Глава 16. Разговор по душам
Ливад
— У тебя какие-то проблемы? — раздался на удивление спокойный голос Анни.
— Это у тебя проблемы, человечка! Как ты можешь, Тан, объявлять своей невестой какую-то…
— Леди, я попросил бы вас выбирать выражения. Или пожалеете! — зло прошипел Лени. От шока у меня с Натом отвисли челюсти. Никогда за почти совместную жизнь мы не видели друга разозлённым до такой степени.
— Невоспитанный грубиян! — воскликнула она, привлекая внимание некоторых существ, что ещё не успели уйти.
— А вы не на базаре, леди Мишель. Ведите себя соответственно вашему статусу, раз кичитесь им. Пойдёмте, — развернулась Анни, утыкаясь в грудь Лени, но он ловко оказался сбоку и осторожно перехватил у меня руку девушки. Я был не против, хоть и млел от мягкости и нежности маленькой изящной ладошки и продолжил бы сладкую агонию. Тепло, исходящее от пары, — ни с чем не сравнимое блаженство.
— Тан, не проводишь меня? Мне так плохо, — делая вид, что задыхается, простонала актриса.
— Мердок, проводите леди Мишель в её комнату. Она нуждается в опеке, — позвал одного из мужчин Натан. — И запомните, леди, я для вас его высочество или лорд Натан. Не иначе. Или вы ответите за оскорбление члена правящей семьи. В неё входит и моя невеста Анни. Обращайтесь к ней тоже соответственно статусу. Это последнее предупреждение.
— Мне ваша мама …
— Это для меня она мама, а для вас — её величество леди Камилла, — холодно отрезал Нат. Вот это выдержка. Я бы сослал эту испорченную леди куда подальше, где она научится себя вести.
До покоев Натана мы дошли без каких-либо других происшествий.
— Что будете из напитков? Я бы выпил чего-нибудь, — сказал дракон, подходя к высокому, чёрного цвета, шкафу. В этом терморегуляторе поддерживалась оптимальная температура для напитков и некоторых продуктов, чаще закусок.
— Мне не надо, — отказалась Анни, проходя вглубь комнаты и усаживаясь в кресло, игнорируя руку дракона, указывающего на диван. Этим она дала понять, что проводит границы, через которые не рекомендует переступать. Она нравилась мне всё больше. С характером.
— Выпей розового эльфийского. Оно из редких ягод, растущих только на лугах в заповедном лесу, — ласково попросил Лени и протянул бокал.
— Вкусно. Вкус клубники. Мне нравится, — сказала Анни, облизнув розовым язычком пухлые губы. У меня внутренности сжались в узел. А Натан скрипнул зубами. Вот-вот задымит.
— Наверное, хочешь отдохнуть? Мы можем и после всё обсудить, — предложил дракон, укротив внутреннего зверя.
— Нет. Нам надо поговорить. Это важно, — блаженство исчезло с лица девушки. Она с сожалением отложила пустой бокал и покачала головой, когда Лени решил подлить. — Не сейчас, Лени. Я хочу быть трезвой. И меня ждёт Пупсень. Он слишком долго без присмотра.
— Я приведу его, если хочешь, — предложил я.
— Он не послушает. Я сказала, чтобы он начал искать меня через три часа. Обед длился полтора. Если учесть наши передвижения, то остался час. Нам и столько времени не нужно.
— Почему ты уверена, что он тебя понял и уже не бегает в поисках? Его никто не обидит, но шороху он нагонит.
— Нат, — девушка очнулась. — Как друга, я же могу тебя так называть? — спросила она.
— Мы договорились. И ты имеешь полное на это право и по другой причине, — осторожно ответил друг.
— Об этой «другой причине» и пойдёт речь. Давайте вы мне всё расскажете, начиная с попадания в мою квартиру. Потом я расскажу вам о себе и мы выясним, наконец, наши отношения, если они имеют место быть.
— Анни!? — заикнулся было дракон, но эльф его осадил:
— Не надо, Натан. Давай сделаем так, как просит девушка. И всё встанет на свои места. Никаких недоговоренностей, никаких секретов.
Наш эльфёнок Лени рос прямо на глазах. Когда успел стать таким рассудительным и серьёзным? При всей своей хладнокровности и сдержанности, в его груди билось горячее сердце, и он никогда не отказывался от приключений. Но сидящая перед нами девчонка — не очередное развлечение или приключение.
— Давайте, я начну? — предложил я, усаживаясь на диван ближе к девушке. Лени сел в соседнее кресло, а Натан так и стался стоять у стола, прислонившись бедром и сцепив руки на груди. Взгляд у него был тяжёлым, немигающим. Зверь внутри не хотел успокаиваться. Я представил, какого ему сдерживать его.
Я и рассказал. Всё. От начала и до конца. До сегодняшнего дня, не упоминая свои чувства, не задевая чувств ни Лени, ни Натана. Но, тем не менее, упомянул о том, как мы заподозрили в ней пару дракона.
— То, что я услышала — это просто пересказ событий, происходивших в течение последних сумасшедших дней. Я сейчас расскажу вам о себе, а потом задам вопрос, а может быть и несколько вопросов, на которые вы мне честно ответите, — заявила Анни.
— Хорошо, так и сделаем, — ответил я, Лени поддакнул, а Нат только медленно кивнул головой, не сводя глаз с девушки.
— Прекрати на меня смотреть, как голодный крокодил. Вроде спокойный, но в любой момент можешь сожрать, и я пикнуть не успею, как стану обедом или ужином.
— А может это так и есть, — охрипшим голосом произнёс дракон.
— Нат, ты заболел? — встрепенулась Анни.
— Нет. Сиди спокойно. Я не подвержен холоду, как и высокой температуре, — Натан подтащил стул и сел прямо напротив девушки.
Слушать её было очень занимательно и интересно. Совсем девочка, ещё девятнадцати нет. Но столько знает. И учится к тому же. Интересно было бы посмотреть на процесс обучения на Земле.
— А теперь я жду ваших честных ответов на мои каверзные вопросы. Кто я для вас? Чего вы ждёте от меня? Чем мне грозит отказ принять ваши условия и предложения? А также, чем грозит мой отказ вам? Сделаем выводы и поступим так, как всем будет если не выгодно, то хотя бы не так катастрофично, — предложила она.
— Мы друзья. Близкие друг другу люди. Вместе почти всю нашу сознательную жизнь. Каждый из нас занимает важное место в общественной жизни и имеет обязательства перед нашими далеко непростыми семьями, — начал я.
— Вы не вольны решать свои судьбы сами. Я правильно поняла? — спросила Анни.
— Именно, — подтвердил дракон.
— Тогда на этом и закончим. Нам нечего обсуждать. Я не хочу быть причиной ваших или чьих-либо ещё проблем. Просто отправьте меня домой.
— Ты не дослушала. Ты единственная, кто с этих пор нас волнует, о ком мы хотим заботиться, ради кого мы можем бросить всё и начать жизнь заново, — заявил Нат.
— Совсем с катушек слетели? Так нельзя! — вскочила с места Анни.
— Нам без тебя нельзя, дорогая. Я схожу с ума от ревности, мой зверь рвёт и мечет внутри меня, но я знаю, что Лени долго не проживёт без тебя, его внутренний свет меркнет. Знаю, что зверь Лива скулит и мечется, не находя себе покоя, требуя пометить свою пару. Сможешь ли ты жить спокойно, если мы отправим тебя назад, зная, что мы тут погибаем? — слова Ната были резкими, но правдивыми.
Но и девушку было жаль. Она вся съежилась в огромном кресле и выглядела такой маленькой, хрупкой и беззащитной.
— Так нечестно. Это неправильно — сваливать на меня такой огромный груз ответственности, — всхлипнула она.
— Согласны. Но через несколько дней объявят помолвку Лени. Меньше, чем через месяц — мою. Ливад уйдёт в глухие леса, бросив клан. Это начало конца, Анни. Мне очень жаль.
В коридоре послышался резкий свист и шум.
— Пупсень, я здесь! — вдруг вскрикнула девушка и побежала к двери, в которую ворвался химер в боевой ипостаси.