ГЛАВА 30

Сергей Доронин с нетерпением ждал результата разговора Руслана с девушкой. Уже начали приезжать первые родители за своими бестолковыми отпрысками. Море слез и оправданий, даже были родители с распальцовкой и сказками об «идеальном ребенке», случайно попавшим в сомнительную компанию. Да, да, ему по работе часто приходилось слушать небылицы, что все сказочники мира могли нервно курить в сторонке.

Юный отрок Васильков тоже сейчас разливался соловьем, что все было не так, и девушка во всем виновата, спровоцировала драку, стравив двух поклонников лбами. Шелпакова сама его заманила, пообещав немного поиграться в постели, а теперь строит из себя недотрогу. А Борисов из ревности устроил потасовку, так как оказался в пролете, обманутый девственник с несбыточными мечтами. Шелпакова и его поманила обещаниями поиграться, отсюда и драка.

Руслан вкратце пересказал Доронину свой разговор с Зиной, не забыв упомянуть о «предупреждениях», о ставках в споре и обо всем, что успел узнать к этому моменту.

— Она не будет писать заявление. — сквозь зубы процедил Руслан.

— Ты же понимаешь, что это фигово для нашего дела? — разочарованию Доронина не было предела. — Давай, попробуем ее уговорить, а? Она сейчас на эмоциях и все такое…

— Нет, не будем. Зина так решила. Она даст все свидетельские показания.

— Плохо, Руслан Владимирович. Из вас вышел бы вшивенький мент. — потом неожиданно добавил. — А про нас сейчас сериалы крутые снимают.

— Серега, поэтому я и не мент. И никогда им не мечтал быть. Это же сколько надо иметь терпения, чтобы не прибить урода, когда знаешь, что он натворил.

— Так цинизм вырабатывается, иначе жить спокойно не сможешь. Но ты же, тоже не бухгалтером работал, да и сейчас…

— Мне, наверное, было проще, я знал, что у меня есть враг и есть право его уничтожить.

Сергей ответить не успел, ему позвонили на мобильный, он несколько минут слушал, задал пару вопросов, из которых Руслан понял, что говорят о Диме. Доронин долго томитьне стал и сразу пересказал свой разговор.

— Мои гаврики из травмпункта позвонили, сказали, что у юного рыцаря перелом руки, остальное ссадины и синяки, но много и по всему телу. Побои сняли, теперь не отвертится малолетний упыренок, но с показаниями Зины было бы весомее. Сам понимаешь…

— Серега, его же не посадят? Даже с показаниями Зины, правда ведь? — уточнил Руслан, то что и так можно было просчитать, возраст и вменяемые статьи по УК.

— Руслан, я не могу тебе обещать, что Васильков поедет в колонию. А вот кучу неприятностей с поставкой на учет я обещаю. В комиссии по делам несовершеннолетних, знаешь, с ними там, не в погремушки играют. И компенсации пострадавшему, мы добьемся, я лично проконтролирую.

Сергей не любил давать невыполнимых обещаний, тем более все ходы развития событий с Васильковым просчитывались на раз-два. Потом вспомнил об очень важной детали, не дающей ему покоя, и решил уточнить у Руслана.

— Ты кстати, в курсе, сколько ему на самом деле лет? Я сначала посчитать не догадался…

— Я знаю, сколько ему лет. Он пытается быть взрослее, чем есть на самом деле.

— Рус, извини за вопрос, но ты точно уверен, что не при делах? И это не твое «чадушко»?

— Более чем, Васильков не может быть моим, как ты назвал, чадушкой. Это исключено.

Руслан был крайне удивлен вопросом Доронина, но работа в милиции, кого угодно сделает излишне подозрительным.

* * *

Руслан прошел вслед за Дорониным в комнату, где охраняли Василькова. Тот сидел угрюмый и злой, бросая редкие взгляды на милиционеров. Руслан еще раз оглядел комнату, у него тут же перед глазами всплыл рассказ Зиночки, эмоции которой, он словно пережил вместе с ней.

— Ты очень пожалеешь, что не внял моим предупреждениям. — не хотел, но не смог сдержать порыв, и заехал Василькову по наглой самодовольной морде кулаком. Тот вскочил, но тут же был снова усажен на диван молодым милиционером, приставленным к нему.

— Руслан Владимирович, это лишнее. — встрял Доронин, но с затаенной завистью, так как у самого чесались руки, особенно после первого опроса самого обвиняемого и всей компании в целом.

Отмороженные дети, малолетние звереныши со стадным чувством превосходства сильнейшего над слабейшим. Он давно стал циником, иначе не смог бы работать в милиции, но почему-то всегда удивлялся, сталкиваясь с масштабами детской преступности. И потом долго еще мерзкое настроение не отпускало. У него всегда было желание даже не в клетку их сажать, все равно не исправляют в колониях малолетних преступников. А отгородить бы для них кусочек пустыни, обнести все в округе высокой колючей проволокой, и всех бы туда на пожизненное отправлять. Пусть перегрызут друг друга, не жалко.

— Запишите, дяденьки милиционеры, что он меня ударил. — с вызовом заявил Игорь, понявший, что избивать его не будут. Уже чувствовал себя не так обреченно, как вначале. Появилась уверенность, что сможет выкрутиться и из этой ситуации. Только дяденька Руслан путал все карты своим знакомством с ментами, и верил в сказки, что наплела глупая овца Шелпакова.

— Кто тебя ударил? — с самым искренним изумлением спросил Доронин. — Я не видел. Ослеп временно, наверное. А ты что-нибудь заметил? — он обратился к своему подчиненному, тот отрицательно покачал головой. — Никто не видел… — пожал плечами недоуменный Сергей.

— Вам это так просто с рук не пройдет! Еще и вас привлекут за сговор с этим. — Васильков кивнул Доронину в сторону Руслана.

— Да ладно? Правда, что ли? — изумился театрально Доронин. — Значит, по серьезному будем, как большие разговаривать, да? Погоди секунду, мальчик. — он вышел буквально на несколько секунд из комнаты и уже вернулся с исписанным листочком бумаги формата А4. Помахал перед лицом у юного упыреныша. — Видел? Поясняю для особо непонятливых. Этот заявление отгражданки Шелпаковой о попытке изнасилования. Знаешь, что бывает с милыми симпатичными мальчиками в тюрьмах со статьей 131 УК РФ? Тебе покажут небо в алмазах, юный нарушитель закона, не сомневайся.

Руслан точно знал, что Доронин блефовал, заявления от Зины не было. И статья 131 за попытку изнасилования применялась редко, и как правило по данной статье уголовные дела не возбуждаются, так как нет состава преступления. Если только не нанесен серьезный физический ущерб, как избиение. Поэтому Руслан и согласился с решением Зины, привлечь за «попытку» к наказанию по этой статье, тем более малолетку, невероятно сложно.

Доиграть миниатюру Доронин не успел, в комнату вошел один из подчиненных. Посмотрел на рассерженного начальника с извинениями и тихо предупредил.

— Там мамаша этого приехала. Рвется к нему. — кивнул на Василькова, который тут же подскочил с дивана.

— Пропускай. — кивнул обреченно Доронин, успев бросить быстрый взгляд Руслану с очевидным посылом, готовься к драме.

* * *

Если бы Доронин не был заранее предупрежден, то ни за что бы в матери Василькова не узнал их старую знакомую с Русланом. Он помнил ее милой шатеночкой с огромными карими глазами и взглядом раненого олененка, весьма обманчивым сочетанием девчачьей милоты и легкомысленности. Он и Руслана тогда предупреждал, что девчонка конкретное «динамо».

Сейчас в комнату зашла тучная женщина неопределенного возраста, хотя Доронин точно знал, что она их ровесница. Выбеленные волосы, собранные в жидкий хвостик, полное отсутствие косметики на заплывшем лице, второй подбородок, необъятная фигура в странном платье-балахоне. У Доронина тоже была не очень худая жена, располневшая после родов их сына, но она выглядела стильно, следила за собой, всегда ходила в салон стричься, со вкусом одевалась, подбирая по фигуре модельную одежду. А тут какая-то неопрятная неухоженная тетка.

Сергей, как эстет и ценитель дамского пола, был глубоко разочарован, и хотел понаблюдать за реакцией Руслана. Но приятель внимательно рассматривал худощавого невысокого мужичка, маячившего за спиной женщины. Видимо, это и есть тот самый отчим, Доронин видел его впервые, а вот Руслан хорошо знал мужичка, так как учился с ним в одном классе, еще до перевода в кадетскую школу.

— Сынок, что случилось? — женщина бросилась к Игорю, ощупывая его, обнимая, зацеловывая. — Милый мой, что с тобой произошло? — рассматривала синяки на лице и сбитые костяшки пальцев.

— Ну, мать, поменьше нежностей. — парень недовольно вывернулся из объятий матери.

— Отстань ты от парня. Что ты его облизываешь? — скривился отчим Василькова. — Лучше, спроси, что он опять натворил, гаденыш? Что, Игорек, попался? Я тебя предупреждал. — поняв, что от пасынка сейчас ничего не добьешься, он быстро сориентировался, кто здесь главный, и обратился к нему с вопросом. — Что он учудил на этот раз? Вы же следователь, да?

— Майор Доронин. — Сергей по привычке показал удостоверение.

И в этот момент мама Василькова отлипла от своего драгоценного чадушка и обратила внимание на майора.

— Сережа…? — растерянная женщина подошла к нему ближе, только сейчас заметив остальных мужчин в комнате, настолько была безумной тревога за сыночка. Она с изумлением разглядывала старого знакомого, не в силах поверить, что они через столько лет встретились, и вот в такой обстановке. — Не может быть…

Потом обвела всех находившихся в комнате мужчин, заметив стоящего в стороне Руслана. Ее глаза расширились еще больше, она прикрыла ладонью рот, еле слышно пробормотав.

— О, господи… И ты здесь, Руслан…?

— Лиза, откуда ты их знаешь? — ревниво спросил ее муж, более внимательно присматриваясь то к одному мужчине, который представился майором, то к другому, в котором жена признала какого-то Руслана. Что-то смутно знакомое ему виделось в мужике со шрамом, но он никак не мог поймать ускользающее воспоминание.

— Мишенька, это мои бывшие одноклассники. — прошелестела женщина, но в ее глазах загорелась надежда, что ее бывший одноклассник Сергей и Руслан, парень, с которым она когда-то встречалась, помогут ей.

— Лизка, погоди… — махнул Мишенька рукой на жену.

Михаил чуть ближе подошел к Руслану, в попытке подтвердить свои невероятные догадки. Он помнил только одного Руслана в своей жизни, одноклассника, с которым проучился все девять лет в одной школе. С того времени все сильно изменились, и в этом крепкого сложения мужике, с военной выправкой и тяжелым взглядом, с трудом узнавался аккуратненький маменькин сынок, отличник, тощий интеллигентный мальчик, играющий на пианино.

— Колесников? Я не ошибся?

— Здравствуй, Михаил.

Ровно поприветствовал его Руслан, тоже с трудом узнавая в щуплом мужичке, Миху Клеца, своего главного обидчика в средней школе. Руслан помнил, как ему подкладывали кнопки под стул, мазали клеем школьный портфель, изрисовывали школьные тетради. Особенно в их классе, отличался Миха, быстро установивший диктатуру среди ровесников, его дурной головы побаивались многие старшеклассники. И как Миха устроил драку, решив со своей гоп-компанией проучить Руслана. Сколько бы тогда он продержался, не вступись за него старший брат Камиль.

Все события пронеслись у него в мыслях за несколько секунд. Что вспоминал сейчас Михаил Клец, он не знал, но услышал его ошарашенный возглас.

— Вот те, елы-палы, здравствуй опа, новый год!

* * *

Елизавета Клец, в первом замужестве Василькова, а в девичестве Мельникова, долго не могла поверить в обвинения, предъявленные ее сыну, попытка изнасилования, дракам с избиением какого-то мальчика. Зачем ее сыну кого-то насиловать, если девушки и сами за ним толпами бегают? И зачем Игорю надо было с кем-то драться? Ее мальчик компанейский, у него много друзей, все его любят и уважают. Надо еще узнать, что там за драчун напал на ее сына.

И белобрысая девица, вроде, как родственница Руслана Колесникова, не вызывала ни капли доверия. Почему они ей верят? Скорее всего, девица хотела заманить ее сына в свои сети, не получилось, вот и подставила ее доброго и отзывчивого сына.

Лиза уже скоро как пятнадцать лет, не могла налюбоваться своим уникальным и красивым сыночком. Ну, и что, немного хулиганистый, но он же мальчишка, никаких отклонений у него нет, даже в школу пошел с шести лет. Лиза потом немного пожалела, что отправила сына так рано в первый класс, но ее соседка по этажу отдавала дочку в ближайшую школу, ведь так и удобнее, по очереди отводить детей. Она, как мама сама виновата, что сын не смог полноценно тянуть школьную программу. И учителя еще занижают ему оценки, поскольку Игорь мальчик амбициозный, с характером и мнением. Он хочет казаться взрослее, и даже скрывает, что ему еще не исполнилось пятнадцать и ей запретил строго-настрого обсуждать его возраст с приятелями.

Внешностью Игорек пошел в первого мужа, красавчика Василькова. Ее ранняя беременность в шестнадцать лет, поспешный брак достаточно рано закончился разводом. Юный супруг хотел гулять и развлекаться, а не воспитывать свалившегося им на голову младенца в пеленках. Только через несколько лет мать-одиночка с ангелочком на руках встретила Мишеньку, который оказался заботливым и любящим мужем. Да, сильно простоват, зато мужик дельный и хозяйственный.

Миша сам был из неблагополучной семьи, и больше всего ценил семью и домашний комфорт. Но Лизу расстраивали его выпивашки, чаще, чем по праздникам. Тем более мужа два месяца назад сократили и он был в безнадежных поисках работы, и все неудачи пытался загоревать с бутылкой водки. С деньгами становилось совсем плохо, они уже влезли в долги, а тут с них еще и компенсацию требуют. Они должны войти в их положении, и вообще, надо разобраться, кто и кому, что должен. Может, это еще им должны приплатить блудливая девица и драчун.

Лиза, как истинная мать, пыталась возмутиться и защитить своего детеныша. Только Мишенька на нее цыкал, не давая возразить. Как он может, вот так просто верить милиционерам, а не их мальчику? Да, это была ее печаль, Миша и Игорь невзлюбили друг друга как-то сразу. И если в детстве сынок слушал Мишу, то потом вышел из-под контроля. Растет ведь, подростковый возраст такой сложный, а муж не хочет понимать, сразу бычиться и орет на Игоря, вместо того, чтобы найти ласковые слова, уговорить. И еще Игорек ревнует к младшим сестричкам, что от Мишеньки, им больше внимания достается.

И еще, она не понимала, почему Руслан и Сережа отказываются ее понимать? Ох, как изменились мальчики, с которыми она училась в одном классе. Сережа стал такой важный, при погонах и высокой должности. А в Руслане от трепетного парнишки, которого она учила целоваться, ничего не осталось. Суровый, губы поджал, смотрит на Игорька, как на врага народа. Пускай за своей юной родственницей лучше приглядывает, чтоб на мальчиков не клеветала.

Михаил был не согласен с позицией жены, пасынка давно надо приструнить, совсем Игорек отбился от рук, хамит старшим, много о себе думает, учиться не хочет, одни девки, да гулянки на уме. Только Лиза, словно слепая, не замечает, что мальчишка по кривой дорожке пошел. Вот и доигрался, Михаил другого исхода и не ждал. Одна мордашка смазливая, а так придурок полный его пасынок.

И до сих пор Михаил не мог переварить внутреннее потрясение от встречи с Колесниковым. Разобрался, что он не мент, но кто? Видно, что крутой и уверенный в себе мужик, говорит коротко и по делу, как вояки приказы отдают. И на каком жизненном этапе он заработал отметину на лице, которая делала его устрашающим, но в тоже время, солидным. Неужели бандитские разборки и криминал? Да, надо поаккуратнее с Колесниковым, не лезть на рожон.

И не покидало Михаила скрытое раздражение от мысли, что бывший ботан Колесников, по странному стечению обстоятельств, оказался боле успешным по жизни. Кто бы сказал ему тогда в школе, что трусливый Русланчик через несколько лет будет так несправедливо обласкан судьбой, ни за чтобы не поверил. За какие заслуги?

Сам юный виновник разборок утомился слушать пререкания взрослых, скучно и нудно, пусть уже скорее отпускают домой. Он взбодрился, в обезьянник его не повезут, на руки родакам сдают. Посмотрел на свою бестолковую мать, некрасиво суетиться, заискивает перед своими одноклассниками. Временами ему было стыдно за мать, неудачница по жизни, обрюзгшая, растерявшая былую красоту, наседка с выводком. А Игорь видел фотографии матери в юности, очень симпатичная была девчушка.

Вот это, конечно, номер удался, неожиданная встреча. А ведь эти дядьки могли быть и его отцами, если бы Игорь точно не знал, кто его биологический папаша. Отца он не видел уже несколько лет, Васильков-старший жил в свое удовольствие, алиментами себя не утруждал. Иногда дедуля Васильков, генерал авиации в отставке, подкидывал мамке на жизнь. Но к внуку особо интереса не питал, тем более, что потомков у него было немало, папаша постарался, настрогал, неугомонный бабник.

И мать с этим уродом живет, Мишенькой зовет, смотреть противно на их нежности. Отчим недоумок полный, в жизни ничего не достиг, неудачник, суетится, создает видимость деятельности, а сам лентяй. Вцепился, как клещ в мамку, а та и рада, хоть какого мужика заиметь. И зря Мишенька надеется, не посадят Игоря в колонию. Надо дедуле просемафорить побыстрее.

Не семейка у них, а цирк-шапито с клоунами на заказ.

* * *

Руслан был разочарован от встречи с бывшими одноклассниками еще больше.

Лиза не желала слушать доводов и защищала сына. Понятно, любимый сынок, но даже в такой ситуации надо не терять трезвость рассудка. Все факты говорят, что Игорь виноват, а она про подставы придумывает, и про Зиночку нехорошие намеки делает. Вот этого уже Руслан стерпеть не мог. Устал смертельно от всех разборок, и Зиночка его ждет долго, ей он больше нужен, чем Доронину или родителям балбеса Василькова. Если на взрослых невозможно повлиять, то бессмысленное занятие, перевоспитывать их детей.

Лизе было бесполезно что-то говорить, он сразу обратился на прощание к Михаилу.

— Миша, ваш сын избил пацана, сломал руку. Ты не видел парня, он на кусок мяса был похож, когда его отвозили в травмпункт. Приставал к Зине, чтобы он тут не говорил. Разбил ей телефон.

— Руслан, еще разобраться надо. — настаивала Лиза. — Можно я с девочкой погорю? Может, она влюбилась в моего мальчика?

— Помолчи уже, Лизка. На нем что, свет клином сошелся?— просипел недовольно Михаил, справедливо ожидая, что сейчас разговор пойдет о деньгах.

— Лиза, ты не будешь разговаривать с Зиной. — отчеканивал каждое предложение Руслан. — В этом нет смысла, я тебе отвечу на все вопросы. И еще, что вы со своим сыном будете делать, меня уже не касается. Компенсацию нужно выплатить. Но в первую очередь извиниться. Последнее, чтобы я его никогда не видел возле Зины. Миша, вбей ему это в голову.

— Руслан, ну я это… понял… — замялся Михаил, понимая, в какие неприятности втянул их сынок.

— Позвони мне завтра вечером. — Руслан протянул Михаилу визитку со своими телефонами.

Лиза была в отчаянье, и только сейчас поняла, насколько вся ситуация зависит от Руслана и его малолетней родственницы. Доронин пытается действовать в рамках закона, все разложил по полочкам, объяснил все нюансы, что ждет Игоря, как будет вестись уголовное дело, потом суд. А вот Руслан был обижен за свою девочку и не желал видеть правды.

Лиза чувствовала в нем угрозу своему сыну, и когда Руслан уходил, она не думая, кинулась ему в ноги, готовая унижаться, просить, умолять, лишь бы он не загубил жизнь Игоречку. Она обхватила ноги бывшего одноклассника, преграждая ему дорогу к выходу.

— Пожалуйста, Руслан! Я умоляю, не губи его! Пусть девочка заберет заявление, пожалуйста…

— Лиза, никогда так больше не делай. — Руслан сначала немного опешил, но тут же поднял ее с колен, подвел к дивану и усадил. — И займись воспитанием сына.

* * *

— Во, блин, я в шоке! — Доронин вышел попрощаться с приятелем. — Это та самая Лиза или мне снится?

Сергей был раздражен и утомлен, а впереди предстояла еще бессонная ночь. Отрока надо везти в отделение, вместе с родителями, прихватив заодно и именинницу, у которой приехала претензионная мамаша, сразу пальцы веером расставила и начала пугать своим «высокими знакомствами» и высокооплачиваемым адвокатом.

Ага, Доронин был пуганный и попросил мамашу, от которой едкими духами несло за километр, не суетиться напрасно. А лучше выпить валерьянки и вызвать дорогущего адвоката, у которого, якобы час, стоил, как месячная зарплата у продажных ментов.

Сергей замялся, у него вертелись на языке несколько слов, скорее предупреждений для Руслана. Никогда бы не подумал, что будет говорить такое сверхрассудительному приятелю.

— Рус, я могу ошибаться. — Сергей вышел с приятелем на лестничную площадку, уведя его в сторонку от лишних ушей, к черной лестнице, пока Зина ждала их возле лифта. — Ты только пойми меня правильно…

— Ты о чем? — Руслану не терпелось поскорее увезти Зиночку из этого места, и самому скорее очутиться на свежем воздухе.

— Рус, она очуменная девочка. — быстро заговорил Сергей, будто боясь потерять мысль. — Я же не первый раз с подростками дело имею, твоя Зиночка совсем нечета этим кривым пигалицам. Сразу видно, какой цены бриллиант из нее вырастет.

— Ты к чему клонишь? — тон у Руслана стал обжигающе холодным, а сам он мрачнел на глазах.

— Рус, я тебя прошу. — Сергей уж не мог остановиться, надо сказать, потом не будет подходящего момента. — Подожди хотя бы до ее шестнадцатилетия. Это возраст сексуального согласия, раньше же тебя посадят. И я не смогу тебе помочь. Просто хотел предупредить. Ты же разумный мужик.

— Твои предупреждения лишние. — поцедил сквозь зубы взбешенный Руслан, у которого стало нервно дергаться щека, с той стороны, где был рассекающий лицо шрам.

— Рус, я же не слепой, я же вижу, что эта девочка много для тебя значит.

— Ты явно ошибся в оценке значимости. — тон Руслана уже содержал угрозу и давал понять, что тему нужно закрывать на бессрочный срок.

— Слушай, я буду только рад, если ошибся. — беспомощно развел руками Сергей.

Руслан уже повернулся спиной к приятелю, собираясь уходить. Потом обернулся, внимательно посмотрел Сергею в глаза, не скрывая раздражения, решил уточнить факт, который и так знал, но уже более спокойным тоном.

— Сколько у тебя сестер?

— Ты же знаешь, что три. — тяжело выдохнул Сергей, осознавая свою роковую ошибку в просчетах реального положения. Он знал, что Зина родственница Кондрата, точнее сестра его жены Юли. Для Руслана это была семья, и сейчас он сдуру оскорбил приятеля в лучших чувствах.

— Извини, что я не поднял Кондрата среди ночи, который с трудом делает два шага на протезах, а оказался здесь раньше всех. В следующий раз, чтобы тебе не думалось…

— Рус, извини, я не подумав, ляпнул… — прожженный циник Доронин испытывал неловкость от свой нелепой ошибки. Осталось только сожалеть о предупреждениях, что ненароком у него вырвались. Спина уходившего приятеля стала ему укором.