ГЛАВА 56

Апрель 2012

Руслану нужно было время, чтобы все еще раз обдумать, посоветоваться и с Андреем. И если будет необходимость, конспиративно проникнуть на квартиру к Ворону, подключив нужных людей.

После разговора с Катей, они долго в квартире Арины не задержались, тем более Леха все время его пихал в бок, подгоняя быстрее свалить. Уже в машине, когда он ехали обратно к Руслану, чтобы обсудить новые появившееся данные, Леха пожаловался, что «натерпелся», изображая доброго самаритянина и ему необходимо пиво для восстановления душевного спокойствия.

Руслан не мог до конца понять Лешкиных ревнивых загонов. Юрий Воронцов, бывший парень Ники, не вызывал отторжения, воспитанный, никак не провоцировал Леху, держался очень отстраненно. Но Леха все равно был недоволен, ругался и жаловался, что пока Руслан вел задушевные беседы с Катькой, ему пришлось выносить общество лицемера Воронцова. И даже улыбаться, вести дебильные разговоры о погоде и политике. За это наказание Лешка планировал востребовать с жены серьезную компенсацию.

Нажаловавшись и отпустив свое раздражение на волю, Леха поинтересовался новостями. Когда Руслан вкратце пересказал то, что посчитал нужным, опустив некоторые детали, которые касались личных моментов из жизни самой Кати, Лешка долго ругался отборным матом, что можно было заслушаться. Руслан был согласен с оценкой друга, но так виртуозно не владел матерным лексиконом.

В квартире их ждал неприятный сюрприз в виде Норы, которая приехала на день раньше. Мама на пороге ему шепнула, что звонила, но Руслан не брал трубку. И отцу позвонила, он уже выехал. Руслан мог только сетовать сам на себя, что забыл включить обратно у мобильного телефона звук и вибрацию, которые выключил, чтобы не отвлекаться при важном разговоре с Катей.

Пока его не было, оборону держали две хрупкие женщины, мама и тетя, не давая Норе увести детей на «прогулку». Она требовала немедленно одеть детей и отдать ей, так как она их мать. Какого черта, ей вдруг взбрело в голову погулять с детьми, Руслан не мог понять?

Полина забилась в угол дивана, и с ужасом взирала на мать, тихонечко подвывая. Она боялась, что ее сейчас мама заберет навсегда и не увидит она больше папу и бабушек с дедушкой.

Мама Нора приехала и стала сразу командовать всеми. Полина ждала папочку, который должен быстрее вернуться. Папа же не отдаст их маме, он обещал, что она и братик навсегда останутся с ним. Больше, чем за себя, она волновалась за своего необычного братика, ему нужна особенная забота.

Полина верила папе и даже особо не скучала по маме. Смирилась, что у нее вот «такая» сложная мама. Хотя не переставала завидовать девочкам в садике, у которых были ласковые и любящие мамочки. Без мамы Норы было спокойнее, никто не ругался, не предъявлял претензий. Полина поверила, что так теперь будет всегда, без криков в доме, когда можно играть и прыгать везде, громко петь песни и смеяться. И мама не будет наказывать за это.

Матвей намертво вцепился в подол бабушки Нади и отказывался разговаривать с плохой тетей, которая почему-то называлась его мамой. Он даже смотреть на нее не хотел. Боялся, что она сможет заморозить его, как в сказке, которую любила смотреть сестра Полина.

Ему не нравилась такая мама, наверное, она не настоящая. Но тетя была ему знакомой по фотографиям, что любила рассматривать сестра. Злая тетя обещала ему прогулку, но Матвей гулял только с любимой бабой Надей и сестрой, и иногда с папой. И он уже усвоил, что чужие люди ему неприятны, он их боялся. Чужие задавали много странных вопросов, на которые он не знал ответов или не хотел отвечать.

Он уже умел разговаривать, и знал всех членов семьи. Когда ему нужно было, он сам спрашивал, высказывал свое мнение, несогласие или одобрение. На вопросы он не очень любил отвечать, так как не все понимал. Иногда люди говорили непонятные и странные слова. Только дома его понимали, особенно он любил бабу Надю, свою старшую сестру Полину и самую милую и ласковую на свете кошечку. Он знал, что уже большой, ему же скоро исполнялось четыре года.

И лучше бы приехала тетя Зиночка, ему казалось, что она должна быть хорошей. Он ее не помнил совсем, но сестра все время говорит о Зиночке, и как вкусно она пахнет. Он ничего не понимал в запахах, пытался нюхать людей, но не мог определять, кто и чем пахнет, как это делала Полина. Но сестре он верил, все хорошие люди у нее пахли «волшебно», Полина не ошибалась. И еще, он знал, что Зиночка подарила ему любимую кошечку. Плохие люди не могли любить и дарить кошек хорошим мальчикам. Он старался быть хорошим, но не всегда знал, как правильно поступать, чтобы все тобой были довольны.

Руслан смотрел на жену, испытывая сейчас единственное чувство, придушить Нору и наконец-то освободиться от этой проблемы в своей жизни. Испуганные дети, мама и тетя, стали последней каплей, что взорвало его терпение на сегодня.

— Нора, какого черта ты тут творишь? — прорычал он, заходя в комнату.

— Ааа, явился Русланчик. — протянула манерно Нора, с вызовом поглядывая на мужа. — Не ты ли меня срочно вызывал в Москву?

— Я ждал тебя завтра. — напомнил ей Руслан о договоренностях между ними.

— А я люблю сюрпризы, муженек!

Руслан одним взглядом попросил Лешку увести детей, маму и тетю. Сначала ошалевший от неожиданной встречи Лешка откашлялся, но его взгляд понял сразу. Первой подхватил с дивана испуганную Полину, и коснувшись плеча матери Руслана, увлек их за собой на лестничную клетку. Передал трясущуюся Полину на руки бабушке, чмокнул ее в носик, и улыбнувшись, спросил.

— Поль, ну ты чего? Папа приехал, все хорошо. — он старался при девочке быть безмятежным и спокойным, хотя хотелось вернуть назад и швырнуть Норку хорошенько об стену, чтобы навсегда выбить дурь. Но признавал за Русланом право сделать первым из Норы лепешку.

— Дядя Леша, нас мама не заберет? — прошептала Полина, с тревогой поглядывая на входную дверь. Она почти облегченно выдохнула, папа наконец-то приехал и дядя Леша ему поможет. Дядя Леша он большой и сильный, даже выше папы. Но папочка все равно лучший на свете и самый красивый. Он их с братиком очень любил.

— Точно нет. Поль, я здесь, если что, папе помогу.

Полина ему кивнула в знак согласия. Лешка, посматривая на девочку, быстро набирал на телефоне сообщение Андрюхе, подгоняя его быстрее подъезжать. Вот, спасибо и жене можно сказать, которая его выдрессировала быстро обращаться с сенсорным телефона, требуя немедленных ответов на свои смс-ки. Сделал еще контрольный вызов Андрюхе, чтобы тот не пропустил звонок. Они договаривались, что Андрей тоже приедет к Руслану. Возможно, он был уже в дороге, надо его поторопить.

— Лешенька, спасибо, что и ты приехал… — шептала растерянная Ольга Михайловна.

Леша услышал визгливые нотки Норы и рванул обратно в квартиру, одними глазами посоветовав маме Руслана уходить с Полей к себе.

— Я согласна, забирай Полину себе, она все равно всегда была твоей. — верещала Нора на повышенных тонах. — А Матвея я заберу. Попробуй по суду, отними у меня.

— Нора, не надо так орать. — Руслан стал наступать на жену, боясь сильно повысить голос при Матвее. Сын не выносил даже громких разговоров и надолго пугался и замыкался в себе. Тетя Надя вместо того, чтобы уводить Матвея, застыла на месте, только из ее глаз текли слезы, и она механически поглаживала ребенка по голове. — Ты не заберешь Матвея.

— А это мы еще посмотрим! Ты докажи, что имеешь на него право!

Лешка подошел к тете Наде, тронул ее за руку, собираясь и ее вывести из квартиры. Скандал намечался знатный, нужно срочно уводить мальчика, ему только вред один от встречи с родной мамашей-кукушкой. И если Полина все понимала, ей можно было объяснить некоторые сложные моменты, успокоить. Но вот, как общаться с особенным сыном Руслана, Лешка не знал, чувствуя себя полностью беспомощным.

— Козел, не трогай моего сына! — кинулась к Лешке Нора, он не успел ее перехватить, исключительно потому, что боялся опрокинуть в резком движении рядом стоящую в остолбенении Надежду Виленовну, и вцепившегося в нее Матвея. — Ты какого лешего явился? Мой муженек испугался, что со мной, одному ему не справиться, да?

— Дура, не ори, ребенка напугаешь! — прорычал тихо Лешка, поглядывая на трясущегося, как осиновый листочек на ветру, Матвея. Нюрка, эта гадина, точно больная на всю голову, если не понимает особенностей своего сына и сейчас намеренно усложняет накалившуюся обстановку.

Нора совсем не изменилась с последней встречи, когда ее видел Лешка, все та же короткая стильная стрижка, и все такая же сучка. И уже на серьезном взводе. Лешка первый раз подумал, а в порядке ли у Руслановой жены с психикой? Или это очередная провокация с ее стороны? Позлить и так предельно растревоженного Русика, отомстить за свои, понятные только ей обиды.

— Ты проваливай к черту, недоумок! Это мой сын!

Нора неожиданно рванулась к Матвею и резко выдернула его из объятий тети Нади. Матвей завизжал, Руслан кинулся наперерез жене, выхватывая из рук Норы сына.

Лешка почти выталкивал из квартиры растерянную тетю Надю, которая рассеяно оглядывалась, не понимала, что происходит и куда подевался Матвеюшка. Мальчик же за нее держался. Но Леша не давал ей опомниться и уже довел до квартиры напротив, приговаривая, что все будет хорошо, что сейчас он приведет и Матвея.

— Убери руки от Матвея! — угрожающе зашипел Руслан, подталкивая сына за свою спину. — Ты совсем рехнулась, Нора? — он с трудом сдерживал себя, чтобы не повысить голос, и не ударить Нору наотмашь. Боялся напугать сына еще больше. Боковым зрением увидел, что вернулся Лешка, собираясь ему передать сына.

— Отдай Матвея! — стала наступать на Руслана разозленная Нора. Ярость ослепила ее, она хотела сделать больнее Руслану, отобрать ребенка, которого он пытался защитить от родной матери. Как будто, она не имела таких же прав на него. Родительских прав она не лишена, что себе позволяет Руслан? С его воспитанием Матвей совсем дикарем вырастет.

— Нет, Нора. — сквозь зубы процедил Руслан, пытаясь удержать в поле зрения Нору, чтобы предотвратить ее следующий бросок. Какая бешенная муха цеце укусила Нору, он понять не мог. С чего это, вдруг крайние формы проявления интереса к сыну, которого всегда избегала. Руслан поймал на секунду взгляд Лешки, прося забрать сына подальше от их разборок.

Лешка понял моментально и подошел к Матвею, протягивая мальчику руку. Он не знал, какие слова подобрать, чтобы мальчишка перестал бояться. Но важнее сейчас, увести ребенка и передать на руки бабушкам.

— Я не отдам тебе сына! — Нора кинулась на колени перед сыном.

Матвей упорно прятался за папу, и смотреть на нее не хотел. Она еще больше рассвирепела. Руслан, видимо и сына настраивал против матери. Хотелось убить в Руслане эту самоуверенность, растоптать его так же, как он унизил свою жену перед всеми. Руслан не заслуживал прощения.

— Матвей, послушай меня! — почти ласково обратилась к сыну Нора. — Руслан не твой папа. Руслан не папа Матвею. Слышал меня, Матвей? Этот Руслан, он чужой дядя для тебя. А я твоя мама. Я тебя заберу. Ты меня понимаешь?

Выпалила на одном дыхании Нора, и вдруг сама испугалась вырвавшихся слов, боясь посмотреть на Руслана. Что он сделает? Как поступит? На самом деле, она не могла забрать Матвея, не знала, что делать с больным ребенком. Сама понимала, что угроза пустая. Но это единственное, на чем можно растормошить Руслана, чтобы он показал свое истинное лицо.

Это Руслан ее довел до края, заставив озвучивать то, что ее терзало. Руслан слабак и тряпка, как она всегда и думала. Это недостойно мужчины выглядеть крутым на фоне слабой женщины. Да еще и дружков своих позвать на помощь. Присутствие Морозова ее злило неимоверно.

Первым очнулся Лешка. Поморгал и понял, что не ослышался. Нора это сказала вслух, заявила, что Руслан не отец Матвею. На Руслана сейчас было страшно смотреть, он застыл и побледнел, только мелко затряслись руки. Как он еще до сих пор, не прибил эту падлу брюнетистую, Лешка не понимал. Нора сошла с ума или мерзость, что сейчас вылетела из ее рта, правда?

— Ты тварь конченная, а не мама. — процедил сквозь шокированный Лешка. — За такое шоу и не хилых люлей огрести можно.

— Ну, ударь меня, смельчак! Только пальцем коснись, я тебя засажу, и погоны твои поганые не помогут тебе.

Нора еще не знала, что он в отставке по состоянию здоровья, после комы, но переубеждать ее Лешка не стал.

— Иди ты к дьяволу, имбецилка! — сплюнул презрительно Лешка, сожалея о своем кодексе «принципиального ненасилия» над слабым женским полом, ни при каких обстоятельствах. Когда работал в ментовке, помнил избитых и изнасилованных женщин, и поклялся себе, что не опустится никогда, чтобы доказать изначальное право сильного над слабым. Даже если слабый не прав.

Руслан не был ошарашен новостью, которую сейчас в запале выдала Нора. Он уже был в курсе, что не является биологическим отцом Матвея. Тест ДНК специально проводил, чтобы снять все вопросы и сомнения, что его мучали. Тем более, тогда уже было принято решение о разводе с Норой. Он чего-то подобного и ожидал, просто подтвердил свои смутные догадки. Предъявлять претензий и устраивать разборок по поводу измены не собирался. Он слишком много про нее узнал, чтобы еще чему-то удивляться.

В любом случае, для него это ничего не меняло. От Матвея он не собирался отказываться, юридически он признан отцом. Ни один суд не посмеет лишить его отцовских прав, даже если объявится биологический отец. Это единственный козырь, которым могла его ударить Нора. Она все-таки произнесла это вслух, сжигая все мосты позади. Это была черта за гранью его понимания.

Он даже был готов к разборкам на эту тему, несколько раз в голове прокручивал в голове все нюансы. Но Руслан не был готов, чтобы об этом узнал и Матвей. Что Нора сейчас, вот так подло поступит, в попытке отстоять сына, который ей не нужен. Он сожалел, что не успел заткнуть Нору и увести сына раньше.

Несколько секунд вечности, когда его захлестнула внутренняя паника, прошли быстро. Лешкины слова вывели его из ступора. Руслан, не обращая внимания на замершую в испуге Нору, присел на корточки перед сыном. Матвей испуганно зажмурился, весь сжался и тихонечко подвывал и что-то шептал, пытаясь руками прикрыть детские ушки.

— Матвей, посмотри на папу. — нарочито спокойно произнес он, тронув ребенка за руку, осторожно, чтобы не пугать еще больше. Руслан только надеялся, что Матвей ничего не понял из сумбурной речи Норы. Но его ожидания не оправдались, он расслышал тихий шепот сына:

— Руслан не папа Матвею… Руслан чужой дядя… Руслан не папа…

— Не правда. Руслан твой папа… Матвей, слышишь меня? Руслан твой папа… — он порывисто обнял сына, прижал к себе трясущееся тельце ребенка, целовал, не замечая, как из глаз невольно потекли слезы. В нем жила единственная надежда, что Матвей маленький и будет возможность исправить все, переубедить сына, заставить его забыть гадкие слова, что произнесла родная мать.

Руслан словно отключился от внешнего мира, оставшись наедине с сыном. Он продолжал его обнимать, аккуратно поглаживая по дрожащей спинке, целовал в лицо и куда попадал. Он хотел добиться от сына любого отклика.

Матвею категорически противопоказаны стрессы, громкие скандалы и любая нестандартная ситуация. Сын надолго замыкался, переставал разговаривать, хотя уже в полной мере овладел речью. Врачи оставили диагноз аутизм, но умственной отсталости не подтвердили. Если постараться, то малыш может вырасти нормальным, с небольшими отклонениями в поведении и с нарушением социальной адаптации. К нему требовался особый подход на любом этапе жизни. Сыну необходимо бережное отношение, поскольку он немного по-другому воспринимал действительность.

Руслан готов был сделать для него все, что угодно. И никогда и ни при каких обстоятельствах, не отдать его на попечение Норы. Она погубит мальчика. С Матвеем лучше всего управлялась тетя Надя, посвятив себя ребенку с первого дня рождения.

Руслан фоном слышал, как сцепились Лешка с Норой, но словно был сейчас не с ними. Он погрузился в мир своего сына. Он понял, что еще не все потеряно, когда Матвей обнял его в ответ.

Ника приехала забирать своего мужа от Руслана, как они и договаривались. Лешка позвонил ей из машины, сразу после встречи с Катей. Ника переживала и путалась в догадках, но парни упорно не хотели посвящать во все тайны мадридского двора. Лешка пытался ей объяснить, что это не его тайны, и без разрешения Руслана он не посмеет озвучить личную информацию. Ника дулась и обижалась, но муж стоял на своем.

Только поднялась на этаж, где жил Руслан, как тут же услышала через приоткрытую входную дверь отборную матерщину в женском визгливом исполнении. Ника знала трех человек, кто виртуозно владел словообразованием из матерщины. Это ее муж, Андрюха и Ванька Гончаров, равных им не было. Заслушаться можно было, как парни ругались матом в критических ситуациях.

Но кто эта женщина в квартире Руслана, что орет благим матом? Ника тихонько зашла в квартиру и обомлела, застав невероятную картину. Взбешенная Нора носилась по квартире и истерично орала такие гадости в адрес Руслана и Лешки, что Ника на несколько секунд завороженно навострила ушки, в первый раз слыша некоторые слова и обороты.

Потом долго вспоминала, где она слышала подобные ругательства, удивилась своему неожиданному выводу. Подобным образом ругались заклятые соседки у бабушки в деревне. Холеная и вся такая из себя утонченная Нора увлекалась деревенским фольклором на досуге, помимо рисования картин?

Но больше всего Нику потряс Руслан… Самый скрытый, и не всегда понятный, прячущийся за непроницаемой маской друг Леши. Как и Юля, она его какое-то время считала хмурым молчуном, пока на даче у подруги, когда они приехали на «смотрины», он не раскрылся с другой стороны.

Руслан стоял на коленях перед своим трехлетним сынишкой, обнимал, целовал его и плакал… Почему он плакал, Ника так и не узнала. Через несколько минут, вслед за ней ворвался в квартиру разъяренный Андрей, и ее «грамотно» отправили утешать безумно расстроенных родителей Руслана.

Ника ничего не понимала, кроме того, что Нора устроила скандал. Впрочем, о причине не приходилось гадать, жена Руслана в ярости из-за развода.

Ника даже устыдилась, увидев и себя немного со стороны. Неужели это так безобразно смотрится? Она ведь сама грешила, устраивая Лешке постоянные разборки. Но муж с удовольствием в них участвовал, а потом они долго и страстно мирились. Ника скорее это воспринимала, как игру в их отношениях, перчинку, что оживляет ежедневный быт. Надо спросить у Леши, может, он не хочет больше ругаться? Ника готова перебороть себя и утихомирить свою взрывную натуру ради семьи и спокойствия.

Вскоре Лешка принес на руках Матвея, передав его на руки тете Наде. Надежда Виленовна прижала мальчика к себе, захлебываясь слезами. И тут же унесла его в комнату.

Отец Руслана порывался пойти в квартиру Руслана, но его удерживала жена и Ника, которую Лешка попросил не выпускать родителей Руслана, пока они сами не разберутся.

Через два часа за ней пришел Леша, и они уехали домой. Что происходило за закрытыми дверями, она не знала. И на все ее мольбы Лешка скрипел зубами, отвечая, что не имеет права говорить, не его это тайны. Она только громко обижалась, вот у нее от мужа не было секретов.