Глава 11

— Тебе стоит доверять ему, — тихо посоветовал Айдар по дороге в ближайший храм.

Мы шли вдвоем. Я прекрасно понимала, что Рейнер и остальные хотели отправиться с нами, но такие обряды не предполагали лишних глаз. Вопрос касался только нас с братом, и нам следовало решить его вдвоем.

— Я доверяю, — отозвалась я.

Украдкой посмотрев на Айдара, в очередной раз поразилась метаморфозам. Он выглядел как мой брат, но в то же время и совершенно другим человеком. Чужим и далеким.

— Что? Изменился? — грустно хмыкнул он, поймав мой взгляд.

— Да, изменился, — не стала лгать я. — Мы оба теперь другие.

— Это точно, — согласился старший брат. — Помнишь нашу последнюю встречу и прощание перед отъездом? Теперь это кажется сном, прекрасным, но неизмеримо далеким.

— Мы были счастливы и беззаботны. Большая и дружная семья, от которой ничего не осталось.

— Кое-что все-таки осталось, — не слишком уверенно произнес Айдар. — Мы.

— Думаешь? — вздохнула я, продолжая шагать дальше. — Хотя, наверное, ты прав. Есть ты, твоя жена и будущий ребенок. Ты уже сообщил Мерелин о том, что она практически герцогиня?

— Да.

Свернув за угол, мы оказались в просторном холле, широкая лестница из которого вела вниз. Удивительно, но нам почти никто не встретился, лишь пара слуг, обученных двигаться бесшумно и незаметно, не поднимая глаз и не задавая ненужных вопросов.

— И как она отреагировала на такую новость?

— Не обрадовалась, — усмехнулся Айдар. — Удивительно, но две герцогини, потенциальные правительницы небольшой, но весьма развитой страны, не испытывают восторга от своего положения.

— Ты вернешься в Алртон? Когда все закончится.

Спустившись по ступенькам, мы снова свернули, после чего попали в небольшой дворик, откуда вышли на улицу и площадь перед храмом всех четырех богов. Его легко было узнать по пяти куполам. Четыре, расположенные по сторонам света, олицетворяли собой четыре времени года, а самый крупный, расположенный посередине — оплот духов.

— Кто-то из нас должен это сделать, — немного помедлив, проговорил Айдар. — Не оставлять же все дяде. Я так понимаю, Рейнер не горит желанием стать новым герцогом.

— Не знаю, я его не спрашивала, — пробормотала я. — Мы вообще это не обсуждали. Не желаю думать о будущем, когда в настоящем все настолько неопределенно.

На площади присутствовало куда больше народа. Нередко люди останавливались и с любопытством оглядывались на нас. Еще бы! Для них Райго являлся настоящим героем. А теперь он шагал по улице, еще с какой-то странной, никому не знакомой девицей.

— Да, сначала надо бы победить. А остальные проблемы решим по мере поступления.

— В любом случае, легко не будет, — согласилась я, входя внутрь.

Статуя Снежной Властительницы — выполненная из белого мрамора женщина невероятной красоты со скипетром в руке — стояла с левой стороны. Малахитовый Весенний Король и ярко-голубой Солнечный Повелитель — по обе стороны противоположной стены. Оба красивые, гордые, всесильные. Один держал секиру, а другой меч. Правую сторону занимала оранжево-красная статуя Осенней Хранительницы с весами в руке. Именно к ней чаще всего взывали, когда требовалось разрешить какой-то спор. В середине располагался каменный алтарь, в котором чудесным образом переливались все цвета богов. Сегодня им предстояло решить мою судьбу.

Пять лет назад, находясь под воздействием магии Хогера, я ступила на опасный путь. Попросила их благословить союз. И боги пошли мне навстречу. Теперь мне предстояло отказаться от своих слов. Боги не любили этого и не прощали ошибок. И не важно, что стало их причиной.

Со строгим выражением и без того скупого на эмоции лица к нам вышла Мерелин в черном бархатном платье и алом плаще.

— Зачем вы явились в храм богов? — сухо поинтересовалась она.

— Просить помощи и защиты, — с поклоном ответил брат.

Мы с ним медленно опустились на колени перед грозными богами.

— Назовите себя.

— Идал Айдар Элер… истинный правитель герцогства Алртон. И моя сестра Илаида Эделин…

Айдар беспомощно покосился на меня.

— Элер, — подсказала я.

После заключения брака Хогер взял себе наше родовое имя. Так что для меня ничего не изменилось. Я осталась все той же Эдой Элер.

— О чем вы хотите просить богов?

— Признать меня официальным опекуном. Я ближайший родственник сестры. Ее обманом заставили выйти замуж за врага и убийцу нашего отца. Мы просим защиты и признания этого брака недействительным.

— Брак был освещен в храме? — все тем же равнодушным тоном спросила Мерелин.

Пришла моя очередь отвечать.

— Да, — кивнула я, продолжая разглядывать пеструю мозаику на полу. — Находясь под давлением супруга и не отдавая себе отчета в происходящем, я попросила благословения у всех четырех богов. Каждому принесла жертву. И… попросила милости у духов стихий.

Кажется, мне удалось удивить невестку. Во время свадьбы духов старались не трогать, уж очень капризными и своевольными они считались. Их благословение или отказ могли повлечь за собой весьма неприятные последствия.

— Это серьезное заявление, Илаида Эделин Элер. Ты понимаешь, что такие браки не подлежат расторжению?

— Понимаю.

Не сосчитать, сколько раз за эти годы я кляла себя за беспечность и доверчивость.

— Даже смерть не сможет разлучить вас, — продолжила Мерелин.

И это я тоже знала. Иначе дед или Стефан давно подстроили бы смерть моего дорогого супруга. Я бы сама его убила, да только нельзя было. Это ничего не изменило бы.

Тогда это казалось очень романтичным: получить одобрение духов, чтобы умереть в один день с любимым. Наивная дура! К слову, Хогер такой клятвы не давал и легко мог продолжить жить после моей безвременной и, видимо, весьма скорой кончины.

— Такие вопросы не решаются одним днем.

— Мы просим пока отменить клятву на крови. Чтобы моя сестра не погибла вслед за мужем, — вмешался Айдар.

— Я попробую, — с сомнением произнесла Мерелин. — Встань, Илаида Эделин Элер. Ты уже приносила кровавую жертву. Должна сделать это вновь. Может, тогда духи помогут тебе.

Легко поднявшись с колен, я подошла к ней и протянула руки.

Если хорошо присмотреться, на запястьях можно было заметить тоненькие белые ниточки. Шрамы от прошлого ритуала. Какую магию ни используй, они никогда не исчезнут до конца, всегда будут напоминать о моей ошибке.

Как я ни старалась приготовиться, но боль все равно оказалась внезапной и очень острой. Словно раскаленным пламенем лезвие обожгло кожу, оставив после себя алые полоски, которые быстро заполнялись кровью. Сначала на запястьях, а потом и на ладонях.

— Потерпи, — виновато прошептала Мерелин, которой явно не нравилось меня калечить. — Но для отмены понадобится больше крови, чем раньше.

Я судорожно кивнула, стиснув зубы так, что резкое и рваное дыхание вырывалось сквозь них со свистом.

«Ничего, потерплю. Главное, чтобы это помогло».

Если на запястьях Мерелин оставила лишь ровные порезы, то ладоням пришлось хуже. Острым кончиком ножа невестка вырезала круг, а в центре него его еще какие-то закорючки. Что именно, я не разобрала, поскольку раны почти сразу наполнились кровью. Ее было так много, что мне пришлось сцепить ладони и сложить их лодочками, чтобы не пролить и капли.

— Подойти к алтарю, — велела Мерелин.

Я безропотно подчинилась.

— Кровью она дала клятву, кровью хочет ее смыть, — монотонным голосом начала распевать она. — Духи стихий, великие и милостивые, услышьте меня! Кровь от крови! Рана к ране! Свершите свой справедливый суд! Разорвите эту порочную связь!

«Пожалуйста, — мысленно взмолилась я. — Прошу вас! Позвольте исправить зло и несправедливость!»

— Отпускай, — обернувшись, сказала Мерелин.

Я послушно чуть развела ладони в стороны, позволяя крови выплеснуться прямо на каменный алтарь. Но вместо того, чтобы упасть и растечься по всей поверхности, она вдруг закипела и зашипела, превращаясь в бордовый пар, который быстро взметнулся в воздух.

Я тут же отшатнулась, забыв о боли и ранах.

— Духи говорят с нами. Четыре бога, четыре времени года, четыре стихии. Они гневаются, — сообщила невестка.

Я и так уже догадалась. Бордовым пар точно не мог быть от радости.

— Чем я могу заслужить прощение? — терпеливо спросила я.

— А что у тебя есть?

Если подумать, то ничего. Разве только…

— Дар. У меня остался только мой дар пряхи.

— Нет. Дар не подходит, — покачала головой Мерелин. — Дар тебе дали боги. Нельзя им разбрасываться. Должно быть что-то другое.

— У меня больше ничего нет. Лишь жизнь, — грустно улыбнулась я.

Невестка вглядывалась в багровый дым, который вдруг поменял цвет, став ярко-красным.

— Духи принимают ваше решение о тэй-даркс. Это правильно. Так и должно быть. Старая любовь и настоящая. Этот бой решит все. Один погибнет, а другой победит. Эта будет та жертва, которую надо принести.

— И все? — осторожно поинтересовалась я, боясь поверить.

«Неужели обойдется?»

— Нет, — покачала головой Мерелин. Когда она медленно ко мне повернулась, в ее глазах застыла вина. — Они заберут кое-что еще.

— Что?

— Любовь.

— Любовь? — нахмурилась я, решив, что мне послышалось или просто ошиблась.

— Да. Ваше Единение… боги заберут его.

Устоять на месте стоило мне огромных трудов. Сжав кулаки, я вздрогнула от острой боли, которая вновь пронзила руки до самых локтей.

— И что после этого произойдет? — прохрипела я.

— Я не знаю, — прошептала Мерелин. — Никто не знает. Все зависит от вас.

— Я могу отказаться?

— Тогда ты погибнешь со своим мужем… или со своим любимым. Для тебя исход будет один. А это шанс… выжить.

«Выжить», — мысленно повторила я.

— Мы согласны, — подал голос Айдар, подходя ко мне.

— Эда?

— Да, — зажмурившись, прошептала я. — Только… только ему не говорите. Я… сама скажу.

Отвернувшись, я собралась уйти, но мне не позволили. Айдар внезапно обхватил меня и крепко-крепко обнял. Как когда-то прижал к себе и погладил ладонью по волосам, давая понять, что рядом. Он теперь всегда будет рядом. И я, наконец, смогла поверить, что мой старший брат вернулся.

Сдерживаться не осталось сил. Я замерла на мгновение, а потом разрыдалась, выплескивая всю боль, что терзала сердце.