22

— Так.

Наверное, выгляжу я сейчас примерно так же жалко, как и чувствую себя. Настолько жалко, что Люк вдруг забрал у меня кружку с кофе, снова обхватил мою ладонь и потянул вверх. Хочет выставить? Отругать за сопли, недостойные взрослой девицы? Да я сама себя почти ненавижу. У меня нет времени на истерики, на разговоры, даже на грёбаного флориста, с делом которого я пытаюсь унять то, что меня по-настоящему тревожит! Мне нужно. нужно.

— Иди сюда, — услышала я голос Люка, — Киро, иди ко мне.

А затем — я понять-то не успела, как, почему и зачем ему это, — вдруг очутилась в объятиях своего босса. Сильных, надёжных, без всякого подтекста. Он просто обнимал меня, и я невольно обняла его в ответ, уткнулась лбом в крепкое плечо. Прохлада, лёгкий запах табака и сандала, медленное, едва ощутимое биение сердца, — в этом весь Люк. А ещё бесконечное участие, искреннее беспокойство и забота. То, чего я прежде и не знала толком.

— Я такая жалкая, — прошептала почти беззвучно, зная, что он услышит. — Не могу найти ни похитителя детей, ни цветочного маньяка. Ребёнка усыновить и то не могу. Слабая, бесполезная…

— Киро, это не так, — возразил Люк. — Ты нуждаешься в помощи. И в поддержке. Слабость тут ни при чём.

Он мягко отстранил меня, зачем-то поправил мне волосы; погладил по щеке и коснулся большим пальцем нижней губы. Всего на мгновение, но этой нехитрой мимолетной ласки хватило, чтобы вдруг ощутить, как меня понемногу отпускает.

Мне и правда нужна помощь. И так уж вышло, что кроме Люциана просить её не у кого.

— Мне нужен юрист. Хороший. Неважно, сколько он запросит, проблема не в деньгах, а.

Я осеклась на полуслове, раздумывая, стоит ли говорить о Рэне, о том, что он тоже полувампир.

И тоже Асторн. Я не слепая, сходство заметила.

Асторны все поголовно — чванливые мудаки с манией чистокровности и непомерным самомнением. Но лучше ребёнку жить в их крепости, чем с мерзавцем вроде моего отца. Может, они даже разрешат видеться с Рэном. Придётся быть посговорчивее с этими старомодными засранцами в жабо, но ради своего сына я сговорюсь хоть с вампирами, хоть с сидхе, хоть с самим Светом Разящим.

— Рэн, он как вы, сэр, — меня невесть с чего перемкнуло на официальный тон. — Полувампир. И я честно не знаю, что с этим делать.

— Прости, что?

— У него пониженная температура тела, даже по сравнению с сидхе, — всё же решилась пояснить я. — Паршивые анализы крови при отличном самочувствии. Замедленное сердцебиение. Клыки выросли прежде резцов. Трудно отрицать очевидное — кто-то из моих сородичей поразвлёкся с вампиром. Скорее всего, с кем-то из уже ваших сородичей: с каждым днём Рэн всё больше похож на. вас.

Зря я это сказала. Хотя бы потому, что Люк тут же отстранился от меня, нервно закусил губу, постучал пальцами по столешнице, будто задумался о чем-то мне неведомом. И молчал. Долго, заставляя меня нервничать всё сильнее с каждой секундой.

— Асторны знают? — Я поспешно замотала головой. — Хорошо. Значит, не испортят ребёнку жизнь.

— Эй, вампиры ведь заботятся о своём потомстве! — запротестовала я почти жалобно, понимая, что очередная спасительная верёвочка вот-вот оборвётся. — Разве твои родичи не такие?

Судя по вмиг изменившемуся выражению лица, мнение о родичах у Люка вполне определённое. В переводе на простой человеческий — видал он их всех в гробу. И речь не о бородатых шуточках про вампиров.

— Именно такие. Но вот беда: их понимание заботы очень отличается от нашего, — мрачно пояснил Люк. — Я не просто так зовусь Вернером. К счастью. Киро, просто поверь на слово: мои родичи поломают… Рэна ещё хуже, чем людишки. Вылепят образцового вампира по своему подобию. Учитывая происхождение мальчика, боюсь представить, что за жуть мы получим на выходе.

Губу я всё-таки нечаянно прокусила. Ощутив вкус и запах крови, тут же словила приступ голода и едва не рассмеялась от нелепости ситуации. Казалось бы, сейчас не до глупостей вроде еды, но поди ж ты — пустой желудок плевать хотел на все мои жизненные драмы.

— Беда в том, что родственники имеют преимущественное право в получении опеки. А уж если счастливый папенька прознает. Есть у тебя родич по имени Тристан?

Люк точно не сразу понял, что я у него спросила. Просто стоял и пялился, даже не мигая. Затем будто бы очнулся, покачал головой. и тут же хищно вскинулся. Ну прямо как Алек в своей кошачьей шкуре, стоит ему завидеть птичек. Или комнатных собачек.

— Был, — наконец проговорил он, а я внезапно для себя облегчённо выдохнула. — Он носил имя Джайлс Асторн, потом стал звать себя Тристаном. Теперь уже никак не зовёт. Покойникам имена без надобности.

— Он мёртв? Первая хорошая новость за весь день, — выдала я и тут же неловко потупилась. — Ничего личного, чувак.

Люк на это хмыкнул как-то чересчур довольно. Или скорее злобно?

— Да я три дня праздновал в компании палёного виски, когда узнал, что Изара прострелила башку этому выродку. Так что действительно ничего личного.

Изара?..

И тут до меня вдруг со всей ясностью дошло, о каком выродке речь. Каждый охотник слышал о прошлогоднем переполохе в Грейморе, когда некий чёрный маг взялся убивать медведей. И о вампире, который нарвался на сильнейший клан Севера да предсказуемо получил пулю в лоб от ликвидатора Крэстани. Якобы при сопротивлении, но я подозреваю, что всё было не совсем так. Маршал киса не только нереально крута, но и скора на расправу почище меня самой.

— Погоди, так это тот развесёлый мудень, которого наше подразделение три десятка лет ловило? Один из самых высокооплачиваемых наёмных убийц Антеарры? Вот этот Тристан?! — получив в ответ скупой кивок, я едва не присвистнула. — И он тебе был.

— Кузен, — невозмутимо сообщили мне.

— Так ты… — замялась, пытаясь осмыслить происходящее, — ты типа дядюшка моего крыжовничка?

Люк одарил меня выразительным взглядом и едва заметно усмехнулся.

— Крыжовничек? Серьёзно, Киро?

— Да что? Он зелёненький, совсем как я! Ну, в истинном виде. И у него твои глаза! Красивые такие, зеленущие.

Боги, Киро, просто заткнись и убей себя. Ты же не просто это вслух ляпнула, но ещё и разулыбалась как последняя дурочка. Сказала бы уж сразу: мужик, хочу от тебя детей, зелёных и глазастых. А что? Позориться, так до конца!

— Спасибо, Киро, — после недолгой паузы выдал Люк, улыбнувшись уголками губ.

Это же была улыбка? Да, вроде бы она. Точно она — тёплая, внезапная, греющая сердце так, как не может даже крепкое пойло или тяжёлое пуховое одеяло.

— Простите, сэр.

Люк многозначительно дёрнул бровями, закатил глаза на мгновение, после чего потянулся за своим пальто, небрежно наброшенным на спинку кресла.

— Прекращай, Киро, — велел он почти строго. Я вопросительно глянула на него. — Я про «сэра». Из твоих уст это звучит так, будто ты хочешь позвать меня на свидание.

— Я и хочу! — заявила я без раздумий. И тут же, наверняка покраснев как нецелованная школьница, пустилась в сбивчивые разъяснения: — Ну, хм, в смысле. могла бы, знаешь, но ты мой шеф, и я вроде как совсем не из твоей лиги, и. боги, мне срочно нужна кнопка выключения звука. Срочно! Нет, просто ничего не говори! Я знаю, я только что выиграла приз за самый отстойный подкат тысячелетия!

— Ты вообще в курсе, какая ты красивая? — вдруг произнёс Люк, не сводя с меня этих своих зелёных до неприличия глаз. — А ещё умная. И добрая. И абсолютно волшебная.

И, вероятно, помру от смущения прям вот на этом месте. Потому что он вроде бы и не сказал ничего неприличного, но глядит так, словно я, не знаю, чизбургер. Двойной. С тройным сыром.

— Хм, значит, умная и волшебная?..

— И совершенно точно в моей лиге, — прибавил Люк с этой своей каменной мордой, по которой ни фига не прочесть. — Но ты права, подкат так себе — ведь на свидание мы сегодня не пойдём.

— А куда пойдём? — глупо переспросила я.

— К Рэну. Хочу познакомиться с ним. Ты же не против?

Он и впрямь не понимает, что ему, как вероятному родственнику Рэна, вовсе не нужно моё разрешение? Да нет, понимает, конечно. Однако всё равно спрашивает — как будто моё одобрение ему важно.

Нет, похоже, оно ему действительно важно.

Я важна.

Ох, Тьма, прямо сейчас я бы просто по уши втрескалась в своего шефа, если бы не одно маленькое «но». Я уже это сделала, сама того не заметив.

Ну обалдеть теперь.

— Конечно, — в итоге ответила я вполне искренне. — Рэн не очень любит незнакомцев, но тебе точно будет рад. Спорю на все свои кактусы!

— У нас есть сделка, Майред Мор? — беззлобно поддразнил Люк.

— Да, сэр! Так точно, сэр! — не осталась в долгу я.