Глава 45

Зима обрушилась на нас внезапно. Ветра со снегом бушевали, снося все на своем пути. Юрты летали по Сарматии словно воздушные шарики. Пришлось срочно их укреплять, привязывая к колышкам, а те вбивать в стылую землю. В первую же ночь снега выпало по колено. А дальше чего ждать? Я с ужасом держалась за заметно округлившийся живот и искала выход. А он виделся только в добротных деревянных домах. Хорошо, прямо с весны начнем их строить, а как зиму то как пережить?

Настораживал еще тот факт, что ветер практически никогда не стихал. Он как будто поселился с нами, меняя только направление. Оно и понятно. На открытом пространстве его ничего не останавливало. Невысокие курганы? Так он ловко обтекал их и хохоча нападал на нас. Выход мне виделся только в одном - высадить заградительные лесополосы вокруг столицы. Да, очень долго, и при этом непредсказуемо. Потому как климат степей особенный. Летом жара стоит как в печке, а дождей нет. Зимой же лютые морозы и снег выше человеческого роста.

Сарматы, тем временем начали роптать. Дескать, в телегах зимовать им было привычнее, они, по крайней мере, не улетали ночью в небо, подхваченные порывами ветра. И чтобы отвлечь их внимание от временных проблем, приказала строить горки для катания! Первую возвели прямо на площади и Храбр с Дивеем и другими сарматами, еле дождались, пока лед на ней встанет. А потом катались, весело хохоча и набивая синяки с шишками.

Эта зимняя забава пришлась по душе сарматам, и вскоре прямо на проспектах стали возвышаться горки. Шум возле них никогда не стихал, разве что ночью. Катались по одному и паровозиком, на шкурах и деревянных тонких дощечках. Разбивали носы и губы, но непременно шли скатываться вновь.

Обе жрицы громко ругались, но мужественно лечили пострадавших при катании с горок. Для себя я различала их как старшая и младшая жрица, потому что имен их называть вслух запрещалось.

Храм до зимы построить не успели, даже не приступали к его возведению, но нашли-таки мастера, из северян, который согласился взяться за работу. А самое главное! Он умел из дерева вырезать фигурки животных!

– Скажи Слав, а можешь ли ты нарисовать и вырезать на дереве лица богов? – Мастер, широко раскрыв глаза, отпрянул от меня при этих словах.

– Не пугайся, наша жрица все устроила, и боги благословили строительство храма. – В подтверждение, сидящая тут же жрица утвердительно кивнула.

Мы сидели у меня в шатре и обсуждали каждую деталь. Лучше проговорить все заранее, чтобы убедиться в том, что каждый из нас одинаково понимает замысел. И кроме всего прочего, Слав замирал от страха, при виде жрицы, и без моего участия дело у них не двигалось.

– Ну коли так, можно попробовать. Только вот пусть она нарисует, как они выглядят. – Жрица закатила глаза. И я прекрасно ее понимала. Ни ей, ни мне не давались художественные образы.

Выход нашелся неожиданно - мы привлекли к работе скифов. Я поделилась с Лыско нашей проблемой, а он прислал подростка - Рысика. Тот выспросил старшую жрицу о самых мелких деталях, а через день принес дивный мужской лик, нарисованный угольком на куске деревяшки.

Мы, не сговариваясь, ахнули, едва взглянув на рисунок. С него за нами наблюдал пожилой мужчина, но не старик. В уголках его глаз светились задорные искорки, вместе с тем смотрел он оценивающе-строго. Я даже поежилась под его взглядом.

– Я так не смогу. – После минутного замешательства откликнулся Слав.

– Тогда поручим писать лики скифам! Да, выйдет дороже, потому что из чистого золота. Но это же дар богам, поэтому деньги здесь не имеют значения. К тому же, можно украсить изображения камнями и бирюзой. А на дереве они будут выглядеть, как золотой зуб во рту раба. – Все же обладать хорошим запасом золота, это очень полезно, в ряде случаев.

С моим предложением согласились единодушно. И скифы получили первый заказ от нас. Но договорились, что Рысик нарисует портрет Рода, а именно его он так искусно изобразил угольком, на небольшой пластине, в качества образца. Принесет и покажет нам. После чего мы внесем правки, и можно будет приступать к изображению в полный рост. Жрица сказала, что нельзя отрезать голову у верховного бога. Иными словами, нельзя изображать только лик.

Золота и камней у нее скопилось раза в два больше, чем у меня. Потому что через подношения ей, сарматы задабривали богов и просили для себя разные привилегии. Поэтому она с удовольствием отдала несколько мешков украшений на переплавку скифам.

По договоренности изображение должно быть выполнено на тонком листе золота, методом чеканки. Рысик ушел, а мы вернулись к своим делам.

К середине зимы я заметно отяжелела. Примерно раз в пять дней приходила к жрице, та водила над моей головой руками, или просто смотрела в глаза, а затем успокаивала, что все идет хорошо. Скоро у меня родится здоровый ребенок.

Вопросов о поле младенца она категорически избегала, могла не ответить или перевести тему разговора на другое. И после нескольких неудачных попыток я перестала этим интересоваться. Потому как ответа от нее и силой не получить, если не захочет.

Вскоре к нам пожаловали взволнованные Вук с Беркутом. С момента летних игр мы не встречались. Каждое племя было занято своими заботами.

– Вождь! Родом умоляем, отпусти жрицу к нам. Вождь на перерождение собралась. Клятву даем, с ней ничего не случится. А мы останемся у вас, до ее возвращения. – По принятой традиции они предлагали себя в заложники.

Немного поразмыслив, я подумала, что рядом со жрицей, в своем племени они будут более полезны для меня лично и для сарматов в целом.

– Я верю вам, и готова отправить с вами жрицу. Но нужно у нее самой спросить. Сами понимаете. – Я развела руками. Дескать, да, я вождь, но воля жрицы выше моей.

После чего тяжело поднялась и отправилась к ней сама. А вернулись уже втроем.

– Мы поедем с вами! – Показав взглядом на младшую, ответила старшая, после чего, не мешкая, обе пошли собираться в дорогу.

– Я хочу, чтобы вы сопровождали жриц до своего племени, а не сидели здесь, с нами, мучительно размышляя о судьбе вождя. Но после того как жрицы закончат, вы проводите их обратно. А еще с ними поедет столько воинов, сколько они сами решат. Вот мое слово!

Соседи, а до них было рукой подать - полдня конного пути, охотно кивали на каждое мое условие, а в конце почтительно поклонились.

Вообще-то, я преследовала свои цели. Беркут - дочь вождя, и она, как никто, имеет право занять этот пост после ухода нынешнего. А как она это сделает, сидя у меня в юрте? Нет! Она должна оказаться в нужном месте в нужное время! Чтобы власть никто не успел перехватить.