ГЛАВА 23

Несколько месяцев спустя.

Самир открыл дверь своим ключом, медленно прошёлся по квартире и остановился напротив кухни. Насти там не было. Её не было нигде. Абсолютная тишина. Звенящая. Как будто никто здесь не живёт. Прошёл к спальне, толкнул дверь.

Она лежала на кровати, равнодушно смотрела в потолок. Увидев Самира, вскочила, улыбнулась. Как кукла. Безвольная, грустная.

— Привет…

— Здравствуй. Почему не встречаешь?

Она смущённо пожала плечами.

— Я не знала, что ты придёшь.

— А ты всё печалишься? — присел рядом, привлёк её ближе и усадил к себе на колени, как ребёнка. — И какова причина?

— Я не знаю… Всё так… Никак, — выдохнула, отворачиваясь от него, чтобы не заметил слёз, застывших в её глазах.

— Ты чем-то недовольна? Чего-то не хватает? Скажи. Я всё сделаю, чтобы ты чувствовала себя комфортно.

Она невесело усмехнулась, покачала головой.

— Мне ничего не нужно.

— Настя-я-я, — протянул предупреждающе, и она прикусила нижнюю губу.

— Хорошо… Я хочу знать, что будет дальше? Если ты не хочешь со мной отношений… То зачем приходишь каждый день? Мы практически не говорим, ты не смотришь на меня. Я хочу знать, что ты задумал. Хочу быть уверенной, что ты не отберёшь у меня ребёнка. Я не переживу этого, понимаешь?

Самир вздохнул и, положив подбородок ей на плечо, внимательно посмотрел Насте в глаза.

— Так я должен смотреть на тебя? Или как-то по-другому? И кто сказал, что я не хочу с тобой отношений? Ты всё ещё моя жена.

— Всё ещё, — хмыкнула, обиженно отвернулась.

— Да. Всё ещё. Несмотря ни на что. И если бы мне был нужен только ребёнок, я бы не приходил к тебе. Просто запер бы тебя здесь, дождался, пока ребёнок родится, и забрал бы его. А тебя вышвырнул бы на улицу. Раз я здесь, обнимаю тебя, значит, ты всё ещё со мной. Всё понятно? — повысив голос, взял её за подбородок и заставил смотреть в глаза.

— Нет.

— Нет?

— Нет. У меня такое ощущение, что ты прячешь меня. Будто… Будто стесняешься. Это всё из-за того случая в кафе, да? Над тобой все смеются из-за меня?

Она хотела знать правду, а Самир не мог ей рассказать. Вернее, рассказать, конечно, мог бы, да не поймёт она всего этого.

— Всё сложно, Насть. Не стоит забивать голову тем, что тебе не нужно. Пока ты поживёшь здесь, а потом я решу нашу проблему. Постепенно. Всё, хватит капризничать. Одевайся. Поедем развлекаться.

***

Я никогда не была в парке аттракционов. Моё детство не было радужным и весёлым. И вообще я жила как Золушка всю свою жизнь, пока не встретила Самира. Он подарил мне сказку. И немножко счастья. Хоть оно быстро закончилось по моей же вине, но я ещё по-детски глупо надеялась, что однажды всё вернётся на круги своя. Впрочем, с каждым днём эта надежда становилась всё призрачнее. Мне казалось, что жизнь уже не станет прежней. Наша жизнь. Её будто хрустальную вазу раскрошили на кусочки, и теперь их не собрать. Я пыталась, резала руки осколками и истекала кровью, но ничего не получалось. Самир был холоден. Держал дистанцию зачем-то. Будто наказывал меня. А я замерзала от его равнодушного взгляда. Очень редко видела в его глазах страсть. Любви же там не было абсолютно.

С интересом разглядывала площадку с разноцветными, яркими каруселями и с наслаждением вдыхала витающий в воздухе запах карамели.

— Держи, — Самир сунул мне в руки сладкую вату, приобнял за плечи. — Пойдём на колесо обозрения?

— Ой, нет, — улыбнулась ему, оторвала кусочек ваты. — Я боюсь, мне плохо станет.

— Ладно. Может, тогда прогуляемся? — а сам взгляд куда-то устремил, прищурился.6dfffc

— Давай, — я повернулась туда, куда он смотрел, и увидела смутно знакомую девушку.

Хм… Кажется, мы виделись в гостинице Самира. Или я ошибалась? Судя по реакции Самира, нет. Он точно знал её.

Девушка была беременна. Казалось, наши сроки совпадают. А рядом с девушкой шёл мужчина. Он уверенно держал её за локоть, задумчиво кивал, пока она за что-то ругала его.

***

— Не понимаю, зачем было сюда тащиться? Бред какой-то. Зачем ты привёз меня в парк аттракционов? Что за детский сад? — я раздражённо ворчала на Елисеева уже добрых полчаса, но он стойко выносил все мои капризы, а на претензии лишь молча кивал. Как болванчик, блин.

Не знаю, что больше меня в нём бесило. Его настырность дурацкая или же равнодушие к моим попыткам поскандалить. А ещё эта долбанная непоколебимость, с которой он решал, куда я сегодня пойду, что буду есть и под каким одеялом спать. И что самое гадкое — он втёрся в доверие к маме, и она теперь была на его стороне. Меня буквально силой вытаскивали из дома и в принудительном порядке водили по магазинам, кафешкам и выставкам, пытаясь вытащить из депрессии, из которой я не хотела выходить. Мне нравилось жить в своём коконе, а любые попытки это изменить приводили в бешенство. Хотя, вполне возможно, это гормоны.

— Ну и? Пойдём на карусельку? Или вату мне сладкую купишь? — продолжала его доставать, надеясь вывести на эмоции и заставить отцепиться от меня.

— Мне не нравится твоё настроение. Не хочу, чтобы ты одна дома сидела. Вот, возьми шоколадку, — Денис дал мне батончик с орехами и продолжил тащить за собой.

— А может, ты сам съешь свою шоколадку, а меня, наконец, оставишь в покое? Поверь, так было бы лучше для нас обоих.

Я, правда, не понимала, чего этот упрямый бугай прицепился ко мне. С виду вроде нормальный мужик. Не то чтобы слишком красивый, но вполне ничего. Статный, высокий. У него притягательная улыбка и добрые синие глаза, что в сочетании со светлыми волосами смотрится очень даже неплохо. Да и не беден. Девчонки за такими мужчинами в очередь становятся. А он ко мне прицепился. К беременной от другого, брошенной им же (другим). Вот чего ему надо, дураку этому?

— Я сам решу, что для меня будет лучше. И для тебя, — упрямый идиот.

Я открыла рот, чтобы в который раз объяснить Елисееву, по какому адресу ему стоит проследовать, но так и застыла, не сказав и слова.

Нам навстречу шагал Самир. И не один, а со своей женой. Они шли по тропинке, держась за руки, а я чувствовала, как остатки моего обугленного сердца превращаются в пепел. Она с животом…

И боль вернулась с утроенной силой. Она вдруг затопила каждую клеточку, и наивная, глупая девочка внутри меня, которая всё ещё надеялась на что-то, заплакала.

Они неумолимо приближались, и я остановилась, глядя в глаза Сабурову.

— Денис, — Самир улыбнулся своей ледяной улыбкой. — Рад тебя видеть.

Елисеев что-то ответил, они пожали руки. А я всё стояла и смотрела. На него. На неё. На её живот. И падала, падала, падала… В бездонную чёрную пропасть.

— Как дела, Света? — до меня донёсся его голос, и внутри вспыхнула истерика.

Усмехнулась.

Как дела? Замечательно. Беременна от тебя. Как и твоя жена. А ты как?

Но так я лишь подумала. Вслух промямлила что-то вроде: «Хорошо, спасибо».

Самир опустил взгляд на мой живот и смотрел на него нескончаемо долго. А потом забрал свою жену и пошёл дальше. Пошёл, вышагивая по ошмёткам моей души. Как всегда.

— Пойдём в машину, — Елисеев мгновенно оценил ситуацию и потащил меня за собой. Я же молча пошла. Разбитая окончательно. Уничтоженная счастливой улыбкой его девочки.

— Отец твоего ребёнка Самир, — констатировал Денис и крепко сжал пальцами руль.

— С чего ты взял? — поёжилась, вспоминая тот взгляд Самира. Теперь и он знает, что я беременна. И… Ничего. Скорее всего, решил, что отец ребёнка Елисеев. А я не собиралась рассказывать правду. Она никому не нужна.

— Логика, Света. Я не идиот. Ты же работала у Самира. Потом ушла. Уже который месяц убиваешься. Не сказала, кто отец ребёнка даже своей маме. Теперь всё понятно.

Я пожала плечами, отвернулась к окну.