Глава 31

- Маша!!!! – рёв десятка юных звонких глоток оглушил меня, едва я вошла в дом соседки, который мы собирались купить. Стал он нашим или нет, в любом случае, ближайший путь к моему дому через заднюю калитку на этом подворье.

Сёстры и младшие братья бросились ко мне с объятиями, а Саша с Егором изумлённо широко улыбались, оставаясь на месте. То, что они все были в соседском доме, говорило о том, что он, всё же, стал нашим.

- Родные мои… - я едва сдерживала слёзы.

На меня градом посыпались вопросы:

- Как тебе удалось?

- Ты насовсем?

- Это было ошибкой?

- От нас потребуют вернуть компенсацию?

- Ты снова будешь жить с нами?

Я не спешила отвечать. Потому, что сама пришла спрашивать! И неизвестно, когда меня хватятся, и сколько у меня на это есть времени. В лучшем случае, я побуду с родными до закрытия магической лавки на закате. Поэтому немедленно приступаю к осуществлению всех своих пунктов плана по очереди. Готовясь к этому визиту, я продумала, что мне нужно сделать. 

- Я без гостинцев, простите. У меня там, у магов, ничего своего нет. Но, пока я здесь, могу зарядить всё, что есть! Тащите сюда все нагреватели и магические кристаллы для обогрева! Или пойдём домой?

- А мы дома, Маш! Теперь здесь живём, а модную лавку в нашем прежнем доме устроили, потому, что он новее. Клиентов в большой комнате принимаем. Афанасий с Дашей туда зеркало огромное купили за счёт своей части компенсации, ну, той, что за тебя ему, как опекуну, выплатили, и ещё всякого разного для нашего будущего дела. Сегодня праздник, поэтому она закрыта. А до этого мы все работали день и ночь! Только троих младших мальчишек вовремя спать отправляли, - торопливо объяснил Саша.

Я почувствовала его нервозность из-за истраченных сумм, которые ни Кузнецовы, ни Афанасий уже не смогут вернуть, если у них их потребуют.

- Давайте я проясню все возможные вопросы коротко и один раз, - решила, всё же, объясниться я, чтобы не портить удовольствие от встречи.

Сама взяла нагреватель и, сосредоточившись, пустила в него магию. С металлическим украшением со вставкой мерзкого антизекерита, это оказалось чуточку сложнее, чем обычно бывало раньше, но вполне мне по силам.

- Я – маг и должна буду вернуться к таким же, как я, поэтому компенсацию за меня возвращать не нужно. Я сбежала к вам без разрешения, чтобы посмотреть, как вы тут справляетесь без меня. Если всё пойдёт по моей задумке я смогу побыть с Вами до самого вечера. Но есть большой риск того, что маги заберут меня в любой момент.

Братья и сёстры слушали меня, не пропуская ни одного слова.

- Расскажите, как вы тут? Где Лиза? Не вижу её.

- Лизу забрали к себе родители Кузьмы в тот же день, как мы тебя потеряли. То есть, когда ты ушла с магами, - ответил Саша, неловко поправившись.

– Она, будто, как и ты, ушла от нас навсегда. Здороваемся, когда видимся, - добавил Егор, - и всё.

- Я думала она будет еду на всех готовить, стирать и всё такое - ну, вместо тебя, - пока я ковры плету, парни матрасы по новым заказам делают, а мелкие цацки мастерят. А она сбежала! – возмущённо наябедничала Танька.

- Хорошо ей у них? – спросила я.

- Как сыр в масле катается и ни за холодную воду не берётся! – всплеснула руками Танька. – Маш, верни её обратно.

Я укоризненно посмотрела на сестру, которая сейчас, по сути была старшей Кузнецовой.

- Работы дома полно. И скучно мне одной без вас обеих, - тихо добавила Таня и смолкла.

- Если невеста-сирота, то после сговора принято забирать её в дом жениха. И ничего она не катается и не бездельничает - возразил Егор. - Работает так же, как дома у нас работала, даже ещё больше: с раннего утра до завтрака хворост жарит, от завтрака до обеда конфеты делает, потом, до ужина, ковры плетёт, а после ужина до поздней ночи лавку убирает. Я с ней разговаривал недавно.

- Тааак, разберёмся, - в сердце кольнуло, когда почувствовала, что у Лизы не всё ладно. - Что со швейной машинкой?

- Фёдор приходил к нам за твоими рисунками машины, сразу, на следующий день после праздника. Он свою часть компенсации за тебя истратил на её создание, ну, там, на материалы, работу подмастерьев и всё такое. Ох, его отец так бушевал сначала, что Федька ничего, кроме этой машины в мастерской не делает. Но потом, посмотрев твои рисунки, перестал и, даже, стал помогать Феде. - доложился Саша. – Мы посылали Стёпку в механическую мастерскую на испытания и обучение работе на этом механизме, то есть, машине. Степану уже двенадцать исполнилось. Будет у нас первым в мире машинным портным. После праздника собираемся перевозить швейную машину из механической мастерской в нашу «Модную лавку». Мы под неё вашу с девочками бывшую спальню подготовили. Федя договорился с нами, что мы будем показывать всем желающим, как она работает.

- Значит, всё получилось?!

- Да! Твоего Фёдора теперь все называют мастером. Вчера, накануне праздника, как раз гостей много приехало из других городов, он устраивал в мастерской торжественный показ работы швейной машины. Кстати, твой бывший жених назвал её «Мария», в твою честь. Имя на корпусе золотом написано! – вклинился в разговор Стёпка. Подросток явно старался выглядеть солидным и важным, как подобает первому в мире машинному портному. - Я на показе сшил матрас меньше, чем за час! Шов идеальный! Руками так не получится!

- У нас уже много заказов на строчку. Хорошо будем зарабатывать, Маша. Спасибо тебе! Максим даже специальную книгу заказов уже ведёт, чтобы по очереди и за установленную цену. Он нас такой умный мальчишка оказался! – похвалил младшего брата Андрей.

- Представляешь в приюте были четверо младших, но только Максим, не только хорошо читать научился, но и писать, - подхватил Коля.

- Надька на год старше, а писать заказы не смогла, а про Никиту и Мишку я, вообще, молчу – они даже читают с трудом, - встряла с ехидным замечанием Танька.

- А ты, вообще, не умеешь! – тут же возмутились в один голос оба самых младших брата.

- А меня и не учили грамоте целых полгода на всём готовом! Если бы учили – умела бы! – парировала Танька.

Сама не понимаю, как заботы о выживании семьи, как таковой, крыше над головой и хлебе насущном, настолько меня поглотили, что я упустила вопрос обучения грамоте, не только детей, но и себя самой.

- А что игрушки? – задала вопрос, ибо не хотелось продолжения разговора на тему грамоты, потому, что меня брала досада - с учёбой я сплоховала. А ещё учитель!

Тут Сашка немного виновато сжался.

- Понимаешь, Маш… Мы дом этот выкупили полностью, «Модную лавку» обустраивали, лицензия, пошлины, заказов сначала не было совсем, только матрасы понемногу шили… Всё серебро, что было истратили на то, на это… Нужны были лавки и стол в новый дом, новая духовка…Ту, что была, соседи вместе с Лизой забрали, - мямлил брат. -  А ещё, Танька всё время возмущалась, что Надя игрушки шьёт и ей мало помогает по дому…

Саша замолчал. Остальные тоже ничего не говорили. Надя смотрела печально, Таня – с вызовом.

- Ну? – поторопила его я.

- Ну, в общем, трудности у нас, а тут, этот… хозяин игрушечной лавки. Пришёл, уговаривает и уговаривает… - Сашка тяжело вздохнул. - Продал я все твои рисунки, Маш, и лекала для игрушек, и права продал… Теперь, по условиям сделки, мы их больше не делаем, даже для себя.

- Вот как? – я задумчиво смотрела на погрустневшую Надюшу. – А чем младшие теперь заняты?

- Все парни Кузнецовы в «Модной лавке» работают. Я там – мастер, Егор - подмастерье, Степан – без пяти минут машинный портной, Максим – счетовод. Я его, кстати, учиться отправил, на Садовую, в школу при приюте, каждый день бегает. Андрей, Коля, Никита и Мишка пока в учениках ходят.

- А Надя? – спросила я, уже догадываясь, что услышу.

- Она, в основном, по дому крутиться. Таня, действительно не успевает одна. У неё много заказов на коврики, да ещё она конфеты и хворост по утрам делает. Афанасий потом их на площади, с прилавка продаёт.

Я понимающе кивнула.

- А что Афанасий с Дашей? Как у них дела обстоят?

- Даша и её свекровь тоже ковры плетут. У Дарьи, кстати, благополучно младенчик родился – мальчик, - Саша рассказывал и рассказывал. Мне казалось у них без меня целая жизнь прошла.

В разговоре участвовали все Кузнецовы, а я слушала, переспрашивала, уточняла и… заряжала приборы.

- Пора обедать! – позвала Таня. Я заметила, как ловко и умело они с Надей приготовили и накрыли праздничный стол, продолжая вставлять в общую беседу свои замечания и рассказы о минувших трёх месяцах жизни Кузнецовых без меня.

- А что с моей капустой сделали? Хороший урожай собрали? – вспомнила я в какой-то момент про свой огородик.

- В погребе сложили. В том, что под модной лавкой. Её столько, что весь погреб только этой капустой занят. Афанасий собирался продавать туда попозже. Нам столько не съесть. В этом году, урожай, как никогда, очень обильный!

Так. Разговоры разговорами, а пора подниматься и за дело приниматься. Тем более, что все приборы уже были заряжены.

Однако, прежде я попросила бумагу и нарисовала несколько рисунков и лекал для абсолютно других по стилю и исполнению, по сравнению с теми, что мы делали, игрушек-подушек в форме забавных котов, поросят и сов. Припомнила и добавила лекала для мягкой куклы шаловливого мальчика. Я подобных не видела здесь. Нарисовала выкройки для пчёлки, жука и ещё несколько оригинальных лекал для игрушек разных животных. Передала всё Наде с подробными пояснениями. Девчушка прямо просияла от счастья.

- Саша, я, при всех присутствующих Кузнецовых, дарю право на все эти лекала и выкройки Наде, ей одной. Только она может использовать их или продать, если захочет.

Младшая запрыгала, захлопала в ладоши, а затем с воплем «спасибо!» кинулась мне на шею.

- Пустяки. На это не разбогатеешь, - отмахнулась я.

Потом поднялась и распорядилась:

- Мальчики, бегом принесите сюда десять вилков капусты. Я должна успеть показать вам, что с ней можно сделать.

Как этот мир живёт без квашенной и маринованной капусты?

- Смотрите, режем вот так. На один такой огромный вилок капусты – я прикинула, килограмма два, не меньше - две ложки соли без горки, четверть ложки сахара и одна морковка. Запомнили?

Девчонки закивали головами.

- Смотрите дальше. Перемешиваем, мнём, трамбуем, ставим гнёт.

Я уложила капусту в деревянное ведро, накрыла круглой разделочной доской, на которую положила чистый камень.

- Два раза в день снимайте гнёт и протыкайте капусту до дна чистой деревянной спицей. Это обязательно, иначе - будет горькой. Есть можно будет через три дня с добавлением масла.

- Сырой?

- Она уже будет не сырая, а квашенная! Такой капусты можно сразу много сделать и хранить в погребе до самой весны. Афанасий пусть попробует продавать. В трактиры пусть предложит. С картошечкой хорошо…, - я мечтательно проглотила слюну. -  Ладно. Не отвлекайтесь. Следующий способ: режем кочан капусты на квадратики…

Я сделала с девушками обычную маринованную капусту со свеклой и по-грузински, заменив привычные в моём прежнем мире ингредиенты подходящими местными. Например, вместо уксуса здесь была яблочная кислота.

- Маринованную можно попробовать уже завтра, в это же время.

Закончив с капустой, мы все вместе пошли осматривать «Модную лавку».

Мальчики рассказали, что, с момента её открытия, они уже сшили на заказ два платья и один сюртук по моим рисункам. Клиенты остались довольны. Понемногу пошли заказы. Сейчас в работе целых четыре платья. Но пока самым стабильным заработком юных портных остаются матрасы.

- Надо было назвать нашу мастерскую «Модные матрасы», - хихикнул Стёпка.

Он, вообще, был преисполнен чувством собственной значимости и исключительности, предвкушая работу на швейной машине. Подумав о ней, я невольно вспомнила царевича.

- Федя, такой молодец! – вздохнула я.

Мне очень хотелось увидеться с ним, но… как же больно будет расставаться… Я уже поняла, что маги помешаны на воспроизводстве одарённых, и у меня нет ни малейшего шанса остаться среди людей навсегда.

- Да… Теперь твой бывший очень богатым будет. Он уже во время просмотра целых три заказа на швейные машины получил. А это - целая куча серебра! Говорят, сам император заинтересовался его изобретением! – поддержал моё восхищение Степан.

- Его? Его изобретением? А Кузнецовы, что же? Ничего от этой серебряной кучи не получат?

- Так ведь тебя нет… А, за твои рисунки он нам самую первую машину бесплатно отдал. Считает – в расчёте. Тем более, в твоих бумагах ему многое непонятно было, а спросить не у кого. Он сам додумывал. В этом случае трудно будет, даже магически, доказать авторство, - Саша говорил явно с чужих слов.

- Посмотрим…

Я не знала, что с этим можно сделать за несколько часов одного дня. В городской управе, чтобы оспорить права Фёдора, никого не бывает по праздникам. А уверенности, что смогу вырваться от магов ещё раз у меня не было. Задумавшись, я бросила взгляд в окно, на соседскую лавку и дом над ней, в котором жила ещё одна моя сестра.

- Я пойду к Лизе, - сообщила всем, выходя из дома.

Сестра кинулась ко мне с ультразвуковым писком.

- Мааааашаааа!

Ах, ты, Марфа Степановна! Ах, ты… Жучка! Превратила девочку в домработницу. Тоненькая, бледная! Да ещё и наживаются на ней, лавочники, благодаря тем умениям, что я ей дала.

После разговора с Лизой я настолько разволновалась, что у меня даже в груди зажглось. И это с антизекеритовым браслетом и после зарядки всех домашних приборов!

- Куда смотрит Кузьма? Как он допустил такое? – возмущённо спросила я сестру.

- Кузя редко здесь бывает. На время его визитов меня от всех работ освобождают, - пожала плечами Лиза.

- Так почему ты ему ничего не скажешь? – воскликнула я.

- Я не знаю… Меня, вроде бы, не бьют, не ругают… Я очень стараюсь угодить. Но так устала уже… Домой хочу. Не хочу ссориться с будущими свекрами. Они родители Кузи… А он мне очень нравится Маша: красивый, сильный, ласковый, добрый, подарки дарит.

Лиза прильнула ко мне, казалось, черпая силы и отдыхая в моих объятиях.

- Машенька! Ты ли это? Тебя же маги забрали! – голос Марфы Степановны сочился мёдом, но не мог скрыть удивления и испуга.

- Я пришла за Лизой, - без предисловий, сердито начала я. – Она будет жить дома до свадьбы. И, если передумает выходить замуж за Кузю, то так тому и быть. Где это видано, девочка работает с утра до ночи, а жених и в ус не дует! Лиза, ступай, собери свои вещи! Только свои, личные, бери. Подарки этой семейки тут оставь. Я ещё подумаю, стоит ли отдавать тебя замуж за Кузьму. За три месяца сговора похудела, с лица спала…

Лиза, всё ещё прижимающаяся к моей груди, тихо охнула, приподняла личико, испуганно и недовольно заглядывая мне в глаза. Я прижала её голову к себе, чтобы не пикнула.

- Вы, Марфа Степановна, что же, решили, что Лиза моя – сирота, поэтому должна работать на вас до упаду? Так вот. У неё семья есть. Кузнецовы её в обиду не дадут. Да, я – маг, и вернусь к магам. Но это не помешает мне следить за благополучием всех моих родных. Понятно?

Марфа Степановна неожиданно бухнулась на колени:

- Доченька, Машенька, только не забирай Лизоньку! Кузьма не знает, как много девочка работает. Он думает, что она из-за тебя переживает сильно, поэтому так похудела. А мы с мужем… Мы же её не заставляем целыми днями работать. Лизонька сама всё! Я теперь буду следить, чтобы она ничего не делала. Только не уводи её из нашего дома! Кузьма не простит, если узнает, что из-за нас… Он помешался на ней просто. Любит он Лизоньку. Не простит… - женщина некрасиво расплакалась, утирая лицо фартуком.

Сестра кинулась к ней, обняла, добрая душа.

- Я не уйду. Не уйду. Не плачьте. Маша, можно, я останусь?

Я не знала, как правильнее поступить, но умоляющие глазки Лизы сделали своё дело.

- Совсем без дела, конечно, не нужно сидеть, но меру знай! – пробурчала, соглашаясь. - В другой раз не знаю, что сделаю, если мне расскажут, что тебе тяжело жить! И не важно, тут или у Кузи, когда ты за него замуж выйдешь! Помните это!

От Лизы мы с Сашей и Степаном пошли прямиком в дом Фёдора. Мой боевой запал гнал на подвиги – в драку. В груди пекло.

- Мне очень хочется посмотреть на швейную машину, которая у тебя получилась, Федя. Кстати, ты уверен, что это твоё изобретение, а не моё? – спросила у бывшего жениха, который онемел, как и его папаша, когда увидел меня.

- Маша? Но тебя же маги… Оттуда никогда… Я согласен жениться. – ронял бессвязные фразы царевич.

Я смотрела на него и понимала, что ушло всё… Федя - моя первая любовь… Мои первые отношения с парнем, пожалуй, за две жизни. Грусть и щемящее сожаление о чём-то погасило огонь в груди, будто водой залило. Остались только грязь и пепел…

– Значит так, Фёдор. Признаю, что работу по созданию швейной машины проделал ты, но идея была моя. Поэтому предупреждаю, реши дело, по совести. Я маг. Я найду способ проверить и доказать.