Глава 26

Даше было тепло, уютно. Впервые за долгое время она просыпалась с совершенно спокойным сердцем. Девушка еще не до конца поняла, где она и что с ней произошло, так как мозг всё еще пребывал в блаженном состоянии сна, но тело требовало, чтобы она проснулась. Потребности организма, заставили ее сонно застонать и перевернуться на спину, но маневр не прошел, так как позади Даши лежал мужчина, который обнял ее сильнее, стоило ей только пошевелиться. Воспоминания стремительным водопадом обрушились на Дашу, вызывая сначала удивление, а потом широкую улыбку на лице. Она смогла! Она это сделала!

— Спи, — сонно пробурчали ей в ухо, крепче прижимая девушку к своему телу. Даше захотелось замурчать и потереться о тело Вита. На душе было потрясающе легко. Но несмотря на всю красоту момента, ей срочно нужно было сбегать в туалет.

— Вит, отпусти, — попросила она хриплым ото сна голосом, — мне в туалет надо…

Последовал мягкий поцелуй в ухо, после чего ее освободили от железных объятий. Даша попыталась справиться с желанием прижаться к Воронову снова, чтобы он обнял ее крепко-крепко и не отпускал. Когда его руки исчезли с ее тела, Беляевой показалось, что лишилась чего-то жизненно важного. Это было глупо. Они не могли вечно находиться в этой постели, спрятанными ото всех. Но так хотелось…

Призвав на помощь всю свою силу воли, она все-таки встала с кровати и оглядела комнату в поисках своего халата. У Вита имелась своя отдельная ванная комната, примыкавшая к спальне. Но Даша решила, раз уж она проснулась, то нужно и Алису проведать. Инстинктивное желание увидеть своего ребенка, и девушка не могла ему противиться. Но идти голой в детскую комнату не слишком хорошая идея, а в комнате Вита не хранились её вещи. Можно конечно одолжить у него футболку или рубашку, но Беляева не была готова демонстрировать степень их близости с Вороновым. Прошло не так много времени со дня смерти Кати, и на момент смерти она всё еще официально являлась женой Виталия. Даже несмотря на тот факт, что бракоразводный процесс шел полным ходом, но из-за проволочек, связанных с рождением ребенка, невменяемым состоянием Катерины и прочих бюрократических процедур, их развести не успели. Головой Даша понимала, что это уже не важно, что для Виталия это не имеет значения, но привитые с детства принципы не хотели так просто отступать на второй план.

Она все-таки обнаружила свой халатик на… светильнике. Лиловая ткань безвольно свисала на стене, зацепившись за средство освещения комнаты. Покачав головой, девушка встала на цыпочки и потянулась, чтобы достать свой потерянный предмет одежды. И в это же время со стороны кровати раздался очень красноречивый стон, говорящий о том, что Воронов не спал и внимательно следил за передвижениями своей любовницы. Даша схватила халатик и быстренько накинула его на себя.

— Это просто преступление, прятать такую красоту под одеждой, — высказался Виталий, поворачиваясь на спину и демонстрируя идеальные кубики пресса. И как этот мужчина умудрялся держать себя в такой превосходной форме, при этом руководить успешным бизнесом и разбираться с врагами?

Серые глаза следили за ней, пытаясь выхватить любые изменения в ее поведении, изучая ее. Даша прекрасно понимала, что мужчина боится того, что она опять включит задний ход и попытается улизнуть. А нетушки! Прежде чем прийти сюда и соблазнить его, она долго и очень напряженно обдумывала всё, что произошло за последние месяцы. И поняла одну очень важную вещь — она не желает жить без него и Алисы. Сомнения и страхи до сих пор не оставили ее, мельтеша где-то на заднем плане, но ее нужда в нем была сильнее. А история с Катей показала, что жизнь слишком коротка и может оборваться в любой момент, поэтому не стоит ее тратить на игры в прятки. Нужно просто жить и стараться делать это достойно.

— Если я буду разгуливать по дому абсолютно нагой, меня могут неправильно понять, — насмешливо ответила девушка, изучая урон нанесенный Виталием ее дорогому халатику. Боковой шов разошелся, и теперь справа красовалась вполне живописная дырка. — Или тебе понравится, если Олег и Макс оценят достоинства моей фигуры?

Даша подняла глаза на него и приподняла бровь. В ответ на провокационный вопрос, мужчина прищурился и одним плавным движением вскочил с кровати. Дарья даже не успела пошевелиться, как оказалась в его удушающих объятиях.

— Любого, кто окажется настолько глупым, чтобы хоть как-то посягнуть на мое, я сотру в порошок, — тихим, очень серьезным голосом поведал он. — Надеюсь, ты понимаешь, что я не шутил, когда говорил, что не отпущу тебя никогда? Я не врал. Ты теперь моя!

По идее такие речи должны были отпугнуть или, по крайней мере, насторожить девушку, но вопреки здравому смыслу, она расплылась в улыбке.

— Твоя? — тихо прошептала она ему в плечо, а потом подняла на Воронова глаза. — Звучит, будто я твоя собственность… Только если ты хочешь, чтобы я тебе принадлежала, ты должен ответить мне тем же. Ты должен будешь стать моим! Никаких Арин, Катерин, Малин и прочей хрени в твоей жизни не должно быть! Только я одна. Я не согласна тебя делить с кем-то!

Ее выступление прервали поцелуем, не насильственным и властным, а нежным и любящим. И если его с ума сводящая страсть заставляла Дашу подчиняться, то нежность заставляла медленно плавиться и плавать где-то высоко в облаках. И в этот раз ситуация повторилась, только полный мочевой пузырь не дал ей оторваться от земли и взлететь на облака любви. Она чуть отстранилась, и это сильно не понравилось Виту, отчего он сильно сжал девушку в своих объятиях. Даша пискнула, и попыталась вывернуться, но он не дал.

— Вит, — жалобно протянула она, — если не хочешь, чтобы я тут тебе сделала лужу, то лучше отпусти.

Пара секунд у Воронова ушло, чтобы понять смысл, сказанных ею слов, после чего он громогласно засмеялся. Дарья выскользнула из его рук и подбочилась, сурово глядя на него.

— Прости, милая, — отсмеявшись, проговорил Воронов, — просто иногда я не знаю, что от тебя ожидать в следующий момент!

— Не уходи от темы! — заявила Беляева, не меняя положения тела. Она, конечно, очень сильно хотела по-маленькому, но она не даст Воронову возможность отклониться от темы. Она была слишком важной для нее. Если Вит в этот раз изменит ей, то Даша уже не сможет восстановиться от предательства. Она стала сильной, но не настолько.

— Ох, маленькая моя, — нежно улыбнулся ей Виталий, взяв в свои ладони кисти ее рук, — никто кроме тебя мне не нужен. Я пять лет мучился без тебя, и поверь, не собираюсь рисковать снова тебя потерять из-за ненужной и бессмысленной интрижки. Я достаточно умный, чтобы уяснить урок с первого раза. Я больше никогда тебя не предам, слышишь?

Даша кивнула и подумала, что ведь она когда-то тоже ему изменила, и сделала это добровольно, потому что хотела сравнить, действительно ли Вит лучший… За пять прошедших лет, она в этом убедилась. Она испытывала наслаждение с мужчинами, но никогда не было душераздирающего, выворачивающего наизнанку взрыва, который она испытала в руках Виталия. Раньше она не позволяла, ему в полном смысле доминировать, а ведь как выяснилось именно это ей и надо было. Она сама не давала ему раскрыться, и своими бессмысленными упреками, поступками отталкивала его. Даша сожалела, что ей пришлось столько пережить, чтобы это понять и принять.

— Вит, прости меня, — отважилась она.

Ей крайне нелегко было произнести эти слова. В каком-то смысле Даша даже надломила что-то в своей душе, но так нужно было. Гордость может стать самым опасным врагом в отношениях двоих, и им обоим нужно быть друг с другом предельно откровенным, насколько тяжело это не было бы.

— За что? — с лица Воронова моментально слетел налет нежности, появилась тревога.

— За то, что пять лет назад оказалась недостаточно сильной, чтобы понять и принять тебя. За то, что изменила. За то, что…

Досказать ей опять не дали, в этот раз просто заткнув рот грубым поцелуем. Похоже это становится своеобразной традицией. Хотя девушка нисколько не возражала. Даша ответила на поцелуй, пытаясь вложить все свои недосказанные слова, свои чувства в этот поцелуй, умаляя понять и простить. Когда они оторвались друг от друга, Беляева уткнулась ему в грудь, пытаясь отдышаться.

— Мы много глупостей наделали, — произнес он. — Я тебя давно простил. Но прошу тебя, Даша, доверяй мне, не закрывайся… Если мне опять придется пробиваться через вновь возведенную стену глупых домыслов и недоверия… Это будет болезненно для нас обоих.

— Я тебе верю, — проговорила Даша, положив ладонь на небритую щеку. Вит сейчас был весь взъерошенный, немного заспанный и такой родной. — Только не предавай меня… В этот раз я уже не смогу оправиться…

— Малыш, если я тебе сделаю больно, разрешаю взять мой пистолет, который храниться в сейфе и прострелить мне оба колена, — полушутя-полусерьезно предложил Воронов, гладя ее по голове.

— Если ты думаешь, что я так не поступлю, то ты глубоко ошибаешься, — предупредила она и обняла за плечи, после чего чмокнула в щеку и отступила. — Но мне действительно нужно в туалет, да и Алису нужно проведать.

Вит нежно посмотрел на Беляеву, но через минуту к нему вернулось былое хладнокровие и желание к действию. Черты лица как бы окаменели, глаза стали жесткими и непроницаемыми.

— Ты права, — согласился он, — у меня сегодня много дел. Нужно наконец довести до логического завершения расследование по поводу смерти Кати. Сегодня официально должны закрыть дело.

Даша сразу же вздохнула спокойно, услышав новости, но осталась довольно грустной. Ей не нравилась быстрота, с которой переключался Виталий с нежности на холодную невозмутимость. Заметив её невеселое состояние, Вит прижал ее к себе.

— Скоро это всё закончится, малыш, — пообещал он, — и мы все втроем съездим куда-нибудь, отдохнем… Желательно месяца на два…

И позволил себе усталый вздох, который моментально выветрил из ее головы странные мысли. Виталий устал. Он конечно сильный и волевой, но тоже ведь человек. В последнее время ему досталось так же, как и ей, а может и больше. Но он не показывал своих слабостей другим, а ей показал. Даше пора уже учиться видеть истинные мотивы его поступков, а не надумывать свои. Да он тяжелый человек, с кучей тараканов в голове и ужасным, скрытым характером. Только кроме него ей никто не нужен, иначе бы Дарья сейчас была бы уже замужем за Жекой. Но ей нужен Воронов и только он, так что нужно учиться уживаться вместе. Тем более она тоже не подарок. У самой огромное количество тараканов в голове, причем размером с тираннозавра, да и с такими же зубками.

— Отдых, — выдохнула она счастливо, — втроем… Так погоди, а кто третьим будет? Алиса или Олег?

— Что, уже не можешь без нашего телохранителя? — не зло фыркнул Воронов.

— Ну-у-у, как сказать, — протянула девушка, — я уже сроднилась с ним…

Она действительно сроднилась с огромными и молчаливыми телохранителями Воронова.

— Думаю, он будет польщен, — хмыкнул Виталий, — правда я ему хотел отпуск дать. Он давно у своей матери не бывал….

— О-о-о, ну раз мама, придется ехать без нашей любимой няни, — решила Даша.

— Нужно будет сказать ему, что няня из него лучше вышла, чем телохранитель, — рассмеялся он.

— Не стоит, — улыбнулась Даша, — если он решит переквалифицироваться, то Оксана без работы останется.

— Ладно, — согласился Воронов, — не будем девушку лишать работы.

— А ты знаешь, что она не равнодушна к Жеке? — положив голову Виту на плечо, спросила она. Даша немного пританцовывала на месте, очень сильно хотелось в туалет, но такие минуты спокойного общения, легкой нежности и мягкой насмешки стоили переполненного мочевого пузыря.

— Я не удивлен, — ответил Вит, мягко массируя подушечками пальцев ее голову, отчего девушка застонала, — Алексеевский всегда был привлекателен для женщин. Даже в школе он смог очаровать Марину Николаевну, нашего самого старого и самого строгого педагога. Ее все боялись, но Жеке она все прощала.

— Поэтому ты ему в юности дал прозвище Красавчик? — мягко смеясь, спросила она.

— Да, — Вит перестал массировать Даше кожу головы и отступил от нее, — тебе нужно в туалет, Даш. Если мы сейчас не отлепимся друг от друга, так и будем весь день стоять.

Даша хотела возразить, но поняла, что Виталий прав. Разочарованно выдохнув, девушка направилась к выходу из комнаты.

— Я скоро, — сообщила она Виту, тот лишь кивнул, что-то напряженно обдумывая.

***

Даша вернулась в свою комнату, где переоделась в спортивный костюм и привела себя в порядок. Надела она олимпийку, которая полностью скрывала руки и плечи, а трико полностью закрывало ноги. На ее белоснежной коже имелось множество свидетельств бурно проведенной ночи. На бедрах, плечах и шее были темные отметины несдержанности Воронова. Даша совершенно не переживала из-за них, ей даже было приятно. Стоило Беляевой взглянуть на какой-нибудь синяк, и Даша сразу же вспоминала, каким образом получила его. Наверное, она все же немного двинутая на голову…

Приведя себя в более-менее презентабельный вид, Даша наведалась в детскую. Оксана в этот момент как раз кормила малышку, аккуратно укачивая в руках. Новая няня была просто находкой. Девушка проживала в селе и не имела каких-либо рекомендаций, зато в свое время вырастила трех младших братьев и одну сестренку. Оксана отличалась некоторой нерешительностью, но была милой и доброй. Даше она сразу понравилась, и она сразу же приняла новую няню на работу и теперь нисколько не жалела об этом. Постояв еще немного, Беляева понаблюдала за процессом кормления, а потом решила не вмешиваться и вернуться к Виту.

Когда она вернулась, Воронов уже был полностью одет и ожидал ее появления.

— Мне нужно ехать, — пояснил он, и Даша поняла, что настал конец волшебной ночи единения, начались серые будни с кучей разнообразных проблем.

— Да, конечно, — Даша постаралась произнести это с воодушевлением, но она немного переиграла. И Вит это заметил.

— Даш, вечером я вернусь сюда, к тебе, — он подошел к ней и встал практически в плотную, но не подавляя своей силой, а скорее окружая и поддерживая. — И я хочу, чтобы ты ждала меня здесь, в этой комнате…

Беляева нахмурилась и посмотрела на него.

— Я хочу, чтобы ты жила в этой комнате, со мной, — объяснил он. — Моя жена должна быть рядом со мной.

— Вит, — растерянно выдавила из себя Даша. По правде говоря, она испугалась. Испугалась того насколько сильно ей захотелось согласиться, но головой она понимала, как столь стремительное развитие отношений выглядит со стороны. Он вдовец, с новорожденной дочерью, не прошло и двух месяцев со дня смерти Кати.

— Не думай о них, — грозно сказал Воронов, — это наша с тобой жизнь. Ко всем этим людям она не имеет никого отношения. Я не заставляю тебя, но хочу быть рядом с тобой…

— Я согласна, — выдохнула Беляева. Воронов был абсолютно прав. Они итак слишком долго находились порознь.

— Вот и отлично, — облегченно сказал он. Стало видно, что Вит переживал из-за ее решения. — Сегодня будешь перевозить вещи на новое место жительства.

— Не успею, — скривилась Даша, — мне к врачу надо…

— Что-то случилось? — Беляева впервые услышала в его голосе истерические нотки.

— Ничего страшного, — успокоила она Воронова, положив руку ему на живот, — просто мне нужно пройти ежегодный осмотр. После перенесенных травм… Мне необходимо постоянно обследование проходить. Я итак затянула с этим делом.

— Я еду с тобой, — с ходу заявил Вит, сразу становясь предельно серьезным.

— Вит, расслабься, — Даша почувствовала, как он напрягся, как задеревенели его мышцы, — это стандартная процедура. Мне просто нужно показаться у врача, сдать необходимые анализы. Ничего серьезного. Мой врач, у которого я все это время наблюдалась, посоветовал отличного специалиста и выслал мою карточку сюда.

— Я должен быть с тобой, — уже не так основательно заявил Виталий.

— Вит, у тебя сейчас итак полно проблем, — продолжила убеждать его Беляева. — Лучше сконцентрируйся на них.

Он нахмурился, явно не одобряя её решение.

— Хорошо, — сдался Воронов, — но возьми с собой Макса или Дмитрия.

— Конечно, милый, — легко улыбнулась Даша, ей нравилось его беспокойство о ней, — я не настолько дурочка, чтобы рисковать своей жизнью. Тем более сейчас, когда у меня появился смысл для существования.

— Обязательно позвони мне, как выйдешь из больницы, — ей не удалось полностью его успокоить. — У меня странное предчувствие….

— Всё будет нормально, — пообещала девушка, — я обязательно позвоню, как освобожусь.

Ей всё же удалось уговорить его отправиться на работу, хотя Виталий упрямо хотел поехать с ней. Но Беляева не видела в этом необходимости. Когда Воронов всё же уехал в офис, Дарья решила исправить ещё одну ошибку, совершенную ею.

Набрав знакомый до боли номер, она никак не решалась нажать кнопку дозвона. Гордыня помеха не только в любви, но и в дружбе.

— Алло, — заспанный голос Жени донесся до девушки. Теплая волна растеклась в крови у Даши. Много лет Вавилова была ей единственной подругой и опорой, а она из-за своей мести чуть было не разрушила их дружбу. Даша очень надеялась что, Женя сможет простить её.

— Привет, — робко начала Беляева и замолчала, не зная, как начать разговор.

— Даша? — удивилась Орхидея. — Что-то случилось? Ты в порядке?

Обеспокоенный голос Жени вызвал у Даши неконтролируемый смешок. Вавилова действительно думала, что она может позвонить ей только в одном случае, если бы что-то случилось. Эх, гордыня действительно была главным грехом Даши.

— Нет, всё в порядке, то есть… — ответила Беляева, сбиваясь, — Катя умерла… а со мной всё в порядке.

На том конце провода облегченно выдохнули.

— Я знаю, — просто ответила Женя, — о смерти Кати судачили все, кому не лень.

Наступило обоюдное молчание. Евгения не знала, о чем говорить, и не могла понять, почему подруга вдруг ей позвонила. Даша же не представляла, как начать разговор и попросить прощение.

— Как он? — наконец спросила Вавилова. Даша поняла, о ком она говорит. Просто невозможно было не понять. Волна стыда накрыла ее, ведь из-за нее подруга отказалась от отношений с Жекой…

— Он… справляется, — прокашлявшись, ответила Беляева, — но ему тяжело. Он… Женя, позвони ему, пожалуйста! Прошу. Ему просто необходима твоя поддержка.

— Я так не думаю, — как-то неуверенно ответила подруга, — если бы я была ему нужна, Жека бы сам позвонил…

Сколько раз Орхидея порывалась позвонить ему, но останавливала себя? Ведь и несведущему человеку было бы видно, что Женя отчаянно переживает за Алексеевского.

— Жень, — Даша сглотнула, пытаясь подобрать нужные слова, — ты ему нужна. Ведь ты уехала, бросив его. Из-за меня, я знаю это, и эта вина теперь всегда будет со мной. Но прошу, позвони Жеке, он по тебе скучает…

— Так вы… не вместе? — ее голос дрогнул, когда Вавилова задала вопрос.

— Нет, — повысила голос Даша. — Нет! Твой отъезд уже ничего не решал… Женька меня не любил, как и я его. А вот ты для него очень важна. Не знаю, любовь это или нет, но даже после твоего отъезда, он отверг меня. За что, кстати, я Алексеевскому очень благодарна.

— Хм-м-м, — протянула подруга, явно не зная, что сказать на откровения Беляевой.

— Я… Мы с Витом снова вместе, — призналась девушка, закрыв глаза и ожидая услышать осуждение со стороны подруги.

— Слава Богу, — реакция подруги стала очень большой неожиданностью для Даши.

— Я тоже так думаю, — растерянно произнесла Беляева. — Я хочу попросить у тебя прощения. Ты оказалась права, а я вела себя, как дура. Прости. Я была идиоткой.

— Ты ведь с Витом не потому, что собираешься ему отомстить? — с подозрением спросила Евгения.

— Нет, — тихо ответила Дарья, — я с ним потому, что люблю его, несмотря ни на что.

— Ну что же, — тяжело выдохнула Вавилова, — я давно это подозревала…

— Женя, я знаю, что своими поступками многим сделала больно, да и вообще, — девушка вздохнула, пытаясь решить, что именно говорить Орхидее, врать не хотелось, но и правду сказать, означало подвергнуть её опасности. — Я много дел наворотила, но раскаиваюсь в этом…

— Я уже простила, — спокойно отозвалась Женя, — простила еще тогда в аэропорту. Я твоя подруга. Я чувствовала, что тебе больно и не могла помочь… Это очень страшно, когда не знаешь, что сделать, чтобы спасти родного тебе человека. Я рада, что ты одумалась, Даша.

Беляева разрыдалась. Слезы хлынули неудержимым потоком. Беляева услышала, как Женя тоже всхлипнула.

— Орхидея, я тебя люблю, — призналась Даша. — У меня никогда не было ближе подруги, чем ты!

Дальше разговор прошел легче. Девушки рассказали последние новости, рассказали о своих чувствах. Даша снова настояла на том, чтобы Женя позвонила Жеке. Она очень надеялась, что сможет исправить эту досадную ошибку и эти двое вновь воссоединяться. Орхидея пообещала позвонить ему. Беляева также с воодушевлением рассказала Жене о том, какая замечательная у неё Алиса… Какая умненькая, какая она красивенькая. Вавилова лишь хмыкала и говорила, что так говорят все матери о своих детях. Проговорили они часа два, не меньше. Жене срочно нужно было ехать в студию, поэтому дальше разговаривать она не смогла. Перед тем как распрощаться, Евгения опять пообещала позвонить Алексеевскому.

Вытерев слезы, Даша улыбнулась. Определенно жизнь налаживалась. Они с Витом вместе. Женя ее простила. Алиса здорова. Сегодня должны наконец закрыть дело о смерти Кати. Что-то внутри воспротивилось преждевременной радости, уверяя, что всё не может быть настолько радужно… Но Даша отмахнулась от противного голоса, уверенная в том, что просто не привыкла быть счастливой.

***

Через три часа, девушка прибыла в больницу. Ее врач посоветовал Долгова Александра Владимировича, как очень хорошего специалиста. Оказался Долгов довольно молодым специалистом, с редкой светлой шевелюрой и небольшими, но цепкими карими глазами. После недолгой беседы, мужчина направил ее на анализы. Сдав кровь и пройдя УЗИ, Даша вернулась в кабинет врача. Сегодня Беляеву сопровождал Дмитрий, который остался ожидать её в коридоре.

— Выпейте сладкого чаю, — добрый врач поставил перед ней заманчиво дымящуюся кружку с крепким напитком, — вы еще ничего не ели, а уже полдня прошло… Так не только голова закружится.

Даша лишь благодарна улыбнулась, с вожделением глядя на кружку. С самого утра она действительно и маковой росинки во рту не держала, а беготня по больнице кого хочешь вымотает.

— Спасибо огромное, — искренне отозвалась Даша, пробуя на вкус чай. Очень вкусно, только он имел довольно странный привкус…

— Не за что, — улыбнулся врач, только Беляевой показалось, что как-то уж слишком нервно.

— Вкусный чай, — одобрила девушка и протянула руку для того, чтобы взять печенье, — только странный у него привкус. Это какой-то особый чай?

— Да, — резко кивнул Долгов, — элитный.

Что-то в поведении врача настораживало. Глазки бегали по сторонам, и он сам постоянно коситься на наручные часы.

— Вы спешите? — спокойно поинтересовалась Беляева, внимательно наблюдая за Александром Владимировичем. Что-то ее беспокоило. Что-то заставляло нервничать. Нужно уходить отсюда. Немедленно.

— Нет, — покачал головой Долгов, — я жду кое-кого…

— Ой, — Даша с радостью восприняла эту новость, как повод улизнуть отсюда, — тогда я лучше пойду. Я же не единственный ваш пациент.

Девушка резко встала и сразу же плюхнулась на место. Сильное головокружение настигло её внезапно, заставляя желудок болезненно сжаться.

— Что-то мне не хорошо, — прошептала Дарья.

Врач сразу же оказался около неё. Приподняв девушке голову, стал смотреть состояние ее зрачков.

— Начало действовать, — прошептал он и достал телефон.

— Что…? — полностью проговорить фразу она не смогла, язык отказывался слушаться, как и тело. Она будто полностью лишилась костей, а тело превратилось в бесформенную массу.

Долгов тем временем быстро набрал нужный ему номер.

— Это я, — отрывисто произнес он. — Она готова. Можете её забирать. И Вадим, чтобы мое имя…

Его грубо прервали, приказав заткнуться. Даша все слышала и понимала, что происходит, но не могла пошевелиться. Она даже закричать не могла…