Глава 12

/Скай Стеллар/

— Как женщины это делают? — проворчал я, указав на сидящую за столом с Виолой и Гвинет Эмму. — Это она пустила к себе Брайса, а виноватым себя чувствую я.

— У Эммы материнский инстинкт в отношении Брайса, — хохотнул Закари, отпивая сок из стакана.

— Ты нам запрещал трогать Брайса, чтобы Эмма не расстроилась, — улыбнулся Леонард, методично нарезая кусочек мяса на тарелке.

— Поэтому не стоило портить ему лицо перед встречей с родителями Эмбер, — подытожил Габриэль. — Даже если выгонял его из комнаты своей девушки.

— Брайс напрашивался на кулак, — поморщился я. — Не следил за языком.

— Он за ним никогда не следит, — иронично ухмыльнулся Тристан. — Так что иди и тащи Эмму сюда. Пусть расскажет, как идёт перевод отправленных Корой текстов.

— Ладно, — я вышел из-за стола и направился к Эмме.

Она мило щебетала с Виолой и Гвинет, даже не знаю, как умудрялась дружить с моей несостоявшейся невестой. Но я уже начинал уяснять, что Эмма — девушка необычная и состоящая из контрастов. Чего только стоит проявленная ею вчера настойчивость, вылившаяся в назначение свидания.

— Привет, девушки, — дежурно улыбнулся я, останавливаясь возле стола главных стерв академии. — Эмма, садись к нам, есть разговор.

— Здравствуй, Скай, — махнула мне вилкой Гвинет.

Виола фыркнула и демонстративно отвернулась.

— Но я общаюсь с подругами и… — заговорила растерянно Эмма.

— Есть разговор, — твёрже повторил я, подхватил её поднос с едой и двинулся к столу друзей.

Эмма извинилась перед подругами, закинула свой рюкзак на плечо и побежала за мной.

— Мог бы сразу пригласить к себе, мне бы не пришлось смущаться перед Виолой и Гвинет, — пробурчала она с упрёком.

— В каком смысле? Мы тебя ждали, а ты села отдельно.

— Я не знала. Думала, буду вам мешать.

— Прости. Я решил, ты обиделась из-за Брайса.

— Я не умею на тебя обижаться.

В контраст словам она смешно надула губы. И выглядела сегодня мило в воздушном голубом платье и с отведёнными серебряным ободком чёрными волосами.

— А я уже планировал извиняться…

— Извиняться? За что? — удивилась она.

— За испорченное лицо Брайса.

— Тогда ты должен извиняться перед ним, а не передо мной, — Эмма снова смешно насупилась.

Похоже, я надумал себе лишнего.

— Перед ним я извиняться не буду. Он ещё легко отделался. Но да ладно. Сегодня выходной. Когда пойдём гулять?

— Я свободна, — пожала она плечами. — Хоть сразу после завтрака.

— Договорились.

Эмма просияла от радости. На душе стало теплее. Ночью из-за усталости и поведения Брайса я повёл себя грубо, но, к счастью, инцидент исчерпан.

Подведя Эмму к столику друзей, я расположил её поднос и помог ей сесть. Парни вразнобой поздоровались с ней и ринулись с расспросами по переводу. Оказалось, за прошедший вечер она успела многое.

— Судя по изображениям стен храма, богиню жизни звали Анима, — начала рассказывать она, пока её версо демонстрировал нам отправленные Корой снимки. — По преданию, Анима живёт в своей обители, где раскручивает колесо жизни. Вот.

— И что нам это даёт? — озадачился Леонард.

— Ну, хотя бы то, что никакого меча у Анимы нет, — Эмма вернула снимки к изображению богини. — По словам Коры в тех храмах, до которых удалось докопаться — тоже.

— Это говорит в пользу теории Луизы об отряде воинов с мечами-артефактами, — щёлкнул пальцами Габриэль. — Понять бы, кто вас делает.

— Я бы попросила, — пробурчала Эмма.

— Прости, — хохотнул он.

— Ладно, а если предположить, что боги существуют, где искать эту обитель? — Тристан решил вернуть нас к обсуждению.

— Не знаю, — посетовала Эмма. — Но есть ещё древние манускрипты, книги. Кора обещала прислать изображения завтра.

— Тебя бы саму в древний город отправить, — посетовал Леонард, указав на её поднос.

Эмма ойкнула и схватилась за ложку.

— Кстати, я не отбрасываю теорию про божественное происхождение Эммы, — Габриэль вдруг пододвинул к ней по столу свой версо. — Я пытался дать ему имя, ничего не изменилось. Поноси под сердцем, а лучше под грудью, вдруг оживёт.

Эмма озадаченно оценила глубину своего декольте.

— Да-да, именно там, он мальчик, — рассмеялся Габриэль.

— Эй… — прищурился я.

А опаловый лишь улыбнулся. Похоже, моё спасение вернуло ему прошлый задор. Эмма смущённо хихикнула, забрала версо и сунула в свою сумку.

— Я следующий, если сработает, — поднял руку Закари.

— Если сработает, будет о чём задуматься, — протянул Тристан. — Поэтому не забудь поболтать с версо Габриэля перед сном, и лучше положи его под подушку.

— Хорошо, постараюсь не забыть, — с готовностью кивнула Эмма. — Но я не чувствую в себе каких-то особенных сил, — призналась, опуская взгляд к тарелке.

— Постепенно во всём разберёмся, — подбодрил её я, потрепав по плечу.

После насыщенного в плане разговоров завтрака мы с Эммой покинули академию.

— Куда пойдём? — она сразу взялась за мою руку и нежно улыбнулась.

Было приятно.

— А ты куда хочешь?

— Мне всё равно.

— Тогда для начала покажи наше кафе, — попросил я.

Прогулка проходила замечательно. И я поймал себя на мысли, что это моё первое свидание, если не считать походов с Эмбер. Меня больше не сковывали обязательства, не сдерживали правила. Более того, приближающаяся смерть, наоборот, развязывала руки.

Сегодня, немного отдохнув за ночь, я был склонен согласиться с Эммой. Если время ограничено, то глупо откладывать счастье на завтра в надежде на благополучный исход. Там может прийти к тому, что на пороге смерти я буду лишь жалеть, что не провёл время с близкими, не пошёл на свидание с влюблённой в меня девушкой, не сорвал с её уст поцелуй. Конечно, я всё ещё сомневаюсь, боюсь давать Эмме напрасную надежду, да и произошедшее ночью оставило неприятный осадок, но моя холодность так же ранит её, а она сама согласилась с моей позицией по поводу Брайса.

— Я люблю острое и торты, особенно с клубникой, — она за руку ввела меня в небольшой зал кафе на центральной улице. — В прошлый раз ты говорил, тебе понравились пирожные с миндалём.

— Попробую, — согласился я, откровенно любуясь ей. — Мы часто сюда приходили?

— Нет, всего несколько раз, — качнула она головой. — Ты предложил мне отношения недавно.

— Ты сразу согласилась?

— Конечно. Я влюбилась в тебя быстро, — призналась она, слегка смутившись, и подвела меня к столу. — Я угощаю.

— Неожиданно, — рассмеялся я.

Кажется, начинаю понимать, почему влюбился в неё. С ней легко и тепло.

Мы провели в кафе почти два часа. Шутки и смех сменялись пересказами прошлых событий, серьёзными обсуждениями и милыми историями. Мы переборщили с заказанными сладостями, потому покинули кафе с набитыми животами и решили продолжить общение за прогулкой. Тем более, день основания Элизиума праздновали масштабно. На улицах раздавали сладости и воздушные шары, тут и там выступали артисты и музыканты. Временами в небе вспыхивали иллюзорные фейерверки.

Я теперь вёл Эмму под талию, слушал её рассказ и временами вдыхал аромат её волос. От неё пахло свежестью летней грозы и сладостью полевых цветов. Так притягательно, что уже не хотелось сомневаться, а возникало желание действовать. Тем более сама она не была против и прямо говорила о своих чувствах. И когда мы замерли под тенью низко растущих деревьев на берегу пруда в центральном парке, я развернул Эмму к себе лицом, поддел её подбородок пальцем и потянулся к манящим губам, мысленно представляя их сладость. Только прежде чем мы слились в поцелуе, раздался голос её версо-духа.

— Эмма, не хочу мешать, но Питер там в панике. Брайса и Эмбер похитили.

Мы с Эммой отпрянули друг от друга, глядя в тревоге на её сумочку.

— Где они⁈ Кто похитил⁈ — потребовал я ответа.

— Он не знает, — посетовал Септимус.

Похоже, нагрянули новые неприятности. Надеюсь, хоть здесь обойдётся без божественного вмешательства.