ГЛАВА 22

Саид

Завязываю галстук, смотрю не на узел, который должен лечь ровно, а на Алю, стоящую в задумчивости на выделенной половине гардеробной. Обычно женщинам не хватает места для нарядов, сейчас у меня возникло впечатление, что это я имею переполненные вешалки с костюмами, с забитыми одеждой для повседневной носки полками. Помню, когда жил с Симран, она жаловалась, что у меня довольно маленькая гардеробная. Ну, да, для ее вещей двадцать квадратов было мало, ведь приходилось делить пространство со мною. Алина одежда занимала совсем мало места. Мне сразу же захотелось схватить ее за руку и повезти в торговый центр, накупить кучу шмотья, чтобы тоже ныла о том, что ей некуда поставить свои новые туфельки. Да, я хотел слушать это нытье, хотя в прошлом терпеть не мог, когда мне забивали мозг этой херней. Жена ни разу эту пластинку не ставила, с Ариной я толком не жил нормально.

— Я думаю, на выходных можно обновить тебе гардероб, — тихо сообщаю свое решение, поправляя рукава рубашки. Аля оборачивается, держа какое-то платье на тонких бретельках. Она хмуро меня оглядела с ног до головы, посмотрела на платье.

— Вы всегда при параде ужинаете?

— Нет. Дресс-код не нужен, в нижнем белье запрещаю появляться, купальники только возле бассейна, по дому перемещаться прикрытой.

— А почему тогда ты в костюме?

— У меня деловая встреча.

— Вечером?

— Аля, я работаю без нормированного графика. Если партнер предлагает встретиться после девяти, я заинтересован в этой встрече, плевать на время. А там… — ухмыляюсь, подойдя к Але, — вечер перетекает в приятную ночь! — смотрю ей в глаза, жадно ловя каждую эмоцию. Она поджимает губы, море волнуется, кажется мой намек ей не нравится.

— Мне переодеваться?

— Мне без разницы, — пожимаю плечами, отворачиваюсь, беру с полки свои часы, которые прячут татуировку.

— Можно вопрос?

— Да.

— Твоя тату на руке как-то связана с детьми и тобой или там скрыт другой смысл?

Некоторое время смотрю на буквы, трогаю пальцем букву А. Это то, что со мною навсегда, то, что никто никогда не отнимет. Застегиваю ремешки часов, только после этого поворачиваюсь к Але.

— Другой смысл, — решаю быть честным с девушкой. Душу раскрывать не собираюсь, она надежно спрятана, окружена высокой стеной, и нет надобности вести личные разговоры.

Аля кусает губу. Кажется, это вошло у нее в привычку. Подхожу впритык, обхватываю ее подбородок, осторожно большим пальцем освобождаю нижнюю губу из плена зубов, поглаживаю ее, смотря на приоткрытый рот. Она шумно дышит, мельком бросаю взгляд на ее грудь. Соски натягивали шелковую ткань топа, осознаю, что она без бюстгальтера. И когда успела снять? Ведь видел в самолете, что была в нем. Похоть, как вирус болезни, побежала по венам. Прижимаю ее к стеллажам, Аля кривится, видно неудобно прижиматься спиной к полкам. Сдерживаю себя от резких движений, просто дышу рядом с ее ухом, касаясь пальцами ее щеки, нежно веду вниз к шее, плечам. Глажу выпирающие косточки ключицы, нащупываю углубление, где бешено бился пульс.

— Тебе же нравится, когда я тебя касаюсь? — нагибаюсь к яремной ямке, слегка целую, лизнув языком кожу, которая сразу покрылась мурашками. Аля пытается увеличить между нами расстояние, ойкает, ибо упирается спиной в полки, оттолкнуть меня у нее видимо нет желания. Поднимаю голову, пытаясь не улыбаться, как довольный кот, но это плохо получается. Бирюзовые глаза подернуты дымкой желанья.

— Трусики уже намокли? — она вспыхивает, алый румянец на щеках веселит, отводит глаза в сторону и поджимает губы. — Когда будешь себя ублажать, представляй, что это моя рука, но поверь, реальность превзойдет все твои мечты, как только ты решишь меня к себе подпустить! — резко отстраняюсь, она разочарованно и одновременно облегченно выдыхает. Смотрю на время.

— Нам пора, обычно я появляюсь первым! Но ты можешь подойти через пять минут, когда придешь в себя, я попрошу кого-нубудь из слуг тебя проводить в столовую. Все хорошо? — Аля вскидывает голову, сужает глаза, в которых желанья и след простыл, уступив место гневу.

— Я подойду через пять минут! — голос дрожит, отворачивается от меня. Несколько секунд стою на месте, подавляя в себе сентиментальный порыв подойти и обнять. Нет, не нужно нам чрезмерных нежностей. Поэтому разворачиваюсь и покидаю не только гардеробную, но и спальню.

В столовой уже накрыли стол, сажусь на свое место во главе, доставая из кармана мобильник и сразу же погружаюсь в деловые письма, которыми забит мой электронный ящик.  Мое одиночество было недолгим.

— Папулечка! — Анна, увидев, что я один, заулыбалась, подошла и обняла за шею, поцеловала в щечку, поскребла пальчиком мою щетину. — Ты опять не брился вчера!

— Насколько мне известно, сейчас легкая небритость в тренде, —  удерживаю дочь за руку, она смотрит куда угодно, но только не в глаза. — Аня, что это было?

— Ты о чем? — улыбается, изображает непонимание, у меня аж зачесала рука дать ей по лицу за эту игру.

— Аня, не зли меня! — шиплю сквозь зубы, Анна садится на стул, виновато смотрит. — Я еще и у парней спрошу, что за цирк вы устроили!

— Как ты мог притащить в дом ту, которая тебя обчистила?!- затараторила дочь. — Я не смогу спокойно спать, зная, что она может крутить тобою, как захочет! И еще, пап, когда я тебе говорила, чтобы ты нашел себе спутницу, имела в виду зрелую женщину, состоявшую, как личность, имещую характер, чтобы быть рядом с тобою, принимая тебя со всеми недостатками и скверным характером! А эта…ровесница Али или Ахмета, не опередила на глаз!

— Значит так, — отпускаю ладонь дочери, замолкаю, прищуренно наблюдая, как в столовую подтягиваются все остальные домочадцы. Все смеются, переговариваются между собой. Аман, по привычке, идет к стулу по правую руку от меня.

— Аман, пересаживаешься через стул. С этого дня здесь будет сидеть Аля, — устремляю взгляд на Али, он переглядывается с Азаматом. Жду, когда все займут свои места. — А теперь послушайте меня внимательно, надеюсь меня поймет каждый и услышит с первого раза, ибо повторять не буду. Аля, моя гостья…

— Пап, называй вещи своими именами, мы взрослые, то есть любовница! — Азамат смеется, Али давит улыбку, но скривился, видимо Карина ткнула в бок.

— А тебе, Азамат, я слова не давал. Не посмотрю, что вырос, затрещину дам от души, чтобы все твои мозги встали на место! — рявкнул, яростно смотря на Али и Азамата, остальные хранили молчание. — Я много просить не буду, просто уважать ее, не пытаться задеть! Это по сути не так уж и сложно. Я не понимаю вашу настороженность, никто меня у вас не отнимает, как был вашим отцом, так и остаюсь, это тебя касается Анна, ревнивица моя. Никакая она не мошенница, как ты подумал, Али, произошло недоразумение. Услышал краем уха непроверенную информацию и сделал выводы. Ясно?

— Да! — нестройный хор голосов ответил. Как раз вовремя, услышал шаги, через минуту появилась Аля. Глядя на нее, улыбнулся, вставая из-за стола. Она смотрела только на меня, словно боялась посмотреть по сторонам и наткнуться на недружелюбный взгляд. Взял ее за руку и потянул за собой, ощущая взгляды трех пар глаз с пристальным вниманием. Посмотрел на Аню, она недовольно сжимала губы, недоверчиво смотрела на наши переплетенные пальцы. Усадил Алю, сел на свое место, предупреждающе взглянул на дочь, она уткнулась в тарелку.

Ужин бы прошел в гробовой тишине, но у меня были чудесные невестки, начали болтать о фильме, который скоро выйдет в прокат, подбивали собраться всем в кинотеатр, в обсуждение этой затеи включились все, кроме меня и Али. Она ничего не ела, вяло ковырялась в тарелке, улыбалась, когда к ней обращался Аман, но односложно отвечала, показывая этим, что на беседу не настроена. Мне не нравился ее настрой: закрытой ракушки. Нашел под столом ее руку, сжал, она встрепенулась, испуганно посмотрела мне в глаза. Я нагнулся к ее ушку.

— Ты мне так и не ответила про трусики! — легонько целую ее мочку, смотрю на покрасневшее лицо, улыбаюсь, поглаживаю пальцами ее ладонь. Ее швыряет от эмоций. Вижу, как злится, как хочет выдернуть руку, но это было б слишком очевидно для других, терпит мои наглые прикосновения. Я обещал ее не трогать? Так, это имелось ввиду, что не буду заставлять трахаться со мною, а вот соблазнять её не мог себе отказать в этом удовольствии. Мне нравилось ее смущать, возбуждать, видеть, как она хочет меня, и как борется с этим желанием, тихо себя ненавидя за эту слабость.  Рано или поздно она сдастся, а я пока наберусь терпения и дождусь этого мгновения, когда Аля сама будет меня умолять взять ее, иметь в разных позах, в разном темпе, кусать, целовать…

Аля остается в компании Хабибы, Лейлы после ужина, не сбегает в комнату, хотя видно, что ей неуютно, но постепенно расслабилась. Я был доволен, что моя девочка оживилась. Вскоре к ним присоединилась Карина и Сафина, ведя в гостиную детей. Стало шумно, весело. Я даже услышал, как Аля смеялась. Аню Мигель утащил на прогулку к заливу, очень надеялся, что он прочистит ей мозги и убедит, что она ревнует беспочвенно. Парни ушли в бильярдную, гонять шары. Убедившись, что в доме мир, поспешил на встречу, которая обещала сделать меня еще больше богатым и влиятельным в сфере бизнеса.