Ветер соблазняется

Саммерс уехал в министерство с докладом, а мы до вечера просматривали организации, которые располагались в здании Антикризисного центра. Это было муторно, потому что никто толком не знал, что же нужно искать. На этаже, который изучала я, было десяток офисов: медицинский центр, солярий, школа магического мастерства и даже кабинет с блокирующей камерой. Я снова вспомнила, что у меня просрочен допуск, и, чтобы опять не забыть, тут же через свой кристалл записалась к врачу. Вся эта странная свистопляска с оболочками беспокоила моё ловческое нутро и настаивала на приведении своего организма в максимальную боевую готовность. А после блокирующей камеры магия отзывалась лучше и результат работы любого мага становился чище. Ко врачу запись была на завтра. Проверив свободные «окошки» в блокирующей камере, куда мы ходили всей семьёй, записалась ещё и туда. – Дин, тут такое дело, – раздался надо мной голос Шэпарда. Я подняла голову и огляделась. Оказывается, уже темнело. – Да? – Я была немного удивлена неуверенностью тона ловца. – У меня к тебе просьба, ты не могла бы по дороге домой закинуть Дэксу кристалл? Он просил меня, но, знаешь, тут у меня наклёвывается кое-что… Не поможешь? – Понимаю, – хмыкнула я. Ещё б не понимать. У моего брата такое иногда наклёвывалось, и он просил меня… как правило, убраться с горизонта. Правда, когда наклёвывалось что-то типа скандала, он, наоборот, глазами просил задержаться и спасти. Но здесь явно не тот случай. Стало вдруг жалко Максин, и я стрельнула глазами в ту часть кабинета, где она сегодня сидела. Девушка смотрела прямо на меня, но от моего взгляда вдруг смутилась и, кажется, покраснела. Это что же получается, перспективы у него … с Максин? Ладно, что я, зверь какой – мешать личной жизни приятных людей. Сама же подтолкнула девушку в объятия рыжего ловца. Короче, я согласилась занести Саммерсу кристалл. Тем более что по адресу выяснилось, что мне и впрямь почти по дороге. Правда, по пути вдруг опять вспомнила смущение Максин, и червячок сомнения заскрёбся внутри. Если у них были совместные планы, они что, вместе не могли дойти до дома командира. А что, если смутилась девушка не из-за Шэпарда, а потому что они задумали… месть? Не хочет ли ловец, фигурально выражаясь, «толкнуть меня в руки» Саммерса, как я тогда проделала в баре. Вдруг им не понравилось моё сводничество? Да ну, ерунда! Им понравилось, я видела, как они переглядываются между собой. Но подозрительность разыгралась не на шутку, и я начала обдумывать, а не попросил ли сам командир прислать к нему меня, чтобы… тут я сама покраснела от собственных нескромных мыслей и ускорила шаг. – Дин? – удивление Дэкса было таким искренним, что в умысел верить уже стало сложно. Я подняла руку с кристаллом, пока командир не придумал щекотливых поводов для визита. – Зайдёшь? – спросил он. Мне хотелось, но в голове вспыхнули недавние варианты, зачем меня приглашают. Один другого развратнее. Потому я заколебалась, что, видимо, ярко отразилось на моём лице. – Без намёков, Дин, – усмехнулся он, – могу предложить сайган. Или вина. – Разреши потрогать твои клинки, – быстро попросила я, поражаясь собственной наглости. Конечно, клинки ловцов – это не сокровища драконов, которые прятались в пещерах и никому не показывались. Но смотреть – это одно, а вот трогать – совсем другое. Он едва заметно усмехнулся и пошире открыл дверь. Его квартира очень сильно напоминала обиталище брата, даже смешно. Самые лучшие враги, а так похожи. Тёмные стены, тяжёлая мебель. Разве что окна у изголовья кровати не было. Да и барной стойки тоже. Вместо неё посередине гостиной зоны стоял большой массивный стол-остров. Клинки были не за стеклом, но тонкая сетка световых полос говорила о магический защите. Дэкстер подошёл и, приложив свою ладонь к кристаллу, выключил её. Затем сделал приглашающий жест, мол, угощайся. И я угостилась. Я касалась клинков, проводила пальцами по ручкам, снимала с подставок и сжимала в руке. Все короткие, как и положено, не больше моей ладони, расширяющиеся к ручке, с тонкой вязью магических узоров по поверхности. Они были восхитительны. Они словно бы беззвучно пели, отзываясь на мою энергию. Это не могло быть правдой, ведь они были заточены под Саммерса, но всё равно мощные клинки вызывали восторженную бурю у меня внутри. – Чарли? – тихо спросил Дэкстер. – М? – отозвалась я, не в силах оторвать взгляда от оружия. – Никогда не думал, что для соблазнения девушки можно использовать холодное оружие. – Меня соблазняют они, а не ты, – заметила я, но сердце заполошно забилось. – Тогда подкинь идею, как соблазнить конкретно тебя. – Очень смешно. Удивительно, что ты добился успеха у стольких девушек, задавая подобные вопросы. – Ну, во-первых, я полагаю, ты сильно преувеличиваешь количество этих девушек. – Я презрительно фыркнула, но он не сбился с мысли: – Во-вторых, ни разу ещё мои клинки не интересовали девушку больше, чем я. – Ты хочешь меня смутить? – Я положила клинок на место, повернулась к нему и храбро посмотрела в глаза. – Нет, хочу я не этого. – Он сощурил глаза, пристально глядя на меня. – Не испугаешься честности? Я хочу, чтобы ты осталась у меня сегодня вечером и чтобы мы провели вместе ночь. Я не стану говорить, что всё будет прилично, потому что – нет, не будет. Будет крайне непристойно, жарко и страстно. Обещаю, что тебе понравится. Ты будешь стонать, дорогая. И просить ещё. Я мечтаю, чтобы ты стала моей сегодня. И сделаю всё, чтобы ты не пожалела. Я не верила, что всё это слышу. Это было так нагло, самоуверенно и горячо, что не могло не восхищать. А он между тем продолжил: – Но и отказ принять смогу. Ни разу в своей жизни я не заставлял девушку ложиться с собой в постель. Если… предложение тебе неинтересно, то можешь не переживать. Это точно не отразится ни на твоей службе, ни на наших рабочих отношениях… Мы сделаем вид, что этого неудобного момента не было и я не вёл себя как наивный мальчишка… И всё же я надеюсь, ты дашь мне шанс… Я стояла и смотрела во все глаза. Надо было уйти, но я, как кролик перед удавом, замерла и не двигалась. Я помнила, что должна что-то ответить, но все всплывающие в мозгу фразы звучали одинаково глупо. Есть ли шанс, что он решит, будто я замерла от его наглости? И сердце забилось, как чумное, вовсе не в предвкушении того, что он так нагло и бесцеремонно описал. Кажется, я упустила время, чтобы сказать нет. Дэкстер шагнул ко мне, отрезав пути к отступлению. Он легонько толкнул меня назад, и я прижалась попой к столу. Этого ему показалось мало, он подхватил меня под мышки и усадил на столешницу. Руки аккуратно легли на мои колени и стали медленно, словно опасаясь спугнуть, разводить их в стороны. При этом он смотрел мне прямо в глаза. В попытке сдержать возбуждённый выдох, я нарушила одно из главных правил брата – закусила губу. Взгляд Дэкса тут же прилип к моему рту, и зрачки расширились, грозя затопить радужку целиком. Но он лишь продолжил раздвигать мои колени. С прерывистым выдохом приблизил тело, заняв всё пространство между ног. Ладони скользнули по внешней стороне бёдер, обхватили ягодицы и рывком притянули меня к нему вплотную. Лицо оказалось совсем рядом, глаза в глаза, дыхание обжигало губы. Я не понимала, почему он медлит, меня саму уже выкручивало от желания, судорожные вздохи выдавали моё состояние, но я не решалась поцеловать его первой. Одна его рука скользнула по моей спине вверх и запуталась в волосах, фиксируя голову. И он, наконец, вжался в мои губы жадным поцелуем. И вдруг выяснилось, что это как раз то, что мне было нужно. А ещё мне нужно было самой хватать его рот, тереться о язык своим. Взаимный голод разрывал обоих, поэтому нежной прелюдии не вышло. Сразу глубоко. Сразу с потерей дыхания. И всего стало мало. Касаний, ласк и вздохов. Я вжималась в него, обхватывала ногами, с восторгом чувствуя всю крепость его желания. Скользила по рубашке пальцами в бестолковой попытке снять её. От расстройства я прикусила его за губу, и он не сдержал стон. Обнял меня покрепче и поднял. Понёс куда-то, не переставая целовать. Когда я спиной ощутила мягкость кровати, он оторвался от меня и быстро стянул с себя рубашку. За ней последовали мои джинсы и бельё. Я только стала выплывать на поверхность из тягучего тумана возбуждения, как его губы начали путешествие по внутренней стороне моего бедра. Не собирается же он… Я заметалась в смущении по кровати, но он не позволил выскользнуть. Просунув руку под бедром, положил ладонь на живот, пригвоздив меня к одеялу. Опыт, конечно, сказывался: он безошибочно нашёл самую чувствительную точку, и я уже не помышляла о том, чтобы вырваться. Наоборот, я подставлялась, широко раздвигая ноги, судорожно вцеплялась то в одеяло, то в его плечи, перестала сдерживать хриплое дыхание. Но он не давал мне сорваться в удовольствие, держал на краю пропасти, словно наказывая за что-то. – Дэкс, – застонала я. – пожалуйста… – Сейчас, малыш, сейчас, – выдохнул он, скользя по моему телу вверх. Почувствовав давление внизу, я закинула голову и закусила губу. Но он снова медлил. – Посмотри на меня, Чарли, – срывающимся голосом попросил он. Я с трудом разомкнула веки и обожглась о его взгляд. – Смотри на меня, пожалуйста, – попросил он и стал наполнять меня невыносимо острым удовольствием. Я с трудом сохраняла глаза открытыми. Дыхание рвалось кусками из груди, рот приоткрылся, я не в силах была вместить столько чувств и выдыхала его со стонами. Он замер во мне, затем неспешно стал обратное движение. Я думала, что эта тягучая пытка будет продолжаться вечно, но он не выдержал сам и резко ворвался до упора. И я перестала пытаться: закрыла глаза, отдаваясь ему полностью и без всяких «но». А он взял такой темп, что меня мотало по кровати, вбивало в неё – всё в точности, как мне того и хотелось. Я, кажется, что-то кричала, возможно, его имя. А он в ответ стонал моё. И ещё говорил, что я теперь его. Конечно, ведь прямо сейчас от его движений я срываюсь в пропасть, на дне которой яркое и острое наслаждение без края и конца. Он догоняет меня, обхватывает руками и возвращает в привычный мир, где есть кровать, дыхание и крепкое тело, так плотно сплетённое с моим.