ГЛАВА 11

С того дня Нора стала заходить к нему каждый день…

У нее возникла творческая задумка нарисовать пейзаж, что открывался именно с возвышенности, где стоял дом. Внизу, как на ладони, лежали деревенские домики, маленькие, словно игрушечные, расставленные детской рукой хаотично. Узкие и виляющие между домами поселковые дороги. Бескрайние поля, засаженные пшеницей. И совсем недалекой казалась молочая ферма, на которой работало полдеревни. Маленькие коровки казались издалека медленно передвигающимися фигурками.

Руслан завороженно наблюдал, как вся сельская красота постепенно появляется на холсте Норы, как она прописывает каждую деталь, спрашивая у него совета. Она так просто сделала его причастным к живописной красоте…

А вот Клавдия, Руслан тяжко вздохнул, попыталась все испортить. После предупреждений Норы о важности местных сплетен, он был готов к разговору с домработницей. Клава, из самых лучших побуждений попыталась донести до него, весьма специфическую информацию о Норе, ее похождениях, бессовестной гулящей матери, вороватом брате.

И еще, Клава буквально ошарашила его подробностями, как Нора путалась с местным лавочником. Именно в таком местечковом словосочетании. Лавочником оказался сын местного владельца магазинчика и по местным меркам считался состоятельным наследником.

Какое Руслану было дело, путалась или нет Нора с лавочником? Но он же не обязан отчитываться перед Клавдией о своей исключительно дружеской симпатии к Норе? И вполне возможно, что его оправдания будут выглядеть глупо и вызовут еще больше пересудов.

Он был честен перед самим собой. К Норе он не испытывал мужского влечения, не мечтал о поцелуе с ней, не пытался при удобном случае прикоснуться с ней.

Клава демонстративно показывала свое негативное отношение к Норе, вызывающе фыркала, сквозь зубы отвечала. Нужно отдать должное Норе, она вела себя очень достойно, на хамство домработницы реагировала с юмором, ни разу не нагрубив Клавдии. Домработница провоцировала войну, Нора ее грамотно избегала.

Но Руслан жил в эти дни в предощущении будущего скандала в доме. И он случился, неожиданный, безобразный, шокирующий, совершенно выбивающий почву из-под ног. И Клавдия оказалась совершенно ни при чем…

* * *

Руслан сидел на пригорке с Норой, пока она сосредоточенно вырисовывала забавных коровок с молочной фермы на холсте. Перед ними на деревянной табуретке стояли прохладительные напитки, а из переносного магнитофона лились звуки классической музыки.

Нора рисовала, он мечтательно смотрел вдаль, продумывая новые интересные композиции для рисунка подруги. Может, ей подсказать отразить часть соснового бора, что начинался после поворота с основной подмосковной трассы и с бугра были видны верхушки хвойных макушек?

Оба не сразу заметили, когда к ним приблизилась местная жительница…

Руслан для себя отметил странность ее одеяния, замызганный в пятнах халат, подпоясанный хозяйственной веревкой, короткие калоши на голую ногу. Возраст женщины определить было трудно, а вот асоциальный образ жизни был выписан на лице большими буквами, неаккуратная, с сальными волосами, торчавшими клочками из-под криво повязанного серого платка, синюшнее пропитое лицо. И что Руслана поразило больше всего, длинные ногти с облупившимся ярко-красным лаком, а под ногтями въевшиеся грязь.

— Нюра! Вот ты где шарахаешься?! — сразу с претензиями к девушке обратилась странная женщина. — Значит, правду про тебя гутарят…

Руслан заметил как побледнела девушка, руки ее задрожали, она затравленно и как-то обреченно взглянула на него и тут же поникла. Вся девчоночья легкость, что в ней жила, испарилась, перед ним стояла огорченная и очень несчастная молодая женщина, много повидавшая, умудренная печальным опытом. Он недоумевал, не понимая, что связывает Нору и странную даму в халате? Почему столько боли и страдания в глазах девушки?

— Пожалуйста, уйди. Не позорься и меня не позорь. — очень тихо попросила девушка, отложив краски и близко подойдя к женщине. — Иди домой, я прошу тебя…

Руслан хотел остановить Нору, предупредить, чтобы не подходила ближе к странной женщине, но так и онемел от осознания, кем дама в халате приходиться Норе. Этого не могло быть, Нора и эта пьющая, опустившиеся женщина находились в прямом родстве?

— Это ты позоришь нашу семью, шалава! — женщина замахнулась для удара по лицу, но тут среагировал Руслан, успев перехватить руку нападавшей дамы. Резкие движения отдались во всем теле болью, он слегка пошатнулся, но устоял на ногах.

— Что вы делаете?! — возмутился он.

Защитник из него в нынешнем состоянии слабенький, но он обязан сейчас заступиться за Нору. Вблизи он почувствовал резкий и смердящий запах сивушного перегара. Женщина в халате недавно приняла на грудь, отсюда возбужденный блеск в глазах, грубость, неловкость в движениях.

— Да кто ты такой?! — женщина уже пошла на него, выгнувшись всем телом для броска на Руслана. — Ты ее новый хахаль? Она теперь перед тобой ноги раздвигает? Что зенки выкатил, урод?

— Уходите. — не повышая голоса, потребовал Руслан. — Вы находитесь на частной территории. Вас здесь не желают видеть.

— Чаво? — его речь вызывала у женщины ступор. — Нюрка, чавось он сказал?

— Он просил тебя уйти… — еле вытолкала из себя слова Нора, находившиеся сама в шоке.

— С какой стати? — возмутилась дама с перегаром. — Он кто такой?

— Он хозяин этого дома. Он имеет право тебя отсюда выставить.

— Хозяин, да? — взвизгнула женщина, переключившись на Нору. — Нюрка, он теперь и твой хозяин, да? Пусть тогда платит за тебя, раз хозяином назвался! Чтоб ты не запросто так грела этому уроду постель. Проститутка! Вот и отрабатывай! — обернулась к ошарашенному Руслану и снова стала наступать на него.— Гони деньги, хозяин! И забирай эту шалаву подзаборную себе! Чтоб глаза ее мои больше не видели! Ты же урод, как ей не противно тебя ублажать, а?!

— Уйди отсюда! — завелась Нора, перегородив дорогу женщине, наступающей на Руслана. Ее голос дорожал, срываясь на крик. — Уходи! Как ты смеешь? Как ты можешь? Ты ничего не знаешь…!

— Ты тварь неблагодарная! Я же для тебя все сделала, а ты что умудрила, Нюрка?!

— Ты опять пьяна! Ты снова пила! Ты мне обещала! — Нора уже не кричала, не могла, из ее горла рвались хрипы и душили слезы. — Просто уходи отсюда, мама…!

— Кто это пил? Я что ли? — возмутилась мать Норы. — Да с такой дочерью и в петлю не грех полезть! Ты для матери, что сделала? Позорница! Ты семью опозорила, тварь! Что люди про тебя говорят, а? Что ты с этим бандитом за деньги трахаешься… А домой денешку принести? Мать больная, тебе не жалко? Брат мается, без работы остался…

— Убирайтесь отсюда! — Руслан, кажется, впервые в жизни повысил голос на женщину, настолько его возмутило поведение Шуры Мандрыкиной. — Немедленно! Чтобы я никогда вас не видел в километре от моего дома! Увижу, у вас будут большие проблемы!

— Что у вас тут происходит? Зачем вызывали? — в пылу спора они не заметили, что к дому подъехала машина, откуда, недовольно пыхтя, вылез грузный крупный мужчина.

— Петенька, как быстро ты приехал. — тут же, словно из ниоткуда возникла Клавдия. — Я тебя вызвала. Вон пьяная Мандрыка хулиганит, забирай ее в свой обезьянник.

— Да на фиг она мне сдалась, Клав?

Удивился местный страж порядка, поселковый участковый Петр Иванович, мужичина в годах и в звании капитана. Он не успел переодеться в форму. Клава срочно его вызывала, крича в трубку, как-будто кого убивали. Отказаться от вызова не мог, хотя уже выпил пива под шашлычки и смотрел дома на диване любимый сериал про милицейские будни. Клавка вызывала его в замок богачей, не приедь он, таких проблем бы схлопотал.

А тут пьяная Мандрыка буянила, устал он на нее жалобы получать. Может и правда, пусть посидит в местном обезьяннике, давно там пустовало. Ведь редко кого на поселке задерживал, обычно на месте разбирался с пьянчужками. А вот перед богачами надо показать себя четко и при исполнении обязанностей.

Под вой Мандрыки, голосившей на всю округу, что внизу, в деревне услышали, под ругательства Клавки, душераздирающие слезы Нюрки, раздраженные взгляды молодого богача, Петру Ивановичу удалось затолкать сопротивляющеюся Шурку в машину и увезти с частной неприкосновенной территории дома на бугре.

* * *

У Норы началась истерика и Руслан вначале растерялся. Девушка плакала навзрыд, бестолково металась, пока он не остановил ее и не прижал к себе. Она рыдала, уткнувшись ему в грудь, что-то шептала, просила прощения и снова начинала плакать. Клавдия, недовольно покачав головой, ушла в дом, а они так и стояли на улице, обнявшись.

Руслан гладил девушку по волосам, желая утешить, выразить сочувствие. Но какие слова подобрать? Теперь он понимал, о чем не договаривала Нора и о чем предупреждала Клава. Но в чем вина Норы, что у нее пьющая мать? Настоящее горе для семьи, а Нора так держалась, всегда шутила и улыбалась, поддерживая его, стремилась к свету через свои рисунки, хотела забыться. Как он ее понимал, слишком хорошо он чувствовал состояние Норы…

Нет, у него была замечательная семья, в чем он мог еще раз убедиться. А что делать с внутренним одиночеством, пожирающей свет депрессией, мрачными мыслями? В этом они с Норой были так похожи, хотя совершенно разные проблемы их раздирали внутри.

И теперь его терзал вопрос, как помочь своей новой подруге?

* * *

— Прости меня, Руслан… — прошептала она, шмыгнув покрасневшим носом. Отвела стыдливо взгляд от его пытливых глаз. — Я подумать не могла даже, что она придет сюда устраивать разборки…

— Нора, ты за что просишь прощения? Ты что? Не смей просить прощения… Тебе и так сегодня досталось…

— И тебе тоже, Руслан. Мне так перед тобой стыдно, ты даже не представляешь… Извини меня…

— Нора, прекрати… — остановил он ее поток самобичевания. — Что ты намерена дальше делать?

— Не знаю, если честно… — вздохнула тяжко она, прижимаясь к нему еще крепче. — Руслан, мне так плохо… Я не пойду домой сегодня… Я вообще туда не хочу возвращаться… Ты сможешь одолжить мне несколько сотен? — торопливо заговорила она. — Я уеду пока к тетке, не вернусь домой… Я потом тебе отдам, как заработаю… Я все равно поеду в Москву искать работу… Я не останусь в этом аду…! Мне знакомые обещали через пару недель позвонить, там намечается для меня место…

— Нора…! — он протяжно выдохнул, решившись на предложение, в сегодняшней ситуации, единственное верное. — Если хочешь, можешь пожить временно у меня. Ты подумай только, сплетни и так безобразные ходят… Не навредит ли тебе это? Мое предложение ни к чему тебя не обязывает… Ни в коем случае…! — под конец смутился он, вспомнив обвинения матери Норы.

Так Нора осталась жить в его доме в роли почетной гостьи. Он предложил ей на выбор любую из спален на втором этаже. Она выбрала комнату, выходящую окнами на солнечную сторону, говоря, что каждое утро хочет встречать рассвет.

Клава недовольно ворчала, узнав о его решении, но он пропускал мимо ушей бурчание домработницы, что он у себя в доме пригрел змеюку. Суть конфликта Клавдии с семьей Мандрыкиных он понимал, и даже был с ней согласен по отношению к матери Норы. Но разве дочь была в ответе за пьющую и распущенную мать?

Клава попрощавшись с одним Русланом и проигнорировав Нору, ушла домой, а они еще допоздна сидели в гостиной, пили травяной чай и разговаривали. Девушка стоила планы на будущую жизнь, советовалась с Русланом, а он только думал, как бы ей помочь выбраться из сложной жизненной ситуации. У него были варианты, но для начала надо поговорить с отцом.

* * *

Нора проснулась около трех часов ночи, подремав совсем немного. Спать расхотелось совсем.

Она, подтянув длинную и просторную футболку Руслана, которую он выдал ей сегодня в качестве спального варианта, решила спуститься вниз. Осторожно спускалась по лестнице, на цыпочках, чтобы не разбудить Руслана.

Потрогала стены в холле, прислонилась щекой к холодным мраморным плиткам на кухне, прошлась по всем комнатам, она уже знала устройство дома наизусть, и фонарь на крыльце давал слабое освещение.

Вот это и случилось… Она оказалась гостьей дома своей мечты. И ее терзала мысль, как остаться здесь навсегда? Нора сколько себя помнила, всегда мечтала побывать в этом доме, еще при прежних хозяевах. Дом-замок в готическом стиле неудержимо манил ее загадочностью, ей даже казалось, что он зовет ее к себе.

В школьные годы она часами бродила вокруг дома, как и вся местная детвора, пытаясь заглянуть за двухметровый забор, подглядеть за жизнью владельцев замка. У ворот тогда еще стоял суровый охранник и гонял мелкоту, закидывающую дом мелкими камнями. Нору возмущало неуважение к прекрасному замку.

По ночам она воображала себя принцессой из сказок, ожидающей своего прекрасного принца. Он приедет, увидит ее и заберет жить в замок, где исполняются заветные мечты. У нее были сотни рисунков замка со всех сторон, иногда она подрисовывала несуществующие детали, желая еще больше облагородить свой будущий дом.

Чуть повзрослев и уехав учиться в Москву, она с тоской вспоминала не свой родной дом, а именно замок своей мечты. Потом, в вихре столичной активной жизни все стало бледнеть и забываться.

И только вернувшись в деревню несколько месяцев назад, лишившиеся работы и жениха-изменника, она снова стала ходить к замку и часто бывать у реки. Оттуда вид был самый чудесный. Она любила рисовать, именно в эти творческие порывы она оживала.

Но надо было думать о проживании, заработанные еще в Москве деньги быстро кончились, мать всю пенсию пропивала и почти все из дома вынесла на обмен. Отдавала за бутылку шубы, драгоценности, все папины костюмы. В доме уже не осталось ничего ценного. Хозяйство вела скудное, живности не держала, только сажала картошку, и та к осени зарастала сорняком и урожай был хилым.

Брата Толика, с которым у них никогда не было теплоты в отношениях, выгнали с работы, местные поговаривали, что за воровство. Нора знала, что слухи верны, Толик был склонен к легкой наживе, он и у сестры воровал деньги из кошелька, когда она бывала дома редкими наездами.

Ей в этой жизни полгаться приходилось только на себя, и она была обязана выжить, вопреки всему, назло всем домыслам, что ходили о их семье и о ней лично. Чего только не приписывали ей в обвинение местные кумушки, и романы со всеми парнями, соблазнение местного лавочника и прочую ерунду. Фантастические романы были большей реальностью, чем сплетни о ней.

Когда Нора узнала, что новый владелец ее замка-мечты купил ее рисунок у станции, она пришла к мнению, что сама судьба ей улыбнулась. Нора попыталась о нем все разузнать, но информация была слишком противоречивая. Она, бродя вокруг дома, узнала, что молодой парень, скрывающий свое изуродованное лицо, часто ходит на берег реки.

Решила обосноваться с холстом чуть вдалеке, но у него на виду. Наблюдала за ним несколько дней, прежде чем решилась подойти. Все вышло невероятно легко, он смущался и прятался от нее, сначала отказался позировать, но Нора, включив все свое женское обаяние, уговорила его.

Так постепенно, шаг за шагом, не спеша, боясь его спугнуть, она выстраивала отношения с молодым парнем Русланом Колесниковым, приехавшим долечивать свои раны, полученные в Чечне. Она и до этого уже поняла, что он никакой не бандит, предположила, что у него травмы после аварии. А с ним оказалось все намного сложнее.

Он требовал чуткости, внимания и деликатного отношения к себе. Она очень старалась стать для него важным человеком, девушкой, которая ему могла бы понравится. И тут оказалась, что он очень не уверен в себе, шарахался и вздрагивал, если она находилась на расстоянии вытянутой руки.

Приручать его было нелегко, но приятно. Она старалась не смотреть на его изуродованное шрамом лицо, хотя в первый раз ей пришлось сделать над собой усилие и не показать свое отвращение. Парень раньше был смазливеньким и когда сидел к ней здоровой половиной лица, его можно было назвать симпатяшкой.

Нора и не такие крепости брала в своей жизни, и готова была покорять и эту. Узнав о нем больше, о его интересах и увлечениях, решила поддержать, и с его любимой книгой у нее вышло здорово, хотя она показалась Норе скучной. И да, все страницы в библиотечной книге были целыми, но она на всякий случай их выдрала и сожгла улики.

Что у него за дуры были в девушках, что он с такой жадностью обсуждал свои увлечения, оглодал по нормальному отношению к себе? Это было видно по его благодарным глазам.

Постепенно она привыкала к Руслану и даже испытывала симпатию. Никогда у нее в жизни не было такого благородного и интеллигентного парня, все одни мерзавцы попадались по жизни. А за таким парнем, как Руслан, в жизни не пропадешь. Только ее огорчало полное отсутствие со стороны парня сексуального интереса, но возможно это временное явление после ранения? Если он стал импотентом, то ее завоевательные планы и потраченное время, будут напрасными.

Она даже готова была с ним на интимные отношения, он был мил, учтив и вряд ли страдал извращениями, как был у нее до этого один знакомый ухажер, из их творческой среды. Взрослый, писал книги и даже публиковаться, а в самом безудержная бездна и жажда разврата, что даже Нору его интимные предпочтения шокировали. Руслан совсем другой…

И не было счастья, да несчастье помогло. Ее мать-алкоголичка сама того не желая, сыграла ей на руку. Нора матери стыдилась уже давно, местная пьянчужка, опустившиеся до самого дна. Себе она не хотела подобной жизни и стремилась побыстрее поменять свой жизненный и социальный статус. Средств у нее было мало, знакомств в Москве много, но никто не спешил Норе на помощь. Многие знакомые сами были нищими голодранцами, как она, а другие ее только использовали, особенно парни, перепихнуться, а потом сделать вид, словно не было обещаний устроить ее на работу, подкинуть заказ. Норе нужен был надежный тыл и среди творческой богемы было бесполезно искать обеспеченного мужчину с московской квартирой, денежными средствами и полезными связями.

Руслан, если бы не его уродство, был идеальным вариантом для нее. Умный, добрый, чуткий, разносторонне образованный, с ним не будет скучно жить. И самое важное, с квартирой, при деньгах и единственный наследник семейного бизнеса.

Как только их отношения перевести в другую плоскость? Спешить нельзя, пусть привыкает к ней, Нора не собиралась исчезать из жизни Руслана…

Он был для нее единственный на сегодня шанс выбиться в нормальную жизнь, сделать карьеру и жить в свое удовольствие…

Может, у нее получится полюбить Руслана Колесникова? Ну, она попытается, пообещала себе Нора. Будет, приятное дополнение к их будущей жизни в замке ее мечты…