Глава 12

Я вновь очнулась на стоянке в торговом комплексе, вновь, как привидение, поблекшее и потерявшее опору в жизни, брела к подруге. Если она после всего просто откажется со мной общаться — я пойму ее. Наверное, я достала Алексу своими припадками. Но я не успела додумать мысль и вошла в ее салон. Она увидела мое упадническое выражение лица и сразу бросилась ко мне. Истерика повторилась в ее кабинете. Я ревела, она молчала и гладила меня по руке. Немного успокоившись, я подняла на нее свои уставшие и мокрые от слез глаза.

— Как он тебя зацепил, дорогая.

— Все кончено, Алекса. Я сказала ему, что не люблю его.

Мы помолчали. Я рассказала об угрозах Марка. Посетовала, что никчемная, без денег и не могу защитить своих детей. Вновь тишина.

— Камилла, скажи, а когда вы познакомились, что сыграло спускным механизмом к тому, чтобы ты выбрала именно его и вышла за него замуж? Насколько я понимаю, не в деньгах дело? Да и за тобой столько людей ухаживало. Неужели он был убедительнее всех?

Я пожала плечами и решила поделиться своей болью, о которой никому и никогда не рассказывала. Вздохнув, я начала свой рассказ.

— Я тогда вообще не собиралась замуж. Не до этого было. Самый пик карьеры, всё прекрасно. Он ухаживал, как и все, единственное — слишком настойчиво. Я познакомила его с родителями, и отец сказал, что он мне не пара. Слишком хитрый и имеет свои скрытые мотивы. Мать посоветовала держаться от него подальше. Я практически прекратила общение с Марком, бросив, что даже родители не видят его моим мужем. А потом произошла авария. Я потеряла всё в один миг. Мне не хотелось ничего. Марк помог мне. Сильно. Я находилась словно в прострации. Он организовал похороны, всё уладил с наследством. Предложил увезти меня — и я согласилась, забыв о предостережениях родителей. Только вот увез он меня не в другой город, а в другую страну. Я просто исчезла. Он говорил, что это к лучшему. Пока я пребывала в бесчувственном состоянии куклы, мы расписались. Через пару лет появилась Мара, и я постепенно начала приходить в себя, погрузившись в роль мамы с головой. Вот и вся история. Он просто доказал делами, что на него можно положиться. Оказался в нужное время и в нужном месте.

Мы помолчали, а я вновь мысленно вернулась к тому моменту, когда одна маленькая девочка потеряла любимых родителей. Тяжело. Но судьба — жестокая штука. Значит, именно такой опыт я должна была пережить. Самой собой я так и не стала. Блеск в моих глазах потух еще в тот роковой момент. Я лишилась родных людей, сцены и отчасти себя самой. Это папа хотел, чтобы я пела. Это он продюсировал мои проекты.

— Скажи… я понимаю, что тебе тяжело. Но кем были твои родители?

— Папа был просто бизнесменом. Ему принадлежали какие-то здания. В основном это были концертные площадки и огромные стадионы. Мама работала в управлении культуры главным режиссером.

— Вот как, — задумчиво протянула Алекса. — Как интересно. И какую причину аварии тогда установили?

Я задумалась. На такие мелочи я тогда не особо обращала внимания. Родителей всё равно не вернуть.

— Вроде бы как тормоза отказали.

— Ясно. Прости, что заставила тебя вновь окунуться в больные события прошлого.

Я вздохнула и покачала головой, давая понять, что столько времени прошло. Она ни при чем.

— Скажи, а что стало с твоим наследством? Я так понимаю, что там немалые деньги были?

Я пожала плечами.

— Если честно, даже не знаю. Мне не до того было. Марк всё время приносил на подпись какие-то документы, я подписывала. А потом перестал. Вот так, — продолжила я. — Если вспомнить, то там было много всего. Но я не хотела вникать. Практически все самые крупные города России имели нашу площадку. Это был семейный бизнес. Моему отцу они достались от отца, тому — от его отца и так далее, до того момента, когда сам царь в свое время не подарил один из дворцов нашему предку, а тот переделал его в театр.

— Длинная у тебя родословная.

— Да уж. Это был тяжелый труд. Каждый развивал и расширял наши владения. Кто-то скупал в городах, где раньше бывал. Мой прадед даже купил один театр ради одной артистки в Новосибирске, представляешь? Любовь — такая штука, — мы улыбнулись. Мне как-то стало даже легче. Я любила свою семью, и не все воспоминания были горестными.

— Получается, что там приличное такое состояние? На миллиончик потянет. Или даже больше, — заключила моя подруга.

— Знаешь, мы всегда жили просто, не шиковали. Папа считал, что не стоит кому-то что-то доказывать. Лишь бы любовь в доме царила да уют.

— У тебя были замечательные родители.

Я вновь погрустнела. Были…

Домой мне не хотелось. Я была сегодня согласна на все выкрутасы подруги. Так вот и таскалась с ней весь день по ее делам, пока не пришло время ехать в школу за детьми.

Вечер, ужин, уроки, сказка на ночь — и сон. Только я опять не могла уснуть. Сидела на террасе и думала, как жить дальше.

Мои мысли возвращались в счастливое детство, потом — в тот ужасный момент, когда я узнала о произошедшем. А потом перед глазами появлялся Мигель. Что ж меня тянет на этих иностранцев? Сначала Марк. Теперь вот Мигель. Может, действительно вернуться в Россию и попробовать жизнь начать заново? Чушь… кому я там нужна? Кто меня ждет? К тому же рана в сердце так и осталась навсегда. Там я потеряла всё. Столько лет бежала неизвестно куда — и вот теперь мне просто больше некуда бежать. Всё. Пункт назначения.

Жалость к себе в последнее время стала постоянным моим спутником. Странно, но я уже так привыкла, что ничего из себя не представляю, что почти уже срослась с этой мыслью. Самооценка в полной ж… да и вытащить ее уже никто оттуда не сможет. А я сдалась. Лучше оставить всё как есть и продолжать существовать немой и слепой тенью мужа. Уже казалось, что статьи и измены Марка — полная правда. Казалось, что весь мир считает меня идиоткой, теперь вот и я сама придерживалась этого мнения. Вздохнула.

На сотовый прилетело сообщение от подруги:

«Завтра ты мне нужна. Не вздумай даже прогулять языковую школу. И иди спать».

Алекса, как всегда, в своем репертуаре. Но я послушалась.

Утро не принесло облегчения, но совету подруги я решила последовать. Потащилась в школу, и каково же было мое удивление, когда на месте преподавателя я обнаружила другого. Точнее, он был как две капли воды похож на Мигеля, только в очках. Но всё равно не он. Что это со мной? Неужели крыша поехала?

— Здравствуйте, меня зовут Гонсало, — представился мужчина, и я потерла глаза. Нет, не ошиблась. Не Мигель. Может, он мне уже мерещится в каждом встречном? Обвела аудиторию взглядом и быстро поняла, что всё в порядке.

Мужчину засыпали вопросами, и тот подтвердил родство с предыдущим преподавателем. Часы занятий тянулись, как жвачка. И когда наконец всё закончилось, я вылетела из аудитории в первых рядах. И тут же налетела на твердый торс, чуть при этом не расквасив себе нос о груду мышц.

— Мигель, — удивленно протянула я.

— Камилла, нам нужно поговорить.

Боже, ну о чем? О чем этот неугомонный мужчина еще собрался со мной говорить?

— Ладно. Пойдем к машине, — несмотря на противоречия в моей голове, ответила я.

И мы пошли. Все взгляды окружающих были прикованы к нам. Я поежилась от такого пристального внимания. Неизвестно, что сейчас о нас думали. Хотя именно в этот момент мне было особенно наплевать. Я хотела услышать, что этот удивительный мужчина, запавший мне в душу, собирался мне сказать. Я прекрасно понимала, что сильно обидела его своей ложью. Но ничего не могла изменить.

Мы дошли до машины, и я остановилась, теребя в руках ключи.

— Садись, — сказал он, открывая дверцу соседнего автомобиля. Надо же, он был точно таким же, как у меня.

— Зачем? — испуганно спросила я.

— Нам нужно поговорить. Не здесь. С машиной всё будет в порядке, я верну тебя в целости и сохранности.

Немного поколебавшись, я всё же села.

— Ты любишь «Мерседесы»? — поинтересовалась робко я, пока Мигель увозил меня в неизвестном направлении.

— Да. Есть два вида машин: «Мерседес» и другие, — он слегка улыбнулся, а я вспомнила, как папа тоже так всегда говорил. Марк предпочитал что-то броское и кричащее о его крутости. У него были разные «Порше» и какие-то коллекционные модели формулы-1 типа «Феррари». Но это всё на материке. На острове же он вообще не обременял себя авто. Передвигался на такси или я возила его, как личный водитель.

Мы остановились у набережной, той, где поцеловались в первый раз. Меня пронзили воспоминания, и я, кажется, покраснела.

— Зачем мы здесь?

— Успокойся, мы просто погуляем.

Я согласно кивнула, и мы вышли. Спустились к океану, и я сняла обувь. Брели молча, а ноги утопали в воде. На мне было легкое платье, но не длинное, как в тот раз. Мигель же завернул штанины по колено и взял меня за руку.

— Камилла, — начал он. — Прости, что напугал тебя. Я правда не знал, что так получится.

— Сама хороша, — буркнула я неразборчиво.

— Я люблю тебя, Камилла, — остановился вдруг он и развернул меня к себе, чтобы я смотрела ему в глаза. И я смотрела.

Никакой лжи ни во взгляде, ни в его словах я не обнаружила. Но это было очень опасно. Горячо, приятно, но опасно. Любое мое слово могло повлечь за собой кучу ненужных последствий. И я молчала.

— Я понимаю, что это звучит глупо. Считается, что невозможно влюбиться с первого взгляда, что это глупость. Я и сам так думал, пока не встретил тебя. Камилла, это не громкие слова, не попытка затащить тебя в постель. Это правда. Я хочу, чтобы ты была со мной.

— Это невозможно, Мигель. Я замужем, — аккуратно напомнила я. — У меня двое дочерей. Одна уже в сложном подростковом возрасте. Это невозможно.

Я повторилась, а он продолжал буравить меня внимательным взглядом.

— Это невозможно только из-за этого? Или ты ничего не чувствуешь ко мне, как говорила ранее?

Ну что за несносный мужчина. Я отвернулась и прикрыла глаза. Та фраза далась мне с таким трудом. Неужели он заставит меня повторить ее? Я не могу. Просто не могу лгать.

Мигель аккуратно притянул меня к себе и обнял. Я не сопротивлялась. Приятный терпкий аромат ударил в нос, а по телу растеклось тепло. В душе возникло чувство правильности. Стало так комфортно и уютно. И сейчас мне было наплевать, кто увидит нас, что будет дальше. Да хоть миллион папарацци сейчас вылезут из кустов или поднимутся со дна океана с аквалангами — наплевать на всё. Лишь этот момент. И пусть он будет последний. Я сохраню его в своем сердце. Обняла мужчину за талию и прижалась к нему сильнее.

— Видишь. Я прав. Ты любишь меня так же, как и я тебя.

Я не произнесла ни слова, лишь покачала головой в ответ.

— Камилла, давай решим всё, уберем все преграды на нашем пути к совместному счастью, — аккуратно продолжил он, но руки не убрал.

— Я не знаю, как это сделать, — честно призналась я. — Он не даст мне развод и заберет детей. Он уже сказал мне об этом.

— Что-то примерно такое я и подозревал.

Мы помолчали немного.

Вдруг мой мобильник издал громкую трель. Я отстранилась, стерла с щек непрошенные слезы и ответила на вызов.

— Да.

— Ты в своем уме? Где ты? Я же жду тебя, — раздалось в трубке. Только сейчас я вспомнила, что обещала Алексе приехать к ней сразу после школы.

— Я уже еду. Сейчас буду.

— Поздно уже. Езжай сразу на место. Сейчас скину локацию. Там Лео нас уже ждет.

— Что-то случилось?

— Объясню всё на месте.

И она отключилась.

Я посмотрела на Мигеля — он, не отрываясь, смотрел на меня с любопытством. Я поняла, что, если вернусь за своей машиной, то точно опоздаю, и это грозит мне чуть ли не смертью.

— Ты можешь меня подвезти? — попросила я.

— Конечно. А можно я пойду с тобой?

Я немного задумалась. Теперь уже бесполезно что-то скрывать. Алекса в курсе, судя по ее отношениям с мужем — то он тоже. Что бы там ни было за дело, думаю, меня не повесят сразу.

— Да.

Только открыв локацию, я поняла, что это адрес нашего нотариуса. Мне показалось это странным, но значения я этому не придала. Возможно, там где-то близко что-то находится, и подруга просто для удобства скинула мне знакомый адрес. Но я ошибалась. Лео и Алекса стояли при входе в нотариальную контору. Мы припарковались и поспешили к ним.

— Ну наконец-то, — встретила меня подруга.

Все перешли на испанский, придерживаясь культуры: если в компании кто-то не говорит на языке, то это просто неприлично общаться на нем. Оказалось, что Лео, как и его жена, очень хорошо говорит по-испански. Я поставила себе галочку, что мне обязательно нужно в ближайшее время подтянуться до их уровня.

— Почему мы здесь? Что-то случилось?

— Случилось. Я поговорил с адвокатами, и они посоветовали обезопасить ваш с Алексой бизнес. В связи с нынешним конфликтом в вашей семье, — Лео прервался и внимательно посмотрел на Мигеля: стоит ли продолжать. Я кивнула, и тот заговорил дальше. — Марк очень хитрый, и к тому же у него сильные адвокаты. Много людей остались ни с чем, когда перешли ему дорогу. Сейчас мы подпишем одну бумагу, которая обезопасит вашу с Алексой недвижимость. Вы, девочки, скупили уже пол-острова — глупо будет это всё потерять в один миг.

В этот момент у Мигеля промелькнуло его излюбленное выражение удивления на лице, а точнее — брови подпрыгнули до небес.

— Ага, — подтвердил ему свои слова Лео и улыбнулся. — Девчонки времени зря не теряли. Но важно то, что Марк об этом не знает. Пока. Как только узнает — сразу захочет все прибрать к рукам. Есть такая штука, которая называется… — он задумался. — Да не помню, как она там по-испански называется.

— Сохранение прав владельца, — помог ему Мигель.

— Точно. Смысл в том, что мужу твоему ничего не достанется ни в каком случае. Даже при разделе имущества твой капитал будет не учитываться. И это сейчас самое главное.

Я нахмурилась, пытаясь переварить услышанное.

— Значит, всё останется лишь за мной? — уточнила я.

— Да, всё только твое и твоих детей. Но это только при твоей смерти. Всё перейдет детям в равных долях.

— Хорошо. Тогда пойдемте, — согласилась я.

— Вы, девочки, идите, а нам стоит немного поболтать с Мигелем.

Я с опаской посмотрела на Лео. Он, конечно, мужик хороший, но вдруг лишнего чего наговорит?

— Не волнуйся. Я ничего не сделаю с ним. Так, мужские разговоры.

Я до конца не поверила, но Алекса утянула меня внутрь. Оказалось, что нотариус отодвинул всех ради нас, потому что был лучшим другом Лео, и именно поэтому и облизывал нас всегда с таким рвением. Тогда понятно.

Мы ждали недолго. Когда наши мужчины присоединились к нам, то я заметила напряжение на лице Мигеля. Что там наговорил ему Лео — понятия не имею. Но разбираться было некогда. Есть как есть.

Лео обменялся теплыми рукопожатиями с нотариусом, и мы приступили к бумажкам. Подпись там, подпись здесь. Нам читали общие пункты договоров, а Алекса и ее муж наперебой переводили мне все эти заковыристые термины, которые я не то что не знала — в первый раз слышала.

Прошло около полутора часов. Было выпито три графина воды и потеряно немало сил. Но вроде бы все прошло успешно.

Все были счастливы, а я так до конца и не понимала, что сейчас мы натворили. Но осознавала всю правильность сделанного.

— Я готов слона съесть, — объявил Лео, когда мы покинули здание, где провели немало времени.

— Я тоже, — поддержала его Алекса.

— Давайте тогда вместе пообедаем? — предложил Мигель, с надеждой глядя на меня.

Я взглянула на часы и поняла, что все не так плохо. Времени хоть отбавляй до встречи девчонок из школы. Можно хоть пообедать, поужинать и еще пару раз перекусить где-нибудь. Согласно кивнула — и это было отмашкой к действию.

Так спокойно и хорошо я давно уже не проводила время. В компании Мигеля и моих друзей было легко и непринужденно. Я знала от Алексы, что Лео не особенно жаловал Марка, как и она, а вот с Мигелем они постоянно переговаривались и вообще вели себя как старые приятели. Несколько раз Мигель отходил в сторону, чтобы кому-то позвонить, а когда возвращался, пристально так посматривал то на меня, то на Лео. Мне показалось, что они знают нечто большее, чем мы с Алексой. Да и вообще у них какие-то свои тайны. Но заморачиваться мне не давали. Слишком хорошо мы проводили время.

После Мигель, как и обещал, отвез меня к парковке возле языковой школы. Мы долго прощались — он просто не хотел выпускать меня из своей машины. Его поцелуи отбили всяческое желание сопротивляться. Мы наслаждались друг другом, лаская и обнимая. Мне казалось, что в моей голове взрываются фейерверки, мир стал ярче вокруг, а время словно замедлилось ради этого момента. На какой-то миг я была счастлива. По-настоящему. Именно с ним.

Только я вернулась домой — и закрутилось все как прежде. Центром внимания вновь стали мои принцессы. Только если раньше лишь они приносили мне радость, то теперь я впервые ощущала себя живой — и еще кое от чего другого. От ласк и внимания моего мужчины. Мигель. Откуда же ты взялся на мою голову? К чему это приведет?

Но на мое счастье покусились уже этим же вечером. Ожидаемо. Слишком громкая радость может притянуть несчастье и разочарование. Вот и притянула.

В тот момент, когда я переписывалась с Мигелем, сидя на террасе и глупо улыбаясь звездам в небе, вдруг позвонил Марк.

— Не спишь?

Я знала, что у нас по всей территории развешены камеры, даже в доме, в комнатах, словно мы готовились к обороне. Но никогда не обращала на это особого внимания, считая, что это Марк делал для нашей же безопасности. Но теперь я уперлась глазами в красную точку на камере, которая была четко направлена на меня. Поежилась от дискомфорта.

— Видишь же сам.

Я смотрела четко в объектив той самой камеры и была уверена, что Марк также сейчас наблюдает за мной.

— Вижу, дорогая, — подтвердил муж. — Я все вижу. И даже то, что возле тебя вьется какой-то проходимец.

Раздался сигнал сообщения, и я оторвала трубку от уха, чтобы посмотреть. Фотография. Я в машине Мигеля. Но в этот момент мы ничего преступного не делаем. Даже не целуемся. Видимо, его папарацци не слишком удачливые. Им не удалось запечатлеть момент. Я улыбнулась и вновь поднесла трубку к уху.

— А что тут такого, Марк? Ты ревнуешь меня?

Я прям слышала, как у мужа скрипнула челюсть от давления и злости. А я в это время продолжила его бесить.

— Я вот такие фото с тобой в главной роли вижу регулярно. Да и похлеще еще бывают ракурсы. И к тому же каждый раз разные личности рядом с тобой. Молодые, красивые. Да и подписи всегда интересные. Так и что?

Марк молчал. Не знаю, о чем он думал, но в какой-то момент мне показалось, что, если бы муж сейчас стоял рядом, то без мордобоя бы не обошлось.

— Слушай, Камилла. Ты же умная женщина, не стоит дергать тигра за усы. Может боком тебе выйти.

— Дай мне развод, — вдруг осмелела я.

— Ни за что, — тут же ответил Марк.

Я пожала плечами, но сбрасывать звонок не стала.

— Почему ты меня держишь, Марк? Что во мне такого? Ты ведь не любишь меня и никогда не любил.

Попробовала я зайти с другой стороны.

— Есть некоторые вещи важнее любви, — неожиданно ответил мне мужчина, которому я подарила пятнадцать лет своей жизни. Он лишь подтверждал все, о чем я догадывалась, но боялась в это поверить.

— Так не бывает. Любовь — вот ради чего стоит жить.

— Любви нет. Это всё дурацкие сказки для идиотов.

Я усмехнулась. Да, в этом был весь Марк. Меркантильный до мозга костей, приземленный и недалекий. Такое ощущение, что все это время я либо носила ширмы на глазах, либо меня опаивали регулярно какой-то ерундой. Слепая. Тупая и недалекая Камилла.

Я расценила, что нам больше не о чем говорить, и нажала «отбой». Прикурила сигарету и долго думала. Обо всем. Но слез больше не было. Такое ощущение, что кто-то взял и перекрыл краник где-то у меня внутри. Перед глазами все чаще возникал Мигель. Это вызывало такую теплоту и улыбку. Я больше не чувствовала себя забитой и запуганной. Конечно, ничего в принципе не изменилось, только лишь надежда на счастье поселилась в душе. Надежда и одновременно страх.