там очень неплохая, я вам скажу. А еще продал авторские права на свои старые композиции и теперь мы, наверное, дачу купим. Или сразу дом? Ой, в общем, заживем девчонки!
Галина пила шампанское и улыбалась. Хотелось верить, что да, именно так – заживем! Все и сразу! И все будет хорошо. Ведь рано или поздно у всех хороших людей все обязательно должно быть просто замечательно!
Иначе… без иначе.
А вечерняя макроэкономическая беседа с Васькой тоже удалась.