Эпилог

Я влюбилась в Арбарх.

И это удивительно, поскольку раньше мне казалось, что ни одна местность не способна сравниться с Алртоном. Арбарх доказал обратное. Хотя родное герцогство все равно будет занимать особенное место в моем сердце. Оно навеки останется моим домом. Даже несмотря на то, что я пережила в нем не только самые счастливые, но и самые горестные минуты своей жизни.

Отчасти из-за этого я опасалась переезжать на родину своего мужа. Да-да, именно так. Теперь, когда мы поженились, Алртон обрел истинного герцога и защитника, а пряхи вернулись к своей работе, нам требовалось вернуться в Арбарх. Рейнер не был обязан оставаться наездником в Крепость-граде, зато ему надлежало вернуться к обязанностям наследника одного из тринадцати лордов. А мне, как его супруге, предписывалось находиться рядом, поддерживать его и направлять.

Честно признаться, переезжать было страшно. За пять лет я привыкла путешествовать по разным странам и городам, менять имена. Однако сейчас складывалась совершенно другая ситуация. Мне предстояло переехать в место, которое на долгие годы станет моим новым домом. Надо ли говорить, как сильно я волновалась, гадая о том, как все пройдет. Примут ли меня родные Рейнера, ведь, по сути, я лишила его предназначения. Да и остальная аристократия вряд ли встретила бы меня с распростертыми объятиями. Все-таки для них я была чужой.

Сами понимаете, мысли посещали меня не самые радужные. И Рейнер это чувствовал.

— Все будет хорошо, — в который раз за время нашего путешествия повторял он.

Я просто кивала и продолжала смотреть в окно кареты.

Ледяные чертоги, которые мы покинули через узкий перевал, остались позади, впереди начинались владения тринадцати лордов.

Я видела описания Арбарха в учебниках, но никакие слова не могли описать ту красоту, которая открылась моему взору. Мы отъехали от перевала на пару километров, когда Рейнер вдруг приказал остановить карету и предложил мне выйти.

— Зачем? — растерялась я.

— Сейчас увидишь, — загадочно улыбнулся муж.

А потом первым выскочил наружу и подал мне руку. Подхватив подол юбки, я выбралась из кареты и слегка зажмурилась от ударившего в глаза яркого солнца.

— И что ты хотел мне показать?

— Идем.

Крепко ухватив за руку, Рейнер потащил меня вперед. Зрение еще не привыкло к дневному свету, и я пока плохо видела. Но, кажется, мы подошли к непонятно откуда взявшимся здесь перилам. Муж тут же отпустил меня, позволяя подойти ближе и коснуться гладкой, слегка прохладной поверхности. В стремлении рассмотреть, что там перед нами, я подняла взгляд.

— Смотри, — прошептал Рейнер, становясь за моей спиной и бережно обнимая за талию.

Стоило это увидеть, и с моих губ сорвался тихий вздох восторга.

Мы находились на смотровой площадке, оборудованной на вершине горы, а внизу под нами простиралась целая страна, со всех сторон окруженная белоснежными неприступными скалами Ледяных чертогов. Еще никогда мне не доводилось видеть столь сочных и ярких красок: изумрудной листвы множества рощиц, пестрых полей, засеянных злаковыми, синих рек и озер, крупных городов и небольших поселков с домами из бежевого камня и бирюзовыми крышами, светло-голубого неба и яркого солнца. Создавалось впечатление, будто моему взору открылось сказочное королевство, в которое я влюбилась с первого взгляда и навсегда. Я больше не испытывала сомнений или страха, что не смогу стать своей, не смогу привыкнуть. Они улетучились, как дым. Я осознала, что наконец попала домой.

Семья Рейнера приняла меня легко и с радостью, не допуская даже мысли в чем-либо упрекнуть. Наоборот, зная о моем тяжелом прошлом, родные пытались уберечь меня от неприятных воспоминаний, окружали заботой и любовью.

Спустя пару недель после прибытия родители Рейнера устроили большой праздник, где я познакомилась с достаточно многочисленной родней мужа, начиная от бабушек и дедушек, заканчивая племянниками и племянницами. И каждый отнесся ко мне как к своей.

Мы с Рейнером поселились в отдельном поместье на берегу кристально чистого озера в окружении зеленого леса, где в любое время года было приятно гулять. Забота о доме полностью легла на мои плечи. Я занималась обустройством нашего гнездышка, распоряжалась слугами, общалась с арендаторами и решала массу мелких насущных вопросов. Иногда, пару раз в месяц, мы с Рейнером ездили в гости или, наоборот, устраивали посиделки у нас в поместье.

В конце года к нам на две недели приезжала вся тринадцатая группа из Крепость-града. Встретившись с ребятами, мы вспоминали прошлое, говорили о настоящем и с надеждой смотрели в будущее. Появление сильных прях в разы усилило завесу, прорывы случались гораздо реже, а соответственно, уменьшились потери среди личного состава защитников.

Нравилась ли мне такая спокойная и размеренная жизнь? Очень! Причем я совершенно не скучала и не чувствовала себя забытой или заброшенной. Рядом всегда находился заботливый и любящий муж. К тому же дар пряхи я не потеряла и часто тренировалась использовать не только него, но и вообще магию. А еще мы почти каждую неделю выбирались со Шрамом к Ледяным чертогам, где наш барс резвился и прыгал по отвесным скалам, заставляя меня жмуриться от страха.

Этой весной наш вредный котик неожиданно нашел себе пару и сейчас готовился стать отцом, чему я несказанно радовалась. За свою длинную жизнь ирбис пережил многое и как никто другой заслуживал счастья. Его самка по кличке Альба была такой миниатюрной, скромной и тихой и так доверчиво жалась к своему герою, что у меня сердце замирало от умиления. Впрочем, несмотря на кажущуюся хрупкость, Альба могла постоять за себя и за тех, кто ей дорог. Из них вышла прекрасная пара. Кстати, Рейнер интересовался, не желаю ли я обзавестись собственным ирбисом, но я отказалась. Мне хватало нашего Шрама.

Только я привыкла к мысли, что жизнь вошла в привычное русло и уже ничего не изменится, судьба совершила очередной поворот.

Точно в первую годовщину нашего брака в поместье пожаловала неожиданная гостья. Мы только расположились в гостиной после ужина, как дверь резко распахнулась. Застыв на пороге и задыхаясь от волнения, Меделайн, наша горничная, прохрипела:

— Там… там…

— Что там? — вскакивая с дивана, обеспокоенно потребовал Рейнер. — Что произошло?

— Провидица, — прошептала девушка, бледнея прямо на глазах и хватаясь за сердце.

— Что провидица? — не поняла я, вставая рядом с мужем.

— Она… здесь и… хочет встретиться с вами.

— Здесь? — не поверил Рейнер.

— Это та самая провидица? — уточнила я, чувствуя, как от напряжения занемели сжатые в кулаки пальцы.

— Она самая, — подтвердил муж, бросив на меня мрачный взгляд.

— Но она же не спускается с гор.

— Видимо, для нас решила сделать исключение.

— Интересно, для чего? — пробормотала я, прекрасно понимая, что ничего хорошего от ее визита ждать не приходится.

— Вот сейчас мы это и узнаем.

Провидицу и ее свиту, состоящую из десяти молчаливых девушек, облаченных в серые платья и платки, проводили в одну из гостиных. Сама она была с ног до головы укутана в белые одежды с золотой вышивкой. Лицо скрывала черная вуаль, украшенная крохотными черными алмазами, а руки — высокие белые перчатки с тяжелыми браслетами и кольцами поверх них.

Стоило нам появиться в дверях, восседавшая на стуле провидица велела неожиданно молодым голосом:

— Подойдите.

Переглянувшись, мы с мужем осторожно приблизились к ней, преклонили колени и почтительно склонили головы.

— Я сердита на тебя, Рейнер О`Фэралл.

— Мне жаль, что я расстроил тебя, о великая, — тихо отозвался он.

— Расстроил. Разве я не помогла тебе найти свою Единую? Разве я не указала, где ее искать?

— Да, о великая. И я безмерно благодарен тебе.

— Благодарен он! — фыркнула провидица. — Не заметно, Рейнер. Ты вновь заставил меня спускаться в долину к людям, а я не люблю этого делать. Скажи мне, почему вы не выполнили свое предназначение? Почему не укрепили завесу, как того требовали боги, сделав вас единым целым?

«А вот это уже интересно».

— Но… духи лишили нас Единения, — вмешалась я. — Они забрали его как плату за мою ошибку… о великая.

— Духи? Они пошутили, — беспечно отмахнулась она.

От этого заявления я у меня аж глаз задергался.

«Пошутили? Пошутили?! Я едва не лишилась самого дорогого, а они просто пошутили?!»

— Единение никуда не делось, как и ваша обязанность сохранить наш мир и укрепить завесу.

— Прикажете отправляться в путь прямо сейчас? — спросил Рейнер.

«Вот Форвик обрадуется…» — пронеслось у меня в голове.

— Сейчас? — задумчиво протянула она. — Нет, не сейчас. Вам надо подготовиться, да и будущий наследник одного из тринадцати лордов должен родиться в Арбархе.

— К-какой наследник? — пробормотала я и, забыв о том, что следует проявлять почтительность, подняла голову.

— Очевидно, следующий. Думаю, полтора года вам хватит для рождения и восстановления. А заодно и обдумывания плана по спасению мира. Вы все поняли? Рейнер?

— Да, — сдавленно подтвердил мой муж, на которого я боялась смотреть.

Я вообще боялась двигаться, говорить и даже дышала через раз. Мысли в голове путались, наскакивали друг на друга и совершенно отказывались формироваться в хоть что-то связное.

«Неужели она и вправду… сказала, что я… что мы…»

— Ну тогда может хватить изображать покаяние и смирение? — насмешливо произнесла провидица. — Встань, Рейнер О`Фэралл, я дозволяю тебе поздравить супругу с грядущим пополнением семьи.

Дважды его просить не пришлось. Пока я растерянно хлопала ресницами, все еще боясь поверить в сказанное, Рейнер оказался рядом, схватил меня в охапку и обнял так, что стало трудно дышать.

— Эда… Эда, — шептали его губы, не находя других слов.

Да они мне и не требовались.

* * *

Наши сыновья-близнецы родились через семь с половиной месяцев после этого разговора. Сильные, крепкие и очень красивые. Глядя на них, я едва сдерживала слезы, наконец до конца поверив, что счастью в моей жизни все-таки найдется место. И ради своих малышей я готова была перевернуть весь мир. А точнее, спасти его.

Пусть далеко не сразу, но нам удалось придумать, как можно укрепить завесу и что сделать, чтобы она на долгие годы оставалась мощной и непроницаемой. Для этого требовалась не только наша магия, сила Единения, но и способности других магов и прях.

Однако провидица немного ошиблась в сроках. На подготовку и реализацию плана ушло гораздо больше времени. Лишь на пятую годовщину брака мы смогли воплотить в жизнь нашу мечту.

В то весеннее утро за пару часов до рассвета, когда ночная прохлада оставила на траве крохотные капельки росы, более сотни магов и прях беззвучно шагнули к завесе, растянувшись змейкой по всей ее длине. Здесь присутствовали не только маги Крепость-града, но и молчаливые, облаченные в светло-серые одежды и крайне сосредоточенные факиры во главе с Шайге.

Мы так долго готовились к этому, обдумывали, решали, что теперь очень боялись ошибиться в самый последний момент.

— Все будет хорошо.

Рейнер, мой любимый и дорогой муж стоял по правую руку от меня. По левую находился Айдар, который приветливо улыбнулся в ответ на мой взгляд. Но я видела тревогу, застывшую в глубине его глаз. То, что мы собирались сделать… все вместе, могло навсегда изменить жизнь каждого из нас.

Основу завесы столетия назад создали другие Единые — Эльдар и Гера, вот только они не прибегали к помощи посторонних, а потому многое не доработали. Год за годом пряхи укрепляли завесу, не позволяя ей истончиться. Мы же решили обратиться к древней магии. Каждый пробуждал свой собственный дар, которым наградили его боги, и готовился добровольно отдать его часть для спасения мира.

Лишь только солнце начало подниматься над горизонтом, окрашивая все вокруг приятным оранжевым светом, как мы синхронно шагнули к завесе и прикоснулись к ней ладонями. Она слегка завибрировала и подернулась рябью, но агрессии не проявила. К счастью, никакого удара силой или неприятного жжения не последовало.

Закрыв глаза, я позволила своему сознанию окунуться в межмирье. За мной потянулись и остальные. Эту науку будущие участники этого действа постигали довольно долго. Нам с Рейнером пришлось каждого учить прокладывать путь между мирами.

Окружающий мир моментально посерел, утратив краски и заглушив все звуки. Зато я видела всех магов и прях, которые собрала за эти годы. А они видели меня. Как будто между нами вовсе не было расстояния.

— Готовы?

— Да, — синхронно прошелестели они.

— Никакого геройства. Все как договаривались. Много силы не вливаем. Завеса может не выдержать.

Раньше ее наполняли лишь сила прях да магов Арбарха. Сейчас мы собирались совершить невозможное — напитать ее силой всех магов: прях, оракулов, магов общей практики, боевиков, целителей, воинов, стихийников и так далее. Каждый из нас отдавал часть себя, строя новую завесу. А нам с Рейнером приходилось аккуратно скреплять и соединять между собой детали, чтобы не возник диссонанс.

Все маги действовали как единое целое, как один организм, напитывая завесу и создавая новый уровень защиты. Тот самый, который тварям уже не разрушить.

В межмирье время как будто остановилось. На самом деле прошли многие часы, прежде чем мы закончили и смогли покинуть сумрачную реальность. Уставшие, обессиленные, все участники нашей авантюры с тревогой всматривались в творение рук своих, которое сейчас сияло всеми цветами радуги. Мы до сих пор боялись поверить, что получилось. И даже через пару дней и недель проверяли завесу, готовясь к возможному прорыву. Но он так и не случился. Ни сразу, ни через неделю, ни через год.

Мы навсегда закрыли тварям вход в наш мир.

И наша дочь родилась уже в совершенно другом мире. Мире, где больше не было жутких тварей. Мире, где от их зубов и когтей не погибали сильные маги. Мире, который начинал жить по новым правилам.

Но это уже совсем другая история.

КОНЕЦ