Глава 17

Пришла в себя от размеренного движения повозки. Плавное покачивание убаюкивало и не давало вынырнуть из приятной полудремы. Однако мозг уже улавливал звуки, телу возвращалась чувствительность. Надо сказать, не очень-то приятные ощущения слабости и легкого онемения в разных частях. Я пошевелилась, и тут же застонала от зудящего покалывания в спине и ногах. Пришлось мужественно терпеть, пока восстанавливалось кровообращение. На веки будто кто по свинцовому мешочку положил, так трудно было их разлепить. В приглушенном свете магического фонаря разглядела знакомый потолок дома на колесах. Это добрый знак. События до момента, как лопнул шар, помнила прекрасно. О том же, что произошло после, узнать бы подробнее. Куда делся Раш? Кто выжил из воинов? Гибель Дахтияра и еще двух человек видела собственными глазами. Лучи-щупальца как раз подобрались к Антару, когда все случилось. Жив ли? Если не он, кто обо мне позаботился?

То, что из одежды только ночная рубашка, уже поняла. Потрогала губы языком, убедилась — рана исчезла, да и синяк на скуле не тянет. Раньше при каждом движении челюстью, та отдавала тупой болью. Значит, кто-то подлечил, пока находилась в беспамятстве. Хорошо, если бы это были друзья. Надеюсь, это не наигранная забота бывшего жениха, и повозка в данный момент не мчится по направлению к ближайшему храму.

Превозмогая слабость, я приподнялась, чтобы осмотреться. Та самая повозка, которую раздобыл Антар. Он не говорил, но догадывалась, что ее собрали из уцелевших после нападения частей старых повозок. Новый дом на колесах уступал в размерах средству передвижения рефа Наотара. Некоторые декоративные элементы перенесли оттуда. За месяц путешествия по дорогам Ирнеи невольно запомнила каждую трещинку на лакированных панелях.

После второго нападения повозку тоже привели в порядок. Убрали сломанную мебель, вставили стекла в окошки, обеспечили посудой и запасом лечебных порошков и зелий. Кстати, целый арсенал нашла на тумбе у кровати. А еще обратила внимание на стул, которого раньше не было, и позабытое одеяло. Кто-то явно провел тут не одну ночь. И этот кто-то женского пола, потому как перчатка, оброненная на полу, подошла бы только изящной и тонкой ручке.

Рывком поднялась и села на кровати. Неловко завалилась на спину, которую тут же захолодило от промерзшей стенки. Теплое одеяло и горячие камни не помогали. Стены за ночь остывали, окна снаружи покрывались морозным узором. Обычно я накидывала к стене подушек, чтобы не соприкасаться с остывающей поверхностью, и одевала теплую пижаму. Сейчас бы подушечка под спину не помешала.

Головокружение из-за резкой смены положения прошло, и я решила подняться. Во-первых, срочно требовалось посетить уборную, а во-вторых, удовлетворить любопытство и, хотя бы одним глазком глянуть, что творится снаружи. Платья или накидки поблизости не нашла, а потому закуталась в одеяло и по шажочку направилась к закутку для справления надобностей. Тогда-то меня и застали за вопиющим нарушением постельного режима.

Ну кто бы предупредил, что тот назначен и я обязана строго соблюдать предписания мага-лекаря!

Когда почти достигла цели, дверь в повозку отворилась и в нее бочком протиснулась женщина. Нет, габаритов та была нормальных, но зимняя одежда кого-угодно сделает огромным и неповоротливым. К тому же, в руках незнакомка держала поднос, над которым витал парок, исходящий от горячего бульона. От аромата, вмиг наполнившего помещение, призывно заурчал желудок.

— Ох, реифа Лэйлин, куда же вы? Нельзя же вставать! Немедленно ложитесь в постель.

— Простите, но мне очень надо туда, — указала взглядом на укромный закуток, — вот прямо немедленно.

— Так! Будьте на месте, я мигом, — женщина поставила поднос на стол, после чего скинула шубку и секунд десять растирала ладони друг о друга, чтобы не прикасаться холодными. Затем подхватила меня под руку и повела к заветной цели.

— Кто вы? Как вас зовут? Почему вы здесь? — поинтересовалась, когда вернулась в кровать. Обратный путь дался с таким трудом, что буквально рухнула на постель и пару мину собиралась с силами для разговора.

— Шалиэль Ар-Таг, реифа Лэйлин, — представилась молодая женщина и приветливо улыбнулась, — тана Шалиэль, — добавила, смущаясь, — или месси Шалиэль, если так привычнее, — предвосхитила готовый сорваться вопрос. — Тана означает вторая жена… рефа Джанара Ар-Тага, великого военачальника рейфата. Я часто сопровождаю супруга в походах, и рада, что впервые за столько времени оказалась полезной. Когда ареф Да-Хтанг приказал мужу доставить тело почтенного рефа Наотара, да будет славным посмертный путь, ожидала унылое путешествие через полстраны. Сигнал о помощи, когда до цели оставался день пути, поставил отряд с ног на голову. Реф Ар-Таг сорвался с полусотней арефских псов, забрал сменных лошадей. Походный обоз добрался до места только к следующему утру. Тут и выяснилось, что вы серьезно пострадали и требуется постоянный уход.

— Как долго я…

— Два дня. Мы с рефом Дар-Холом по очереди дежурили. Реф Дар-Хол — лекарь, он все это время боролся за вашу жизнь, — пояснила тана, — когда кризис миновал, супруг отправил его отсыпаться и набираться сил.

— А остальные? Кто-то ведь выжил? — с надеждой посмотрела в глаза Шалиэль, но та поджала губы и отвела взгляд.

— Они не достойны, чтобы о них говорили или вспоминали. В Ра-Данге с них снимут кожу, а тела вывесят на позорных столбах. Всех мужчин в семьях обезглавят, а женщин и детей продадут в рабство.

— За что? — в горле мгновенно пересохло, и я закашлялась. Прохладный отвар, который заботливо подала тана, осушила залпом, — не понимаю! Где мои люди?

Я и реифой пробыла несколько дней, не разобралась в тонкостях этого положения. Но те воины поклялись защищать меня, Антар говорил, лишь я вправе решать их судьбу. Сармийцы оберегали, заботились, укрывали собственными телами от стрел и мечей горцев. Реф Наотар доверял им, и это не их вина, что противник оказался сильнее.

— Где? Мои. Люди?

— Реифа Лэйлин, не нервничайте. Это вредно для здоровья. Поешьте, а потом я позову рефа Ар-Тага, который ответит на вопросы.

— Скажи, хотя бы, Антар жив? А ирнеец, Нэриш? Эти люди мне дороги. Если с ними… мне срочно нужно поговорить с рефом Ар-Тагом, тана Шалиэль.

— Сначала бульон, — настояла женщина, — потом помогу одеться и только тогда приглашу супруга. Поверьте, он и сам желает этой встречи.

Логика в словах таны присутствовала. Для разговора с рефом потребуются силы, и в ночной рубашке не дело гостей принимать. Так что послушно осушила чашку с бульоном, выпила зелья, что прописал реф Дар-Хол, и оделась, воспользовавшись помощью сиделки. Она же расчесала и заплела мои волосы, укрыла их платком, и позаботилась о перчатках.

Словоохотливость таны сошла на нет. Не понравилось, видимо, настойчивое беспокойство за судьбу преступников. А, может, нашлась другая причина, кто знает? Во всяком случае, женщина сдержала слово, и, как только я была готова, сразу отправилась за рефом Ар-Тагом.

Мужчина оказался примерно таким, как и представляла. Смуглым, подтянутым, высоким. Это особенность сармийцев. А вот светлые глаза явный признак смешения с представителями древней расы.

— Реифа Лэйлин, рад, что вы пришли в себя. Слава Иллере, успел вовремя. Если бы только знал, что нежный цветок Сармии подвергнется опасности, гнал бы коня день и ночь, чтобы спасти вас.

— Вы задержали мага, виновного в нападении?

Неприкрытая лесть, желание понравится — как же это отталкивало и резало слух. В стремлении угодить Джанар сильно уступал тому же Наотару. Старик тоже сыпал комплиментами, но делал это искренне, что не давало повода искать двойной умысел.

— Когда я прибыл, враг успел сбежать! — реф сверкнул глазами и невольно схватился за рукоять меча, торчащую за поясом. — Я бы лично возглавил погоню и вырезал разбойников до единого, но предатели отказались сообщать что-либо.

— Что с моими людьми, реф Ар-Таг? — пусть руки дрожали от слабости, а лицо мужчины двоилось, я намеревалась выяснить судьбу воинов. — Им же оказали помощь? О каком предательстве идет речь? Почему тана Шалиэль сказала, что их ожидает позорная казнь в Ра-Данге? По какому праву? Я хочу видеть Антара.

— Антар немного э… пострадал.

— А Нэриш, возница? Отведите меня к ним. Этим людям я обязана жизнью.

Перед приемом гостя тана заправила кровать и усадила на нее, обложив подушками. Если бы не это, точно свалилась на пол, потому как разговор отнял много сил. Смутные подозрения, что реф Ар-Таг отыгрался на воинах, крепли с каждой минутой. Винить моих людей в том, что защищали хозяйку? Рассказывать первому встречному о портале, который выкинул мага неизвестно где? Сармийцы действительно не знали, куда делся Раш. Даже если бы сказали, что видели, Джанар не поверил бы. И какой же тогда сделал вывод?

— Вы побледнели, реифа Лэйлин! — всполошился сармиец, — немедленно пошлю за Сэнримом, чтобы осмотрел.

— Нет, — догадалась, что речь шла о маге-лекаре, — пусть окажет помощь Антару и остальным, кто выжил. Вы так и не сказали, что с людьми?

— Все четверо в полном порядке… почти.

— Четверо? Четверо из десятки воинов и пяти возниц? — из глаз брызнули слезы. Редстон не успел воплотить угрозу, а портал-убийца забрал жизни одиннадцати человек. Если бы я его не вызвала…

Тогда умерли бы все до одного, а сама уже носила имя Раша, — подсказал внутренний голос. Однако осознание этого не принесло облегчения. Наоборот, чувство вины тяжестью легло на плечи. Я знала, что Аэртан отнюдь не радужный мир, что для сармийца умереть в бою — наивысшая честь, что путь до Райдона изобилует опасностями. И оказалась абсолютно не готова к смерти, что слишком часто ходит рядом.

— Драгоценная реифа! Не хотел вас расстраивать. Простите! Сейчас же позову тану Шалиэль, — мужчина растерялся при виде слез и, как это обычно бывает, решил сбежать.

— Если узнаю, что моим людям не помогли, или они пострадали по вашей вине, до самого арефа Да-Хтанга дойду, но добьюсь справедливости.

Слова настигли рефа у двери. Тот даже не дернулся, лишь бросил взгляд, полный бессильной ярости, и процедил.

— Антар навестит вас, когда реф Дар-Хол разрешит посещения. Лерд Нэриш, увы, не в силах самостоятельно передвигаться. Как только окрепнете, провожу до повозки, в которой перевозят раненых. Тем же, кто сам отказывается жить, помочь ничем не могу. Раз уж настаиваете, то сами и решите, как поступить с ними.

Впорхнувшая вместе с морозным воздухом тана Шалиэль, захлопотала, как наседка. Сил действительно не осталась, а потому позволила себя раздеть и заснула раньше, чем голова коснулась подушки.

Реф Дар-Хол, когда пришел на осмотр следующим утром, поразил светло-голубыми глазами и милой ямочкой на подбородке, окаймленном аккуратной бородкой. При этом черты лица прослеживались как раз сармийские. Прямой тонкий нос с широкими крыльями, узкие губы и высокие скулы. Только льняные волосы и кожа цвета кофе с молоком не свойственны этой расе. Надо сказать, весьма строгий лекарь, категорически не приемлющий нарушений режима. В отместку за пренебрежение его указаниями, пять дней продержал в постели. Собственно, я просыпалась только за тем, чтобы принять очередную порцию лекарства и вновь забыться лечебным сном. Шалиэль ухаживала за мной, кормила бульоном, обтирала влажным полотенцем, заплетала волосы, водила в туалет. А все это время повозка не прекращала размеренного бега, приближая к таинственному Ра-Дангу.

Отношения с лекарем сложились противоречивые. С одной стороны, он доводил до белого каления самоуправством и упертостью. С другой — оказался интересным собеседником, начитанным, любознательным и терпеливым. Сэнрим с охотой пояснил причину моего состояния — это магическое истощение, вызванное использованием слишком мощного заклинания. Какого именно, это и выяснял со свойственной магу дотошностью, выпытывал подробности нападения. Но если бы я сама знала! Проще было списать все на действия незнакомого мага. О Редстоне умолчала. Еще не хватало, чтобы обвинили в его исчезновении. После всего, что Раш сделал, даже угрызения совести не мучили. Больше терзалась из-за гибели ни в чем не повинных людей.

Кстати, впервые за тысячелетнюю историю артефакт Иллеры проявил себя в действии. Сам по себе этот факт доказывал, что я подлинная реифа Да-Хтанг. Не то, чтобы кто-то сомневался, но ведь и Джейни носила кольцо, драгоценности, а до нее другие. Мать Наотара бриллианты все же не уберегли от смертельной опасности. А, может, Джейни не захотела воспользоваться ими для защиты, ведь это означало гибель близких.

Антар появился через пять дней после памятного разговора с Ар-Тагом. Подозреваю, военачальник тянул время, чтобы лекарь залечил раны воина и убрал последствия «общения». Бесполезно об этом допытываться у самого Антара, тот открывался лишь в редкие моменты. Да и болезненное чувство долга, когда винил себя в том, что не уберег хозяина, а потом и меня, так и читалось в обреченном взгляде.

— Реифа Лэйлин, я счастлив, что вы… здоровы и в безопасности. Реф Ар-Таг лучший воин и защитник, чем я. Одно ваше слово и…

— Довольно, Антар! Разве Джанар Ар-Таг принес клятву служения? Разве он обещал Наотару Да-Хтангу защищать меня? Или отказываешься от собственных клятв?

— Но я… — мужчина развернулся изуродованной частью лица, которую не заметила вначале, — недостоин.

Портал все же зацепил сармийца. Полголовы с левой стороны мумифицировалось, будто враз лишилось волос и жировой прослойки. Глаз непонятно каким чудом уцелел. Остался только голый череп, обтянутый пергаментной кожей. Когда Антар стоял вполоборота, поврежденной части будто и не было. Вид анфас ужасал. С трудом сдержала гримасу отвращения и заставила себя смотреть.

— Позволь самой решать, достоин или нет. Мне необходим человек, которому могу доверить жизнь, кто не предаст и не будет плести заговоры за спиной. Скоро прибудем в Ра-Данг, и одной там не справиться. Знаю, реф Наотар ценил тебя и полагался во всем. Могу ли рассчитывать, что и мне будешь так же предан?

— До последней капли крови, реифа Лэйлин! — воин ударил в грудь кулаком и присел на одно колено, — я стану вашей тенью, щитом и мечом. Докажу, что достоин величайшей чести служить вам.

— Я верю, Антар. Реф Да-Хтанг не приблизил бы к себе плохого человека, — подошла к мужчине, коснулась его лица. Той части, которая подверглась изменениям. — Реф Дар-Хол не смог ничего с этим сделать?

— Нет, реифа. Последствия древней магии необратимы, — сармиец прикрыл глаза, вверяя себя моей воле. Задумай сейчас убить его, не дернулся бы, только подставил шею под нож.

— Это не так страшно, как выглядит, — на ощупь кожа под пальцами была гладкой. Чуть суховатой, но вполне обычной живой и теплой. — Хочешь, сошью тебе маску? Я же вижу, как тяжело смириться с… новым обликом. Но главное — это жизнь. Dum spíro, spéro — пока дышу, надеюсь. Так говорили древние мудрецы моей родины. Так же любил говорить отец, он… тоже был воином, военачальником, и погиб. Они вместе с мамой погибли, и с тех пор я сама о себе забочусь. Должна признать, неважно это получается.

— Реифа Лэйлин, я почел бы за честь служить под началом человека, воспитавшего такую достойную дочь. Безмерно рад, что реф Наотар встретил вас. Все эти годы бессмысленных путешествий вдоль границы с Ирнеей, не понимал, кого хозяин так упорно ищет. Я рос и воспитывался в доме рефа Да-Хтанга с младенческих лет, знаю тайны хозяина, знал его самого, как никто другой. Реф ни перед кем не преклонял головы, ни перед арефом братом, ни перед его сыном арефом Шеймиром. Женщины приходили и уходили, не задерживались надолго. Разве что одна, но ее, к сожалению, не застал. Умерла еще до моего рождения. Когда же реф Наотар упал на колено, как я сейчас, и молил о прощении на глазах у иноземцев, тогда-то и понял, что вы особенная. Каждый день, что нахожусь рядом, получаю новые подтверждения…

— Чему, Антар?

— Тому, что вы истинная эллера, сошедшая на Аэртан.

— Глупости это, Антар. Никакая я не эллера. Не вздумай никому говорить такое, а то проблем не оберешься. Договорились? — сармиейц бухнул кулаком в грудь, показывая, что тайна умрет вместе с ним. Только вот в глазах горел огонь истовой веры, который не в силах погасить сама смерть. — Расскажи, что произошло тогда? Я видела, как умер Дахтияр, и Сорнат, они мгновенно превратились в скелеты. Как ты уцелел?

— Да, я попал под воздействие портала древних, и едва не погиб вместе с остальными. Амулет матери помог. Думал, это безделушка, которая дорога как память, а вышло… она спасла жизнь. У тех из нас, кто владел личными амулетами, оставался хоть какой-то шанс. Остальные охранки кто-то преднамеренно испортил. Я еще при нападении горцев заподозрил неладное, но доказательств не нашел. С виду камни как камни, заряжены магией под завязку, прежде никаких сбоев не случалось.

— Хочешь сказать, Редстон Раш все-таки причастен к той резне?

— Или в обоих случаях замешан неизвестный маг. Думаю, сармиец по происхождению. Во второй раз он удачно воспользовался желанием лера Раша заполучить вас. Полагаю, специально подставил ирнейского мага под удар, чтобы проверить, действительно ли «сияние Иллеры» обрело хозяйку.

— И что теперь?

— Никому не доверяйте, реифа, и не рассказывайте, что произошло. Реф Ар-Таг — верный пес арефа, и будет действовать в его интересах. «Сияние Иллеры» никогда не покидало семью Да-Хтанг, владели им достойнейшие женщины. Собственно, реф Наотар не нарушил традиций. Однако вы слабо разбираетесь в политической ситуации, не знаете, где друзья или враги. Любой благородный реф почтет за честь, если обратите на него внимание. И за это внимание будут бороться. Плести интриги. Льстить. Обманывать. И убивать.