Глава 7

– Вождю сообщили и она ждёт вас. – Храбр провел пятерней по волосам, откидывая их со лба и я залюбовалась им. Четко очерченные черты лица, голая мужественность и красота.

– Дево? – Видимо я долго на него смотрела, и Храбр подняв одну бровь обратился ко мне.

– В голове зашумело. А сейчас прошло. – Перевела взгляд и пришлось соврать. Ну не сознаваться же, что хочу любоваться им каждую минуту?

Храбр улыбнулся и пошел вперед, а мы со жрицей пристроились за ним. Встречающиеся нам люди расступались, организовывая живой коридор. Кланялись и с интересом нас разглядывали.

Одеты все по-разному. Кто-то в цветных дорогих рубахах и штанах - шароварах, а другие в серых льняных рубахах и таких же штанах. Впрочем, на всех надеты кожаные пояса с камнями и золотыми украшениями.

Столь разительная перемена озадачила и я обратилась за пояснениями к жрице.

– Рабы! Они не могут носить цветную одежду. Так их и различают с жителями племени.

Это и есть рабы? А по виду не скажешь. Сытые, опрятные, без намека на страх в глазах или унижения. И живут среди сарматов, а не обособленно.

– Ярушко всех одинаково согревает солнцем, Перу на все головы равно посылает дождь. Они не различают нас на свободных и рабов, вот и мы не должны. – Дала пояснения жрица и я восхитилась мудростью этого народа. Да, рабы, но никакого гнета!

– Вон, видишь, воина? – Жрица показала рукой на почти блондина с кудрявыми короткими волосами и светлыми глазами. Одет он в зелёную рубаху и серые штаны.

– Птолемей! – Когда-то, римский воин. В одном из сражений попал в плен. Пробовал бежать, поймали и вернули. Четыре раза. А затем стали с ними разговаривать и показывать свою жизнь, знакомить с богами. И он проникся. Вначале попросился в поход, там отлично себя показал и его приняли в племя. Сейчас он сарматский воин.

– То есть и чужак может стать сарматом?

– Ну я же стала их жрицей. – Тряхнула головой жрица и рассмеялась. – Говорю тебе, любому это открыто.

Размер племени мне определить не удалось. Насколько хватало взгляда - везде стояли крытые повозки. Территория очень велика. А сколько на ней размещается людей? Много! По размеру занимаемой площади, это скорее небольшой город, тысяч в двадцать жителей.

За разговорами Храбр подвёл нас к одной из повозок. И это дом вождя?! Размер одинаков с другими, нет золотой крыши или золотых колес. Все как у остальных. А как они тогда различают, что это дом вождя? Непонятно мне.

Возле телеги на короткой лавке сидела старуха. Седые волосы собраны в две косы, шрам на щеке. Одета в красную рубашку и шаровары. Тоненькая, худая, в чем только жизнь теплиться?

При нашем приближении, двое мужчин подхватили её под руки и помогли подняться. При этом они поддерживали её с двух сторон.

Старуха стала наклоняться, чтобы поприветствовать нас, и только тут я заметила, что её левая рука висит как плеть.

– Хвала Роду! Жрица и Дево! Марушины нити привели вас в мое племя. – Произнесла она, при этом левый угол рта был опущен и совершенно не двигался, а от её приветственной кривой улыбки стало не по себе.

– Хвала Роду вождь! – Слегка склонила свою голову жрица. И я последовала её примеру.

– Дево воин! Мое племя радо тебе, и приглашает остаться с нами! – Обратилась вождь ко мне. Тем временем вокруг нас собрались люди и с интересом следили и слушали за происходящим.

– Вождь! Я принимаю твое приглашение и остаюсь в племени! – По моему, хороший ответ я произнесла. Во всяком случае меня поддержали громким криком стоящие вокруг.

Вождь склонила голову в ответ и начала представлять присутствующих.

– Мое имя - Коготок. Мой первый сын - Храбр! – Красавчик склонил голову в нашу сторону. – Мой второй сын - Лисица. – Поддерживающий старуху справа молодой мужчина слегка поклонился. – Мой пятый сын - Дивей. – Поддерживающий старуху слева юноша поклонился.

А где третий и четвертый ребенок? И почему у второго женское, на мой взгляд имя? Да и сама вождь - Коготок? Пойди, разбери на слух, женщина это или мужчина? Вопросы копились с каждой минутой. Будет о чем говорить со жрицей.

Затем вождь кивнула Храбру и тот вынес мне на алом шелке меч в ножнах. Совершенно без прикрас. Даже бирюзы нет.

Храбр встал передо мной на одно колено и протянул меч. И как поступить? Благо, на помощь пришла жрица.

– Встань на колено, прими меч, достань из ножен и воткни в землю. – Еле слышно прошептала она. А! Я помню, так до моего беспамятства это делал Храбр.

Воткнула меч и склонила голову. Тут же к нам присоединились другие сарматы. Они чуть слышно шептали слова благодарности Роду, за меня. За то что послал им очередного воина. Я так поняла.

После… скорее это была молитва, я прицепила меч на пояс. Жрица показала как продеть его правильно.

Затем молодой мужчина в простой одежде, раб значит, вынес мне блюдо, чуть поменьше чем у жрицы, но тоже с горкой наполненное золотыми украшениями.

– Прими в дар, Дево! – Вождь слегка склонила голову при этом. Сейчас она сидела на скамейке и не заваливалась на бок, только потому что её придерживались сыновья. Да, тяжело, наверное бывшему воину пребывать в таком состоянии? В том, что Коготок воин, сомнений у меня не было.

– Хвала Роду! – Я склонила голову. Дескать спасибо большое. Очень приятно!

– Я провожу вас и донесу дар. – Видимо, церемония знакомства на этом была закончена. Храбр взял из рук раба поднос, и развернувшись повел нас обратно.

– А вождь давно болеет? – Наклонилась к уху жрицы и чуть слышно спросила.

Она косо посмотрела на меня, но ничего не ответила. А когда мы пришли домой и остались вдвоём учинила допрос.

– Кто ты, Дево? – Вот прямо так, без подготовки ошарашила она меня вопросом.

– Воин! Ты же сама мне рассказала!

– Это я знаю. Но кто ты? – Она стояла напротив и пристально вглядывалась в меня. Соврать ей у меня не выйдет. Да и не хочется, она меня спасла и добра ко мне.

Поэтому набрала в грудь побольше воздуха и решилась. Рассказала ей про своё попаданство.

– Ах вот ты кто?! – Жрица начала пуще прежнего меня разглядывать. Но с чистым интересом, без агрессии.

– А то я наблюдаю за тобой и никак понять не могу. Самого простого ты не знаешь, а сложное помнишь. Не бывает такого! Встречала я других, что себя теряли. Так вот некоторых приходилось учить говорить и ходить. Ты же совсем другая.

А Вас, Штирлиц, я попрошу остаться! Мелькнула мысль в голове. Кажется я прокололась на очевидных вещах. Вот прям как немцы на нержавеющих скрепках.