ГЛАВА 26

— Привёз? — Саид встретил его у порога, сходу протянул руку, прижимая вторую к рёбрам.

— Привёз. Мастер выполнил все твои пожелания, — Заур положил браслет на его ладонь. — А что с рёбрами?

— Бандитская пуля, — криво усмехнулся.

— В смысле? На тебя напали, что ли?! — Заур шагнул вперёд, но Саид цокнул языком, толкнул его обратно в подъезд. — Саид, ты ранен?

— Угомонись, доблестный оруженосец. Ты слегка опоздал. Не ранен. Травмат.

— Слушай, брат, ты не говоришь мне, куда идёшь, что делаешь! Ты не берёшь меня с собой и даже охрану оставляешь дома! Почему Махмуд внизу, а не здесь, под дверью?! Ты не можешь так рисковать собой! Твой отец нас всех заживо закопает, если…

— Помолчи, Заур. Видишь, мне сейчас не до твоих нотаций. Браслет привёз — свободен. Давай!

Хаджиев захлопнул перед его носом дверь, и Заур почему-то подумал, что это за сегодня уже во второй раз. Илана тоже не хочет его видеть. Да и с чего бы ей хотеть? Особенно после того, как он приставил дуло пистолета к её виску. Ствол был на предохранителе, и он, конечно, не собирался её убивать. Так, попугать только. Да и неважно уже. Он же добился, чего хотел.

Наверное, дело в нём, раз все закрывают перед его лицом дверь. Но Заура никогда и не встречали тепло. Никто и нигде. Если только когда-то бабушка. Но это было давно.

Спустился вниз, у машины Саида нашёл Махмуда. Тот встречал его, вытянувшись струной и, видимо, предчувствуя взбучку.

— Ничего не хочешь мне сказать?

Парень достал из кармана ствол, протянул его Зауру рукоятью вперёд.

— Вот. Это тот, из которого стреляли в господина Саида.

— А где стрелявший, раз оружие у тебя?

— Так… А ты не знаешь разве?

— Говори.

— Не могу, брат. Пусть он сам скажет. Я человек подневольный, ты знаешь. Я не хочу лезть в это.

— Махмуд, — взглянул на него грозно, и охранник замялся. — Я не буду повторять свой вопрос в третий раз. Прямо здесь, прямо сейчас казню тебя. Пока я не знаю, кто стрелял в Саида, виновен ты. Итак, кто посмел направить оружие на Саида Хаджиева?

Парень вздохнул, взъерошил волосы.

— Она.

— Не понял?

— Она стреляла.

— Кто она? — Заур проследил за говорящим взглядом Махмуда, поднял голову вверх, на многоэтажку. Туда, где окна квартиры Смирновой. — Я не понял тебя, Махмуд. Ты о его девчонке говоришь?

Парень кивнул, отвернулся к машине.

— Я выстрел услышал, туда побежал. Слышал, как господин Саид кричал на неё. Спрашивал, знала ли она, что ствол травматический.

— И что она ответила?

— Что не знала…

Что ж это многое объясняет. Саид не захотел говорить ему, потому что тогда придётся Смирнову показательно наказывать. Подобное нельзя спускать с рук. Даже своей бабе. Тем более своей бабе. Хотя, зная Саида, он и так не спустит.

Но почему он до сих пор там? Вывод напрашивается сам собой. Потому же, что и Заур пошёл к Илане.

Выругался, пнув заледеневшую глыбу снега. Что за женщины в этих краях? Будто мир с ног на голову перевернулся. Одни детей растят, в мужиков стреляют, собой торгуют. И губят. Губят всех, кто на них посмотрит. Теперь Заур очень хорошо понимал Саида-старшего. Тот едва с ума не сошёл, когда узнал, что Марат женится на русской (прим. автора: Марат Хаджиев — герой книг «Варвар» и «Варвар 2. Исступление»). Да и у Саида-младшего мать была русской. Видать, кровь тянет. Но тогда его, Заура, что тянет к этой шлюхе? Почему никак не может выбросить её из головы? Может… Поиметь её разок? Купить её услуги? И ей хорошо, и его это наваждение оставит.

***

Отрубилась. Она просто отрубилась. Как будто ничего не произошло. Ещё одно доказательство, что с куклой Надей явно не всё в порядке. Он тысячу раз видел неадекватов, пытавшихся его пристрелить или зарезать. Но среди них ни разу не было женщины. До сегодняшнего дня. А её взгляд? Да она сама на психопатку походила.

Ладно, выстрелила она, допустим, случайно. Но как можно после всего лечь на кровать и уснуть? Можно подумать, она каждый день по людям шмаляет. Пусть даже из травматики. Хотя… Если вспомнить её прошлое и то, как она преследовала бедного мужика, вполне можно предположить.

Подошёл к кровати, присел рядом и взглянул на часы. Часа два прошло уже, можно будить спящую красавицу. Взяв её за запястье, надел на него браслет и не без удовольствия защёлкнул. Мигнул микроскопический датчик. Удовольствие, конечно, не то и не такое, как было бы в том случае, если бы она сама позволила. Но ему и так сойдёт.

— Подъём, гражданка Смирнова! Полиция! Вы убили лучшего мужика в вашей жизни и теперь будете за это расплачиваться! — похлопал её по щекам, на что Надя поморщилась, застонала.

— Ммм… Чего тебе? — прохрипела сиплым голосом, будто проспала не пару часов, а пару суток. Тут же округлила глаза, видимо, осознав, кто рядом, и резко села на постели. Осмотрела свой халат, запахнула его на груди. Запахнуть-то запахнула, но ему хватило даже одного мгновения, чтобы заценить своё имущество. То самое, на которое она не надела лифчик. Ничего так. Даже очень. Крупные горошины сосков в розовых ареолах, даже рот слюной наполнился. — Что ты здесь делаешь? — но взглянув на его обнажённый торс, судорожно ахнула и поползла к изголовью. — А ну! Уйди отсюда! Слышишь?! Я кричать буду!

— Во-первых, ты и так орёшь. Во-вторых, это тебе не поможет. Ну, и в-третьих, кукла Надя, я мог сделать с тобой всё, чего захотелось бы. Ты провалялась в отключке несколько часов. А мне можно было приподнять твой халатик и… — положив руку на её ногу, медленно пополз вверх, за что мгновенно получил во всё тот же бок, всё той же ногой. — Да чтоб тебя, блядь! — зашипел, отшвыривая от себя её ногу.

— А чего ты голый тогда?! — рявкнула, окончательно проснувшись.

— Я снял рубашку, чтобы осмотреть гематому, — встав на ноги, продемонстрировал плод её трудов. — Видишь? Чуть рёбра мне не раскрошила.

На боку действительно багровела охерененно здоровая фиговина, которую синяком назвать язык не поворачивался.

Она поджала губы, опустила взгляд. Что такое? Доктор Смирнова устыдилась?

— Слушай… Так нехорошо всё вышло, да? Но, если честно, то я не хотела. Знаешь, ты когда ворвался ко мне, я… — опустила взгляд на свою руку, нахмурила брови. — Так, а это что ещё такое? — вскинула на него яростный взгляд и принялась остервенело сдирать с себя браслет. — Вот же гад! Да лучше бы я тебя прихлопнула!

Хаджиев заухмылялся, наблюдая за её тщетными потугами.

— Видишь ли, в чём дело, красавица. Этот браслет не такой, как предыдущие. Этот я немного усовершенствовал. В нём маячок. Если ты попытаешься сбежать от меня, я тебя найду, — проговорил это не без садистского удовольствия. — Снять ты его не сможешь. Если только вместе с рукой. Ну или болгаркой. Но я бы не советовал. И даже если ты отрубишь себе руку, я и об этом узнаю. Когда исчезнет тепло твоего тела, маячок подаст мне сигнал. Как-то так.

— Скажи мне, что это всё твоя бурная фантазия или мой страшный сон? — сглотнула, пялясь на него во все глаза.

— О, нет, малыш. Это нанотехнологии. Ты даже не представляешь, как далеко мы зашли. Не мы с тобой, в смысле, а люди в общем. Хотя и мы с тобой теперь почти неразлучны, — достал телефон, продемонстрировал ей экран. — Вот эту программку видишь? Теперь ты у меня в руках. В прямом смысле слова. Ну, а пока я запру тебя дома. У двери поставлю охрану. Всё, что тебе понадобится — через них. Или же позвони мне. Разумеется, когда надумаешь искренне извиниться. Но ты же, скорее, перегрызёшь себе сухожилья, чем позвонишь, да?

— Совершенно верно, — прошипела сквозь зубы, сверля его ядовитым взглядом.

— В таком случае, увидимся, — прихватив свою рубашку, со стоном накинул её на себя. — Вот же зараза. Чуть всю бочину не раскурочила.