Глава 42

Проснувшись на рассвете, в собственной кровати, Элиза сладко потянувшись с улыбкой вспоминала о прошедшей ночи. Оказывается, консумировать брак гораздо приятнее чем просто секс. Перевернувшись на живот, она хихикнула, в памяти всплыло то, как они пробирались обратно в замок. Словно воры, карабкаясь по шаткой лесенке в башню и теряя немудренный скарб, оставшийся после пикника. Надеясь, что их никто не видел, они пробрались через круглое окно и спустились в коридор, затем долго целовались скрывшись в нише за гобеленом. Щеки пунцом вспыхнули от нахлынувших ощущений. Да, Тред был умелым любовником… видимо практиковался изрядно, легкий укол ревности шевельнулся в душе. Но ничего, теперь-то он будет целиком и полностью ее.

За дверью раздались крадущиеся шаги. Кто-то на цыпочках пробирался мимо комнаты. Элиза отвлекаясь от своих мыслей, нахмурилась. Дальше ее покоев была лишь комната Эйлин. Интересно, куда это девица собралась в такую рань? Поднявшись с кровати, Элиза прямо в ночной сорочке распахнула дверь. Точно! Так и есть, младшая с тапками в руках и сумкой на плече пробирается вперед по коридору.

— Эйлин! — недовольно вскрикнула громким шепотом Элиза, и та от неожиданности аж подскочила. — Куда это ты собралась, позволь узнать на минуточку!

— О, Элиза! — залебезила младшая воровато вильнув взглядом по сторонам. — Да вот, встала пораньше и решила немного прогуляться.

— С вещами? — ведьма быстро преодолела разделявшее их расстояние и ухватилась за ручки сумки. — Ну ка, иди сюда!

— Элиза! — умоляюще прошептала Эйлин, не отдавая сумку. — Прошу тебя, отпусти!

— Давай-давай! Живо в комнату! — затолкав сестру к себе, Элиза украдкой посмотрела по сторонам, чтобы убедится, что их никто не видел, и закрыв дверь, заперла ее на ключ. А сам ключ сжала в кулаке. — А теперь рассказывай, что ты удумала такое?

— Ничего, — буркнула младшая, отворачиваясь в сторону окна, показывая всем своим видом, что отказывается разговаривать на эту тему.

— Можешь не отвечать, — произнесла тихо Элиза. — Я и так поняла, что ты сбежать собираешься. Одна или в Килианом? Он где-то тебя ждет?

Эйлин низко опустила голову.

— Да, — прошептала она, смахивая покатившиеся по щекам слезы. — Мы решили сбежать.

— Эйлин! — покачала головой старшая сестра, привлекая к себе младшую. — Глупенькая, а на что вы жить-то будете? И где? Отец же первым делом заморозит твою кредитку из мира людей, а золото слишком тяжелое, чтобы таскать за собой мешок.

— Я продам украшения, а у Килиана есть немного скоплений.

— Украшение продать, это равносильно тому, чтобы показать место, где вы будете в это время скрываться. Думаешь, отец не разошлет ориентировки?

Эйлин шумно всхлипнула, качая головой.

— Мы об этом даже не подумали… тогда, тогда можно мы поживем в твоей квартире? В мире людей? Или у тебя в замке на Ледяной горе?

— Эйлин, дорогая, — мягко уговаривала ее Элиза. — Может, стоит просто дождаться, когда отец благословит на брак с Килианом.

— А что, если нет?! — отчаянно стиснув кулачки вскричала Эйлин. — Что если он не даст своего согласия на этот брак и найдет мне другого мужа? Ведь ты тоже уедешь с Тредом в Волдарию! Где это видано, чтобы сразу две принцессы уезжали в одно королевство?!

Элиза собственно даже не думала о такой вероятности. Это сбило ее с толку и заставило крепко призадуматься. Пока младшая сидела на краешке кровати и рыдала, она, медленно расхаживая по комнате задумчиво дергала себя за прядь волос.

— Хм, конечно, такая вероятность не исключается, но отец же вроде бы не против, чтобы мы обе вышли за принцев Волдарии по нашим законам.

— Элиза, что нам теперь делать? — судорожно всхлипывала Эйлин, действуя на нерв.

— Не знаю, дорогая, — покачала головой ведьма.

— Что мы решим? Кто первой выйдет замуж? — давила младшая.

— Если по справедливости, то должна я, а если по тому, как решил отец, то ты, — тихо произнесла Элиза. — А если учесть, что по законам Волдарии мы уже женаты, как истинная пара, то первой должна быть именно я. Но так как для меня не имеет значение запись в королевской книге Приграничья, то я уступаю тебе первенство.

Просияв улыбкой, Эйлин бросилась на шею сестре со слезами радости на глазах.

— Элиза! Моя дорогая сестрица, спасибо тебе! Я даже не знаю, как тебя благодарить! Ты даже не представляешь себе, как я счастлива! Это так много для меня значит!

— Прекрасно понимаю, — с нежностью прошептала Элиза. — теперь, понимаю. Сердце мое наконец освободилось от оков льда, и я в полной мере испытываю счастье.

Чуть отстранившись, Эйлин с тревогой посмотрела на сестру.

— Но, Элиза, уступив мне первенство, ты подписываешь себе приговор о добровольном заточении здесь, в стенах отцовского замка в ожидании благословения на брак!

— Я знаю, — пожала робко плечами Элиза. — Но не думаю, что отец заставит меня все время находиться в комнате. Наверняка меня будут выпускать в свет, пусть в сопровождении придворных дам, мамок и нянек, но я буду покидать замок. Хотя бы ноги размять, пару кругов по саду навернуть.

— Элиза, — тихо шепнула младшая, крепко обнимая сестру. — Спасибо тебе!

— Пожалуйста, — так же тихо прошептала Элиза, с замиранием сердца думая, что на это скажет Тред. Навряд ли он согласится встречаться с ней урывками и тайком. К тому же им придется расстаться на год… да, такая перспектива будет для него адом. — Я хочу, чтобы ты была счастлива, моя маленькая сестричка. А если по-другому никак, то я приношу в жертву свое личное счастье.

— Тред уже знает? — с замиранием сердца спросила Эйлин.

— Нет, — качнула головой Элиза. — Но я хочу, чтобы об этом решение ему сказал отец. Я не могу видеть его глаза, после того как он обо всем узнает. Хотя было бы честнее самой сказать ему об этом… но я боюсь.

Слезы медленно покатились по щекам ведьмы, а рыдания судорожно вырвались из груди.

— Элиза, — тихо заплакала Эйлин, уронив лицо в ладони, горячие слез потекли между подрагивающих пальцев. — Элиза, я не могу видеть, как ты страдаешь! Не могу! Почему отец так жесток?! Зачем он поставил нас перед этим выбором, зная, что для нас будет мучением!

— Просто он не хочет, чтобы мы покидали родное гнездо, — Элиза тихо вздохнула, вытирая слезы. — Но и понять, что мы выросли ему все-таки, придется.

Решив передать свое решение отцу через Ларса, Элиза попросила того зайти к ней. Кузен явился по первому зову. Весело напевая незатейливую песенку, он, постучавшись, вошел, и подхватив Элизу, закружил по комнате.

— Элиза, я так счастлив, ты даже представить себе не можешь! — сверкая глазами смеялся он. — Я даже слов не нахожу, чтобы выразить свое счастье!

— Чего это ты развеселился? — спросила Элиза, когда они вальсировали мимо чемодана с вещами, собранными для поездки.

— Дядюшка выдает мою несносную сестру за принца Людей, и эта вредина навеки покинет мой дом, и мою жизнь! Я избавлюсь от Милны навсегда!

— Ой, зная характер твоей сестрицы, я бы не радовалась раньше времени, — поморщилась Элиза. — Милна еще та заноза.

— Это да, ты права, — согласился Ларсен, отпуская кузину и замечая чемодан. — Что за вещи? Ты куда-то собралась? Неужели со своим волком в Волдарию?

Элиза помрачнев, мотнула головой из стороны в сторону.

— Нет, не в Волдарию, — прошептала она, вытирая спешно набежавшие на глаза слезы.

— Эй, что такое? — Ларсен присел рядом с ней на кровать и взял за руку. — Сестричка, ну, ты чего? Выше нос!

— Я решила, уехать в собственный замок, пересижу там… — всхлипнула Элиза, не в силах договаривать. Сердце рвалось буквально на части, а душа ныла.

— Это значит, что ты уступаешь первенство Эйлин? — нахмурился Ларсен.

— Да, — коротко кивнула Элиза, доставая носовой платок из кармана.

— Ясно, — затеребил кончики волос кузен. — Но зачем бежать в ледяной замок? Ты уже замужем по законам волков, и вполне себе можешь жить с ним где-нибудь в Лондоне, или на островах каких-нибудь в ожидании очереди.

— Ларс, ты сам понимаешь, что я не могу этого сделать, ожидать своей очереди я должна у себя в замке, или же здесь, в родовом замке. И еще, я хочу попросить тебя, сообщи о моем решении отцу. Я просто не могу… не могу сказать это глядя в глаза Треду.

— И ты выбрала бегство? — качнул головой парень. — Что ж, это твой выбор… но портал я тебе не смогу открыть. Придется ехать в карете.

— Почему? — удивилась Элиза.

— Ну, так у меня на данный момент зелья нет, только-только поставил вариться. Если хочешь, то можешь вызвать ледник, и он мигом домчит тебя.

— Ларс, ты же знаешь, что когда я расстроена, то не колдую… силы могут выбиться из-под контроля как в прошлый раз, помнишь?

— О, еще бы я не помнил! Ведь именно мне пришлось разгребать тот… ладно, прикажу заложить карету, и передам дяде твое решение, — кузен стиснул крепко подрагивающую ладонь Элизы. — И знай, что я всегда на твоей стороне, и если захочешь поболтать, то зеркало к твоим услугам… если хочешь, то можешь оставить прежний позывной.

Улыбнувшись сквозь слезы, Элиза набросила поверх походного платья легкий плащ с глубоким капюшоном и взялась за ручку чемодана.

— Давай я, — Ларсен забрал поклажу и поволок в сторону узкой потайной лестницы, мысленно приказывая своему слуге закладывать личную карету. — Карета подана, моя принцесса… Йондрика берешь с собой?

— Нет! — ужаснулась ведьма. — Его еще не хватало у меня в замке! От него столько хлопот.

Посмеиваясь, Ларс толкнул небольшую дверку, ведущую на улицу и подав руку кузине, помог ей сесть в стоящий здесь же экипаж из черного дерева с серебреными вензелями.

— Как доедешь, пришли мне весточку, — попросил Ларсен, передавая чемодан лакею. — Я буду терпеливо ждать звонка, или, на худой конец воспользуйся зеркалом.

— Хорошо, — кивнула Элиза, с тоской глядя на замок отца. Ей так не хотелось покидать отчий дом, Треда, но видеть расстроенного мужа хотелось видеть еще меньше. Она знала, что тот не просто расстроится, а будет буквально раздавлен принятым ею решением. Но она не могла поступить иначе, ради счастья сестры, она должна уступить. — Прощай.

— Что значит, прощай?! — возмутился кузен. — Как только зелье будет готово, я навещу тебя… и возможно не один. Так что не вешай нос, моя принцесса, и жди гостей.

Элиза не успела ответить, как экипаж быстро двинулся в сторону ворот. Отвыкшая от путешествий в карете, она всем телом почувствовала прелести отсутствия хороших рессор… теперь точно на теле синяки останутся, особенно на самом мягком месте.

Подложив на сидение еще одну подушку, Элиза приготовилась к долгому пути в свой ледяной замок стоящий далеко в горах, в окружении древних елей и сосен.