Глава 14

Наташа Голова – будто пыльным мешком по ней ударили. Вчера с Олесей перебрали, конечно, с вином. Но тема пошла про личную жизнь. Такое только с вином можно обсуждать. Ну и чего? Я честно сказала, что чувства явно у меня к Егору не остыли за эти годы. Или вспыхнули снова – общем-то, все равно. Как ни объясняй, факт остается фактом. – Вам бы снова сойтись, – пожелала Олеся. – Из вас и тогда получалась шикарная пара! Ты рисковая, но Егор всегда был готов поддержать твои авантюры. Он более вдумчив и давал тебе отличные советы… И внешне вы прекрасно смотритесь вместе! – Какое вместе, Олеся?! – я в шоке от ее слов. – Он меня выселять собрался. Никакой жалости. Исключительно деловой подход. И подруга у него есть. Я бы его никогда с такой представить не смогла. Но жизнь меняет людей. Точнее, меняют людей деньги. Большие деньги. Надо соответствовать. Вот он и соответствует: народ выселяет, чтобы землю себе отхапать под парк, тупую блонду с губищами заводит… Мрак! Олесе пришлось признать очевидное. На том и рухнули спать. *** И вот сидим с Олеськой с больными головами на кухне. Завтракаем. Начало первого, конечно, скорее уже время для обеда, но мы только встали. Правда, стол накрыт по полной программе – все остаточки со вчерашнего собрали, включая вино. Ну ладно, иногда можно. Так-то у меня спортивный, здоровый образ жизни… Коржик начинает лаять. Так и есть – к нам идет грозный Виктор. – Олеся, нас запалили! – В смысле? – В смысле, к нам идет управляющий Егора. Суровый мужик. Ему лет сорок. Может, бывший военный или полицейский. – Женат? – у Олеси начинают блестеть глаза. – Тебя не волнует, что нас с енотом точно запалили? Тебя интересует только его семейное положение? Договорить мы не успеваем: Виктор стучит в дверь и, не дожидаясь ответа, заходит. – Добрый день! – громко здоровается и окидывает взглядом наше пиршество. – Пьете значит? И вчера пили. Печально. – Даже если вы в полных завязках, то ваш шеф алкоголем не брезгует, – ехидно говорю я. – Ничего страшного в нескольких бокалах вина нет. – Кстати, не желаете присоединиться? – кокетливо предлагает Олеся. – Нет, спасибо. Не до того. К сожалению, вынужден сообщить, что в связи с вашими вчерашними действиями по запуску енота в дом Егора Павловича и нанесенного в связи с этим вреда, мы вас отсюда выселяем на совершенно законных основаниях. После короткой, но весьма внушительной речи Виктор протягивает мне папку с бумагами. – С чего вы взяли, что мы енота к вам запускали? – продолжает говорить кокетливым голосом Олеся. – На камерах посмотрели. Простите, запамятовал, как вас зовут. – Олеся, – радостно представляется подруга. – А вас Виктор, насколько я знаю? – Он самый. Так вот, камеры вас засняли, Олеся. Егор Павлович вас признал под кепкой. А енот сидел в переноске, которая сейчас пуста. Я проверил. – Ой, да ладно! Ну невелик грех, – машет рукой Олеся. – У меня этот паршивец с марта живет… Кстати, он вред большой нанес? – Большой, не сомневайтесь. Все переворошил. Пока они беседуют, я просматриваю бумаги. – Почему, простите, что перебиваю ваш милый разговор, у меня незаконное владение участком и незаконная застройка? Я вам могу показать свои документы. – Ваши документы сегодня утром аннулированы, как незаконно оформленные. Так что надо было по-хорошему. Съехали бы тихо-мирно. Даже в выгоде бы остались. – Я в суд пойду! Вы не имеете никакого права так поступать! – я понимаю, что проиграла. И никакой суд не заставит миллиардера отступить. – Бесполезно, – подтверждает мои мысли Виктор. – Вы же сами понимаете, что борьба будет напрасной. Приятно было познакомиться, – кивает он Олесе. – Не знаю, сколько времени вам даст Егор Павлович на сборы… Он к вам удивительно добр по старой памяти. Но лучше побыстрее уезжайте. Вы тут, как бельмо на глазу. Виктор уходит, оставив папку на столе. Я наливаю себе вина до краев в чайную чашку. Коржик словно чувствует и поскуливает возле моих ног. – Дорогая, я тебе очень сочувствую, – Олеся гладит меня по руке. – Давай, действительно выпьем. – Егор гад! – припечатываю я. – Интересно, куда они дели Енотия. Не убили же бедолагу! – Эти люди? Вполне! Сколько он мне нервов вымотал, а жалко животину. Пострадал за великую идею. Я понимаю, что сил бороться не осталось. Да и прав Виктор – борьба проиграна. Мне совсем не жаль денег, которые я могла бы получить. Мне жаль неостывших чувств. И зачем я снова встретилась с Егором! Черт его возьми! Оглядываю уютную кухоньку. В окошко виден приведенный почти в идеальный порядок участок. Идиллию нарушает только фонтан. И то я уже начала подумывать, как его приспособить в хозяйстве. Наивная! Егор К вечеру все готово. Я иду к Наташке, хотя понимаю, что лучше бы отправил Виктора или Ольгу. Но ничего с собой не могу поделать! Хочу ее увидеть, и все тут! Встречают меня ледяным молчанием. Обе подруги смотрят, как на последнего негодяя. Таким я себя и чувствую. – Привет, – они не отвечают. Продолжаю: – Выхода все равно другого не было. Наташ, ну не оставлять же твою халупу посреди парка. Участочек у тебя ничего. Вполне даже! Но приедут ландшафтные дизайнеры. Они будут продолжать стиль моего парка, и твой участок, даже если не считать домика, будет выпадать из общей концепции. Молчат. – Более того, ты начинаешь представлять для меня угрозу! Ну вот что это за детские игры с енотищем? Он же опасен! А если ты живую, ядовитую змею мне решишь в следующий раз подпустить? Пришлось принимать незамедлительные меры. Хотя я до последнего, поверь, был против. – Иди отсюда, а? – Наташка поднимает на меня усталый взгляд, и я опять чувствую себя скотиной. – Вали, а? Пожалуйста. Я откашливаюсь. Они явно выпили. Но я в этом моменте их понять могу. – Вот, – кладу перед Наташкой папку. – Через три дня ты улетаешь в Турцию. Туда без визы. Шикарный отель супер-все-включено. Даже ультра. Прямо до сентября. На весь твой отпуск. Тут и распечатка билетов, и бронь. И на Коржа документы. За вами через три дня приедет машина. Отвезет в аэропорт. В Турции тоже встретят по вип уровню. Лимузин. Здесь даже не суетись. Ребята придут из вип перевозки, и все упакуют. Пока перевезут на склад. Я склад оплачу. – Пошел ты… – говорит мне Наташка. – Забери свои подачки. – Не сердись, – я проклинаю себя за все, включая попытку сгладить ситуацию, и ухожу. Наташа Возле двери он оборачивается. – Машина, Наташ, приедет. Ты там посмотри время вылета. Часика за три заедет за тобой. Пожалуйста, не сердись… Не, я не сержусь. Мне реветь хочется. Все сердилки уже закончились. – Наташ, реально, поезжай, – уговаривает меня Олеся, когда Егор пропадает из виду. – Ну с паршивого козла, хоть шерсти клок. Ну, правда, дорогая, не отказывайся. Отдохнешь. Отвлечешься. А там и учебный год. Успокоишься постепенно. *** Через три дня с рюкзаком и Коржиком на поводке я сажусь в машину. Напоследок смотрю на свою дачку. – Прости, милый дом. Не уберегла! Слезы наворачиваются на глаза, и я отворачиваюсь. Коржик слизывает мои слезы, отчего плакать хочется еще больше. В аэропорту на регистрации ко мне подходит представитель авиакомпании. – Позвольте, – он лихо подхватывает мой рюкзак. – Багажа нет, как я понял? – Нет, правильно поняли. – Пойдемте. У вас забронирован випзал на время ожидания вылета. Я за вами зайду, когда надо будет идти на посадку. В самолете меня усаживают в бизнес-класс. Приносят меню, в котором как в ресторане… М-да, это вам не эконом. В бокал наливают шампанского и приторно улыбаются. Господи, зачем мне все это? Становится еще более тошно.