Эпилог

8 лет спустя после свадьбы

11 марта

Руслан вышел из душа, растираясь на ходу полотенцем. У него было всего несколько минут, чтобы одеться и спуститься вниз. Сегодня в их загородном доме ожидались гости. В этот год мама уговорила их устроить большой праздник для детей, отметить шестой день рождения с размахом.

С утра уже пребывали первые гости с детьми. Снизу слышалась приглушенные неразборчивые голоса взрослых и громкий детский смех. Именно импровизированный детский сад, собранный сегодня из детей всех возрастов и отправил его на экстренное купание, после того, как детки решили поиграть в войнушку, используя стратегические запасы с кухни.

Так как из взрослых, он на какое-то время оказался в единственном лице, присматривающим за детьми, то его мелкие озорники и выбрали мишенью. И без предупреждения начали обстрел противника. После стрельбы кашей у него в волосах и на одежде застряли липкие комки.

Зиночка тяжело вздохнула, укоризненно посмотрела на мелких шкодников, мужа отправила в душ, а детей стала спешно собирать на улицу, чтобы они еще до приезда остальных гостей не разнесли дом и не перестреляли все запасы еды.

Руслан растирался полотенцем, посматривая в окно через слегка раздвинутые занавески. Со второго этажа был хороший обзор. Приоткрыл чуть окно, чтобы слышать, что происходит. За детским садом на улице теперь присматривал Уваров, который командным зычным голосом руководил детским отрядом юных десантников.

Ну, кто бы сомневался, какие еще игры мог придумать для детей Уваров?

Руслан подошел к кровати, забирая часть одежды, которую ему оставила Зина, пока он был в душе. И снова поспешил к окну, посмотреть, как идут первые подготовительные испытания для приема в десантники. Андрей выстроил всех в одну линию и объяснял условия новой армейской игры. Присмиревшие дети беспрекословно слушали своего командира и тренера, жадно внимая каждому слову.

Видимо, армейские игры привлекли внимание остальных взрослых. Или они тоже хотели побыть немного десантниками под безжалостным руководством Уварова.

Первой в поле зрения Руслана появилась Полина, которой чуть больше месяца назад исполнилось шестнадцать. Старшая дочь как раз переживала острый период подросткового отрицания всего и всех, часто дерзила, отстаивая свое не всегда верное мнение. Единственными авторитетами, которым она давала шанс и прислушивалась, были прадед Вилен и Зиночка.

Руслан очень болезненно переживал взросление дочери, старался ее оберегать, но его заботу и разумные запреты Полина принимала в штыки, часто с ним ссорилась, потом просила прощения, мирилась, клялась в вечной дочерней любви, уверяя, что он лучший папочка на свете. И снова ссорилась с ним по мелочам. Чаще их мирила Зина, смягчая острые углы недопонимания между отцом и старшей дочерью.

Как раз сейчас Поля выкатила на улицу кресло с дедом. Тот недавно подвернул ногу и неудачно упал, и в последнюю неделю был вынужден пересесть в инвалидное кресло. Лежать смирно и болеть неугомонный Вилен Захарович, которому было уже далеко за восемьдесят, не собирался. Тем более, когда в доме намечался детский праздник. Но даже из своей болезни дед, не терявший оптимизма, сумел извлечь выгоду.

Или только Руслан заметил, как дед охал, провоцируя сочувствие у окружающих гостей. И внезапно глох сразу на два уха при виде красивых дам. Переспрашивал и просил наклониться, чтобы повторить сказанное. И в эти моменты незаметно, но жадно обнюхивал красивых женщин, довольно жмурясь. Но дед глох очень избранно, всех мужчин он прекрасно слышал и не играл в тугоухость.

Вдали от всей компании Руслан заметил Матвея с планшетом для рисования. Сердце Руслана болезненно сжалось, в этом году сыну будет четырнадцать. Благодаря занятиям в центре с самого раннего возраста, усилиям тети, которая все свое время посвятила его сыну и вниманию Зины, которая с ним много занималась, Матвей сильно прогрессировал. Наблюдавшие его врачи давали очень осторожные прогнозы, что со временем мальчик полностью адаптируется и вполне сможет жить самостоятельно.

После окончания начальной школы в коррекционном классе, Матвея перевили в обычную школу, но на домашнее обучение. Учился он хорошо и быстро осваивал школьную программу, даже с опережением. В коррекционной школе программа обучения сильно отличалась в сторону облегченности, что только могло навредить смышленому ребенку.

Первой мысль перевести Матвея в обычную школу подала Зина. Руслан, выслушав доводы жены, согласился. Мнению Зиночки в этом вопросе он доверял полностью. Она же окончила педагогический, и уже несколько лет работала на полставки логопедом в детском саду в их районе.

Отношения с сыном у него были близкие настолько, насколько это возможно с молчаливым, сторонящимся чужих людей мальчиком, с так и не снятым диагнозом аутизма. Отцу Матвей доверял, признавая его как главного авторитета. Что-то спрашивать и советоваться он приходил именно к папе. Приходил, когда сам хотел или испытывал потребность.

Что-то выяснять, допытываться у него было почти бессмысленно, Матвей замыкался и переставал разговаривать. Зина успокаивала Руслана, объясняя, что мальчик взрослеет, вступая в подростковый возраст, и нужно уважать его личное пространство и оберегать комфорт, что поможет сохранить столь хрупкое доверие между ними.

Руслан радовался за успехи и прогресс сына, и боялся спугнуть удачу.

А еще сын любил очень рисовать, заставляя Руслана иногда ворошить горькие воспоминания о биологической матери Матвея. Нет сомнений, именно от Норы сыну достался талант и любовь к рисованию. Рисование его успокаивало, и было средством коммуникации. Руслан только удивлялся, когда рассматривал рисунки Матвея. Сын был внимательным, подмечающим интересные детали, и обладающий почти фотографическим способом изображения всего, что видел вокруг.

И сейчас, Матвей стоял вдали, кидал короткие взгляды на играющих детей под командованием Уварова во дворе, и делал быстрые наброски в свой блокнот. Надо будет потом посмотреть, что подметил Матвей, и что ускользнуло от внимательного взгляда самого Руслана.

Неожиданно к Матвею подошла Алевтина Семеновна, подала ему перчатки, что-то шепнула и тут же отошла. Не стала смущать мальчика, который прижал к себе планшет с рисунками, не желая показывать свои наброски.

С нелюбимой тещей Руслану пришлось смириться, как с явлением неизбежным в их жизни с Зиночкой. Он придерживался отстраненно-прохладных отношений в общении с тещей, всегда был предельно вежлив с ней, но никогда не изображал бурной радости от встреч с ней. Жене никогда не запрещал общаться с матерью, понимая стремление Зины наладить отношения с родным человеком. Если Зина со временем простила свою мать, то разве он имел право препятствовать их общению?

Алевтина Семеновна вышла на пенсию, и он помогал ей деньгами, сделал ремонт в ее квартире, но предпочитал держать ее на расстоянии. Но теща жаждала общения с любимыми внуками и сама шла на многие компромиссы, иногда удивляя Руслана.

Чаще всего теща «гостевала» у них, когда сам Руслан был на работе. И его вполне устраивал такой вариант. Поля ему потом по большому секрету рассказывала, что баба Аля опять немного ворчала и учила всех жить, правильно дышать, тратить деньги, а мама Зина только хитро улыбалась и делала по-своему. Вот в разумности своей жены Руслан никогда не сомневался.

Руслан уже застегивал рубашку, когда выхватил взглядом среди малышей сыновей, опознав их по одинаковым ярко-синим шапкам в суетном клубке проходящих испытаний на звание десантника. Артем и Кирилл, двойняшки, его сыновья с Зиной, которым сегодня исполнялось шесть лет.

Его особая затаенная отцовская гордость, радость и боль.

Он любил всех своих детей, но рождение двойни далось ему очень тяжело. Его чуть не сгубил настоящий психоз, который он старался от всех скрыть.

Он не без содрогания вспоминал период беременности Зины. Кажется, в тот период он немного тронулся головой и заодно всех вокруг свел с ума, свою семью, друзей, врачей.

Только он был виновен в незапланированной беременности Зиночки. Понадеялся на свой метод контрацепции, не давший сбоя больше года. Он сначала хотел, чтобы Зина отучилась, а потом уже можно было бы планировать детей. Он давал обещания Зине, просил на него надеяться и подорвал ее доверие. Хотя она ни разу его не упрекнула и искренне радовалась беременности. Он осязал ее радость и чувствовал себя еще больше виноватым.

В тот период он запутался, паниковал, ему снились кошмары. Однажды ему приснился кошмар, что во время родов у Зины что-то пошло не так, и врачи заставляли его сделать выбор между сохранением жизни жене или детям.

И он сделал выбор. Он не думая, выбрал Зину. А потом в том сне он разнес по кирпичику больницу и перебил всех врачей, что попались ему под руку. Словно в него вселился монстр.

Он никогда во время беременности, ни после не рассказывал Зине об этом сне. Наверное, это единственный раздирающий его в клочья безумный страх, который он скрыл от любимой. Не хватало, чтобы Зиночка тоже подхватила его «вирусный» кошмар. Она никогда не должна узнать, что его сознание в панике придумало наихудший вариант развития событий.

Но она чувствовала его затаенную нервозность, которую он, как ему казалось, тщательно скрывал. Просила не переживать, уверенная, что она благополучно родит двойню. Зинин отец был из двойняшек, и вероятность, что кто-то из его потомков будет иметь двойню, возрастала.

После визита к врачам он на некоторое время успокаивался. Врачи твердили, что его жена молода, крепка, абсолютно здорова, не имеет патологий, при родах, не смотря на ожидание двойни, не должно возникнуть проблем. Ему обещали, что заранее будет готова операционная, и если возникнет непредвиденная ситуация, то его жене успеют сделать кесарево сечение.

Руслан даже знал, когда произошел «сбой», нарушивший все планы. В тот день, когда они венчались и играли свадьбу с гостями, он взмок на жаре, напился ледяной водой, стоял под кондиционерами, и как итог, ему заложило нос. По-настоящему он не разболелся, но именно заложенный нос, всегда улавливающий «опасные» периоды вероятного зачатия у Зины его и подвел.

Руслан не сразу понял и не особо поверил деду, когда тот пространно рассуждал, что настроенный на любимую женщину мужчина, с его обонянием будет знать, когда ее организм настроен на зачатие. В эти дни она источает сумасшедше соблазнительные ароматы.

Он, настроенный полностью на Зину, быстро сориентировался, когда наступают опасные периоды и пользовался традиционной контрацепцией. Никаких таблеток жена не пила, он был против. У таблеток слишком много побочных эффектов, а Зина еще слишком молода. И именно его самонадеянность и подвела его.

Он своими непреклонными планами дать отучиться Зине, получить необходимое образование, довел ситуацию до абсурда. Она переживала несколько дней, не зная, как ему сказать, что беременна. Он только вернулся из очередной командировки и сразу определил, что у Зины произошли изменения, но в тот момент не мог правильно считать резкого преображения в ее запахах. В первые минуты ему показалась, что она заболела.

Вот с этим ощущением он прожил всю беременность жены. Он ловил насмешливые взгляды и едкие замечания, что заработал синдром «беременного мужа», но ему было безразлично. На любое малейшее недомогание Зины он готов был вызвать врача и везти ее в больницу, настолько был велик его внутренний страх потерять ее и детей.

Он накрутил и довел себя до того в первые месяцы беременности, что просил Арину предсказать исход родов. И именно от нее узнал, что скоро станет отцом мальчиков. Ведь даже врачи не могли сказать на раннем сроке пола детей. Арина не увидела никаких бед во время родов, предсказывая, что мальчики родятся здоровыми и в срок. И только тогда Руслан немного успокоился.

Он настаивал на своем присутствии на родах, Зина сначала сомневалась, но потом все-таки согласилась. К его удивлению, она родила быстро, операция не потребовалась. Но даже за два часа в родовом блоке, рядом с Зиной, он до конца осознал, какие муки переносят женщины во время родов. Если бы он мог забрать ее боль себе, он бы не думая, взял все на себя.

Руслан знал, что такое физическая боль, изуродованная половина лица и раздробленная нога не давали ему забыть об этом. Он мог только восхищаться женщинами, что проходят через родовые муки. Он еще больше бы полюбил свою Зину, если это было бы возможно. И до конца так и не смог изжить в себе чувство вины, что именно он обрек ее на такие страдания.

Он поддерживал Зину словами, успокаивал, держал за руку и делал все, что велели врачи. Не падал в обмороки, как ему насмешливо предрекали, но когда родились их мальчики, он не смог сдержать слез радости, перемешанных с болью и отчаяньем.

В тридцать семь лет он еще раз стал отцом. Как ему казалось в тот момент, в последний раз.

— Ты больше не будешь рожать.

Категорично тогда заявил Руслан, уверенный, что еще одной беременности Зиночки он не переживет. Его любимая жена в тот момент загадочно улыбнулась, но спорить не стала. Обняла его и сказала, что очень сильно любит его, и им надо справиться сначала с этим маленьким мальчишечьим отрядом, а потом они подумают.

Руслан последние пять лет пребывал в уверенности, что у них детей больше не будет, но Зина думала по-другому. И даже сумела погасить его внутренние страхи и сомнения.

Он еще раз выглянул на улицу, отыскивая глазами своих маленьких разбойников, и отцовское сердце радостно екнуло. Со временем, именно подрастающие сыновья заставили отступить его надуманные страхи, подарили уверенность, что у них с Зиной еще могут быть дети.

Руслан взял с кровати ремень и снова подошел к окну, когда в комнату вошла его Зиночка.

— Ты так долго. Уже думала, что тебе нужна помощь.

Улыбнулась она, вплотную подходя к нему. Провела по его груди рукой, словно разглаживая невидимые морщинки на идеально выглаженной рубашке. Ее вполне невинное прикосновение заставило его сердце биться сильнее, а в паху разлиться тяжести. Его тело в предвкушении реагировало быстрее, чем за ним поспевал мозг. Он всегда остро реагировал на Зину, тем более, если они в детской суматохе оставались одни хоть на пару минут.

— Почему тогда не осталась мне помочь? — уточнил Руслан, так надеявшийся, что она зайдет к нему в душ.

— Не было времени. — огорченно вздохнула она, выражая всем видом, что с удовольствием бы помогла ему помыться. — Детей одевала на прогулку. Потом звонила аниматорам, они застряли в пробке и задержались. Только сейчас позвонили, что въехали в поселок. Твоей маме нужно было помочь, она осталась руководить уборкой. Поле боя там знатное вышло.

— Мне кажется, что лучшего аниматора, чем Уваров не найти. Дети в восторге от игры в десантников.

Кивнул головой в сторону окна Руслан. Там как раз в последнем, еще не растаявшем мартовском снегу, выполняя задания обожаемого дяди Андрея, ползали их любимые шкодливые рыбки. Они так звали мальчишек, родившихся под знаком Рыб.

— Возьмем Уварова в няньки? — предложила Зина, прижимаясь к нему, и с удовольствием наблюдая, как играют сыновья. — Организуем детский сад, его дочки, наши мальчики.

— И уволим Нелли? Ты уверенна, что Уваров справится? — уточнил Руслан, обнимая Зину за плечи. — Играть в десантников раз в год, это не снимать со всех заборов наших парней, мазать ободранные коленки и быть мировым судьей в их бесконечных спорах, кто прав.

В свое время вопрос с няней стоял у них очень остро, когда только родились сыновья. Зина хотела все успеть сама, без няни. Руслан уговаривал ее нанять няню и не брать академический отпуск. В итоге уставшая и замотанная Зина согласилась на помощь с няней, и перевелась на заочный, чтобы не бросать учебу. Трудный был период в их жизни, Руслан по максимуму старался помочь, старался прийти с работы ко времени купания, вставал по ночам к мальчишкам, давая возможность Зине отдохнуть и выспаться.

В тот же год, через несколько месяцев после рождения малышей, встал остро вопрос с работой. Руслан понял, что невозможно так работать, уезжать в командировки, оставляя жену с детьми надолго. Тем более его отец ждал, что он возьмет в руки их семейный бизнес. Руслан не хотел заниматься бизнесом, в котором мало чего понимал, но уже готовил себя к этой удручающей участи.

Но все неожиданно переиграл Влад, с которым своими планами уйти поделился Руслан. Понимал, что просто так ему не уйти с такой работы, слишком много обстоятельств его удерживало, но приятель должен был понять и повлиять, чтобы его отпустили без проблем.

Влад поговорил с дядей, тот вник в ситуацию, перевел племянника на повышение к себе в замы, назначив по факту на бывшую должность племянника Руслана. А по сути, он и так занимался большей частью обязанностей Влада. Выгода для Руслана была, он большую часть времени оставался бы в Москве. Но нужно было найти себе хорошего зама, что будет на местах контролировать филиалы по всей стране.

Прежде чем принять окончательное решение, Руслан посоветовался с Зиной. Она знала, чего на самом деле хочет муж и полностью его поддержала. Знала, что он не сможет сидеть дома, без работы. Понимала, что в их семье он зарабатывает, содержит семью, позволяя ей учиться и сидеть дома с малышами. Ее Руслан не сможет по-другому, значит, он должен это делать на любимой работе.

Для закрепляющего эффекта, ему за все не отгулянные отпуска и переработанные дни, выплатили огромную компенсацию. Деньгами он решил распорядиться разумно, купив выставленную на продажу квартиру этажом ниже. Она была гораздо меньше той, в которой они проживали, всего четыре комнаты. Какие бы комфортные условия для проживания вместе не создавали его родители, Зина с нетерпением ждала переезда в свое отдельное гнездышко.

Он и так собирался влезать в долги, когда узнал о продаже квартиры в их доме. Понимал, что рано или поздно наступит время, когда встанет остро вопрос об отдельном жилье. Женщина должна чувствовать себя полноправной хозяйкой в доме. Он искал варианты, но желательно, чтобы рядом с родителями, идеально, если в одном доме или подъезде.

Но тут удачно сложились все обстоятельства. Зина никогда не жаловалась, что им приходиться жить вместе с родителями, второй этаж полностью принадлежал им. Но когда он сообщил ей, что есть возможность купить квартиру, окрыленная Зина только заставляла его поторопиться с покупкой и небольшим косметическим ремонтом. Квартира была вполне благоустроена и перепланировку они не собирались делать.

Вместе с ними в новую квартиру переехала Полина, даже не раздумывая, где она хочет жить. Как ни уговаривали Матвея, он пожелал остаться в старой квартире. Он еще на тот момент не привык к шумным малышам, хотя каждый день приходил посмотреть на братьев и рисовать их. И после переезда он спускался на этаж ниже, как только хотел.

— Андрей же справляется со своими девчонками, а они еще те хулиганки. Почему он не справится и с нашими мальчишками?

После недолгой паузы, пока они наблюдали через окно, как к дому подъезжает микроавтобус с аниматорами, возразила Зина.

— Кстати, жена, тебя не пугает, что Уваров собрался отдавать замуж своих девчонок только за наших парней? Не хотел бы я иметь такого беспокойного свата на наши головы.

— Ох, это да, проблема. Может, он передумает? — рассмеялась Зина, уткнувшись мужу в плечо. — Как вспомню, как он нам свадьбу в деревне организовывал… Представляешь, что он устроит, когда девчонок будет замуж отдавать? Я даже думать об этом боюсь.

— Поздно, он уже все решил. Только девчонки еще не определились, кого в женихи будут брать. Присматриваются. — нарочито обреченно вздохнул Руслан, целуя Зину в макушку.

— Девчонкам всего по пять лет. Не волнуйся, папочка, за наших мальчиков, если что, они дадут отпор всем коварным замыслам Уварова. — успокоила мужа Зина.

— Зиночка, лучше скажи, у нас есть пара минут?

Перевел разговор на другую тему Руслан, опуская руки на чуть выпирающий живот жены, который она скрывала под свободным покроем платья. Зина была беременна второй раз, ожидая в этот раз девочку, которую так хотела и долго уговаривала обеспокоенного мужа, когда-то заявившего, что рожать она больше не будет. Руслан услышал жену, понял ее, отодвинул в прошлое свои страхи и теперь с нетерпением и уже без той безумной паники ожидал рождения общей с Зиной дочери.

— Руслан, сейчас не время…

Попыталась его образумить жена, а сама теснее прижимается и с надеждой в глаза смотрит.

— Мне кажется, у нас всегда не то время, любимая…

Огорченно вздохнул Руслан, нежно поглаживая ее округлившийся животик.

Уже целых два дня и ночи у них нет даже минутки друг на друга. В позапрошлую ночь плакала Полина, но его выгнали, сказав, что он мужчина и все равно ничего не поймет. Полночи жена и дочь шепталась. И как он не выспрашивал потом Зину, та ответила, что обещала Поле сохранить ее маленькие девичьи секреты.

В эту ночь капризничали мальчишки, взволнованные ожидаемым праздником и никак не хотели укладываться спать. Они вдвоем успокаивали сыновей, и пока Руслан читал о приключениях роботов, Зина уснула раньше проказников. Он поднял ее и отнес в спальню. Она проснулась и даже сделала вялые попытки исполнить супружеский долг, но Руслан уложил ее, прижался к ее спине, зарывшись в волосы, и строго велел засыпать.

— Посмотри в окно. Там уже аниматоры помогают Уварову. Чую, там всех сегодня посвятят в десантники. Насильно, даже тех, кто и не особо хотел приобщаться. — кивнул на улицу Руслан. — Нас никто не будет искать, все знают, что я в душе. А ты где-то в доме занята организацией.

— Пятиминутка, да?

Взволнованно уточнила Зина, а он уже завелся, чувствуя, что она тоже хочет. Сильно хочет.

— Садись. — он подвел ее к кровати и посадил на краешек, дополнительно попросив шепотом. — Закрой глаза, любимая…

Зина послушно закрыла глаза, в нетерпеливом предвкушении покусывая губы. Он бесшумно подошел к двери и повернул замок, закрываясь изнутри. Быстро стал раздеваться, снимая рубашку через верх, жалко было терять время на расстегивание пуговиц. Так же торопливо снял брюки, повесив все на стул, чтобы жене потом не пришлось искать для него не помятую одежду.

— Да, пятиминутка… — выдохнул он ей в губы, подходя и присаживаясь на колени. — Ты же не против? — больше для поддержания разговора спросил он, медленно поднимая подол ее платья.

— Я очень "за"! Можно уже открыть глаза?

Горячо заверила его любимая жена, подаваясь навстречу его рукам, которые поднимая платье, поглаживали открывающиеся участки тела.

— Можно. Подними руки. — он аккуратно снял с нее платье и повесил на тот же стул.

Вернулся к Зине, наклонился, чтобы поцеловать ее любимый округлившийся животик.

— Ты прекрасна…!

Прошептал он восхищено, опрокидывая ее на кровать и навис сверху, опираясь на локти. Почти клятвенно пообещал:

— Не волнуйся, я быстро и осторожно…

Не в силах больше сдерживаться, склонился поцеловать ее в приоткрытые губы. Удерживая свой вес одной рукой, другую руку он отправил в вольное эротическое путешествие по ее вожделенному телу. Бережно прикасаясь, зная, что она очень чувствительна во время беременности, добрался рукой вниз, оттянув резинку ее тонких кружевных трусиков, проверяя готовность. Хотя чувствовал уже заранее, что готова. Аромат возбуждения выдавал ее больше, чем учащенное дыхание и затуманенные страстью глаза.

— Ты не представляешь, как я скучал…

Признался он с тоской в голосе, кидаясь в омут, не забывая об осторожности и нежности по отношению к любимой жене.

Он предпочитал ее любить долго, нежно, наслаждаясь каждым мигом. Ему обязательно хотелось несколько раз заставить ее испытать удовольствие, слушать ее тихие умоляющие стоны, смотреть в затуманенные глаза, прежде чем самому отпустить свое безумное возбуждение с тормозов.

Но условия жизни среди детей диктовали им новые правила, в которые им приходилось встраиваться. И его обещанные "быстро и осторожно" с легкой руки Зины они прозвали "пятиминутками". Впрочем, и пятиминутки, как альтернативный вариант им тоже нравился. Чаще все происходило чуть дольше, чем заявленные пять минут, но кто из них в эти моменты считал точное время?

Через девять с половиной минут Зина расслабленно и со стоном упала на него, пытаясь восстановить дыхание. На финальной стадии он всегда старался переместить ее сверху, чтобы ненароком не задавить Зиночку.

— Сегодня ночью будет по-моему, хорошо? Ты же позволишь мне связать тебе руки и закрыть глаза, да? Скажи, Руслан, позволишь…?

Заранее бронировала свои права на эту ночь жена. Он обожал и с замиранием сердца ожидал ее инициатив. Фантазия у Зины в эти моменты власти над ним разыгрывалась не на шутку.

Она сначала долго мучала его, изучая и целуя. Он нетерпеливо дергался под шквалом ее откровенных ласк, ожидая, когда наступит момент, и Зина позволит ему смотреть, а не только чувствовать ее прикосновения во тьме. Когда она дорожкой поцелуев спуститься к его животу, чтобы одарить его самыми изысканными ласками, потянув за край шарфа, что до этого закрывала глаза.

И каждый раз его ожидали сюрпризы. Один раз она долго водила по его телу где-то раздобытым перышком, в другой раз рассыпала по его телу кубики льда, а в третий обмазала его вареньем и с удовольствием слизывала.

— Ты же знаешь, любимая, что позволю тебе абсолютно все…

Он прижал ее к себе ее голову, целуя в висок. Не был уверен, что сегодня ночью, после детского праздника у них будут силы на новые эксперименты. Но почему бы не помечтать? Может быть, в следующую ночь она исполнит все свои обещания?

Руслан сначала помог Зине одеться, а потом жена помогала ему быстрее вернуть на место брюки и рубашку. Еще им от особо любопытных приходилось "заметать следы". Зина привычным движением взяла с комода флакон мужской туалетной воды и обрызгала его с ног до головы парфюмом. Потом те же манипуляции он провел с Зиной, опрыскав ее женским парфюмом.

Поморщился от обилия запахов, но это был лучший вариант, чем позволить дедуле обнюхивать жену и от удовольствия закатывать глаза. Хотя Руслан подозревал, что дед точно знает, почему от них за версту идет резкий запах парфюма и одобрительно качал головой.

В такие минуты он ревновал и к деду свою Зиночку, хотя это было бессмысленно, старый проказник жил на своей особой волне и привычки не собирался менять. У него осталась одна радость на старость лет, обнюхивать красивых женщин.

Но все муки ревности Руслан испил до дна. Он никогда не высказывал Зине претензий, уверенный в ее абсолютной верности. Старался не показывать, что его буквально душит дикая бессознательная ревность, отравляя сознание ядом необоснованных подозрений. Но любой малейший знак внимания со стороны любого мужчины, не члена семьи, вызывал в нем дикую ярость. И Зина знала, что он молча ревнует, и старалась при нем дистанцироваться от любых мужчин.

В эти адские моменты его разъедал страх, что хотят украсть смысл его жизни, настолько он был зависим от Зиночки, от ее существования рядом с ним. Этот ее проклятый "магнит" очарования срабатывал, как и обещала ему когда-то Арина. Он в каждом мужчине видел соперника и готов был прибить, с трудом сдерживая свои неандертальские инстинкты собственника.

Пока он заранее договаривался, ведя непростой и весьма спорный диалог со своей совестью и ревностью, Зина распахнула окно, чтобы проветрить комнату.

— Руслан, у нас еще гости приехали. Иди сюда. — позвала его жена.

Он подошел к Зине, и, накинув на нее свой пиджак, чуть отодвинул от сквозившего окна, не хватало еще, чтобы она заболела.

Руслан выглянул на улицу, заметив сразу несколько прибывших машин. Он сразу узнал машины друзей, приехали Юля с Кондратом и Лешка с Никой. Но было еще две незнакомых ему автомобиля. Он ждал, что же за незваные гости явились. Старался за всеми уследить, но главное ему нужно было проконтролировать любовный хоровод вокруг дочери, который каждый раз образовывал разные геометрические фигуры, то треугольники, а бывало и многоугольники. И да, его все это неимоверно бесило.

Первым обнимать и целовать Полину кинулся Даниил. К сожалению, этот серьезный и самый надежный парень, нацеленный на учебу и научную карьеру, был для его дочери просто другом. Лучшим другом, каким был для Зины в свое время Костик. Поля постоянно советовалась с Даней, звонила ему по десять раз на дню. И только с ним Руслан спокойно отпускал дочь на прогулки, уверенный в надежности парня на все сто процентов.

Он как отец, расчетливый и эгоистичный, сожалел, что Даня не питает к Полине романтических симпатий. Но ему, единственному, Руслан бы доверил свою дерзкую взбалмошную дочь.

Вторым обнимающим оказался смущенный Стас, неловко клюнул замершую, как статуя Полину и тут же отскочил на три шага.

— Стас бережет Полю и не знает, как себя вести. — по-своему интерпретировала и оправдывала племянника Зина.

— Всем эта ситуация по нервам. — Руслан раздраженно выдохнул, успокаиваемый поглаживаниями жены.

Всем вокруг было известно, что их Поля до сих пор влюблена в Стаса, а тот не отвечает на ее возвышенные чувства. И хорошо, что не отвечает, такого раздолбая и бабника, как Стас еще поискать нужно. И какой отец с радостью примет отношения юной дочери с прожженным сердцеедом?

К сожалению, Полина не была готова к трезвой оценке событий и с намеченного пути сбиваться не собиралась. Как она всем еще восемь лет назад объявила, что решила влюбиться в Стаса и возьмет его в мужья, так и двигалась к намеченной цели.

Взрослея, она, конечно, перестала озвучивать свои грандиозные планы по завоеванию Стаса, но в его присутствии у неунывающей оптимистки Поли сразу таял боевой настрой, она резко робела и теряла дар речи.

Руслан болезненно переживал немое поклонение дочери Стасу, который наслаждался жизнью в окружении многочисленных девушек. Но его разумных выводов она не слышала и часто тема ее влюбленности являлась для них спорной. Зина просила мужа подождать, уверяя, что Поля перегорит к своей детской любви. Но что-то он сильно заждался этого поворотного события в жизни дочери.

Третьим жался и робел подходить к Поле еще один поклонник. И это явление расстраивало Руслана не меньше поклонения Стасу. Брат Зины по отцу, Миша, словно отзеркаливал чувства Полины. Кажется, он как в детстве влюбился в юную предводительницу детских игр, так и до сих пор поклонялся ее образу.

Зина успокаивала Руслана, обещая, что Миша не навредит их дочери. Он и так знал, что не навредит. Он бы самого Мишу повредил, невзирая на то, что это брат жены и единственный родственник со стороны отца, с которым Зина поддерживала общение.

К сожалению, стерва-сестра и сумасшедшая мамаша Михаила затюкали его, воспитав абсолютно бесхребетную копию Валентина, отца Зины. Если Валентина Руслан презирал, то его сына жалел. Помогал тому с подработками, давая возможность заработать первые деньги. По достижении совершеннолетия взял Мишу на работу по щадящему графику, заранее оговорив, что парень не бросит учебу. Способный же был мальчишка, с хорошим потенциалом, но семья контролировала каждый его шаг, полностью подавляя и подчиняя.

Руслану не нравилось и неуважительное отношение Поли к Мише на данный момент. Он позволял Полине к себе относиться как к чему-то надоедливому, на ком можно сорвать раздражение. Воспитательные беседы с дочерью не давали результатов, как были и бессмысленны уговоры Миши повзрослеть, показать Поле, что она должна к нему относиться с уважением.

К досаде Руслана дочь осаждали и другие поклонники, особенно после участия в известном музыкальном шоу на федеральном канале, конкурсе детских талантов. Но всем незваным поклонникам со стороны бойкая Поля сама давала отворот-поворот, оберегая свое трепетное сердечко для Стаса.

Как остановить эти любовные хороводы со страданиями, Руслан не знал и от собственного бессилия раздражался еще больше. По иронии судьбы два самых проблемных парня в жизни дочери были близкими родственниками Зиночки, и ему приходилось с этим фактом считаться.

Жена старалась смягчить его раздражение, разумно объясняя, что их дочь взрослеет и отношения с противоположным полом и сердечные страдания он уже никак не может отменить своим отцовским единоличным решением.

Внимание Руслана привлек еще один молодой человек, в расслабленной позе завоевателя мира, облокотившийся на свой дорогой автомобиль. На таких тачках по Москве гоняли мажоры.

У него все похолодело внутри и тревожным набатом забилось сердце, когда он понял, что молодой человек не спускает напряженного пристального взгляда с его дочери, отслеживая каждое ее движение.

Конечно, он сразу узнал парня, хоть тот и не появлялся у них последние несколько лет. Если Руслану не изменяет память, то этот гость у них был четыре года назад, как раз когда справляли двенадцатилетние Полины.

Ему срочно необходимо выяснить, что происходит и не ошибся ли он в своих поспешных выводах, как его остановила просиявшая Зина, восхищенно воскликнув:

— Смотри, кто к нам приехал!

Руслан обреченно вздохнул, понимая, что опоздал, действовать на опережение не получится.

Полина сначала растерянно остановилась перед молодым человеком, немного смущаясь, а потом, словно узнавая его, с радостным визгом кинулась ему на шею. Руслан леденел от ужаса, наблюдая, как парень на лету подхватил его дочку, обнял и звонко расцеловал в разрумянившиеся щеки. И что-то шептал ей на ухо, отчего Поля заливалась беззаботным смехом.

Парень долго не спускал его дочь с рук, но потом медленно опустил, продолжая тесно прижимать ее. Полина полностью доверилась молодому человеку, возможно, самому циничному и опасному из их окружения.

— Что он, вообще, себе позволяет? — обоснованно возмутился Руслан, волнуясь за дочь.

— Ну, прекрати. Он ее не обидит. Никогда. — тут же ожидаемо запротестовала Зина.

— Конечно, сначала он жадных взглядов с нее не спускал, сейчас бессовестно тискает, а потом будет раздавать свои дурацкие советы.

— И ничего у него не дурацкие советы. — так же ожидаемо возразила ему жена на ворчание.

— Ну, например? — попросил он реальных фактов. — Расскажи, что он там тебе насоветовал?

— Руслан, это личное.

— Вот и я так думаю, что это были дурацкие советы.

— Руслан, некоторые его советы помогли мне лучше понять тебя.

— И его отец хвастался Уварову, что сынок перепробовал всех питерских красавиц за это время.

— Прости, Руслан, но твои друзья ведут иногда себя как идиоты. И тут один идиот нашел чем похвастаться перед другим идиотом. Меньше их слушай. Он серьезнее, чем о нем говорят

— Зиночка, согласен, идиоты.

— Я прошу тебя, не накручивай себя. Пойдем к гостям. — потянула его от окна обеспокоенная жена. — Он не посмеет ничего плохого в отношении Полины. Я за него головой ручаюсь.

— Еще посмотрим.

Вздохнул досадливо Руслан, понимая, что во многом его Зиночка права. И он себя невольно заводит, как и любой отец в попытке защитить свое любимое дитя от опасных типов и опрометчивых поступков.

Он кинул последний взгляд на улицу, увидев, что молодой человек, обняв Полину за плечи, ведет ее в дом, что-то ей тихо нашептывая. Дочь сияет и в первый раз прошла мимо Стаса, даже не заметив свой многолетний объект обожания.

Удивительно, но объект, по которому столько безнадежно вздыхала Поля, провожал прошедшую мимо него Полину с молодым человеком, с вполне очевидным злым и ревнивым взглядом. Руслан обомлел от такого неожиданного открытия, понимая, что как и все, делал ранее ошибочные выводы.

Стас не был равнодушен к его дочери, но тщательно скрывал свои чувства. И разумно, что скрывал и не отвечал на симпатии Полины. Руслан еще не решил, что делать, с открывшимся фактом, но одно знал точно, он бы не подпустил его к дочери, даже если бы пришлось поругаться с друзьями из-за любвеобильного Стаса.

Нужно все срочно уточнить и выяснить, а потом принимать решения. Он обещал себе не спешить и не устраивать кровавых расправ.

На улице Руслан тут же был перехвачен мальчишками:

— Папа, папа, мы теперь тоже десантники, как ты и дядя Андрей! — наперебой к нему кинулись сыновья.

— Отлично! — он попытался собрать тревожные мысли воедино и перестроиться на общение с сыновьями.

— Папа, папа, а ты тоже был крутым десантником, да? Дядя Андрей так сказал. — выспрашивал его старший из двойняшек бойкий Артем, дергая отца за полу накинутого на плечи пальто.

— Тём, я уже и забыл, когда был десантником. — честно признался детям Руслан, делая себе пометку, что Уваров слишком увлекся в игры юных десантников.

— Пап, разве можно ТАКОЕ забыть? — ужаснулся младший Кирилл, не желавший ни в чем уступать старшему на несколько минут брату. Он стукнул себя в грудь, сокровенно добавив шепотом. — Дядя Андрей сказал, что это в сердце навсегда с тобой! Это как дышать.

— Пап, пап, а я лучше прошел испытания! — тут же похвастался Артем, переключая внимание отца на себя.

— Нет, я был лучшим! — возмущенно топнул ногой Кирилл.

— Парни, вы братья или как? — тут же задал им вопрос Руслан, не давая разжечься ссоре на пустом месте, как это у них обычно бывает. — Один за всех и все за одного?

— Пап, пап, Кирюха был лучше меня… — тут же виновато потупил взгляд Артем.

— Нет, пап, ты не слушай Тёмку. — тут же встрял с опровержением Кирилл. — Он прошел все испытания лучше меня.

— Так, парни, пойдем к маме и расскажем, как проходили ваши испытания. Маме будет интересно все узнать от вас. — он с нежностью потрепал каждого из своих сыновей по макушке, взял обоих за руки и повел в дом.

— Пап, пап, скажи, а я правда должен буду жениться на Маринке? — шепотом спросил с затаенным страхом Артем, дернув отца за руку.

— Что? Нет, конечно, не должен. Вам рано еще жениться. И с чего это ты взял? — изумился Руслан вопросу сына, впрочем, понимая, откуда мог дуть ветер перемен.

— А она говорит, что должен. — на полном серьезе озаботился столь важным вопросом Артем. — Я не хочу, Маринка вредная. Мне Алинка больше нравится, она красивая!

— Да они же похожи. Как ты их различаешь?

Задал закономерный вопрос Кирилл о близняшках Уварова. Вот, Руслан тоже не очень различал похожих, как две капли воды, Марину и Алину.

— И ничего они не похожи. Алинка лучше. — возмутился за свои детские симпатии Артем.

— Наша мама самая красивая, а не какая-то там Алинка! Потом Полинка наша тоже красивее! — возразил Кирилл брату. А вот с этим заявлением младшего сына Руслан был полностью согласен.

— Парни, вам рано еще жениться. Ну-ка, отложим мы пока эти разговоры.

— Пап, пап, ты только маме не говори, она же не поймет. Это же наши мужские разговоры, да? — уточнил смущенный Артем.

— Ну да, конечно, мужские…

Согласился с сыном Руслан, уже четко понимая, что сегодня у него состоится мужской разговор по душам с Уваровым, который сбивал с толку детей и готов был переженить их в нежном детсадовском возрасте. Пора это безобразие прекращать.

Он сжал покрепче детские ручки сыновей, заводя их в дом. Как же он любил эти детские непосредственные разговоры и восторг мальчишек. Как же его отцовский слух ласкали самые важные слова наперебой «Пап, пап…». Он готов был бесконечно смотреть на два маленьких шкодливых солнышка, так похожих на свою красивую маму.

Руслан долго ждал подходящего момента, чтобы найти возможность переговорить с молодым человеком. Столкнувшись с ним в проходе, кивнул головой, приглашая отойти в сторону для разговора.

— Руслан Владимирович, приветствую тебя. Что случилось?

Протянул ему руку молодой человек, Руслан был вынужден ответить на рукопожатие, хотя хотелось сразу кулаком по фейсу, чтобы стереть довольную ухмылочку и выбить всю дурь. А желательно отбить память, чтобы парень забыл о Полине навсегда.

— Мне не нравится твой интерес к моей дочери. — он не стал ходить вокруг и около, а сразу обозначил проблему.

— Даже вот сразу? Без предварительных ласк и в лоб? — оценил отцовские тревоги и наблюдательность молодой человек.

— Я прошу тебя, не трогай мою дочь. Не надо с ней играть в свои игры. Она еще маленькая.

Ровным тоном, но твердо обозначил свою позицию Руслан. Ведь можно попытаться договориться, ведь не совсем чужие люди.

— Извини, Руслан. — парень сразу перестроился на серьезный тон. — Мне нужна Полина, как воздух. И я не собираюсь с ней играть. Обещаю тебе. Все серьезно для меня.

— Только не с тобой. Найди себе девушку по возрасту. — Руслан не хотел быть резким, но от разумного совета не удержался.

— Вот так значит? — пошел тут же в наступление молодой человек. — В собственных глазах ты бревен не хочешь замечать?

— Ты, конечно, делаешь "тонкие" намеки на меня с Зиной? Не сравнивай. Все было по-другому.

Он ожидал этого вопроса о его разнице в возрасте с женой. Не хотелось проводить сравнений, но они явно были, и не все в пользу самого Руслана. Но в одном он был уверен, он любил Зину, долго ждал ее, вывернулся наизнанку, пошел против всех. Для него любимая стала смыслом жизни. Он через ад прошел, чтобы заслужить право любить Зину и быть с ней.

А тут заявился молодой наглец, с ходу нахально заявляя свои права на его несовершеннолетнюю дочь.

— Да нет, дорогой Руслан Владимирович, все было еще хуже. Ты просто забыл. Сколько лет было Зине, когда ты ее охмурял?

— Я не охмурял Зину. — скривился Руслан от пошлого звучания "охмурял". — Я был серьезно настроен и не скрывал, что буду ждать взросления Зины. Я дал слово, я его выполнил.

— Но тебе же мало кто поверил, да?

— Согласен. И такое было, не верили.

— Но почему ты тогда не веришь мне? — задал закономерный вопрос настойчивый парень.

— Потому что Полина моя дочь. Прошу тебя, просто исчезни, и она ничего не поймет.

— Странно выходит… — протянул парень, нарочито разочарованно вздохнув. — А я вот тебе верил. Раньше всех узнал, и не сдал тебя, пока ты сам тупо не спалился. Выгодно мыслить двойными стандартами, Руслан Владимирович, да? Когда мыслишь в свою пользу, да?

— Не передергивай. — трудно оспаривать обвинения в двойных стандартах, но доля истины была в словах оппонента.

— Руслан, я понимаю тебя, как отца. Правда, понимаю. Но смирись, Полина будет моей. Я просто узнал об этом слишком поздно. И не там искал. Если честно, я сам в шоке.

— Тебе не Арина случайно подсказала?

Последней надеждой Руслана было, что парень фантазирует, но уточнить момент с предсказаниями Арины стоило. Он хорошо помнил тот разговор, когда сестра Лешки раскрывала ему «истины» о роковых девушках и магнетизме. И трудно забыть ее слова о магнетизме дочери и ее непростом выборе, который ему не понравится. И сейчас Руслан понимал, почему Арина тогда отказалась назвать имя предполагаемого суженого для Поли.

— Даже так? Арина и с тобой поделилась? — парень не смог скрыть удивления.

— Да. Только она забыла мне сказать, что это будешь ты.

— Мне она тоже не сказала. Иначе бы я не искал напрасно столько лет.

— Но ты же можешь ошибаться.

— Поверь мне, я не ошибаюсь. Полина должна стать моей.

— Ну, тогда ты в курсе, что моя дочь влюблена в другого молодого человека?

Это был последний веский аргумент Руслана, который уже кипел от злости.

— Это ты про Стаса что ли? — усмехнулся парень, сразу как-то расслабившись. — Ей как попутным ветром надуло, так и сдует обратно эту дурь. Она девочка неопытная, ей простительно. Она сама придумала, сама влюбилась, так же и разлюбит, когда поймет, где настоящее, а где иллюзии.

— Я бы на твоем месте не был так самоуверен.

— Руслан, думаю, ты в курсе, что Стасу нравится твоя дочь. Сильно нравится, но это не любовь. Он бы давно замутил с твоей дочерью, но до чертиков боится ответственности и твоей реакции. Ты же три шкуры с него спустишь и кастрируешь. Свои родаки заклюют его за безмозглость. И Подгорный-старший мудрый чувак, все ему по полочкам разложил.

— А ты подготовился? Досье уже собрал?

— А чья школа-то? Ваша с отцом же. Телефоны, пароли, явки…

И с этим Руслану трудно было поспорить, профдеформация влияла и на его личную жизнь. Ведь так и было: «Телефоны, пароли, явки…». Так и будет. А молодой человек в то время продолжил свой «расклад», поясняя собственное видение ситуации.

— Я точно знаю, что Подгорный любимому сыночку все в красках расписал, чем ему грозит даже нескромный взгляд в сторону Полины. Только Стас начнет оказывать знаки внимания твоей дочери, как ты за ним слежку установишь. И будет парень два года хранить целибат, пока ты выпишешь им свое отцовское одобрение на что-то большее. Ну там, за ручку подержать, коленку погладить… А парню в почти двадцать два года оно надо? За него пока еще спермотоксикоз решения принимает.

— Грубо, конечно, но верно. — вынужден был согласиться с изложенной картиной мира Руслан.

— Другой кавалер дочери тебя тоже не устраивает. Правильно же? Миха отличный парень, но за этого тюфака мама думает. А оно тебе надо? Алевтина номер два в придачу к зятю? Твоя теща хоть и прямая, как палка, ее потоком сознания несет. А маман Мишки, падла, хитрая змеюка. В глазки преданно заглядывает и лыбу давит, а сама в боку у тебя рану ковыряет.

Руслан вынужден был согласиться и с этими выводами по поводу Миши и его семейки.

— А Поленька у нас девочка с характером, она же несчастного парня пережует и выплюнет. Мальчика жалко, не по себе он пару нашел. И дочь твоя мудрее, она парня не будет под плинтус загонять.

— Ничего не скажешь. Все верно разложил. Еще варианты будут?

— Я твой единственный верный вариант, просто ты еще не готов. — пояснил молодой человек. — Я нашел Полину, и не отступлю. Какие тебе обещания нужны? Давай договариваться сейчас. Я не Стас, я не боюсь. И терпения у меня хватит.

— Нет. Моего согласия ты не получишь. Найди себе другую игрушку.

Руслан не собирался ни о чем договариваться. У него возникло неприятное ощущение, что парень не о его дочери говорит, а о каком-то товаре. И ни слова о любви.

— Окей. Тогда Поля сама меня выберет. И тебя не спросит. А пока, чтобы ты привыкал, могу тебя папкой звать. Или еще рано, как ты думаешь?

Последнее уже было откровенной издевкой и провокацией. Руслану прямо сейчас захотелось «отбить» уверенность парня. Отбить в буквальном смысле, аж руки зачесались.

— Ты слишком спешишь. Я тебе все сказал. Я против.

— Посмотрим, на чьей стороне будет правда.

— Посмотрим…

Руслан окатил парня тяжелым предупреждающим взглядом и поспешил навстречу обеспокоенной жене.

— Руслан, ты же не ругался с ним?

— Ну что ты, Зиночка, мы просто поговорили. — успокоил ее Руслан, приобняв за плечи. Не следует волновать беременную жену, пока все не выясниться окончательно.

— Руслан, все будет хорошо. — обняла его Зина, поглаживая по руке. — Пойдем к нашим мальчикам.

Несмотря на спорные моменты в разговоре, Руслана не оставляла надежда, что упрямый молодой человек себе нафантазировал лишнего и скоро поймет, что ошибается. Но заложенное в нем упрямство отрицает очевидные факты.

Но и беспечно отмахиваться от возможной проблемы в лице молодого человека Руслан не будет, надо все держать под строгим контролем. Если все-таки молодой человек не сбавит оборотов, то придется отцу применить самый веский аргумент в борьбе с приставучими женихами дочери. Арсенал оружия, что у него имелся, с законной лицензией.

Отстрел женихов, так отстрел, сами напросились.

И что он будет за отец, если вот так просто отдаст дочь первому, кто попросил? Поля повзрослеет и сама сделает благоразумный выбор. А сейчас жена права, надо отправляться отмечать день рождения их сыновей. Был уверен, что потом она его расспросит об этом разговоре, просто сейчас не стала заострять внимания.

Руслан улыбнулся, сжимая руку жены, скоро Зина еще раз сделает его счастливым отцом пятого ребенка. Нет предела безграничному счастью, когда рядом любимая женщина, которая любит в ответ, принимая тебя со всеми недостатками. Только она одна умела одним взглядом, словом или прикосновением вернуть его душе покой. Только она умеет гасить кратковременные вспышки его раздражения, часто даже не замечаемые окружающими.

Просто они с Зиной настроены на одну волну и ради нее он будет стараться быть мудрее, спокойнее и разумнее.

Если бы не любовь, забота и внимание Зины, он бы давно превратился в невыносимого зануду и ворчуна. Но любимая жена всегда стоит на страже его положительных эмоций и заражает оптимизмом и верой в лучшее.

Нет большей волнительной радости, чем быть отцом для своих детей, любя их за сам факт появления на свет. Защищать их, заботиться, переживая вместе с ними первые детски радости и огорчения.

Несмотря на разные проблемы, что неизбежно возникали, Руслан мог назвать себя абсолютно счастливым мужем и отцом.

Молодой человек смотрел вслед уходящему Руслану, довольно улыбаясь, ловя по косой очередной заинтересованный взгляд Полины.

Впрочем, надо быть честным, он и не ожидал понимания и одобрения от любящего и растревоженного отца. Он заведомо ожидал, что Руслан будет категорически против.

Но разве это его остановит?

У него появилась цель, он нашел ту девушку, что так долго искал. Но судьба ему подготовила неожиданный сюрприз в лице очаровательной и потрясающей воображение Полины. Удивлялся самому себе в прошлом, когда испугался, что дерзкая дочь Руслана могла бы влюбиться и в него, но тогда в жертвы она себе выбрала мальчишку больше подходящего по возрасту. Тогда он считал, что Стасик попал в крупные неприятности, а теперь он ему люто завидовал.

Как он мог противиться зову, что неожиданно в нем разбудила Полина?

Еще несколько месяцев назад мама скинула ему видео со съемок музыкального конкурса, с отборочных туров, в которых принимала участие Поля. Он залип на видео, сотни раз посмотрел и прослушал, все больше убеждая себя, что Полина Колесникова поет только для него одного. Это знак свыше.

Маленькая бойкая девочка, чертенок с повадками опытной интриганки неожиданно вырастет в волнительно красивую девушку. Но одной красотой его не удивишь. Он чувствовал ее внутреннюю красоту, что должна принадлежать ему. Он ощутил ее безумно притягательную энергетику, что потрясла его до основания.

Он за этим и приехал, за ее внутренней красотой, ища подходящего повода появиться в доме Руслана. Мог и так свалиться к ним в гости, не чужие люди. Но требовалось время обдумать, принять внутри перемены, выработать стратегию.

Он долго боролся, подавляя в себе нестерпимый зов, но все-таки решился приехать и проверить, прав он или фатально ошибся? Не было предела его радости, когда понял, что внутренняя интуиция оказалась сильнее всех доводов рассудка.

А у него в голове до сих пор в голове пел ее красивый сильный голос с выжженными в сознании навечно строчками из песни:

И он взял с нее обещание, что Полина еще раз споет. Только для него. Сегодня. Он будет ждать.