ГЛАВА 106

Руслан буквально вытолкал Зину в общий коридор, сделав остановку возле лифта. Нажал кнопку вызова и шумно выдохнул, переводя сбившееся дыхание. Сбежали. Как же все нелепо.

Зина пребывала в прострации, но в обморок еще не падала и не сопротивлялась. Он бережно надевал на нее куртку, которую сорвал впопыхах с вешалки. В зимние сапожки она успела обуться еще в квартире, пока он держал дверь, в которую яростно билась с той стороны Алевтина Семеновна.

Жалко, у них не было времени, он увез бы Зиночку куда-нибудь, на успокаивающий релакс.

Что ей сказать в утешение? Все слова казались ему банальными, невыразительными, словно писанными по одному шаблону.

Он завел ее в прибывший на этаж лифт. Зина ничего ни говорила, ни спрашивала, смотря в одну точку за его спиной. Не успев проехать и нескольких секунд, Руслан нажал кнопку «стоп», остановливая лифт. Хорошо, что эту функциональную кнопку еще сохранили в некоторых новых моделях.

Зина испуганно дернулась, когда лифт замер где-то между этажами. Подняла голову, посмотрев на Руслана впервые за последние минуты. Целая палитра чувств читалась в ее заплаканных глазах: жгучая обида, невыносимая тоска и отчаянная надежда.

— Зиночка, любимая, дай мне три минуты. Поедем дальше, иначе я кого-нибудь убью.

Попросил Руслан, понимая, что даже три минуты сейчас недозволенная роскошь. Они и так много времени потратили на бессмысленные разборки. Удивительно, он приехал к друзьям, предусмотрительно продумав тактику, как огородить Алевтину Семеновну от лишних волнений и ненужных новостей. А вышло до отвратительности наоборот.

Руслан резким рывком притянул Зину, до боли прижимая ее к себе. Ему самому требовалась «минутка покоя», чтобы не взорваться и не утянуть за собой Зину. Чем ей сможет помочь спятивший и слетевший с катушек мужик? Как-то надо удержаться на краю сознания, хотя сейчас самым сильным желанием было разнести в щепки лифт, кого-то поколотить, разбить кулаки в кровь. Чисто мужские повадки и инстинкты сейчас только напугают Зиночку.

Он обнимал Зину, слегка покачиваясь, словно убаюкивая ее в колыбели своих рук. Тяжело и жадно дышал ей, спеша наполнить свои легкие волнительным дурманящим ароматом любимой Зиночки. Чистый наркотик для наркомана в состоянии жуткой ломки, его личный адреналин в кровь, свежий пьянящий глоток воздуха для задыхающегося.

Одной рукой он крепко держал ее за талию, вдавливая в себя, другой ласково гладил по лицу, запутываясь пальцами в ее волосах.

— Мышка моя, я с тобой. Люблю тебя больше жизни. — шептал он тихо на ухо Зины, зарываясь лицом в ее распущенные волосы. — А ты рядом со мной. Это делает меня сильнее. Помнишь, как в той песне, что я пел когда-то для Кондрата? На самом деле она подходит всем мужчинам, рядом с которыми смелая и сильная духом девушка. Это про тебя, любимая.

Он хриплым шепотом запел ей хорошо знакомые строчки из песни, которые Зина впервые слышала в его исполнении два года назад:

Он ожидал и честно говоря, боялся, что она сейчас разрыдается, забьется в истерике. Но Зина, бывшая до этого, словно безвольная кукла, через минуту его убаюкиваний, сама обняла его в ответ, пробираясь под свитер. Ее ледяные дрожащие пальчики, ищущие прикосновений к его обнаженной коже, здорово отрезвляли голову, выталкивая оттуда невыпущенную на волю мужскую агрессию, раздирающую его изнутри.

Ее охлаждающие льдистые прикосновения возбуждали, отдаваясь покалыванием в тех местах, где она проводила ладонью. И все мозги мгновенно потекли на уровень ниже ремня. Как не вовремя. Но он даже не стал отстраняться, чтобы скрыть от Зины неуместное возбуждение. Если ее это успокаивает, он готов вытерпеть любые истязания, которые придумает она.

После небольшой паузы, когда его хриплый шепот, признания и знакомые строчки из песни, почти вывернули ее наизнанку, Зина подняла голову, не в силах утаить слезинки, что осторожно пытались спрятаться в ресничках. Его нежные крепкие объятия и ласковый голос с легкой хрипотцой способны творить чудеса.

Еще несколько минут назад, там, в квартире, стоя перед разъяренной мамой, она готова была с разбегу прыгнуть со скалы или сделать любую безумную глупость. Откуда в ней взялось столько смелости и наглости противостоять матери, она не знала. Не допускала раньше, что способна на отчаянное безрассудство.

Но и не сожалела. Если надо будет, она готова еще раз пройти через унижения и оскорбления матери. Понимая, что это ради него. Зная, что ради него можно умереть без капли сожаления. Пойти, как и обещала матери, на край света за ним, даже если это будет обжигающий ад.

Она нужна ему сейчас сильной. Руслан сам признался, что верит в ее силу духа. Зина и не подозревала до этого момента, что в ней существует эта самая «сила духа и смелость». Но если он в ней это видит, значит, в ней должно быть все, что ему сейчас необходимо.

— Твои три минуты уже прошли, да?

Тихо и с нескрываемым сожалением поинтересовалась она, не желая разрывать их объятия, продолжая безотчетно поглаживать его по спине. Принимая в ответ его легкие прикосновения.

— Да, кончились. — тяжело и неохотно выдохнул Руслан.

— А у меня могут быть свои три минуты?

— Да. Твои три минуты — твои действия. Что ты хочешь, Зиночка?

— Я могу делать все, что угодно?

Осторожно уточнила Зина, заглядывая ему в глаза, читая в них смесь лёгкого недоумения, немного любопытства, и готовность принять ее любое безумство. И еще, бесконечную веру в нее.

— Смелее, моя мышка. — одобряющее прошептал Руслан.

— Закрой глаза. И не смейся надо мной, какую бы глупость я не сказала. — попросила она, обхватывая его лицо своими ладонями, склоняя к себе ближе.

— Я никогда не смеялся над тобой. — Руслан послушно закрыл глаза, поддаваясь на ее просьбы. — Может, мог пошутить, но никогда не высмеивал.

— Я тоже с тобой. Навсегда. Ты моя Вселенная. Ты же знаешь, как я люблю тебя. Я только твоя.

Горячо зашептала она ему прямо в губы, оставляя между ними несколько условных миллиметров расстояния. Легкими невесомыми прикосновениями обвела контуры лица от висков да подбородка. Подушечкой пальцев провела по губам, вызвав у него протяжный тихий стон.

— Зиночка, не надо. Я сейчас не очень дружен с рассудком. — осторожно предупредил ее Руслан.

— Прости, я не смогу для тебя спеть, я не умею, мне медведь на ухо наступил. — заранее извинилась она, игнорируя его предупреждения. — Но и у меня для тебя есть несколько строчек. Не открывай глаза.

— В темноте, но рядом с тобой мне не страшно. — ответил он, опаляя учащенным горячим дыханием ее губы. — Скорее так, не страшна слепота, если ты со мной. — поправил свои слова Руслан.

Она тихо, еле слышно зашептала врезавшиеся строчки из песни, которые запали ей в душу. Он поймет, что она еще хотела сказать, но не нашла верных слов. А что там и кто мог подумать, ей безразлично, даже если со стороны она выглядит глупой и пафосной влюбленной девчонкой. Шептала только ему и если нужно, готова повторить тысячу раз.

Зина между торопливым шепотом строчек из песни, нетерпеливо зацеловывала его лицо, словно боялась не успеть все сказать и сделать. В условно отведенные ей три минуты. Нашла его губы и сама поцеловала, нежно, осторожно, пробуя, как он отреагирует. Он же предупреждал, что не дружен с рассудком в данный момент. Она даже знала, в каком месте его одолевали сомнения в «дружбе». Уже не маленькая, и понимала, когда он возбужден. Возбужден, как мужчина, желая близости с ней. Она хотела всего того, что желал и он. Быть его любимой женщиной во всех доступных понятиях.

Руслан дарил ей невероятное чудо чувствовать себя любимой им.

Она постигала науку понимать его, замечая, как расширяются его зрачки, учащается дыхание, более хриплым становится голос. Во взгляде страстное желание, близкое к одержимости и безграничная тоска. Ей казалось, что она отчетливо чувствует, как в нем происходит внутренняя борьба между «хочу и нельзя».

Но у Зины было оправдание, сейчас и у нее большие проблемы с разумной частью сознания.

Через несколько секунд ее нетерпеливых поцелуев он ответил, практически сминая ее губы. Резко развернул, плотно прижав к стене, вдавливаясь в ее тело. Его губы жадно, до сладкой боли зацеловывали. Руслан окончательно потерял еле сдерживаемое терпение.

Его руки порывисто и сильно мяли ее плечи, спускаясь ниже. Зине хотелось подстроиться под него полностью, быть идеальным инструментом в его сильных опытных руках. Стать для него любимой гитарой, когда он осторожно и ласково перебирает струны, проверяя настройку звука.

Минутное безумие поглотило их обоих, настолько сильно они нуждались друг в друге. Его руки почти яростно сжимают ее ниже спины, заставляя ее выгибаться навстречу каждому его движению, следовать за ним. Его губы неистово терзают ее, заставляя сильнее кружиться голову от нехватки кислорода в легких. Она с тихими стонами ловит короткие вздохи, чтобы не задохнуться.4f7b7c

Сколько бы это безумие, разделенное на двоих, могло продолжаться, Зина не знала. Их отрезвил хлопок двери в чей-то квартире. И раздавшиеся в тишине подъезда чужие голоса, вторгшиеся в их мир, разрушая уединение.

— Прости…

С трудом выдавил он, отстраняясь. Прижался своим лбом к ее, восстанавливая дыхание. И давая ей возможность дышать снова. Она жадно ловила воздух, пытаясь рассеять хмельной туман в голове.

— Ничего не говори. Я с тобой. — попросила Зина, положив ему голову на плечо. Не хотелось слышать сейчас слов прощения, сожаления или оправдания.

Руслан молча нажал кнопку, запустив работу лифта. И они, не размыкая объятий, в тишине, нарушаемой только гудением лифта, стремительно поехали вниз.

Неожиданно Зине позвонил недовольный Костик. Они только вернулись в машину, и Руслан прогревал салон автомобиля. Она тяжко вздохнула и нажала кнопу принятия вызова.

— Сделай громкую связь. — тихо попросил ее Руслан.

— И что у вас там происходит? — проворчал недовольно Костя. — Один черт звонит, говорит, что вопрос жизни и смерти и требует номер твоего престарелого поклонника, а потом не хочет сознаваться, для чего. Типа, это не телефонный разговор. Нуся, че за дела происходят на Родине?

— Кость, я на громкой связи.

Грозно предупредила его Зина, возмущенная высказываниями друга о престарелом поклоннике. Она готова была броситься на любую амбразуру, защищая Руслана. Но это же Костик, который не стесняется в выражениях. Зина краем глаза заметила, как недовольно поморщился Руслан, но в дебаты вступать не стал.

— Ааа, старче с тобой тусуется? — Костя даже не сделал попытки смутиться для приличия. — Привет, Руслан Владимирович. Колись ты тогда, старче, тебя на дуэль вызвали или как?

Зина закатила демонстративно глаза, хоть Костя ее и не видел сейчас. После нескольких минут пререканий с ним, она все-таки рассказала ему про шантажистов и скандал с мамой, получив заранее молчаливый кивок от Руслана, с вопросом, говорить Косте всю правду или нет? Через три дня, при возвращении в Москву, он все узнает и сам.

— Нда, вот это замуты у вас там. — протянул удивленно Костик. — Маман ничего говорить не буду, а то она сегодня же билеты поменяет и прилетит все улаживать. Под контроль старче брать. И папику весь мозг выест, не до Парижа им будет.

— Кость, а ты как думаешь, кто из девчонок мог пойти на такое? — спросила Зина, посматривая на Руслана, тот заводил машину, собираясь выезжать со двора.

— В борьбе тщеславия и корысти, последнее побеждает. — Костя, не раздумывая назвал имя предполагаемой шантажистки, добавив. — Она же стерва, по головам пойдет без остановок. А эту дуру пригламуренную сразу надо было выкидывать из подозреваемых. Слишком заумно для ее куриного мозга.

— Согласен. — тихо прошептал Руслан для Зины. Он тоже склонялся к варианту, который сейчас озвучил Костя. Только вот доказательной базы не было, хоть бы одна зацепка появилась. Пока одни предположения. Пойдешь напролом, еще больше дров наломаешь.

— Я даже догадываюсь, кто картиночки про вас лепил. Руслан, проверь Гошика Брехунова. Он учился старше нас, после девятки ушел в какой-то колледж. Зин, вспомни, Танька хвалилась, что он ей группу в ВК делал, картинки разные фотошопил. Дроздова тогда еще особо подчеркивала, что она ему заплатила. Ходят мутные слухи, что он и натурой с баб берет, за отсос. Но бабцы у него активно обслуживаются, картинки-шмартинки.

Зина разочарованно выдохнула, попинав себя мысленно, что напрочь забыла про Брехунова и Танькину группу в ВК, имени себя любимой, в которой обсуждались насущные девчачьи проблемы: отношения с мальчиками, последние модные тенденции, кумиры и сериалы. Танька раздавала в сети советы, собирала виртуальные кворумы и постоянно проводила какие-то глупые опросы.

Она ведь и правда хвалилась, что Брехун отличную группу ей сделал за небольшую оплату. К Гоше многие обращались за помощью, связанную с компьютерами, сайтами и группами.

— Прости, что я про Брехунова даже не вспомнила.

Покаянно просила прощения Зина у Руслана, когда выяснив подробности, как найти быстро Гошу, они отключились от разговора с Костей, который теперь требовал отчета к вечеру о проделанной работе. Или грозился мамке Нике наябедничать.

Руслан уже набирал номер Кирилла, чтобы тот быстро проверил по базам Брехунова.

— Я вскрыл в сети страничку одной из наших подозреваемых. — тут же отчитался Кирилл о проделанной работе. — Уже хотел тебе звонить. Кажется, я ошибся, не ту страницу вскрыл. Такой дебильной переписки в личке я еще не читал. Она глупая тщеславная дура. У меня мозг уж кипит от этой дурости.

— Значит, Костя был прав. — с огорчением признал Руслан, сожалея, что раньше ему сам не позвонил, пересказывая кратко Кириллу разговор с Костей. — Проверь Брехунова, адрес и телефон скинь сразу. Думаю, что фотошопера мы нашли, но надо проверить.

— Через пару минут будет сделано. Руслан, местоположение шантажистки будешь искать по мобильному? Но ты должен сам запрос сделать. Ты сам понимаешь, я сейчас технически это сделать не могу, время нужно. — поинтересовался дальнейшими действиями Кирилл.

— Сначала давай Брехунова проверим. Если это он, то остальное дело техники. Найдем и ее.

Руслан понимал, что время на согласования с нужными людьми, по поиску по мобильному телефону могут сильно затянуться. Им без особых проблем предоставлялась такая услуга по работе. Но контакт на эти услуги со стороны был только через него. И чаще они справлялись своими силами, хорошие спецы работали на Воробьева. Только в предпраздничные дни сейчас никто не мог быстро помочь, в банке остались только сотрудники на круглосуточном дежурстве и совсем по другому профилю работы.

Через две минуты Руслан получил адрес Гоши Брехунова. Совсем рядом, за три минуты они доберутся до дома. И Кирилл уже собирался выезжать. У подъезда они договорились встретиться.

Руслан ждал Кирилла у подъезда, оставаясь временно в машине. Как раз в это время позвонил Уваров, резко выпалил с ходу, не размениваясь на лишние церемонии и приветствия.

— Я все знаю, убью тебя потом. Я уже почти в вашем районе, у метро. Где ты?

Руслану ничего не оставалось делать, как сообщить Андрею свое местонахождение. Звонок Уварова стоит принимать, как пламенный привет вдогонку от Юльки?