Глава 2 Дар небес

Новость бродила внутри меня, отравляя своим ядом. Я ничего не сказал Марьяне, но она и сама не жаждала со мной разговаривать — после откровений Дары. Это пошло на пользу — смог закопаться в библиотеку по самые уши, в лихорадочных поисках ответа на самый вопрос, как закрыть Разлом, не жертвуя жизнью моей любимой.

Но чем дальше, тем больше убеждался, что такого способа попросту не существует. Разгромил все внутри, поронял огромные тома на пол, наполнив помещение удушливой пылью, что копилась так долго, что едва во вторую обложку древних томов не превратилась. И, глядя на хаос в библиотеке, где и говорить громко не разрешалось никогда, рассмеялся с горечью.

Сам виноват во всем, сам! Все испортил! Столько зла и боли причинил! Во всем только моя вина.

А это значит, что нет у меня никакого права искать способ, чтобы единственная, которую я по-настоящему полюбил, со мной осталась. Не заслужил, жирно будет. Пора расплачиваться за содеянное. Но платить буду именно я. Марьяна тут ни при чем. Нерадивый супруг обязан ее спасти.

И уже знаю, как.

Я отправлю жену домой, в родной мир. Знаю, она проклянет меня. Будет искать способ вернуться. Найдет, даже научится открывать портал. Но будет уже поздно — этот мир сгинет в небытии. Я возьму эту ношу на свою совесть, зная, что Марьяна останется живой.

Так тому и быть.

План был прост. Но одно «но», которое всегда есть, сводило всю его изящную простоту на нет. Чтобы переместить Марьяну из ее мира в мой, погибающий, я использовал амулет. Такой есть у каждого Защитника. Мы получаем его при Посвящении и начинаем медленно накачивать энергией — сначала неумело, с ошибками, на которых учимся.

Потом, чем сильнее владелец, тем мощнее становится амулет. Он слушается только хозяина. Его невозможно потерять или уничтожить. И можно использовать лишь раз в жизни, потому что отдав энергию, он разрушается.

Мой амулет помог переместить, да что уж там, украсть, если честно, Марьяну. Теперь мне нужно было придумать, где взять столько энергии, чтобы отправить любимую обратно.

Вчера я это понял. Теперь нужно только претворить задуманное в реальность. Остается недолго — отодвинув занавесь от окна, я уже видел вдалеке на дороге длинную вереницу повозок. Едут.

Стук в дверь вывел из размышлений.

— Иньяр, — в комнату вошла Марьяна. — Мне сказали, ты искал меня.

— Да, любимая, — я развернулся и с улыбкой посмотрел на нее, жадно запоминая каждую черточку.

Какая же она красивая! Не смогу жить без нее! Впрочем, долго мучиться не придется, Тьма совсем скоро поглотит этот мир — Разлом подбирается к морю.

— Что-то случилось? — она озадаченно нахмурилась, в глазах протаяла тревога. — Иньяр, нам нужно все обсудить. Я верю, что ты изменился и со временем у нас все наладится. Верно?

Супруга подошла ко мне и погладила по щеке. Такая нежная улыбка! Не выдержал, притянул ее к себе, поцеловал. Все внутри вскипело. Она прильнула еще теснее, застонала. Это пытка! Пытка ласкать тебя, зная, что это в последний раз. Ведь скоро ты покинешь меня. И по иронии судьбы именно в тот момент, когда простила!

Но я заслужил это.

— Марьяна, — я остановил ее, когда начала расстегивать мою рубашку.

— Что? — прошептала супруга. — Хочешь перебраться в спальню? — глаза опалили лицо. А эта ухмылка!

— Нет, не хочу! — прохрипел я.

Развернувшись, усадил ее на стол. Гори оно все, не могу отказаться от нее! В последний раз, самый последний раз…

Когда смог оторваться от Марьяны, до слуха уже доносился цокот копыт лошадей. Говор десятков людей наполнил двор. Все прибыли. Значит, совсем скоро та, что сейчас томно дышит мне в шею, поглаживая мои волосы, такая счастливая, любимая, желанная, уйдет навсегда.

— Кто там? — прошептала она, слегка отстранившись.

— Члены Совета. — Лаская поцелуями ее плечи, ответил я.

— Зачем они приехали?

— Что совещаться, конечно же. — Я отстранился и сделал серьезное лицо.

— Очень смешно! — жена обиженно надула губы.

Истерзанные моей щетиной, они были ярко-красными. Я всегда причиняю ей боль. Больше всего на свете хочу, чтобы любимая была счастлива, а получается наоборот.

— Не волнуйся, тебя я тоже им представлю. — Не удержался, снова поцеловал сладкие уста. — Для этого и звал. Иди готовься, женушка!

— А пораньше не мог сказать? — она возмущенно оттолкнула меня и слезла со стола.

Всего на шаг отошла, а будто сердце из груди вынула и с собой уносит.

— Не знаешь разве, что девушкам больше времени нужно, чтобы собраться перед важным мероприятием, чем мужчинам? — пробурчала Марьяна, расправляя помятые юбки.

— Прости, — я отступил еще на шаг, хотя хотел броситься к ней.

— Ничего, мы с Дарой быстро справимся.

Еще одна боль, которую я причиню любимой. Даре придется остаться, двоих через портал не переместить. Служанка останется здесь и сгинет во Тьме, как и все, когда Разлом дойдет до моря.

Марьяна ушла. Я подошел к окну. У каждой повозки сзади были привязаны большие сундуки. Сколько хлама сопровождает человека всю жизнь! А ведь нужны вовсе не вещи. Важны только те, кого любишь. Ради них живешь и умираешь, только ради них.

Большой зал сиял — вчера слуги отдраили каждый его миллиметр. Блестел и огромный овальный стол, занимающий две трети помещения. Вокруг него, отвесив мне поклон, постепенно рассаживались члены Совета.

Я молча разглядывал их, механически отвечая кивком головы. Сколько из них было куплено Тагриеном, который сейчас томится в темнице? Боятся, наверное, что имена всплывут. На кузена уже было совершено более десятка покушений, чтобы навсегда закрыть его рот. Но скоро все это станет неважно.

— Итак, господа, — начал я, когда все расселись, и воцарилась тишина, нарушаемая покашливанием и шелестом бумаг, что лежали перед каждым — тот самый отчет, которым заманил их всех сюда. — Рад, что все вы сегодня собрались здесь.

Кстати, это правда, я на самом деле был рад каждому из них. Без исключений. Даже самому распоследнему мерзавцу. И скоро они узнают, почему.

— Прежде, чем приступим к делам, предлагаю выпить по бокалу моего самого лучшего вина — в честь заключения брака с Марьяной. Надеюсь, вы не откажете мне в такой любезности.

По залу засновали лакеи с подносами. Никто не отказался — вина из погребов семьи Лунаэль славились лучшим вкусом и богатейшим букетом послевкусия. Прозвучали поздравления, спиртное было выпито, пустые бокалы и тарелки, уже без закусок, унесены.

— А теперь приступим к отчету. — Я сел во главе стола, глядя на гостей. Шелестят листами, переговариваются. Не понимают.

— Но здесь данные, которые нам и так известны, — самый старый Защитник глянул на меня. — Плачевное положение дел не требует напоминаний.

— Признаюсь честно, вы здесь не для того, чтобы дискутировать о Разломе.

— Да, нам гораздо интереснее узнать о Даре небес, коим, как оказалось, является ваша супруга. — Подал голос молодой мужчина, что сидел рядом со стариком.

— Как раз ради нее вы все и собрались. — Я ухмыльнулся.

— Понимаю, вам не особо хочется расставаться с новобрачной, но так велит долг. — Провозгласил один из членов Совета. — Поверьте, мы предоставим вам замену — девицу самую родовитую, с богатым приданым и непорочную.

— Не сомневаюсь. — Прицедил я сквозь зубы. — Но имеется проблема.

— Супруга ваша не жалеет умирать? Но тут уж без вариантов. Всячески поспособствуем, не переживайте. Не захочет сама, поможем.

Да, все, как я и думал — слухи быстро расползлись, теперь все до единого, от нищего калеки до члена Совета и короля, все горят желанием швырнуть Марьяну в Разлом, лишь бы их задницы были в покое!

— Проблема в другом. — Я улыбнулся и с удовольствием пояснил. — Мне не хочется, чтобы она платила жизнью за мои ошибки.

Поднявшийся шум пришлось переждать.

— Я решил, что моя супруга будет возвращена в свой мир. — Продолжил я.

— Вы свихнулись, Лунаэль! — Старик вскочил, тряся кулаками и закачался. — Одна женщина… всего одна! Это ничтожная цена!

— Жизнь Марьяны дороже всего этого мира! — я встал, внимательно оглядел собравшихся. Пора. — Каждый из вас поможет мне вернуть ее домой.

— Да ни за что! — презрительно фыркнул самый молодой член Совета.

— Не торопитесь принимать решение. — Я усмехнулся. — Знаете заклинание «Хруст костей»? Наши предки им баловались, насылая на соседей, когда те охотились на их землях или к женам их шастали.

В зале стало тихо.

— Оно запрещено. — Прошептал старик, промокая большим платком испарину со лба.

— Совершенно верно, давненько уже запрещено. Поэтому вы и выпили беспечно мое вино, не думая, что на него могут быть чары наложены.

— Вы бы не посмели! — ахнули мужчины почти одновременно.

— Поступки соразмеряют лишь с ценой, которую за них платят, — я пожал плечами. — Спасение любимой супруги для меня стоит всего.

— И… и что вы от нас хотите? — присмирев, пискнул самый молодой.

— Цена высока, но свою жизнь, уверен, вы цените намного выше. Совсем недавно вы готовы были расправиться с молодой женщиной, чтобы выжить. А я прошу вас… Вернее, требую, чтобы все до единого немедленно активировали свои амулеты и направили энергию на открытие портала — прямо над этим столом.

— Вы с ума сошли!

— Повторяю, все до единого! — прикрикнул я. — Иначе заклятие снято не будет! Так что в ваших же интересах уговорить, так сказать, колеблющихся соратников!

— Ты сдохнешь! — прошипел старик, дрожащей рукой сжав кулон на своей шее.

— Моя жизнь уже и так ничего не стоит. — Я подошел к двери, приоткрыл ее и шепнул слуге, чтобы привел Марьяну.

Над столом тем временем уже заискрилась арка портала. По ткани бытия внутри пошла дрожь. Члены Совета пыхтели, обливались потом, что ручейками тек по лицам, но старательно накачивали его силой. Каждый хотел жить.

— Предупреждаю, одно слово о том, что происходит, и самый говорливый будет оставлен умирать от «Хруста костей». — Припугнул я, хотя и так было очевидно, что смельчаков не найдется, и открыл дверь.

Марьяна, такая красивая, хоть и немного бледная почему-то, с улыбкой вошла в зал.

— Уважаемые члены Совета, позвольте официально представить вам мою жену.

Отдуваясь и трясясь, они кое-как пролепетали положенные приветствия.

— Иньяр, что происходит? — прошипела Марьяна мне на ухо.

— Сотворение подарка тебе, любимая. От нас всех.

— Какого подарка?

— Сам я открыть портал в твой мир не могу, но очень хочу, чтобы ты повидалась с родными, все им рассказала, успокоила, — я подвел ее к столу, над которым висел почти открытый портал.

Мы забрались на столешницу, подошли к нему. Я дождался, когда картинка стала ясной.

— Иди, родная.

— А ты со мной не пойдешь?

— Нет, милая.

— Почему?

— Я нужен здесь. Дела, что поделать.

Кажется, она что-то заподозрила.

— Но тебе же туда-сюда несложно. Сходишь со мной, познакомлю со своими, а потом возвращайся к делам.

— Нельзя, Марьяна. Иди же, портал нестабилен. — Я подтолкнул ее к арке.

— А как я вернусь?

— Я приду и заберу тебя.

— Но ты же говорил, что для того, чтобы переместить меня из моего мира в твой, нужна прорва энергии…

— Марьяна, иди уже! — крикнул я, начав теснить супругу в портал.

— Не пойду! — заартачилась она. — Мне поговорить с тобой надо, а уж потом…

— Второго шанса не будет!

— Иньяр!

— Проваливай! — начал орать я. — Ты мне надоела, понимаешь! Одной бабы мне мало! — Готов что угодно сказать, лишь бы она вернулась в свой мир и была жива! — Приключение закончилось, вали домой!

— Что?.. — ее губы, такие сладкие губы, задрожали.

— Что слышала!

Она сжалась в комок, словно я голой ее выставил на потеху Совету. Но через мгновение в глазах полыхнул гнев.

Я понял, что просчитался, когда на ладонях жены начали закручиваться огненные шары.

— Паскудник! — рявкнула Марьяна так, что задрожали стены.

Первый шар отбить удалось, он снес стену, открыв чудный вид на сад. Второй угодил прямиком в мой наспех накинутый защитный щит, отрикошетил от него в потолок, раскрошив толстую плиту в пыль и открыв вид в безмятежно голубое небо. Которым я любовался, уже лежа на полу — после третьего шара.

— Надоела, говоришь?! — она спрыгнула со стола и подошла ко мне. Глаза горели огнем, волосы растрепались. Какая женщина!

— Все объясню, любимая, — я начал отползать спиной вперед, с опасением поглядывая на очередной сгусток огня в ее ладони. — Успокойся, пожалуйста!

— Не успокаивай меня, подлая ящерица! Надоела, говоришь? Одной тебе, видите ли, мало? Так я тебе сейчас кое-что укорочу, чтобы больше на девок не облизывался!

— Марьяна! — я осекся, глядя в небо.

— Со мной такие трюки не пройдут!

— Это не трюк!

Женщина, наконец-то, обернулась.

— Ушки черной мушки!!! — потрясенно выдохнула она, тут же позабыв про меня.

Да я и сам о себе забыл, глядя, как в небо вдалеке бьет огромный столб ярко-белого Света. Это выброс из Садов! Но такого мощного никогда не бывало!

— Поняла, — прошептала жена и вышла в сад, переступив через обломки стены.

Она начала снимать одежду. Я подскочил, когда уже осталась обнаженной.

— Марьяна! — во мне проснулся ревнивый супруг, на голую жену которого глазело несколько сотен мужиков. — Что ты творишь?

— Отойди, — бросила она.

— Чтобы они все тебя разглядывали?!

— Как хочешь. — Марьяна пожала плечами и закрыла глаза.

Через мгновение сильное крыло отшвырнуло меня обратно к столу. По счастью, успел зацепиться за столешницу и не угодил прямо в портал.

Когда снова выбежал в сад, увидел, как ящер, переливающийся всеми мыслимыми цветами, словно был облеплен драгоценными камнями, помчался к белому столбу энергии, что била из Садов.

В тот момент, когда я закричал, что было сил, Марьяна нырнула прямо в него. Свет словно преломился от нее, изменил направление и с огромной высоты ударил вниз мощным лучом. И я даже знал, куда именно.

В Разлом.

Мои любимые читатели, готовьтесь — завтра последняя прода этой новогодней сказки!)))

Путь до Разлома я проделал тоже в обличии ящера, так было быстрее. Но даже близко подлететь не смог — в трещину в земле словно лился с небес белый огонь. Борясь с судорогами боли из-за обожженных крыльев, даже представить боялся, как Марьяна влетела в самую его гущу.

Я летал кругами, так близко, как мог, кричал, звал ее, но без толку. Разлом быстро затягивался, как рана под рукой опытного Защитника, скоро и следа не осталось, но это не радовало. Дар небес исполнил свое предназначение. Любимая спасла мой мир, заплатив жизнью за совершенные мной ошибки.

Белый луч растаял, оставшись в воздухе взвесью мелких сияющих частиц. Когда она рассеялась, я заметил женское тело, спикировал вниз, лелея безумную надежду, что это Марьяна, в человеческом обличии подбежал к ней и разочарованно выдохнул:

— Цинтия…

— Да уж извини, это всего лишь я, — огрызнулась она, притянув колени к груди, чтобы прикрыть срам.

Видимо, таково мое наказание — мучиться без любимой все время, что буду влачить жалкое существование. Не смею роптать, все заслужил, сам виноват.

Члены Совета, заполнившие малый зал, рвали и метали. Были, по-своему, правы, конечно. Тому, что я сотворил с ними, не имелось прощения. Но мне было все равно. В голове царствовала пустота. Я сидел на стуле, тупо глядя перед собой, сам себе напоминая Дару, когда та поведала нам с женой правду.

— Небывалая наглость! — тряся кулаками, на меня обрушился самый старый член Совета. — Вы перешли все границы, Лунаэль!

— Позвольте, уважаемый! — между нами вклинился Учитель. — Все живы, здоровы, Разлом закрыт. Чего еще желать, спрашивается?

— Но «Хруст костей»!..

— Простите, но так уж было надо, чтобы супруга Иньяра, бесценный Дар небес, вошла в пик своей силы. Понимаете? — продолжая увещевать разбуянившегося Защитника, мой наставник отвел его подальше. Но, очевидно, уговоры действия не возымели, потому как следом раздалось гневное:

— Казнить! Казнить немедля!

Неплохая, кстати, мысль. Лучший исход для меня. С какой-то стороны это даже милосердие.

— И думать о таком не смейте! — пробился сквозь возмущенный ор звонкий женский голос.

Я вздрогнул. Мне уже мерещится, да? Так похоже на голос Марьяны! Судьба жестко наказывает нерадивого мужа, заставляя слышать слова из уст любимой.

— Никаких казней не будет! Средневековье тут развели! — раздалось из-за спин Защитников.

Притихнув, они расступались перед кем-то. Я встал, вытянул шею, чтобы разглядеть.

— Марьяна! — имя любимой стоном вырвалось изо рта. Казалось, вместе с ним выпрыгнуло и сердце, пляшущее в горле.

Не может быть!!!

— Да, это я, — она улыбнулась, встав напротив. — Может, обнимешь жену?6dfffc

— Обниму! — потрясенно выдохнул я, сграбастав Марьяну в охапку.

Да, ее запах, ее тепло, ее изгибы!

— Жива, любимая!

— А как же надоела? Проваливай? И остальное?

— Это было неправдой! — зачастил я. — Сказал, чтобы ты ушла в свой мир, чтобы выжила, чтобы…

— Да знаю, знаю, — смеясь, перебила супруга. — Твой наставник мне все объяснил.

— Ты знал, что она не погибла, и не сказал?! — рявкнул я, вглядевшись в побледневшее лицо Учителя.

— Терпение никогда не было твоим достоинством, ученик, — пробормотал он, спрятавшись за спину Марьяны.

— Это уж точно, — посмеиваясь, она посмотрела на членов Совета. — Надеюсь, ни у кого нет сомнений, что я, как Дар небес, имею право единогласно принимать решения? Замечательно. Тогда слушайте. Никаких казней не будет. Все получат по заслугам — после справедливого суда. Мой супруг за содеянное с вами тоже понесет наказание — отныне он под домашним арестом. На какой срок, решу сама. Согласны?

Возражать никто не осмелился.

— Хорошо. — Марьяна кивнула.

Какая женщина!

— Для тех, кто не понял, поясню. Раньше Дар небес во спасение мира приносился в жертву теми, кто хотел спасти свои шкуры. Иными словами, разноцветных ящеров никто никогда не спрашивал, просто забивали на центральной площади города, и все. А все гораздо проще — Дар небес сам принимает решение пожертвовать собой во имя спасения других. Поэтому остается в живых.

Она улыбнулась.

— Все просто. Тьма эгоистична, она много требует от своих адептов, но ничего не дает взамен, лишь жадно перемалывает их души. А Свет щедр, он позволяет черпать из себя бесконечно, становясь от этого только ярче. Это как свеча, от которой можно зажечь одну, другую, третью свечу, поджечь костер, и все, что угодно еще. Это и есть Дар небес — любовь. Подумайте об этом. Это сложно, но стоит поразмышлять.

— Если они еще не поняли, это их проблема! — отрезал я, подхватив супругу на руки и быстро покинув малый зал.

— И куда ты меня тащишь, хитропопая ящерица? — осведомилась Марьяна, прищурившись.

— В супружескую опочивальню, конечно же! — отозвался я.

— А кто тебе сказал… — начала она.

— Никто, — перебил я. — И не надо. Ничего не надо. Просто положу тебя на кровать, лягу рядом и буду любоваться тобой, любимая! — я ногой открыл дверь в спальню, бережно положил Марьяну на постель и сел рядом.

— И что? Так и будешь сидеть, как дракон, охраняющий свое сокровище?

— Именно. — Я расплылся в счастливой улыбке. Пусть идиот, зато мне так хорошо!

— А я хотела тебе рассказать кое-что. Но если не хочешь…

— Хочу, — торопливо заверил я. — Очень хочу!

— Тогда наклонись, шепну на ушко. — Она поманила меня пальчиком, обняла за шею и прошептала, — скоро, ящер мой, ты станешь папой!