Глава 9

За время отдыха я расслабил, насколько смог шнурки у бутс, только, чтобы они не свалились по дороге. Еще переложил нож поближе в карман, из узкого и длинного карманчика около коленки его сразу трудно достать, а именно на нем строится весь мой расчет бегства.

Обязательно необходимо поводок разрезать, потому что вырывать его в воде из могучих лап, имея у себя на шее — ну так себе занятие, шансов совсем мало.

Вряд ли меня станут обыскивать перед тем, как послать на стену, до этого я такого ни разу не видел с другими рабами. Отношение к нашему брату от нелюдей очень сильно пренебрежительное, раз одели ошейник на шею, значит — совсем не стоим особого внимания. Просто на уровне амеб где-то болтаемся от высот самомнения сильно могучих орков.

Иду, как на Голгофу, спереди несколько людоедов, сзади вожак племени с ближними воинами. Похоже, что я, как хороший боец, должен помочь ворваться на стену именно вожаку и лучшим бойцам. Для этого и припасен в самом конце, для этого еще не отправлен в котел.

Понятно, что крестьяне, погибшие передо мной, на такое совсем не способны, могут только своим телом прикрыть нелюдей. Один раз, ибо, отбить удар не обучены.

Положив свою жизнь или умудрившись сам отбиться, чтобы провести нелюдей в город?

Так себе перспектива для меня, явно, что это окажется не мой сознательный выбор.

Ну, теперь все решится, если удастся добраться до лестницы без болта в моем организме, тогда уже все от меня зависит, поэтому я снова делаю дыхательную гимнастику, пока мы выстраиваемся в колонну.

Рядом готовится вторая колонна из рядовых воинов, первый тащит легкий щит из жердей, остальные вооружены копьями.

Настроение у степняков, кстати, довольно приподнятое, мне кажется, они рассчитывают именно сейчас ворваться на стену. Насколько это можно разобрать на их неподвижных туповатых мордах.

Ну, как-то быстро очень, честно говоря, для штурма серьезного такого укрепления.

Хотя, может, там всего сотня воинов гарнизона находилась, а теперь остались от нее жалкие остатки?

Так и лестниц не так много осталось у стен стоять, из пятидесяти, дай Бог, только половина или треть готовы принять на себя атакующих, на такое количество защитников должно хватить. Тем более, все мужики и женщины обязаны оказаться на стенах, а их там не одна сотня, скорее, несколько точно есть.

В случае захвата города грабежом и насилием над личностью не отделаешься, все выжившие пленники рискуют попасть на обед и ужин к нелюдям и их хищным скакунам. Да и не выжившие тоже.

Странно, почему орки собираются лезть именно сейчас, дождались бы темноты, отправили бы команды без риска за лестницами, чтобы снова их приставить к стенам и утром бы пошли на массовый штурм.

Кажется, что очень торопятся и уверены в себе чересчур, есть у них для этого какие-то основания. Наверно, именно потому, что собираются лезть на стены самые сильные воины всех племен?

В нашем племени потери за два штурма дошли до девяти орков, почти четверть от прежнего количества. Если по всей армии нелюдей так же, то примерно от четырехсот до пятисот орков остались лежать под стенами и на нашем берегу.

Ну, как лежать, или под стенами валяются или уплыли уже в реку в своих сильно плавучих доспехах.

Только мне психология людоедов совсем не понятна, поэтому я голову не ломаю, а жадно собираю крупицы знания того, что вижу перед собой сейчас.

Соседняя справа лестница уже упала, следующая за ней — тоже, от реки меня отделяют всего одна лестница, которая стоит на более глубоком месте похоже, чем наши. Почти вертикально прижата к стене, недостает до края тоже с пол метра всего, далеко ее пришлось нелюдям подносить, чтобы обеспечить такое размещение.

Поэтому ее подтащили еще ближе к стене и противоположному берегу, что место там более глубокое. У воинов того племени даже дополнительно сделаны небольшие узкие мостки, по которым они перебегают с берега до основной лестницы.

Мне ее нужно миновать, желательно, чтобы никто меня из местных орков не заметил, поэтому проплыть вдоль берега около крепости придется.

С одной стороны — плохо, что протока взбаламучена во время штурма, ни черта в ней не видно, с другой стороны — это хорошо, что меня никто не должен заметить в неглубоких местах.

Правда, орки во время штурма и не смотрят вниз, на воду, все вверх башки задирают, чтобы камень не просмотреть. Так что тех нелюдей, кто на приступ пошел, не стоит особенно бояться, мне бы от стрелков на берегу спрятаться получше. Стрела под водой убойную силу быстро теряет, поэтому основная опасность грозит во время выныривания, когда придется всплывать, чтобы глотнуть воздуха и определиться с направлением побега.

Все, что я успел рассмотреть, я постарался запомнить как следует, вскоре орки приготовились к третьему штурму, раздался сигнал рога. Меня толкнули в спину, потом дернули снова поводок, чтобы показать, что я все еще на привязи, должен выполнять приказы хозяев, если не хочу, чтобы случилось совсем страшное.

Ну, я уже понимаю, что в арсенале нелюдей имеются вещи серьезно пострашнее обычной смерти, поэтому не буду рисковать без шансов для себя.

Вожак вручил мне двухметровый шест и крайне выразительно для степняка посмотрел в глаза.

Что он хочет донести до моего сознания — не знаю, я кивнул на всякий случай, что готов выполнить боевое задание.

Чтобы он заранее не напрягался и не предпринимал никаких особых мер предосторожности.

Не знаю точно, что от меня требуется, только догадываюсь — что-то типа того, защищай меня храбро и умело, тогда мы съедим тебя не больно.

И самым последним в очереди — так себе привилегия, конечно, для проявления настоящего героизма и энтузиазма с моей стороны.

Потом я впереди, помощник вожака со щитом, за ним вожак и еще пара его товарищей быстро направились к берегу вместе с сотнями других нелюдей.

— Так, меня контролирует на поводке именно вожак племени, за мной идущий нелюдь не будет ничего видеть, что я делаю, как и все остальные на лестнице из-за щита. Значит, опасность грозит только от стрелков, их на берегу остается еще половина оставшегося племени, все они будут очень внимательно смотреть, как идут дела с приступом.

Пришлось еще пережить могучий пинок от орка со щитом, чтобы быстрее побежать в воду. Я первым в воде по плечи добрался до лестницы и начать резво карабкаться по ней, держа шест в одной руке. Орки отстали от меня, поэтому вожак придержал поводок, остановив меня в паре метров над водой.

Пришлось дождаться отстающих и снова быстро перебирать рукою и ногами, поднимаясь вверх. Меня острием копья не подгоняют, значит, я очень хорошо играю свою роль. За время ожидания я зажал шест под мышкой и вытащил нож из кармана, пользуясь тем, что стрелки не видят, что у меня творится с этой стороны от них.

Перебирая перекладины, я уже поднялся на шесть метров, смотря пристально наверх, дальше лезть нельзя, а то окажусь над берегом. Вот над головой между бойницами шевельнулся наружу щит из досок и через пару секунд оттуда вывалился камень. Лестница наша съехала немного вправо по стене за все время осады, поэтому камень даже изначально летит мимо меня почти и заденет только тех нелюдей, кто карабкается на лестницу внизу.

Это подходящий момент, чтобы начать действовать, пока орки на берегу переживают встречу камня со своим вождем.

Однако, я все же отклонился невольно, бросил вниз шест прямо на щит, зацепился правой рукой за лестницу, оттянул поводок на шее и начал левой перерезать его, пока стрелки смотрят интересное кино про прилет камня на своих внизу.

Нож надрезал кожаный поводок, я рванул его одной рукой и смог разорвать именно по месту прореза.

Терять больше нельзя ни секунды!

Хотел еще приголубить нижнего орка шестом по башке, однако, его прикрывал до падения камня щит. Толку от такой попытки точно не будет, могу только сам схлопотать гостинец от стрелков с берега.

Уже за такой маневр с отклонением от падающего камня по мне могут прилететь стрелы, тем более, все они увидели, что я бросил шест на щит следующего орка, поэтому я сразу же прыгнул в воду как можно дальше от лестницы вправо. Поводок из руки я так и не отпустил, он обогнул улетевшего уже вниз нелюдя со щитом и потянул в мою сторону находящегося ниже вожака.

Была у меня мысль сдернуть его вместе с лестницей в воду, чтобы помочь защитникам крепости, раз уж она и так сползла по стене вправо и это у меня почти получилось. Мой рывок в прыжке сдвинул ее еще немного, дальше я уже не смогу в воде ничего сделать. Находясь ниже уровня поверхности не чувствую своего тела, чтобы еще подвинуть ее, а зацепиться мне там не за что.

Энергия рывка при прыжке полностью израсходована, поэтому только просовываю нож в карман.

Больше не могу ничем помочь горожанам, только тем, что одна из лестниц, по которой карабкались особо могучие и умелые орки, теперь не даст им возможности добраться до края стены.

На самом деле это серьезная помощь защитникам города, что самые сильные и опытные воины степняков не смогут поддержать хорошо спланированную атаку.

Сейчас пора уносить ноги, наверняка, все стрелки моего бывшего теперь племени напряженно ждут, когда я не выдержу кислородного голодания. И вынырну здесь же около лестницы на поверхность взбаламученной притоки, выставив свою бестолковую голову ничтожного раба под меткий выстрел метких воинов.

Как делали все остальные рабы, выскакивая из воды и суматошно размахивая руками, подставляясь под удар копьем или стрелу, смотря что окажется быстрее.

— Только, этого вы от меня не дождетесь, недоделки тупые! — хочется мне крикнуть.

У меня еще есть кислород в легких, прошло всего пять секунд как я рухнул в хорошо нагретую воду. Поэтому я сразу толкаюсь ногами от илистого дна и плыву под водой метров двадцать, удаляясь от места падения. Еще и течение протоки немного помогает мне.

С этим делом мне проще местных, плавать под водой я прилично умею, вряд ли орки будут ждать меня так далеко в стороне. Могут и не заметить мелькнувшую в воде голову, среди поднятых падениями многочисленных тел волн.

А если и заметят, не успеют опознать и прицелиться в наглого человечишку, как я снова скроюсь под водой.

Плыву до предела, потом толкаюсь наверх, выдохнул весь воздух под водой, поднимаю голову и делаю два вдоха-выдоха, пользуясь внезапностью появления. Успеваю рассмотреть впереди в десяти метрах последнюю лестницу, по которой ползут наверх орки и снова ныряю под воду.

Вроде, даже пуля становится не опасной для поражения пловца на глубине в один метр, поэтому стрелы точно не смогут продырявить мою тушку. Тем более, входить в воду они будут почти под нулевым углом, да и орки будут целиться именно в мою голову.

Я так и не узнал, заметили меня стрелки, стреляли по мне или нет в этот момент, плыву теперь к лестнице. Когда нащупал ее на последнем издыхании горящих легких за боковую часть, осторожно выставил переднюю половину лица из-под воды, прикрываясь перекладиной самой лестницы.

Те орки, которые помогают своим штурмовать крепость, внимательно смотрят на самый верх стены, им не до непонятного предмета, мелькнувшего за лестницей в воде.

Лучники моего, тьфу, уже чужого племени, должны еще добежать до этой части берега. Только они обязаны по приказу своего вожака поддерживать именно его попытку забраться на стену. Так как она уже не получилась, тогда просто прикрывать отступающее начальство от подлых выстрелов в спину.

Поэтому я первым делом смотрю наверх, не летит ли на меня камень. Изучаю позиции карабкающихся нелюдей и вижу, что они все еще находятся на лестнице, хватаются за перекладины и переставляют ноги.

Я уже дышу с десяток секунд, поглядывая наверх и вдаль, туда где протока впадает в реку. С той стороны орков уже нет на самом краю протоки, делать им там нечего, всего-то нужно проплыть снова пятнадцать метров под водой до поворота. Только отдышаться необходимо получше.

Не сразу, но, я все же вижу, что меня от взглядов с берега протоки прикрывают эти мостки, по которым орки попадают на лестницу, минуя полное окунание в воду. Они зацеплены за перекладину выше уровня воды на десяток сантиметров и дают мне кое-какое укрытие для наблюдения.

— Отлично, я могу нормально отдышаться, стащить берцы и плыть дальше, — понимаю я.

Тут сверху на сами мостки гулко падает тело, пригнув голову на автомате после удара, я вижу, что это человек рухнул сверху. На его голове шлем, я сразу сообразил, что здесь орки имеют какой-то успех, смогли скинуть вниз одного из защитников и сразу мостки зашатались от чьих-то ног. Кажется, здесь нелюди поднялись на стену и теперь остальное племя торопится закрепить успех, пока его лучшие бойцы контролируют подходы к лестнице на стене.

Сама лестница стоит почти отвесно, здесь она прижата к берегу, расстояние всего с метр от его края до перекладин под водой, за которые я держусь. Видно, что протока около впадения в реку уже достаточно глубокая и я решаю рискнуть, чтобы помочь своим отбить приступ хоть на этом участке стены.

Если нелюди захватят крепость, мне придется бежать дальше в степь, что очень опасное дело для ничего тут не знающего одиночки-беглеца.

Я уже видел, как орки, держась за своих гиеноконей, переправляются на ту сторону реки, чтобы отрезать крепость от другого берега. Переплыло их немного, с один десяток всего, однако, там они точно патрулируют степь неподалеку, поэтому меня сразу же заметят, как только я вылезу на берег.

Мне нужно помочь защитникам крепости, раз здесь случился прорыв на стены.

Могу, конечно, и так уплыть, только чувствую, что эта помощь необходима очень-очень, раз все орки с лестницы поднялись на стену уже и она теперь полностью пустая. Пока лестница стоит сама по себе, я кое-что могу успеть сделать полезного. Сейчас все племя сюда ломанется и еще пара десятков нелюдей вот-вот окажется наверху, а это грозит уже захватом всей крепости.

Я упираюсь спиной в твердый берег, в какие-то корни, ногами изо всех сил давлю на перекладину под мостками и чувствую, что она немного поддалась. Где-то наверху оторвалась от стены и снова к ней прилипла.

Я усиливаю давление, найдя удобную позицию и давлю еще сильнее, теперь верхушка точно оторвалась от стены и лестница замерла в неустойчивом положении. На нее с той стороны давят еще несколько нелюдей, бегущих по мосткам, своим немалым весом. Невольно помогают мне опрокинуть ее.

И тут я роняю длинную и тяжелую лестницу на головы оказавшимся вблизи оркам.

Первый был уже в метре от лестницы, когда оторвал взгляд от узеньких мостков и понял, что она клонится к нему, что лезть на перекладины вроде уже ни к чему.

Меня подбрасывает вверх выскочившим низом лестницы, из такой позиции я хорошо вижу, как тяжелые перекладины с брусьями с размаху валятся на всю толпу, собравшуюся на берегу и оказавшуюся на мостках в этот момент.

Теперь меня хорошо рассмотрели и эти орки и те, которые прибежали от моего бывшего племени.

Зато раздаются божественной музыкой в моих давно немытых ушах дикие вопли пришибленных. Еще пара зажатых между лестницей и мостками тоже не могут выбраться из-под воды, видны их мельтешащие руки-лапы.

Перекладина лестницы, упав, утянула вниз мостки на глубину и сильно очень разозлила захлебывающихся сейчас нелюдей.

Только я тоже не стал дальше любоваться устроенной катастрофой и нырнул на глубину. Еще успел обернуться под водой и увидел, как разрывая воду влетают в нее стрелы на то место, где только что был я. Врезаются в плотную воду и уже не сильно толкаются в берег с корнями. Поэтому заработал освобожденными ступнями и руками, с ботинками на шее выгребая по небольшому течению в сторону реки.

Уже отдышавшись немного, плыл до последней молекулы кислорода, ориентируюсь на видимый мне край обрыва около крепости. Когда он пропал, повернул налево, где смог поднять голову, сделал вдох и двинулся дальше, чтобы уйти от взглядов орков за стену крепости.

Второй раз, конечно, проплыл немного, несколько метров, когда горящие легкие вытолкнули меня наверх к глотку воздуха.

Несколько секунд я пытался надышаться таким вкусным воздухом, пока от орков меня прикрывает высокий берег со стороны реки. Правда, через пол минуты чертовы лучники, преследуя меня, забежали в воду по пояс со своей стороны и я снова попал в опасную ситуацию.

Ну, я уже немного отдышался, снова нырнул и всплыл уже за закрывающим меня полностью от врагов каменным основанием крепости, теперь им до меня никак не дотянуться.