ГЛАВА 57

Апрель 2012

У Руслана что-то механическое включилось внутри. Спасибо Лешке, он увел сына. Но Матвей теперь еще долго не придет в себя. Он уже отвык от криков Норы, а свидетелем такого скандала стал впервые. Руслан хотел быть уверенным только в одном, что сын не перестал считать его отцом. Шепот сына до сих пор разъедал ядом его душу.

Нора визжала, орала, сыпала проклятиями, но они словно отскакивали от Руслана, пока она упражнялась в матерном словоблудии с приехавшим Андреем и Лешкой. Руслан даже пожалел, что не умеет так изощренно ругаться матом, в отличии от друзей. Сколько можно слушать эти визги, пока совсем не разорвет мозг? Дать ей выдохнуться?

Руслан велел ей заткнуться и лучше обсудить детали развода, который неизбежен. Нора пыталась торговаться, как и раньше, требуя себе квартиру, машину и часть семейного бизнеса, в обмен на то, что дети останутся с Русланом. Такие же требования, она выдвигала и раньше.

Сколько можно ходить по одному кругу? Он до последнего тянул с обнародованием неприглядной правды из жизни Норы. Все надеялся, что может быть, обойдется без этой грязи и шантажа? Но видимо, у них, как не получалось договориться ранее, так и не получится сейчас. Но прежде чем, предъявить ей конкретные обвинения, решил обсудить отцовство Матвея.

— И по поводу Матвея. — произнес Руслан, испепеляя взглядом Нору. — Я знал. Это ничего не меняет. Сын останется со мной.

— Знал? — выдохнула Нора, оглядываясь вокруг, переводя взгляд на его друзей. Кажется, те тоже были не в курсе, если судить по их вытянувшимся лицам. — Зачем он тогда тебе?

— А тебе зачем? Ты сына больше года не видела.

— Ты мне не давал. — окрысилась Нора.

Она же звонила, узнавала, как дети, чем раздражала Руслана. Он неохотно, сквозь зубы с ней разговаривал. А приехать не было возможности, жадный и мелочный Руслан не хотел оплачивать ее поездку. А ведь, когда ему надо, он заплатит, сегодняшний приезд профинансировал именно Руслан. С деньгами у Норы была большая напряженка. В галереи неплохо платили, но не настолько, чтобы покрыть все ее расходы. Она женщина светская, ей требовалось регулярное обновление гардероба. Руслан прижимистый, отказывался оплачивать ее расходы. Совсем негодный муж-крохобор.

— Я тебе не мешал. Могла приезжать и видеться с сыном по договоренности. Ты не забыла случаем, что у тебя еще дочь имеется? И да, суд учтет, что ты больше года детей не видела. У Полины обязательно об этом спросят, когда она маму видела в последний раз.

Нора тут же сориентировалась, понимая, на что нужно давать в разговоре, чтобы Руслан стал посговорчивее. Она не так много требовала, всего лишь компенсацию за прожитые с ним в муках годы. Они стоили гораздо дороже, чем она просила в качестве отступных. Нора терпеть не могла жадных и мелочных мужчин, отвоевывающих у жены при разводе каждую копейку. Как же все это мерзко, но Руслан не оставлял ей выбора.

— У Матвея есть другой отец. Руслан, он заберет его у тебя. Подумай об этом.

— Нора, у меня один вопрос. Если есть мужчина, готовый оспорить у меня отцовские права, то где он был до сих пор?

Молчание жены для Руслана было красноречивее любых ответов. И он решил придавить ее очевидными аргументами:

— Нора, изучи лучше законодательство, прежде чем грозить мне. Я в течении почти четырех лет являюсь отцом Матвея. Ребенок находится на моем попечении, он живет в комфортных условиях, в семье. Ты думаешь, кто-то позволит прийти чужому дяде и выдернуть мальчика с особенностями из семьи, просто потому что у дяди будет тест ДНК? Максимум, «чужой дядя» добьется свиданий раз в месяц. Тут я бессилен, после всех судов и признаний, я не смогу препятствовать встречам с биологическим отцом.

— А это мы еще посмотрим. — протянула менее уверенно Нора, понимая, что муж ее обыгрывает по всем фронтам. Но нельзя показать ему свою слабость и неуверенность.

— Нора, я еще раз спрашиваю, где этот мужчина, готовый заявить свои права на Матвея? Я готов с ним пойти на переговоры. Лучше прямо сегодня. Позвони ему сейчас. Я пойду на очень серьезный компромисс. Нора, я второй раз предлагать не буду.

Руслан блефовал, требуя немедленной встречи с биологическим отцом Матвея. Он ранее, по срокам пытался понять, кто бы мог быть отцом Матвея. Руслан обязан был перестраховаться до официального развода и суда. Потратил на это несколько долгих месяцев, затянувших процесс развода, но так и не нашел. В ее окружении не нашлось подходящего мужчины, даже приблизительно. Перед беременностью Нора была в командировке в Европе, но тут Руслан был бессилен в своих поисках. Но он был уверен, что если бы биологический отец хотел бы, то давно как-нибудь себя проявил.

— Будет тебе встреча с отцом Матвея. — прорычала Нора. — Тебе мало не покажется.

— Отлично, вот мы сразу с ним и решим все вопросы. Как только подтвердится тест ДНК, начнем переговоры, до нашего с тобой развода. Нора, и тебя это никак не касается. — Руслан снова вернул ее реалиям переговоров и выдвинул те же условия, что и раньше. — Тебе, как и прежде, я предлагаю загородный дом в твоей деревне. Ты не остаешься без жилплощади. Можешь жить там, можешь сдавать. Продать дом ты не сможешь, его унаследуют дети.

— Мне мало дома! — взвизгнула Нора. Смысл в загородном доме, если его нельзя продать? — Я заслужила большего! За все годы, что прожила с тобой!

— Честно, я не хотел, но… — значит, придется бить козырем, что у него был.

Чувствовал себя мерзко, но уступать жене не собирался. Кинул ей конверт с фотографиями и всеми материалами, что были собраны за это время: освещающие ее беспутную жизнь в Питере, и сведения о некоторых московских любовниках:

— У тебя есть пять минут подумать и принять решение. И не препятствовать разводу. Потом я передумаю, и ты останешься ни с чем. Если потребуется, все это окажется в суде. Мне терять больше нечего. Дети останутся со мной. Я не буду больше уговаривать тебя. И я использую все возможные средства, не сомневайся.

Руслан вышел из комнаты, оставив Нору наедине подумать над предложением, что он озвучил сейчас. Леша и Андрей тут же вышли вслед за ним.

Руслан сам не понимал, как еще удается держать себя в руках. Не орать в голос, не биться головой об стену и не забить Нору насмерть, сразу избавив себя от всех проблем. Вырвавшись из комнаты, он ринулся на кухню и разом махнул бутылку с водой, стоящую на столе.

Искал в себе муки совести, что загнал Нору в угол, не оставив ей выбора. Совесть упорно молчала. Было мерзкое ощущение от шантажа, к которому прибег, припугнув жену, но сожаления не было. Ему было необходимо отстоять свои интересы. Только от него зависело будущее детей.

— Рус, можно я ее отшлепаю и в угол поставлю? — выплюнул с досадой Андрей, плюхнувшись своим мощным телом на кухонную табуретку. Табуретка задрожала, словно пожаловалась на обрушившуюся тяжесть, но выдержала слоновий вес Уварова. — Я ей аккуратно ноженьки переломаю и кувалдочкой по голове.

Андрей мог только удивляться выдержке друга. У самого Уварова таковой не было в помине. Сегодня хваленная сучка Нюрка превзошла саму себя. Если бы Руслан позволил, то он бы пару раз погладил об стенку неверную жену друга. Легонечко погладил, чтобы оставить в живых, но выбить всю дурь из головы. Даже для Уварова существовала черта, за которую нельзя переходить. У человека должна быть граница допустимого. Видимо, у Нюрки эта линия допустимого отсутствовала напрочь.

Его потрясла новость о Матвее. Хотелось высказаться по этому поводу, вспомнив все нехорошие слова из арсенала. С трудом удержал в себе. Русу и так сейчас тяжко и гадко, но покоя не давал рой мыслей. Как давно Руслан знает об измене жены и собственной непричастности к зачатию мальчика? Как он это пережил и сколько носил в себе, пока сегодня обстоятельства не вынудили прилюдно обсуждать отцовство Матвея? Как мужчине пережить эту драму внутри, и не прибить неверную жену, Андрей не знал. Не было ответов.

Уваров все мог понять, даже желание Руслана отстоять права на ребенка, что не является родным по крови. Но понять родную мать этого же ребенка, Андрей никак не мог. Не укладывалось в голове тупая истерика Норы, ее жестокость по отношению к мальчику, пусть и рожденному не от мужа. Отдала бы, раз самой не нужен, и могла не сомневаться, что Руслан о нем позаботится и никогда не откажется. Но выторговывать последние гроши за ребенка, крайняя степень человеческой низости.

И еще, вряд ли он когда-нибудь простит Норе слезы Руслана. Он видел друга расстроенным, разочарованным, отрешенным, часто скупым на выражение чувств, но в первый раз познакомился со слезами Руслана. Не было стыда в мужских слезах, когда от ненадуманной боли раздирает душу.

— В порядке очереди, Андрюшенька, ты за мной. — вставил тут же Лешка, присаживаясь к кухонному столу с другой стороны. На табуретки не покушался, удобно устроившись на диванчике. — Но мы должны уступить Русу право первой порки.

Лешка поддерживал порывы Уварова, как и сам бессмысленный диалог с Андрюхой. Лишь бы отвлечься от мысли, что надо вернуться в комнату и прибить Норку, раз у Руслана рука не поднимается на демоницу. В отличии от друга, сам Лешка был мстительный и за подлость готов был размазать по стене.

Откровение про Матвея и разборки с отцовством, стали для него потрясением. Быстро переглянувшись с Уваровым, понял, тот тоже был не в курсе, что Норка на стороне нагуляла мальчика. Оставалось непонятным, как все это безобразие принимает Руслан и до последнего бьется не за своего кровного сына. Понимал, что нельзя Норке отдавать мальчика, загубит, не нужен ей ребенок. Но ответить честно на вопрос, бился ли бы он сам до последнего за неродного ребенка, оказавшись на месте Руслана не смог, даже сам себе.

— Ты ей про Игру потом расскажешь? — Андрей пытался втянуть в разговор и застывшего посреди комнаты Руслана. Хотелось его растормошить, чтобы Рус выпустил наружу весь негатив, не держал в себе, ведь рехнуться можно от таких сдерживаемых внутри переживаний.

— Ты че, дебил? — язвительно поинтересовался Лешка, подхватывая интерес Андрея к щекотливой теме.

— Сам дебил. — тут же огрызнулся беззлобно Андрей, совсем не обижаясь на дебила. — Сам знаю, что сейчас говорить нельзя, спугнешь ее раньше времени. Но потом, в качестве «десерта» ее и просветить можно, как здорово она вляпалась по собственной дури.

— Пусть сама вылезает из дерьма, в которое вляпалась, раз у этой озабоченной нимфоманки чешется в одном месте. — Лешка еще хотел добавить, что это «самое место», ей надо комком глины залепить или всунуть бомбу с часовым механизмом, чтоб неповадно было блудить, но решил свои предложения по экзекуции Нюрки, оставить при себе. Чего бередить душу Руслану понапрасну.

Руслан и дальше молчал, не вмешиваясь в диалог друзей. Он с нетерпением ждал решения Норы. В данный момент его интересовал только развод и отсутствие препятствий в лице жены, которую нужно скорее сделать бывшей.

Нора в бешенстве металась из угла в угол. Утешить свою ярость было нечем, мерзкий червяк Руслан не оставил ей выбора. Когда он передал ей пухлый конверт с фотографиями и бумагами, Нора, не вскрывая его, поняла, что попала в ловушку, подло подстроенную мужем. Всегда знала, что он чертов лицемер, умело притворяющийся благородным рыцарем.

Удивлялась себе, что некоторое время назад, даже допустила мысль, что влюбилась в собственного никчемного муженька. Период увлеченности прошел быстро, нельзя же вечно быть слепой глупой курицей, пускающей слюни по смехотворному подобию на мужчину. Мелочный, жалкий трус, злобный жадный уродец, помеченный шрамами, с которым ей пришлось прожить вместе больше десяти лет. Норе хотелось придушить его голыми руками.

Да что он себе вообразил? Подделка и пародия на мужика, жалкое подобие в штанах и рубашке, он заслуживал только едкого презрения. Она никогда не простит ему сегодняшнего унижения, да еще и при своих дружках устроил ей сцену.

Во всем, что случилось, виноват только сам Руслан. Был бы нормальным мужиком и хорошим мужем, разве бы она желала найти отдушину на стороне. Он сам ее вынудил искать замену среди других мужчин. Время, проведенное в разлуке с ним, дало возможность переоценить собственную жизнь и потраченные зря на него время своих лучших лет и молодости, которую уже не вернуть.

Будь он нормальным мужиком, не было бы беременности с Матвеем, она же и не собиралась рожать этого ребенка. Руслан ее заставил силой, узнав о беременности, а теперь делает из нее виноватую во всех грехах. Шантажирует, угрожает, изображая из себя любящего папашу.

Эти игры Нора раскусила, а ведь вначале верила, что Руслан из редкой породы мужиков, заботящихся о своем потомстве. Он создал это миф, играл на напоказ, все время не выходя из образа суетливого папаши, что кудахтает над своими цыплятками. Противно, до рвотных позывов на это смотреть.

Мыслимо ли было увидеть, что собственные дети ее бояться. Нору это вывело из себя моментально. Ладно, Матвей больной ребенок, у которого большие проблемы с умственными способностями. Но Полина ее разочаровала безмерно, словно пощечину ей отвесила собственная неблагодарная дочь. Нора готова была и Полину забрать с собой, чтобы не позволить вырастить из девочки лицемерное чудовище с дурной наследственностью, и озабоченностью с запахами.

Но даже Норе, как матери, пришлось признать поражение. Полину муженек выдрессировал знатно, сделав заложницей собственных гнусных комплексов, мстя Норе за мужскую несостоятельность. Нора понимала, что дочь в суде она проиграет, стоит психологам спросить у ребенка, с кем дочь захочет остаться. Как сказал ей адвокат, с которым она консультировалась, детей раньше десяти лет не допрашивают на суде, но экспертизы с психологом не избежать, если родители не могут договориться о пребывании ребенка после развода.

Нора собиралась сегодня вывести его на чистую воду. Раскусить почти удалось, она убедилась еще раз, что Руслан жадный и мелочный мужик, готовый удавиться за лишнюю копейку, даже оставить детей при себе, лишь бы не делиться совместно нажитым имуществом. А она, как законная жена, имела право вытрясти с него компенсацию за все, что он выделывал, пока они жили вместе.

Нора не хотела уезжать от него, после того, как почти разоблачила шашни Руслана с меркой крысой Дианой. Глупая, она тогда даже хотела побороться за гадкого слизняка. Но муж поставил ее в жесткие рамки, силой заставил уехать в Питер, убрал с глаз долой, чтобы продолжать мутить с Золотаревской, так удачно вернувшейся из Европы.

Нора все ждала досужих разговоров и сплетен за спиной, позорных смешков, когда в их кругу заговорят шурах-мурах Руслана и Дианы. Но странно, обсудив возвращение Дианы и тот прием в загородном доме, что недоделанная пианистка испортила, все замолчали, быстро потеряв интерес, к этой позорной для Норы истории. Просто никто не знал лучше нее, больного параноика Руслана, умеющего притворяться и ловко заметать следы. Война не прошла даром для его психики, напрочь искалечив не только тело, но и сознание.

В Питере вначале было нелегко выживать одной, Руслан сразу же отрубил все каналы финансирования, бросив ее, мать его детей, на произвол судьбы. Обиды, что ее выкинули на улицу, как надоевшего котенка, еще долго терзали Нору.

Какая же она дура, пыталась даже помириться с мужем, когда он был во временной командировке в Питере. Несколько раз приезжала к Руслану, но он ее даже за порог не пустил, тут же грубо выставлял за дверь, не желая нормально все обсудить, договориться по-человечески. Сумей они прийти к компромиссу год назад, не возникло бы сейчас всей этой кошмарной ситуации.

Как он смеет ее в чем-то обвинять, когда сам отрезал все подступы к детям, не давал видеться, не звал к телефону, когда она звонила и хотела поговорить с дочкой. Полина, конечно, избалованная папина дочка, но разве допустимо настраивать ребенка против матери. А потом лживо сообщать, что Полина расстроена и не хочет сама разговаривать с родной матерью.

Вся семейка Руслана, лживые лицемеры, играющие в дерьмовых интеллигентов. Как же ее бесили его родители, ловко скрывающие свою подлую сущность за добренькими масками. А озабоченный дедок Руслана, вообще больной на голову псих, выходки которого все поощряли, списывая на старческие причуды. Его на принудительное лечение сдать надо или на опыты.

Возможно, ее жизнь и оставалась бы такой тягуче серой и беспросветной, не встреть Нора его, своего любимого мужчину.

Ирония судьбы, впервые влюбиться в мужчину, когда тебе уже за тридцать. Когда утратила свежесть юности, двойное материнство не прошло бесследно, хотя она маниакально следила за своей внешностью, оставаясь привлекательной для мужчин.

Именно после встречи с Никитой, Нора поняла: все, что было до этого, мелочная ерунда, не имеющая значения. Никита, мужчина ее мечты, о котором можно было только мечтать. Красавец блондин с телом греческого бога, высокий, статный, словно сошедший с полотна картины. С ним она познала все, о чем и мечтать не смела. Он воплощал все ее фантазии и подходил идеально.

Если бы между ними не стояло столько неразрешимых проблем. Никита был младше Норы на десять лет, она никогда особо не комплексовала и среди любовников на ночь, встречались мужчины младшее ее. Но впервые, для нее самой, это стало непреодолимой преградой. Она все время жила в страхе и напряженном ожидании, что однажды Никита взглянет на нее и увидит тридцатипятилетнюю старуху. И бросит в тот же день.

У Никиты было столько неразрешимых проблем в жизни, они словно два несчастных одиночества встретились, притянулись друг к другу. Это была роковая неизбежность, быть с ним, страдать за него, жить с ощущением липкого навязчивого страха, что все скоро закончится и она, как и прежде, останется гнить в одиночестве.

С Никитой они познакомились на одной из презентаций, он пришел с приятелями из артистической тусовки. У Никиты за плечами был театральный, и неудавшиеся карьера, которую загубили завистники. Он честно рассказал Норе, что у него много проблем, что ему везде перекрыли кислород и не дают реализоваться в жизни. У Никиты тонкая ранимая душа, он очень страдал и переживал, что не может ей обеспечить достойную жизнь. Нора все понимала, и много от него не требовала. Хорошо, что рядом любимый человек, с которым комфортно и тепло.

Ее любимый мужчина дарил ей бесподобный секс и ощущения полета, Нора впервые в жизни чувствовала себя желанной, самой красивой, эксклюзивной женщиной. Несмотря на молодые годы, Никита был явно доминирующим самцом, чего Нора так и не смогла добиться от Руслана, перевоспитать его. Пусть так и остается сюсюкающей тряпкой, ей даже были сейчас безразличны его любовницы, так им и надо. На своей шкуре узнают, что из себя представляет Руслан Колесников.

Да как она сомневалась, что ее муженек мог быть верным? Нора пеняла себе за глупость, допуская мысль, что воспитание и принципы не позволят Руслану, завести любовницу на стороне. Секс Руслана волновал, как и любого здорового мужика его возраста, только вся эта приторная ванильность, любую нормальную женщину вскоре отвратит. Неужели кто-то сможет долго терпеть Руслана с его слащавыми ласками? Видимо, даже крыса Диана не выдержала его наигранных сюсюканий, раз ни одного слуха не проскочило об их романе.

Никита был совсем другой. Он умел быть нежным, внимательным, заботливым, но в постели становился неудержимым самцом, воплощая все ее фантазии, брал жестко, как ей нравилось. Никита настолько познал ее тайные желания, что устраивал ей иногда феерический секс втроем.

Он ее понимал, как саму себя, не имел излишних комплексов, никогда не осуждал, не строил из себя чванливого ханжу, понимая и четко разделяя такие понятия: как любовь, секс, удовольствие, тайные фантазии, что столько сковывали Нору, словно она в заточенной темнице жила до этого. Никита выпустил ее на волю, дал реализоваться, как истинной женщине, какой она никогда бы не стала с Русланом. Когда тебя одновременно ублажают двое потрясающих мужиков, разве будешь сожалеть, что где-то в прошлом остались тошнотворные ласки мужа, неумело пытающегося угодить жене?

Нора изо всех сил старалась помочь Никите преодолеть трудности, влезла в долги и кредиты, пыталась отыграться в казино, увязая в новых долгах. У нее были серьезные финансовые проблемы, а жадный до денег Руслан торговался за каждую копейку. У Колесниковых был приличный доход от бизнеса, не миллиардами, конечно, ворочал его папаша, но несколько магазинов приносили стабильный доход и возможность жить безбедно. Руслан не имел права отказывать ей в деньгах. Как законная супруга, она могла потребовать свою долю.

Если бы не этот компромат, она бы вытрясла с него все, чего ей причиталось по закону. Но этот мелочный извращенец собрал на нее целое досье, чтобы не платить ей при разводе. Руслан, наверное, мастурбировал на эти фотографии, раз сам оказался никчемным и несостоятельным. Суд, конечно, встанет на его сторону, если он обнародует весь материал. А сами судьи кто? Такие же чванливые поборники лживой нравственности, как и ее муженек.

Что же ей теперь делать? Норе очень нужны были деньги. Она клятвенно обещала Никите, что достанет денег, выбьет из мужа, а теперь оказывалось, что Нора подводит любимого мужчину. Вот этого, она точно никогда не простит Руслану.

И еще, была одна глобальная проблема, держащая ее в ужасе последние три дня. Именно это сейчас влияло на ее нестабильное поведение, срывы и истерики, хотя Нора уговаривала себя мыслить на трезвую холодную голову, провести переговоры в свою пользу. Но вся семейка Колесниковых, прямо с порога, начинала ее бесить.

Нора не знала, что делать со своей обрушившейся, как цунами, беременностью. Третьего ребенка она не планировала, не понимая, как допустила такую погрешность, просчитавшись в сроках. Когда она показала полоски теста Никите, тот рухнул на колени и стал умолять не делать аборт, оставить их ребенка, дать им шанс.

Нору раздражали орущие младенцы, пеленки, бессонные ночи, но как отказаться от возможности родить малыша от любимого мужчины? Никита, а не она сама, хочет этого ребенка. Уступить ему или сделать аборт? Она еще не приняла решения. Страх потерять любимого был сильнее, чем перспектива возиться с младенцем.

Прошло больше десяти минут, прежде чем она вышла из комнаты. Перед этим все-таки открыла конверт, бегло просмотрев фотографии, копии долговых расписок и кредитные документы из банка. Из безвольных пальцев выпало содержимое конверта, с четким осознанием, что эту битву она проиграла Руслану. На полу так и остались лежать фотографии, бесстыдно запечатлевшие съемки скрытой камеры ее интимной жизни, которой могла бы позавидовать любая женщина.

Запечатлены на камеру оказались и жаркие ночи с любимым, и феерический секс с двумя мужчинами, одним из которых был Никита. Скорее всего, имелась и видеосъемка. Бумаги, отражающие ее плачевное финансовое положение, ставили крест на ее возможности отсудить детей. Руслан обложил ее со всех сторон со своими шпионскими штучками, и суд будет на его стороне.

Норе пришлось согласиться с условиями Руслана. Она его люто ненавидела за вынужденное принуждение, за жадность и унижение, что он ей устроил, продемонстрировав хваткий волчий оскал.