Глава 46

«Я не могу оставаться у тебя долго. Но мы скоро увидимся, моя леди», — слова Силаса крутятся в голове уже несколько дней.

Принц явно взялся за меня всерьёз. Утром он прислал цветок, записку и маленькую посылку с молотым кофе. В записке он просто пожелал хорошего дня. А на следующий день всё повторилось, только в подарок шли чайные листья с сушёной земляникой, по словам Силаса, их аромат напоминает ему обо мне.

Я ходила по кухне, пока зелье медленно капало в стакан, и думала. Кофе и хороший чай — это приятно. Я чувствовала, что это не просто подарок, а настоящая забота, он думал обо мне, когда выбирал их. Но всё же, это забота обо мне как о полезном инструменте, или всё гораздо серьёзнее?

Шерри, глядя на мои мучения, только качала головой. В конце концов я решила сильно не задумываться и переключиться на другие заботы. Например, недавно открытую лавку.

— Как дела? — спрашиваю я у Лейлы, заходя через внутреннюю дверь.

— Поначалу шли неплохо. Но сегодня у меня уже трое просили продать травы в долг, — разводит руками она.

— Они ведь и так по невысокой цене?

— Да, но… Почему-то у всех плохо дела с работой. Мы и раньше перебивались случайными заработками, но в последнее время кажется, что жителей трущоб специально не берут даже на подработку.

— Даже те, кто раньше спокойно брал? — уточняю я.

— Да, — вздыхает Лейла. — Будто сговорились! И почему сейчас, когда мы стали жить лучше? Все только получили надежду, а всё опять идёт наперекосяк, будто высшие силы не хотят, чтобы мы выбирались из этой нищеты…

— Не преувеличивай. Это не высшие силы, это месть второго принца, — хмурюсь я.

— Это ещё хуже, — расстраивается Лейла. — Кто мы и кто он? Он нас раздавит! Нет, почему второму принцу вообще до нас есть дело?

Я сболтнула лишнего. Думаю, ничего страшного, пусть Лейла знает врага в лицо, просто не распространяется о нём слишком уж сильно. Я кратко рассказываю ситуацию с таверной и подначиванием народа на бунт.

— Виолетта, ты ведь графиня, — поднимает на меня с надеждой взгляд Лейла, — Ты ведь можешь что-то придумать?

Если у остальных не будет денег, моя лавка тоже понесёт убытки. А даже если я привлеку клиентов побогаче, как подсказывал мне Силас, то всё равно ничего хорошего не выйдет. Здесь, в трущобах, от безысходности снова начнёт процветать преступность. И получится, что все наши усилия пропали зря.

— Обязательно придумаю, — говорю я Лейле.

Я просто обязана это сделать. Решить проблему на корню. А для этого…

В итоге я так и не придумала, как решить проблему полностью, но зато нашла временное решение. Сетевой маркетинг! Этот мир пока не знает о нём.

Продажа с рук на руки никак не контролируется. Если нет больших объёмов, то это считается личным делом граждан и не облагается налогами. Женщины побогаче продают надоевшие платья, сбывают украшения, а мелкие ремесленники обмениваются товарами. Так что может сработать.

Мне не очень нравится сетевой маркетинг сам по себе, но зато это может помочь нам сейчас. В основе продукции будут реально работающие мои зелья, а все, кто начнёт распространять их вместе со мной, однозначно будут в плюсе. Никакого обмана.

Вечером я собрала в лавке всех желающих. Пришли только женщины, потому что мужчины не захотели торговать скляночками. Первым делом я презентовала им свои зелья, дав “пробники” — в самых маленьких баночках, что я нашла.

Затем расписала плюсы работы на меня и перспективы: несложная подработка, богатство, уважение… В общем, как обычно и рассказывают, когда хотят заманить в сетевой маркетинг, но с поправкой на этот мир. Когда я пообещала, что их дети каждую неделю смогут есть сладости, половина присутствующих уже готова была подписать контракт.

— Поздравляю вас, — сказала я всем пришедшим, когда объяснила суть. — Все присутствующие здесь могут стать членами золотого клуба сразу же. Это редкая возможность. Всем новым участницам придётся добиваться этого звания.

Глаза у присутствующих загорелись на словах про золото, на что и был мой расчёт. Нужно сделать так, чтобы им захотелось работать, а золотой клуб не только звучит красиво, но и даёт преимущество — больший процент с каждого проданного зелья.

Какое-то время я трачу на объяснения о золотом, серебряном и медном клубах. Из лавки все вышли с набором пробников, лично отрисованными мной брошюрами и мотивацией на работу.

У каждой из жительниц трущоб есть хотя бы одна знакомая из районов получше. Рано или поздно по цепочке моя сеть распространится по городу. И второй принц точно не сможет контролировать женские разговоры.

Но всё же мне лучше будет заручиться поддержкой Силаса. И не помешают связи в знатных кругах. Получается, мне надо…

— Лейла, — зову я помощницу, пока она не ушла. — Можешь рассказать мне обо всех, кого знаешь. У нас в трущобах есть бывшие ремесленники, толковые люди? Кто угодно, кто мог бы принести пользу, если бы ему кто-нибудь помог?

— Конечно, есть. Из-за налогов многие торгуют из-под полы, и только на заказ. Тот же Гих — кузнец.

Я записываю за Лейлой, а потом прошу её узнать больше. Всё это пригодится в разговоре с Силасом. Если мы действительно поднять трущобы, надо сделать так, чтобы этот район меньше зависел от остальных. Нужно развивать лавки, производства и услуги именно здесь.

За окном уже совсем темнеет, но Лейла говорит, что доберётся до дома сама. Она прощается и выходит, но только я собираюсь закрыть за ней дверь в лавку, как та распахивается сама. В нос ударяет запах гари, а на моём пороге стоит Розалия собственной персоной.

— Наконец-то все ушли, и ты осталась одна, — тычет она в меня пальцем.