Глава 3

Внезапно дверь в комнату распахнулась, заставив меня вскочить на ноги.

— Привет, приехала уже, — входя, быстро проговорила симпатичная девушка с короткими до плеч русыми волосами, широкой улыбкой и легкими веснушками на румяных щеках.

Я растерянно кивнула, осматривая свою новую соседку по комнате. Взгляд сам собой прилип к ее животу, который весьма заметно выпирал вперед, натягивая тонкую ткань шерстяного платья красивого синего цвета. Девушка была беременна!

«Да что здесь за изверги такие, если беременную девушку заставляют сражаться наравне с молодыми и сильными мужчинами?!»

У меня от возмущения даже слова закончились. Так и застыла у кровати, полыхая гневом.

— Какая ты молоденькая, — продолжая широко улыбаться, заметила Криста. А потом шагнула ко мне и протянула руку. — Давай знакомиться?

— Ирэн. Ирэн Иглич, — выдала я, осторожно пожав ее ладонь, и тут же отпустила.

— А я Патриша.

«Та-а-ак, либо я что-то напутала, либо Форвик меня обманул. Может, это вообще не моя комната, а я явилась сюда без приглашения? Но тогда бы ключи не подошли. Или ключи здесь лишь для виду и подходят ко всему?»

В общем, я еще сильнее запуталась.

— Ты не Криста? — осторожно спросила я у девушки.

На что та лишь рассмеялась.

— Нет, я Патриша. Здесь уже полгода не живу, как замуж вышла, — продолжила она, любовно поглаживая свой круглый животик. — Криста скоро придет. Задерживается немного. А я решила тебя поддержать, помочь и рассказать все. Уверена, старый ворчун Форвик ничего тебе не объяснил и еще нагрубил в придачу. Ты не принимай на свой счет, он с новичками всегда такой. Потом привыкнет, любезнее станет. Правда, не сильно.

Я подозрительно на нее уставилась. Пришла не понятно кто, не постучала и еще рассказывать мне что-то собирается. К тому же болтает не переставая.

— А ты, собственно, кто? — поинтересовалась я.

— Бывшая участница группы. Ты пришла на мое место, — не растерялась и совсем не обиделась эта непонятная и слишком жизнерадостная Патриша. — Мне все тяжелее становится выполнять свои обязанности, да и не берут меня на задания уже месяцев пять.

«Действительно, и с чего вдруг они не отпускают за стену сражаться с монстрами из другого мира беременную девушку?»

Естественно, вслух я этого не сказала. Предпочла оставить сарказм при себе. Да и не стоило огорчать девушку. Она сейчас не в том состоянии, чтобы нормально реагировать на замечания. А я слишком устала, поэтому зла и крайне раздражительна.

— Ты документы оформила? — тем временем деловито уточнила Патриша.

— Нет.

— Так и знала, что Форвик свалит все на Кристу. Пошли быстрее, надо подать документы о поступлении. Тебе выдадут пропуск и карточку на оставшийся месяц. Кроме того, надо открыть счет в банке, куда будут перечисляться деньги. Их не так много, как все думают, но на безбедную жизнь за пару лет скопить можно.

Слишком много информации! Я просто не успевала ее усваивать, а девушка даже и не думала останавливаться. Вытащила меня из комнаты и закрыла дверь своими ключами с симпатичным жизнерадостным брелоком в виде кошачьей мордочки. Видимо, они у Патриши остались с тех времен, когда она еще жила здесь.

Как же я устала! До такой степени, что возразить или даже слегка воспротивиться подобному отношению сил просто не осталось. Именно поэтому я молча терпела, морщилась от головной боли и послушно плелась следом за Патришей, вынужденная слушать ее трескотню.

— Кстати, ключ от входной двери лишь фикция, — сообщила она, когда мы спустились по лестнице. — Этот блок женский. Тут живут только девушки. И по уставу, чтобы не допустить всякого рода поползновений, которые могут бросить тень на нашу честь, дверь должна закрываться в одиннадцать вечера и открываться в шесть. Но как ты могла догадаться, никто так не делает.

Я покосилась на ее живот.

«Угу. Действительно нетрудно догадаться…»

— Но устав есть устав. И мы старательно делаем вид, что следуем ему. Закрываем двери, но… — девушка задорно мне подмигнула, хватаясь за ручку, — ты же понимаешь, как дверь закрылась, так же легко она может открыться.

— Понятно.

— Тебе, кстати, сколько лет?

— Двадцать три.

— Да? — Патриша легко спустилась по ступенькам и обернулась, внимательно меня разглядывая. — Я бы тебе больше двадцати не дала.

Я поправила воротник старенького пальто и сильнее укуталась в вязаный шарф неприметного серого цвета. Знала, что лицо не скроешь и в который раз жалела, что не воспользовалась мазями и кремами, чтобы испортить внешность.

— Командир Форвик сказал то же самое. Я молодо выгляжу.

— Ты хорошенькая, — доверительно проговорила она. — Уверена, в кавалерах отбоя не будет.

— Я не ищу мужа, — сухо возразила я. — Я сюда за другим приехала.

— И я тоже, — рассмеялась Патриша. — Думаешь, моего мужа это остановило?

Я неопределенно пожала плечами, шагая за ней по тропинке куда-то в сторону.

— Целый год кругами ходил, никому не позволял ко мне подойти, ухаживал. Даже цветы дарил. Представляешь, среди зимы как притащит целый букет белых роз. Страшно представить, какую сумму он заплатил за транспортировку.

— Угу.

— А парни здесь у нас хорошие, сильные, крепкие и настоящие. Другие просто не выживают. Так что не бойся. Ни один играть не станет. Но если понравишься, то не отступят.

— То есть слова «нет» не понимают? — процедила я.

Только этого мне не хватало! Терпеть не могла прилипчивых и слишком самоуверенных парней.

Совсем, как Эган Дербер.

Мысль о зимородке сладкой болью отозвалась в сердце. А ведь все эти десять дней я его вспоминала. Не хотела, а вспоминала. И поцелуй в астрономической башне и тот… неловкий, прощальный в холле. А еще Эган мне снился. К тому же не раз. Слишком часто для простого парня. Во сне он укоризненно смотрел меня, звал и обещал найти. Каждый раз я просыпалась с ноющей болью в груди и комом в горле.

— Не настолько радикально, — заметила Патриша, бросив на меня удивленный взгляд. — Говорю же, парни хорошие. Слово «нет» понимают. Ты просто не бойся и дай им шанс.

— Меня не интересуют отношения, — упрямо повторила я.

Однако и это заявление Патришу не остановило.

— Знаешь, мне ведь тоже исполнилось двадцать три, когда я сюда приехала. Хотела счастья попытать, денег заработать. Два года трудилась, а потом нашла свою любовь, завела семью.

— Уезжать не хочешь? — спросила я, уже не зная, как избавиться от столь навязчивой доброжелательности.

Если исполнилась мечта, получилось заработать деньги, мужа и ребенка, то самое время убраться из этого опасного места.

— Нет. Куда ж я отсюда? Тем более Фед остается. А мы без нашего папы никуда не поедем. Теперь вместе навсегда.

— Фед — это твой муж?

«И зачем мне эти подробности? Я ведь обычно сторонюсь любых проявлений симпатии и дружбы. А тут иду, разговор поддерживаю. Непорядок. Нет, надо как можно быстрее закончить дела и вернуться в комнату. Закрыться, спрятаться под одеяло и проспать до самого вечера или до следующего утра».

— Да. Он тоже в нашем, точнее, уже в вашем отряде. Высокий такой, светловолосый. У него еще крохотный шрам на щеке, — принялась с любовью описывать своего мужа Патриша.

— Понятно.

Мы свернули за угол.

— Ничего. Это только первое время страшно и тревожно здесь жить. Крепость-град — удивительный город, не похожий на другие. И жить здесь хорошо и удобно.

— Если бы не соседство с завесой, — пробормотала я. — С трех сторон.

— К этому тоже привыкаешь, — беспечно отмахнулась она. — В последние годы, конечно, тяжело и напряженно. Прях становится все меньше. Раньше по договору их герцогство Алртон предоставляло. По три мага в год выдавало для служения по контракту с содружеством. Но все изменилось.

— Да? — насторожилась я.

— Ага. Правящие герцоги вообще являются сильнейшими пряхами в нашем мире. Говорят, каждый из них единолично мог разом закрыть кучу дыр в завесе.

— И что же изменилось? Дар пропал?

Мы миновали еще два общежития и направились к невысокому зданию, на котором висела яркая вывеска «Контора». Четко и понятно.

— А как герцог с сыном погиб, так все и закончилось, — пояснила Патриша. — Жаль парня, сильный был, ловкий. Такие надежды подавал.

— Значит, он погиб? — тихо произнесла я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно и спокойно.

— Да. В тот раз прорыв был особенно сильным. Столько тварей выползло, не сосчитать. Молодой маркиз приказал своим людям уходить, а сам остался закрывать завесу. И ведь справился. — Она вздохнула. — Только не выбрался.

— И что теперь? Герцогов-прях совсем не осталось?

— Почему же? Дочь была. И есть. Сильная волшебница. Она после свадьбы свой дар мужу передала. Новый герцог стал руководить. Страну свою защищает, прях скрывает и на контакт не идет.

— Надо же…

— Рассказывают, молодая герцогиня с ума сошла. Из замка почти не выходит. Раз-два в год появится на каком-то празднике и снова прячется. Народ наследника ждет, а она все никак. Прервалась линия великих прях. Хотя… — Патриша замялась, словно раздумывая, — в последние годы слух пошел, будто герцог себе новую жену ищет. Такую же сильную и талантливую. Вот только что будет с герцогиней, нам пока неведомо.

— Ясно, — заметила я с тихим, немного горьким смешком.

Я-то прекрасно знала, что стало причиной нестабильной психики молодой герцогини и ее так называемых приступов агрессии. Испытывала ли я к ней жалость? Нет. Во всех проблемах она была виновата сама.

— Так, пришли, — выдохнула девушка, когда мы приблизились к конторе, и неожиданно замерла, опираясь одной рукой о перила. А другой потирала живот, обтянутый тканью пальто.

— Плохо? — участливо спросила я, обеспокоенно взглянув на нее.

Не хватало еще, чтобы из-за меня девушке стало хуже. Такого таинственный Фед мне точно не простит, как и остальная группа. Я не собиралась ни с кем дружить и вести задушевные беседы, но и портить отношения в первый же день не хотелось.

— Нормально, — улыбнулась Патриша. Она вообще почти все время улыбалась. — Пинается. Будущий воин.

— Думаешь, будет мальчик?

Насколько мне было известно, средств для определения пола ребенка имелось крайне мало. Можно было обратиться к оракулу или, например, использовать народные средства.

— Да хоть и девочка. Разве мы не можем быть воинами и сражаться со злом наравне с мужчинами?

Я ничего не сказала. Сдается мне, она и не ждала от меня ответа.

— Пошли, проведу тебя по коридорам. Нам надо сначала оформиться у госпожи Даунинг, получить карточки у госпожи Фэллоу, затем подписать документы у господина Вейриса. Потом…

Она назвала еще пару каких-то имен и причин, по которым нам надо к этим людям зайти. Что-то взять, что-то отдать, подписать и так далее. Пока Патриша рассказывала, я поняла лишь одно: сама бы точно не справилась. Вот она, бюрократия, во всем ее великолепии. Пока все оформишь и всех пройдешь, с ума сойти можно.

— Ты чего застыла?

Патриша уже поднялась и стояла на обледенелом крылечке, с недоумением глядя на меня.

— Иду, — вздохнула я и поплелась следом.

— Не бойся, мы все быстренько пройдем. Я думаю, за час управимся. А там и в столовую можно зайти. Да и Криста должна будет вернуться.

Кабинет госпожи Даунинг — крупной дамы с двойным подбородком, с трудом помещавшейся за своим столом, находился как раз рядом с входом.

— Неужели сдаешь пост, Эффэр? — улыбнулась дама, увидев Патришу, которая первая зашла в кабинет.

— Да, вот преемницу привела. Знакомьтесь, это Ирэн Иглич.

— Здравствуйте, — натянуто улыбнулась я, доставая документы из внутреннего кармана куртки и протягивая их даме.

Документы мне в этот раз выправили идеальные. Мало того, что официальные, со всеми легальными бланками и печатями, так еще слегка потертые, словно им не один год. Полная достоверность.

— И откуда ты, Ирэн Иглич? — открывая бумаги, осведомилась госпожа Даунинг и принялась заносить записи обо мне в одну из лежащих на столе толстых книг.

— Из Керписа. Это небольшой городок на юге Горганзара, — отозвалась я. — Там живут большей частью рыбаки. Улов в последние годы становится все хуже, стаи рыб сменили путь, поэтому приходится выживать.

Новую легенду я выучила на отлично. Как и прошлые. Нельзя было проколоться даже на мелочи. Человек, передавший мне документы, действовал очень четко, коротко рассказав мне биографию. Даже показал рисунки моего дома, портреты родителей и младшего брата.

— За лучшей жизнью приехала? — подняв на секунду взгляд, спросила женщина.

— Как и все.

Госпожа Даунинг выдала мне справку о поступлении, с которой мы отправились к госпоже Фэллоу, рыжей даме с крючковатым носом, которая выдала мне карточки на еду и на одежду.

— Новые будешь получать вместе со всеми первого числа каждого месяца, — сообщила она напоследок.

Затем был господин Вейрис. С ним мы подписали договор о службе сроком на три года, обсудили форс-мажоры и сумму гонорара. Причем старый господин пытался меня надуть и уменьшить размер денежной выплаты. Но я прекрасно знала расценки, да и Патриша вмешалась. Девушка возмущенно засопела и обещала пожаловаться куда следует, если мне не установят правильный оклад. Господину Вейрису пришлось согласиться.

Следом мы написали заявление на открытие счета и перечисления туда денег. Последним пунктом стали документы о медицинской страховке и отказе от претензий в случае получения травм. А если я погибну, мне обещали устроить приличные похороны и перевести деньги ближайшим родственникам.

— Вот здесь напишите имена ваших наследников, — ткнув на строку, велел мужчина.

Я умирать не собиралась и кому завещать деньги не знала. Оставалось только написать имена своих фиктивных родителей.

Потом мы сходили к госпоже Уирден, которая заведовала складом с одеждой. Я вручила ей одну из карточек, которую получила от госпожи Вейрис, а взамен получила набор вещей.

— Так-с, теплый комплект — одна штука, сменная одежда — две штуки, две пары обуви, — отчиталась она, выкладывая вещи по очереди на огромный прилавок перед нами. — Перчатки. Специальный защитный магический костюм. Вроде ничего не забыла.

— А как же шапка с шарфом? — вмешалась Патриша. — Специальные для выхода за стену.

— Точно, — спохватилась госпожа Уирден.

Она не только принесла все перечисленное, но захватила еще и пару запасных туник.

— Расписывайся здесь, Иглич. Вещи сама понесешь или как?

Я покосилась на кипу одежды и поняла, что не донесу. Даже в два захода не смогу. Придется делать три или четыре. А это означало, что здоровый сон откладывался еще на неопределенное время.

— Я Феду скажу, они с ребятами помогут, — вдруг предложила Патриша.

— Не уверена, что так можно, — пробормотала я.

— Брось, все можно. Привыкай, тут в Крепость-граде мы друг за друга горой. Всегда поможем, всегда подскажем и выручим. Здесь одиночку не выжить.

За аптечкой и медицинскими составами следовало идти к господину Таррету. Едва мы явились, пожилой мужчина с седыми бакенбардами одарил меня строгим взглядом.

— А девушка знает о добровольной помощи в лазарете?

— Все расскажу, господин Таррет, — пообещала моя помощница.

— Маги общей практики хорошо умеют работать с ранеными, — продолжил он, задумчиво меня рассматривая.

— Можете рассчитывать на мою добровольную помощь, — кивнула я, поняв, что отвертеться от этой работы не получится.

— Вот и отлично.

Коробку с медикаментами мы тоже решили оставить в конторе, чтобы мужчины принесли все разом.

Покинув кабинет господина Таррета, я устало посмотрела на радостную и пышущую здоровьем и силой Патришу.

— И что дальше?

— Дальше… — запнулась девушка и нахмурила лобик в попытке сосредоточиться. — Вроде мы везде были. Теперь пошли в столовую, самое время обедать. Там еще все наши будут. Заодно познакомишься с командой. Пойдем.

И взяв за руку, Патриша потащила меня прочь из конторы назад на улицу. А оттуда в столовую.