Глава 31.

Сархан.

Забавная. Чувствовал, как смотрела, взглядом своим прожигала. Пальчиками нежными робко касалась моей груди. Мне бы ее схватить. Повалить на спину и подмять под себя. Брать до бесконечности, пока сил не останется. Но я не хотел ее напугать, навредить. Маленькая. Хрупкая. Запуганная, хоть и держалась, страх не показывала. Нежная, как цветок. Со светлым, чистым сердцем, которого я еще никогда ни у кого не встречал. Пугала своей открытостью, до дрожи волновала. Хотелось себе забрать. Своей сделать навечно. Нельзя! Мозгом понимал, что подло это. Не для меня... Как сдержаться? Как не сорваться? Мышцы сводило, мозг плавился. В уме одно имя - Аселия…

Девчонка. Как сумела превратить меня в одержимого? В психа безмозглого? Наблюдал за ней из-под опущенных век, как из ванной выбегала, торопилась.

Скрыться от меня пыталась, но разве это возможно? Моя пока! Договор у нас с ней! В любой момент могу брать! Подчинять своим желаниям. Хотя в них мы с ней схожи. На одной волне. Чувствовал, что и она меня тоже желала. Хотела и скрыть не могла… Глупая… Этим еще больше заводила.

Встал с постели. Начал одеваться, злясь на то, что утро так быстро наступило. Одно радовало, что уже вечером снова с ней в одной кровати окажемся. А может, и раньше. Нужно Зейнеп сказать, чтобы ее с кухни ко мне поближе перевела, под боком чтобы была.

Пошел в душ, про дела вспомнил. Юсупов поблизости рыскал. Дочку свою найти пытался. Чувствовал, гад, что у меня она может быть. Что ж, может, оно и к лучшему, уберу его быстрее, чем планировал, но тогда девчонку придется отпустить. Не хотел. Слишком рано! Не насытился! Не надоела мне! Жажду не утолил. Напротив, она становилась еще сильнее, яростнее.. до безумия.

Телефон зазвонил, я вернулся. Взяв в руки трубку, зубы стиснул. Нурпеис-хан. Старик проклятый. К совести моей взывал, видимо, позабыв о том, что нет у меня ее давно. Дочку свою сбагрить пытался. Шлюху, которая спала и видела, как бы быстрее женой моей заделаться. Шмара тупая. Дурака из меня сделать удумала. Считала, будто я не знал о том, что она на все члены без разбора запрыгивала. В договоренности стариков наших уверена, что не отступлюсь от слова им данного.

- Слушаю, - хмурясь, процедил сквозь зубы, смотря на постель помятую. Где еще совсем недавно держал в объятьях девчонку и надышаться ею не мог.

- Приветствую тебя, Сархан. Рад слышать, - песней лился его дребезжащий голос, - Помнишь, о чем обещал на последней встрече нашей? - кряхтел, раздражал.

Хотелось бы и вправду забыть. Не думать о лаже всякой.. не давал. Напоминал, торопил.. давил, гад!

- Помню, Нурпеис-хан. Я от своих слов никогда не отказываюсь, - стиснул трубку до хруста, - Даю согласие на приезд Гаухан. Пусть едет, - ухмыльнулся, в мыслях свой план прокручивая.

- Рад, что ты правильный путь выбрал. Отец был бы рад знать, что ты чтишь его память и слово его уважаешь, - дребезжал старик, не скрывая радости.

Тварь! Отца приплетал! Продавить этим пытался, да только мыслей истинных моих не знал. Пусть присылает свою потаскуху, я уж встречу ее. Так встречу, что смерть ей Раем покажется. Вытрахаю так, что на члены смотреть не сможет. Ликбез проведу, каково женой моей быть. Еще пожалеет...

Отключил вызов, злясь на то, что придется отвлекаться на эту курицу Гаухан, время тратить вместо того, чтобы Асель наслаждаться.. получать истинное удовольствие.

Кинул аппарат на тумбочку. В ванную пойти собрался, но телефон проклятый словно надо мной глумился. Зазвонил снова.

- Говори, - прорычал в трубку человеку, который служил еще отцу моему.

- Юсупов встречи просит. Догадывается, - сухо проскрежетал своим голосом мне по ушам.

Рустам - один из немногих, кто знал, какую я игру затеял. Чем столько времени занимался. Знал, что делать собираюсь, но не одобрял. Плевать. Мое решение. Моя месть. Я решаю. В мое отсутствие все на его плечи легло. Доверил ему все, чем семья моя владела. Оправдал мое доверие. Справился. За это благодарен, не более.

- Пусть, - выплюнул, - Меня мало волнует, - рявкнул, услышав о такой наглости.

То, что меня волновало - это как Асель из мыслей вытравить. Чтобы мозг очистился. Делами отца заняться. Закончить с мразью Юсуповым и в руки все свои взять. Времени столько упущено.

- Ответить ему нужно. Иначе сам шаг сделает. Наши ребята видели его людей, неподалеку крутятся. Носом водят, - давил Рустам. Чуйка у него сильная. Не просто так сотрясал воздух.

- Скажи, что недолго ему осталось, конец его близко. Так и передай, - разозлился еще больше. В ярости просто, - А рыпнется, так девку свою по частям получит, - выплюнул, смотря на себя в отражении зеркала.

- Передам, - выдавил хрипло, - Только… Сархан. Не трогай ее. Не по понятиям это. Обещана она в жены кому-то, - как свинцом меж глаз словами бил.

- Не твое дело, - взревел, словно бешеный, - Сам решу. Делай, что тебе велено, - цедил, покрываясь багровыми пятнами, слыша его слова, как на повторе.

Отключил звонок. Мозг ехал. В жены кому-то обещана. Ложиться под кого-то другого будет. Стонать не от моих ласк, а от рук хмыря, которому обещана.

Перед глазами пелена красная. Сам не понял, как вазу в руки схватил и в зеркало со всего маху запустил. Рычал зверем раненым. От правды болезненной кривился и понимал, что только одна мысль об этом нервы выкручивает.

Зейнеп вбежала. Испуганным взглядом смотрела, в голос причитала. Молча в душ пошел, чтобы там успокоиться. Под ледяными струями в чувства прийти пытался. Всегда отпускало. Проверено.

Долго стоял. Ярость смывал. Мозг отрезвлял. Обдумывал. Затягивал. Нужно было убрать гниду, не раздумывая. Асель карты спутала. Мозг в кашу превратила. О главной цели забыл.

Ничего. Будет по-моему. Время есть. Юсупов - трус. Сам не полезет. Зассыт. Ждать станет. А я тем временем подарком его наиграюсь, а потом и за ним самим приду. Закончу начатое.

Вытерся насухо. Телефон снова мозг взорвал. Ярость утихшую по-новой воспламенил. Нурпеис-хан никак не успокоится. Что ему от меня опять понадобилось?

- Сынок. Предупредить хотел. Дочке моей нездоровится. Упрямая. К жениху своему просится. Позаботься о ней. Присмотри, - прокряхтел, откашливаясь.

- Я понял тебя, Нурпеис-хан. Встречу сам лично Гаухан. Все сделаю, - вышел из ванной комнаты, посмотрел на спину хрупкую. Которую ночью ласкал до умопомрачения, к своей груди прижимал.

Телефон отбросил за ненадобностью. Глаз отвести не мог. Ослеп. Крышу сорвало. Член затвердел в раз. Сабира лопотала, оправдывалась, а мне только одного хотелось - наедине с девчонкой остаться.

Как во сне служанку прогнал, Асель к себе притянул. Надышаться не мог ею. Одурел. Мышцы судорогой свело, пах кровью налился. Желание бешеное, будто и не был под ледяными струями минуту назад. Слюни пустил, как прыщавый подросток. Сколько баб перетрахал, все были побоку, а эта на себя подсадила. Вцепилась до плоти, до костей. До души достала. Прошибла.

Один способ видел, как от наваждения избавиться. Брать ее часто. Чтоб приелась... Надоела… Опостылела.

- Отпусти... - прошептала. Упиралась, освободиться из рук моих пыталась, - Ты зол. Пусти. Мне страшно, - едва слышно бормотала маленькая.

Взглядом запуганным жилы изнутри тянула. Голос такой сладкий. Настоящий, так и хотелось попробовать на вкус. Стон хотел услышать. Всхлип. Вскрик. Для меня. А не для кого-то там, кто замуж ее взять должен.

- Зол! Очень! И хочу тебя прямо сейчас! - заявил, вдыхая запах ее кожи, - Буду брать, когда пожелаю!

Моя! Сейчас только моя! Каждая эмоция. Каждый жест! Каждый вдох!

- Прекрати. За дверью Сабира ждет. Мне нужно работать, - умоляла. Боялась кого-то. Что подумают? Глупая!

- Плевать! Посмотри на меня! - хотел глаза ее видеть. Бездну манящую, которая так легко, но с бешеной силой затягивала меня в себя.

- А мне нет! - заупрямилась моя Бэмби. Напряглась, - К тому же, сегодня приедет твоя невеста… Пусти… Все могут догадаться.

Засмеялся, услышав истинные страхи, а не то, что я думал. Не меня страшилась. Невеста останавливала. Смешно! Шлюха, которая мизинца ее не стоила. Шалава подзаборная, которая ехала, чтоб на член мой наскочить и свадьбу ускорить. Насрать на нее.

- Это их проблемы. В собственном доме я буду делать все, что пожелаю… - ухмыльнулся, намерено про Гаухан не сказав. Незачем ей знать. Лишнее. Пусть не тешит себя пустыми иллюзиями. Наша связь краткосрочная.

- Нельзя… Так нельзя… Я не могу, - замотала головой, - Отпусти меня. Ты же уже получил, чего хотел… - выпалила. Глазами мокрыми зыркнула.

Получил? Ха. Бред! И доли того, чего желал с ней сделать, еще не пробовал.

Это пизд..ц, а не девка. Особое лакомство для моего члена. До самого нутра прошибало. Одурело хотел! Черт бы побрал ее!

- Не получил! Не обольщайся, и хватит истерить. Дай сюда, - заметил ее кровь.

Ослабил хватку, взял руку, пытаясь разглядеть рану, - Больно? - видел, как от боли глазки сжимала.

- Нет, - пискнула, напрягаясь. Опять старалась быть сильной. Моя Бэмби. Малышка.

- Лжешь… - тихо прошептал, - Глубокая…

Поднес рану к своему рту и слизал ее кровь. Сладкая. Хотел ее всю. Вот так в себя втягивать… Во рту ощущать. Принимать, как наркотик.. дозу чистейшую, - Трусиха… Испугалась мнения слуг… - усмехнулся, стараясь отвлечь свои мысли, - Пусть только пискнут!

Всхлипнула. Так невинно. Непорочно. Проклятье!

Мозг накрыло. Стремительно рывком впечатал ее тело в стену, придавив своим весом.

- Скажи, что желаешь меня снова… - к волосам носом прижался.

Мне важно было это услышать. Очень. В эту самую секунду! Что желала не потому, что жизнь свою спасала, а от того, что сама меня захотела, - Твое тело так отзывчиво…

Малышку колотило. Чувствовал. Упираться пыталась. Но все - самообман. Меня хотела. Видел. Чувствовал.

- Нет! Пожалуйста… Я не хочу… Ни капельки.. тебе кажется.

Сопротивлялась собственным инстинктам. Отрицала свое влечение. Но я усмехнулся, потому что знал истину.

- Хочешь… Еще как хочешь. Реакцию тела не скрыть. Тебе нравится все, что я с тобой делаю. Утром была такой забавной… - усмехнулся, наблюдая за ее растерянностью.

Вспыхнула. Краска к лицу прилила. Умилительная мордашка, что хочется затрахать ее губами, заклеймить ее своим членом, свести с ума, превратить в такую же одержимую, каким стал и я сам.

Ласкал малышку, как никого и никогда. Она задыхалась. Из горла вырывались только хрипы. Стоны. Дикие. Побуждающие сорваться в пропасть и ее за собой утянуть.

Член искрил от ее всхлипов, судорожных вскриков. Меня самого скручивало. До предела желал. Током прошибало, еще чуть, и в штаны спустил бы, как желторотый юнец, увидевший женское тело.

Девчонку уже спазмы сотрясали. Чувствовал их. Дрожала. Взрывалась. У самого срывалл башню. Смотрел на нее. Хотел отнести на кровать, распластать под собой и взять так, чтобы кричала, срывая голос. Но проклятый телефон, который я уже планировал разбить о стену, заставил выплыть в реальность.

Отпустил малышку. Пошел к мобильному и разозлился на то, что моим планам не суждено было осуществиться.

- Слушаю! - трясло от гнева, заранее знал, что сейчас услышу.

- Госпожа Гаухан уже на территории, - прозвучал голос охраны.

Тварь! Ну что ж так все погано? Не к месту! Издевательство!

Швырнул аппарат на постель и повернулся к Асель, наблюдая, как она медленно, незаметно пыталась выскользнуть за дверь.

- Стой, - потребовал остановиться и быстро приблизился к ней, - Что с руками? - задал вопрос, который вертелся на языке, как только увидел ее порезанную ладонь.

Они были стертые до крови. В мозолях, небольших ранках. Неужели на кухне возможно получить такие раны? Чем ее вообще там загрузили? На каторге держали?

- Стирала белье, - выпалила на одном дыхании, - Я же здесь служанка? Забыл? - дерзко вскинув голову вверх, выдала она, наконец, выказывая свое недовольство.

Кретин! Вот же идиот! Зейнеп подошла со всей серьезностью к моему приказу и запихнула ее в самую задницу.

- Не забыл! - ответил ей, испытывая угрызения совести за то, чего ей пришлось натерпеться, - Иди. Ночью жду здесь. Продолжим, - кивнул на дверь, думая о том, как своими ласками буду исцелять ее израненное тело.

Асель выпорхнула за дверь, а я снова направился в душ, чтобы охладить свое тело и голову перед встречей со своей названной невестой.

Через четверть часа я спустился к парадному входу дома, чтобы с широкой, наигранной улыбкой встретить Гаухан.

Девка, увидев меня, озарилась улыбкой и тут же кинулась на шею, дрянь.

Актриса, мля.

- Сархан, - пропищала она, ударяя визгом по моим перепонкам, - Наконец-то ты обо мне вспомнил, - сиськами большими о грудь мою трется, шлюшка.

- Мы виделись уже. Несколько дней назад. За столом. Забыла? - ответил, освежая ее память, стараясь при слугах держаться вполне доброжелательно.

- Ну, Сархан, это не считается, - надула она свои и без того пухлые губы, нехотя отстраняясь от меня, - Это же было при родителях. А сейчас их нет. Я так рада! Теперь мы можем не сдерживаться… Ведь скоро мы… Будем вместе, - перешла на шепот, начиная открыто заигрывать.

Вот же дрянь! И не скрывала своих намерений со мной порезвиться. Сучка! Думал, образумится, станет серьезней. Ошибся. Какой была, такой и осталась. Росли вместе. Была всегда взбалмошной. Знал ее, как облупленную. Всегда норовила залезть ко мне в штаны раньше времени. Держал ее на расстоянии, не трогал. Думал, чистая. Невинность бережет.

Ха! Смешно даже. Глаза мне открыли быстро. Узнал, едва вернулся. Договоренность отцов по рукам и ногам держала. А тут такой шанс от нее избавиться. Закачаешься!

- Будем! Еще как будем, - обняв ее за талию, повел к дому.

Стерва, все время ко мне прижималась. Кошкой льнула, за руку цеплялась. В глаза заглядывала, на публику играла. Видела, как на нас все смотрели, глазами облизывали. Радовались, что скоро будет так, как хотели родители.

- Хочешь начать прямо сейчас или ночи дождемся? - бил прямо в лоб. Обескураживал своей прямотой. Чего тянуть кота за причиндалы? Отымею ее так, что мать родная не узнает, сбежит к своему папаше. Сама от меня откажется, когда поймет, что ее ждет рядом со мной. С ее подачи помолвку расторгнем. А я уж очень постараюсь, чтобы скинуть с себя это ярмо нелепое.

- Сар… Ну, куда нам спешить? До свадьбы же не положено. Но, если ты так настаиваешь… Я не буду возражать, - глазки в пол опустила. Целомудренную из себя скорчила. Бл..ть! Аж затошнило.

- Не ломай комедию. Завтра ночью ко мне придешь, - сказал сквозь зубы, устав от этого цирка, - Брачную ночь отрепетируем, - бросил ей, когда за дверью от всех скрылись.

Интересно даже, как она выкручиваться станет, когда окажется, что уже не девственница. Какие фокусы приготовила?

- Зейнеп, у нас гости, - сказал той, что уже спешила к нам навстречу, спускаясь по лестнице, - Принимай. Тебе вверяю, - сбросил руку девки с себя и шаг вперед сделал, - Асель работу смени. Хочу, чтобы только комнаты наверху убирала. Не больше, - выплюнул и оставил их наедине бабские сплетни мусолить.

Мой выход позже. Завтра с Гаухан  разберусь, а сегодня ночью с малышкой Асель побуду.