Часть 2. ГЛАВА 5
Этой ночью Руслану так и не удалось заснуть…
Долго лежал с открытыми глазами, не мог уснуть, побродил по участку, расстелил себе спальный мешок на земле, растянулся, и еще долго смотрел в ночное безоблачное звездное небо. Красота какая и звезд не счесть… миллиарды маленьких далеких солнышек светили не для него…
Напрасно пытался осмыслить произошедшее с ним сегодня. Встречу с ней…
Как такое могло с ним случиться?! Как он мог позволить себе увлечься ей, совсем юной, невинной и недоступной? Почему именно она перевернула в нем все основы, на которых базировалась его, пусть безрадостная, но стабильная, устоявшаяся жизнь? Девчонка ведь совсем, а вывернула его наизнанку. Напрасно пытался дать себе установку, не думать о ней, не искать повода для встреч с ней, забыть ее, милую и очаровательную Зиночку.
Чем мог закончиться поцелуй в беседке, о котором попросила она, он боялся даже думать. Ведь еле сдержал себя, так неудержимо тянуло к ней, прикоснуться, говорить с ней, смотреть в глаза, петь только для нее, поцеловать ее…
Сам виноват, ведь знает, что нельзя ему пить, идет постепенная потеря контроля над собой. Он никогда не позволял выпивать себе в другой компании, только с этими ребятами, единственным им доверял. Никогда не выпивал на работе, не смотря на все устраиваемые мужиками сабантуи, ссылаясь на несуществующую болезнь. Тем более, никогда не пил на званных вечеринках Норы и ее дружков, ходил весь вечер с одним бокалом в руке. На домашних праздниках тоже не пил, если и позволял, то чуть пригубить вина, чтобы не расстраивать дедулю, который любил широкие гуляния, море выпивки и шумные компании. В одиночестве тоже не пил…
Удалось немного подремать, и утром, скорее всего, проснулся первым, еще долго ждал, пока подтянуться остальные. Юлькины гости никуда не спешили, в отличии от него, желающего поскорее сбежать от своей стремительно развивающейся паранойи, по имени Зиночка.
Как только все собрались около дома, он наспех пожал мужикам руки, поклевал дам в щечки, в том числе и Зиночку, постаравшись не трястись от одного ее присутствия в двух шагах. Она мельком взглянула, поймала на секунду его взгляд и тут же залилась краской. Он постарался не смущать ее своим присутствием, никак не выделять, не оказывать ей особых знаков внимания.
Недоумевал только, неужели он понравился чудесной девочке Зине? Понимал, что чем-то зацепил девушку, ведь она сама пришла в беседку, вывернула буквально наизнанку, попросила первого в жизни поцелуя. Он твердо был уверен в ней, не играла, не разводила, была такой на самом деле. Его шестое чувство пело от восторга рядом с ней, разум бунтовал, а он начинал сходить с ума, от несоответствия суровой реальности и несбыточных желаний.
Перед тем, как сесть в машину, с грустью окинул гостеприимную дачу Юленьки, своих друзей, что нестройно махали ему, желая счастливой дорожки. Самый последний, мимолетный взгляд, позволил себе бросить в сторону Зиночки, желая запечатлеть ее такой, немного грустной, смотрящей на него со смесью горечи и робкой надежды. Не мог он ей ничем ответить, не имел права…
* * *
Дорога до Москвы показалась ему бесконечной, во время пути стал одолевать сон. Он остановился в придорожной кафешке, желая прогнать сонливость за чашкой бодрящего, крепкого кофе. Кофе здесь варили отвратный, но в борьбе со сном это помогло. Включился автопилот, в режиме инстинкта самосохранения, он продолжил путь.
Перед глазами стоял ее образ, девушки Зины, меняющийся, от светящегося лучика, что поразило и обожгло при первом же взгляде, до отчаянно смелого, провоцирующего его на первый поцелуй в своей жизни. Почему-то мысль о том, что ее никто не целовал, будоражила невероятно.
Сейчас такие раскованные девушки растут, родившиеся в эпоху лихих 1990-х, рано начинают отношения с противоположным полом. И среди них, встречается Зиночка, сама невинность, неискушенность, что вызывало в нем невероятную нежность, чувство, удивляющее его самого. И благодарность за осознание того, что такие светлые, чистые и лучистые девушки существуют, в которых он перестал верить.
Никогда не мечтал о девственницах, как о явлении, никогда не пытался стать у кого-то первым мужчиной, чтобы застолбить свое право быть учителем для неопытной девушки. Подобные фантазии его не посещали. Но сейчас он желал Зиночке не спешить во взрослый мир… Пусть она немного подождет… Нет, не его, ибо он никогда не посмеет к ней прикоснуться, не совершит попытки ее соблазнить, просто ему хотелось насладиться верой в светлое чудо…
В дороге, сжимая руль машины, посматривая вперед, на бесконечную дорожную ленту, категорически запрещал себе думать о ней… Тщетно пытался переключиться на семью, о жене даже думать не хотелось, а ведь придется к ней возвращаться, жить с ней дальше, как будто с ним, не произошло удивительных перемен. Мысль о родителях и детях согревала его…
Что говорить, а в жизни ему повезло с родителями, из всех его лучших друзей, полная и благополучная семья была только у него. У Кондрата была чудесная мама, тетя Люда, беззаветно любящая своего сына, посвятившая всю себя, и заменившая ему и сгинувшего, еще в детстве отца. Кондратьева-старшего никто не искал, алиментов не требовал, сам биологически родитель никак себя не проявлял. Руслана всегда это удивляло, равнодушие отцов. Он сам был папой двум детям, и не представлял, как можно сделать вид, что их больше не существует…?
Лешка вырос с бабушкой в деревне, при двух разведенных родителях. Отец Лехи был всегда где-то рядом, ибо воспитывала его бабушка по отцовской линии. Но Морозов-старший не интересовался сыном, даже если тот находился на расстоянии вытянутой руки. А потом и вовсе стал забываться и искал забвения на дне бутылки, отчего и умер несколько лет назад, оставив Лехе в наследство комнату в коммуналке.
Мама у Леши имелась, Руслан ее даже видел пару раз. Удивился запоздалому чувству вины в ее глазах, с обожанием смотрящих на выросшего сына. Второй брак, более удачный, чем с ветреным алкоголиком Морозовым, но и отсутствие детей с новым мужем, а потом и жажда общения с внуком, примирило Лешку с матерью. Кажется, он ее смог простить…
У Андрея самая трагичная семейная история, вырос будущий вундеркинд и герой боевых сражений, в крепкой деревенской семье, со своими устоями и традициями, с обширным родовым кланом в Рязанской области. Родители Андрея, его родная сестренка, погибли в дорожной автокатастрофе. В один день Андрей лишился всего, стал сиротой, что резко изменило его жизненные планы и стремления.
У Андрея остался из близкой родни только дядя Степа, который в той же аварии, потерял жену и сына. Андрюху, сколько угодно, можно было упрекать в цинизме, грубости, хамстве, но одно оставалось неизменным, и характеризовало его с самой лучшей стороны, трогательная забота о стареющем дяде, которому он помогал и навещал так часто, как это было возможно. Дядя категорически отказывался переезжать в суетливую столицу из своего уютного сельского домика в Рязанской области.
Тем ценнее для Руслана были, волшебные, ласкающие слух слова, папа и мама, удивительно гармоничная пара, до сих пор с трепетом относящиеся друг к другу. Именно с них он хотел брать пример, найти ту женщину, с которой можно было бы прожить без сожаления до последнего вздоха, верить, как самому себе, отдавать всего себя, без остатка, растить и воспитывать детей, и не бояться состарится вместе.
Не получилось, не повезло, совершил ошибку, которую уже невозможно исправить. Выбрал по жизни, не ту женщину… Собственно, и выбирать не пришлось, так сложились обстоятельства…
* * *
Руслан был единственным ребенком у своих родителей, долгожданным и любимым. Мама, как-то с сожалением сказала, что больше им с отцом Господь не дал детей. А она тихо и безропотно мечтала еще и о сестренке для любимого сына.
Владимир и Ольга, его родители познакомились и поженились, еще в студенческие годы. Отец учился на математическом факультете МГУ, мама получала престижное музыкальное образование, став студенткой Московского консерватория им. Чайковского. Коренные москвичи, с богатой родословной, отец в третьем поколении был москвичом, мама в пятом. По крайне мере, они так рассказывали, раскрывая старые семейные альбомы с пожелтевшими фотографиями, истершимися и потрескавшимися от неумолимого и беспощадного времени. Особенно в детстве, Руслан любил изучать генеалогическое древо семьи, раскатывая большой лист ватмана, где с хирургической точностью линий, были выведены окошечки с именами далеких предков.
Из живущих сейчас предков, остался только дедушка Виля, по отцовской линии. Необычное имя Вилен, он получил от своего отца, Колесникова Захара, прадеда Руслана, пламенного коммуниста, назвавшего сына в честь Владимира Ильича Ленина. Вилен — сокращенное новообразованное имя. Это стало своеобразной семейной легендой. Прадед Захар и внука своего пытался назвать необычным именем, в честь революции и советской власти, но нашли компромисс, назвали Владимиром, все во славу того же Ленина.
О дедушкиной жизни можно было сочинять приключенческую поэму в пяти действиях. Каждое действие Вилена Захаровича сопровождалось новой женитьбой. Ровно пять раз он был женат, убеждающий всех вокруг, что все его браки заключены по любви и согласию, но выстроить долгой семейной жизни, так и не смог. С первой женой, матерью Владимира, отцом Руслана, они прожили несколько лет, и тихо, без скандалов разошлись, сохранив при этом теплые отношения. С сыном Вилен виделся, с новым мужем и отчимом Володеньки завел дружеские отношения. Не смогла его первая любовь, а впоследствии и жена, вынести ветреный характер мужа и авантюрный образ жизни.
Во втором поспешном браке, дедушка Вилен, прожил недолго, пару лет, как-то жалуясь уже повзрослевшему внуку на ее полную холодность в постели. «Бревном лежала и терпела», примерно в таком ключе рассказывал дедуля о второй жене, иных воспоминаний о ней, у него не осталось. Руслан тогда, в юношеские годы очень смущался от подобных откровенней, но дедуля гнул свою линию, считая, что учит внука премудростям будущей семейной жизни, и рассказывая о собственных ошибках, дает возможность в будущем, правильно выбрать себе жену. Как оказалось, для Руслана, дедушкина наука не пошла впрок.
Третий брак дедушки Вили, тоже скоротечный, распался по причине, уже ветрености жены, которую он застал с любовником, она обвинила мужа в постельной несостоятельности, нанеся тому смертельную обиду и наградив комплексом неполноценности на всю оставшеюся жизнь.
Вот свой комплекс, Вилен попытался исправить в следующем браке, с Лилей, задорной украиночкой из Чернигова, на двадцать пять лет моложе себя. Брак с Лилей, четвертой женой, стал для семьи головной болью. Ушлая, хитрая, она попыталась при разводе, еще и квартиру у дедули оттяпать. Еле отбились, но по судам их Лиля погоняла. Причиной развода стал инсульт дедушки, скосивший его на несколько месяцев до состояния младенца, требующего ежесекундного внимания.
Лиля, будучи младше матери Руслана, заявила, что и так потратила на бестолкового старикашку свои лучшие годы, и ухаживать за ним отказывается. Выселяли Лилю из дедушкиной квартиры долго, уговоры не помогали. Может, ее бы и не выселяли, но Лиля ругалась с сиделками Вилена, те, закатывали скандалы родителям и Руслану, и требовали моральной компенсации за нанесенные оскорбления. Пришлось принимать экстренные меры, о чем интеллигенты Колесниковы вспоминать не любили, ибо это претило их принципам людей с высокими моральными качествами.
Вилен восстановился и через год после инсульта, взялся за старое, искать себе новую жену, заявляя, что без женской ласки зачахнет. Какие ласки требовались дедуле на семьдесят шестом году, Руслан понял только, когда нашел у того, в тайнике несколько бутылок с дженериком виагры, средством для повышения мужской потенции. Собственно, чрезмерное употребление медицинских препаратов, обещающих вернуть мужскую силу и радости секса в пожилом возрасте, довели дедулю до больницы, скачков давления, а впоследствии и инсульта.
Пятая зазноба Вилена, оказалась моложе четвертой жены Лили, даме сердцабыло слегка за сорок, она имела свой маленький магазинчик одежды и очень рассчитывала на капиталовложения Колесниковых. Чтобы дедушка не наделал глупостей, у него на время конфисковали паспорт. Вилен отчаянно страдал, что не может свою последнюю любовь, ненаглядную Яночку, назвать законной женой. Но пенсию и остальные деньги, что получал от сына на жизнь, относил тут же Яночке, сам готовый жить впроголодь. Деньги дедушке перестали выдаваться, проще было самим обеспечивать его всем необходимым, что вызвало резкое похолодание в отношениях с гражданской женой Яночкой. Та грозила Вилену расставанием, заламывала руки в отчаянье, но вытрясала с него все до копейки. Дедуля стал распродавать свою коллекцию холодного оружия, что собирал всю жизнь, чтобы иметь возможность пятую жену, содержать на достоянном уровне.
Бразильский семейный сериал дедушки был в самом разгаре…
Сей факт родителям и Руслану доставлял немало хлопот, усмирение любвеобильного дедушки шло тяжело и сопровождалось очередным посещением больницы, ибо Вилен желал быть на высоте мужской потенции и продолжал тайком употреблять препараты дженерика и бегать на свидания с уходящей-приходящей гражданской женой Яночкой.
Руслан любил своего дедулю, но меньше всего желал быть на него похожим… Влечение к Зиночке, это не было дурной наследственностью Колесниковых…? Он надеялся, что нет, и собирался с собой бороться и дальше…
* * *
Руслана с самого детства готовили к большому будущему, отец надеялся на его таланты в точных науках, мама видела в нем музыканта, считая, что у ребенка особое дарование и огромный шанс стать пианистом. То, что не получилось реализовать у самой мамы.
Она рано вышла замуж и посвятила себя полностью мужу, а потом и сыну. Руслан был уверен, что именно благодаря поддержке и даже определенной жертвенности мамы, отец достиг профессорского звания, и всех положенных научных регалий.
У них в семье была особая атмосфера, теплая и уютная. Он никогда не видел родителей ругающимися, или недовольными друг другом. Все отношения выяснялись за закрытыми дверями и вполголоса. Никто и никогда не позволял себе повысить голос, а уж о воспитании «ремнем», он долгое время даже не подозревал. Узнал потом от одноклассников, что оказывается, детей могут бить, на них могут кричать, и даже сурово наказывать.
В доме собирались соответствующие интересам родителей, друзья и знакомые, обсуждали книжные новинки, последние театральные премьеры и достижения науки, все были исключительно образованные и благопристойные люди.
Он до какого-то времени так и рос тепличным цветочком, прилежным учеником, приносящим только отличные оценки, на радость родителям. Музыкальная школа был чем-то естественным и обязательным, как способность дышать. Естественно, с ним дополнительно занимались дома, много читали и обсуждали, и для своего возраста, он оказался всесторонне развитым.
У всего этого великолепия способностей, талантов и прилежности, оказалась обратная сторона. В обычной средней школе, одноклассники его дразнили ботаником и маменькиным сынком. Ближе к пятому классу он узнал, что не со всеми сверстниками можно найти взаимопонимание, не все хотят с тобой дружить, но желают использовать твои знания, а некоторые жаждут побывать в профессорском доме, где всегда имелись заграничные игрушки и вожделенная в советское время жвачка и конфетки в ярких фантиках.
Его мама, Ольга Михайловна работала в той же школе, скромным учителем музыки, собственно, ради него она и согласилась на эту работу, при этом создав ему определенные проблемы. В первых классах начальной школы, она каждую перемену бегала его проведать, покормить пирожком или бутербродом, ласково провести по коротко стриженным волосам и запечатлеть нежный поцелуй на гладкой щечке сына. Именно за эти отношения с мамой, его и стали дразнить, он долго недоумевал, разве возможны другие отношения с мамой?
Разве, вообще, бывают другие мамы? Его мамочка Оленька была ласковой, нежной, внимательной и невероятно чуткой. Заметив насмешки одноклассников, она перестала уделять ему столько внимания в школе, став более строгой и немного отчужденной на людях, но дома, уже снова выплескивала на него миллионы нежностей.
У него к десяти годам имелся один единственный, верный друг Борис, сын знакомых родителей. Боренька, как звали его в кругу знакомых, взрослые, был невысокого роста, полненький и круглоликий мальчишка, совершенно отличающийся внешне от худого и тонкокостного Руслана.
С Борисом они вместе учились в музыкальной школе, их сближала общность интересов и схожесть характеров, воспитанных мальчиков из благополучных семей. Именно Боря увлек его историями о рыцарях и средних веках, они перечитали все доступные на тот момент книги, и мечтали быть похожими на благородных воинов, без страха и упрека.
Именно с того момента, Руслан и увлекся сражениями и войнами, особенно его интересовала русско-японская война 1905 года, его прадед по материнской линии, был участником тех событий, став полным кавалером Георгиевских крестов. Дома хранились, как самые драгоценные реликвии, его награды, и ценный подарок от царя-батюшки Николая, наручные часы с царственной надписью. Даже в самые голодные и тяжелые годы Великой Отечественной войны, никто из семьи и не подумал обменять награды и подарок царя на буханку хлеба.
Его друг детства Борис, потом так и поступил на исторический факультет, в данный момент работал в одном из военных музеев, продолжая мечтать о далеких временах крестовых походов и благородных рыцарей.
* * *
Все изменилось в жизни десятилетнего Руслана, с приездом двоюродного брата Камиля и его семьи из Казани. Старшая сестра отца, Надежда Виленовна Колесникова в свое время вышла замуж, за горячего татарского парня с авантюрными наклонностями, и увез ее красавец Тимур Закиров в Казань. Родители Руслана поддерживали самые теплые отношения с семьей Закировых, ездили раз в год в гости к родственникам. И назвали его родители Русланом, не совсем традиционным русским именем, именно впечатленные от поездок в Татарстан.
В конце 1980-х, перед самым распадом Советского Союза, у Тимура возникли проблемы в Казани, связанные с его не совсем законной деятельностью в торговле. Казанский зять Колесниковых работал на базе промтоваров и заведовал распределением благ для советской элиты того времени. Владимир Виленович, к тому времени, уже молодой профессор, преподававший в МГУ, без лишних разговоров принял семью сестры в Москве и поселил в своей трехкомнатной квартире. Какая неприятность случилась у Тимура, конкретнее никогда не спрашивал, помог в первое время, устроил на работу через знакомых, взяв слово с Тимура, больше не ввязываться в сомнительные истории.
Камиль был старше Руслана на пять лет, высокий восточный красавец, смуглый, жгучий брюнет, дерзкий, бойкий, он разительно отличался от двоюродного брата Руслана, с типичной славянской внешностью, темно-русого, худощавого, чрезмерно воспитанного и интеллигентного. Мальчиков поселили временно в одной комнате, где Камиль тут же начал хозяйничать и наводить свои порядки.
Руслан терпеливо сносил все выкрутасы старшего брата, вошедшего в буйный период подросткового взросления. Подбирал разбросанные Камилем книги, которые считал слишком заумными, выслушивал насмешки в свой адрес, ни разу не пожаловавшись родителям. К общению с братом не стремился, замыкаясь больше в себе, чаще стал бывать в гостях у Бори, только с ним находя общий язык и раскрепощаясь.
Камиля раздражал младший брат, поведением и манерами больше похожий на благовоспитанную девочку, чем на будущего мужика. И он решил заняться перевоспитанием младшенького, но все придирки и насмешки, Руслан стойко терпел, без жалоб и ябед взрослым, чем вызвал уважение Камиля. Он поздно понял, что взял неверный курс в отношениях с братом. К тому времени между ними выросла непреодолимая стена непонимания, молчаливого непринятия Русланом всего, что бы он, не предлагал.
Камиль доучивался в старших классах той же школы, что и Руслан, сразу вызвав интерес у девочек, зависть у мальчиков и раздражение у учителей. Нахальное, задиристое поведение выделяло его среди сверстников, и очень быстро он завоевал авторитет, получив за спиной тут же прозвище «татарчонок». Смелых назвать так в лицо не нашлось, но Камиль знал, что вычурные московские подростки не принимают в душе их национальное различие, не смотря на русскую маму и статус полукровки.
Руслан учился в пятом классе, когда его особенно стали доставать одноклассники, ему придумали, не очень оригинальное погоняло «колесо», производное от фамилии Колесников. Подкладывали кнопки под стул, мазали клеем школьный портфель, изрисовывали школьные тетради, в которых он делал домашние задания аккуратным красивым почерком, за что его всегда хвалили учителя. Много пакостей придумывали для него одноклассники, даже провоцировали на драки, Руслан был физически слабее многих своих ровесников, но в экстремальных ситуациях, когда потасовки невозможно было избежать, отчаянно молотил руками, отбиваясь от нападок целой компании.
Особенно в их классе, отличался Миха Клец, как уже потом узнал и понял Руслан, ребенок из неблагополучной семьи, мстил миру за несправедливое и трудное детство, отца-уголовника и пьющую мать. Миха быстро установил диктатуру в классе, подмял всех под себя. Его дурной отмороженной башки побаивались не только в параллели пятых классов, но даже восьмиклассники не решались с ним связываться.
Миха четко нацелился на Руслана, маменькиного сынка, всегда аккуратно одетого, с иголочки, на нем всегда была чистенькая и выглаженная форма, что особенно бесило Миху, которому самому приходилось отстирывать пятна на форме и наспех подглаживать воротники рубашки. «Колесо» жил в семейном раю, которого не заслуживал, и Миха был категорично нацелен разъяснить некоторые основы мироздания ботанику и отличнику Руслану.
Сам Руслан долго не мог понять, чем им не угодил, ведь никого не трогал, жил в своем тихом обособленном мирке, занимался музыкой и увлекался историей и чтением приключенческих романов. Только позже понял, что не влился в коллектив, раздражал своей непохожестью, другим образом мыслей и поведением. Они нашли более слабого, беззащитного и начали забивать его всей гоп-компанией.
* * *
В одну из таких потасовок, сзади школы, за контейнерами с мусором, вмешался его старший брат Камиль. Увидел, что Руслана окружили и зажимают в кольцо, позволил себе пару минут понаблюдать издалека, как пытается держаться брат, не сдается, не плачет, не просит пощады, гордо вскидывает голову и молча отбивается от нападавших. Камиль в три секунды разогнал малолетних хулиганов, надавав им пинков и подзатыльников, для ускорения. Так в школе, через несколько месяцев, узнали об их родстве, авторитет Камиля был непоколебим и завоеван в драках.
После этого инцидента, отношения братьев, если не резко, то стали меняться. Вечером, уже дома, они имели серьезный разговор в комнате. Старший брат устроил ему допрос с пристрастием, выяснил все подробности безрадостного школьного бытия Руслана и решил все изменить, сделать еще одну попытку перевоспитать из тихого, изнеженного, но гордого мальчика, бесстрашного воина, каким когда-то был прадед Руслана по материнской линии.
— Покажешь им свою слабость, потом забьют тебя! — наставлял его Камиль. — Я научу тебя приемчикам, мужик всегда должен уметь ответить на удар, а лучше отразить его.
Несколько недель Камиль уговаривал добрейшую тетушку Оленьку записать сына в секцию борьбы, от чего она пришла в полнейший ужас. Ее музыкально одаренный мальчик, которого ждет судьба выдающегося пианиста и непонятная борьба? Там же дерутся, они переломают ее мальчику ребра, и что самое страшное, руки и пальцы, которыми он к своему возрасту, уже виртуозно играл на старинном рояле, что стоял у них в гостиной, до приезда родственников.
Камилю пришлось подключить к дипломатическим переговорам и других родственников. Как ни странно, но решающее слово, оказалось за дедушкой Вилей, который категорично заявил невестке, в своей обычной, несколько развязанной манере.
— Хватит из парня растить нежную ромашку! А то скоро он будет платьица носить, вместо брюк.
— Вилен Захарович, ну, как вы можете… — восклицала расстроенная Оленька, до сих пор не понимающая, как у такого экспрессивного отца, смог родиться ее интеллигентный и тонко чувствующий Володенька.
Но Оленьке пришлось сдаться под напором родственников, Тимур уговорил ее мужа, и Руслана записали в секцию по вольной борьбе. Она переживала безумно, считая каждый синяк на теле ребенка трагедией, и постоянно ощупывала его тонкие, вытянутые, изящные, словно специально созданные под музыкальный инструмент, пальцы сына.
В тоже время, Камиль стал обучать брата приемам самообороны, которые знал, секция хорошо, но защищаться Руслан должен уметь уже сейчас. Потом старший брат прикупил гитару, и они вдвоем разучивали первые аккорды, что у Руслана получалось легче и быстрее, от природы музыкальный тонкий слух, знание нотной грамоты, помогало в освоение нового инструмента, так популярного у подростков.
Именно Камиль пристрастил его к рок-музыке, и зарубежной и выходящей из подполья, нашей, советской, а потом и российской. Мальчик, который наизусть играл целые симфонии классической музыки на рояле и мог дать многочасовой концерт, теперь уверенно наигрывал на гитаре, песни Виктора Цоя, к тому времени, уже ставшего кумиром для молодежи.
К окончанию школы Камилем, они подружились, став более близкими, чем могли быть родные братья. Руслан во многом, брал пример с брата, если это не нарушало его устоявшихся принципов, и убеждений. Слушал с воодушевлением его дерзкие речи о мироустройстве и справедливости. О том, что в жизни надо все время бороться, добиваться самому, слушать свое сердце и стремиться исполнить свои желания, а не идти на поводу у родителей, общества и других сомнительных советчиков. Руслан с обожанием пытался подражать брату, впитывая все установки с юношеским максимализмом.
Через два года, как раз развалился Советский Союз, Тимур Закиров сменил несколько мест работы, пока не нащупал золотую жилу в зарождающемся диком капитализме, пришедшем на смену, казавшейся непоколебимому советскому строю.
Тимур был восточным, смекалистым человеком до кончиков пальцев, и лучше всего у него удалось найти себя в торговле, сначала это были вещевые точки на рынке, когда из-за закрытой до некоторого времени границы, хлынул поток товаров. Тимур занялся продажей одежды, обуви, кислотного цвета курток и новомодных фасонов джинсы, что приносило существенный доход.
Тимуру удалось накопить на отдельную кооперативную квартиру в Москве, и даже несколько месяцев пожить отдельно с семьей, обожаемой русской женой Наденькой и гордостью и наследником, Камилем, до того, как сына забрали в армию. Отец предлагал Камилю избежать этой, уже бессмысленной повинности, но сын уперся и сказал, что пойдет служить в армию. Сам же отец его воспитывал не быть трусом, отвечать за свои поступки и уметь защищать семью, дом и Родину, даже если она многонациональная и необъятная.
Что такое два года в армии в восемнадцать лет? Пустяк, считал Камиль, тем более, он счел для себя зазорным косить по несуществующей болезни, будучи абсолютно здоровым парнем.
Как бы отец знал, уберег бы сына, не пустил бы свою кровинушку из дома, но случилась беда…
Камиль, ушедший отдавать долг Родине, с новым именем Россия, домой так и не вернулся…
Руслан так и запомнил его навечно восемнадцатилетним, смеющимся, полным радужных надежд, в последний день проводов, перед армией. Дома у них собралась большая компания, совершеннолетним парням уже наливали алкоголь, ребята много шутили, а приглашенных девчонок зажимали в углах, тискали и целовали. Девчонки визжали, якобы отбиваясь, но на поцелуи отвечали.
Для тринадцатилетнего Руслана, такое поведение между полами было в новинку, и он широко раскрытыми глазами, разглядывал резко повзрослевших ровесников брата.
— Братуха, вот вернусь я… Заживем красиво! — давал обещания Камиль младшенькому, которые так и не смог исполнить…
* * *
В самом конце 1992 года, Камиля забрали в армию, а в семье Колесниковых начались тяжелые времена, связанные с крахом всей советской системы, в университете стали платить нищенские зарплаты или вовсе не платили, репетиторство, которого набрал молодой профессор, все равно на обеспечение семьи не хватало. Безмятежная, но насыщенная жизнь научного сотрудника и преподавателя резко закончилась, поездки по всему миру, конференции за рубежом, хороший доход и повышенная зарплата за научные степени, обо всем этом пришлось забыть.
Оленька тоже начала искать учеников для подработки, все было нацелено на попытки заработать, выжить в те времена, и самое главное, обеспечить достойную жизнь единственному сыну. Оля даже устроилась уборщицей в детский сад, где до этого подрабатывала на полставки музыкальным работником. Вот этого безобразия, Владимир Виленович допустить уже не смог, его жена, любимая, мать их ребенка, светлая муза по жизни, не должна была загонять себя по нескольким работам.
Он, казалось бы, уже состоявшийся мужчина, будет себя до конца жизни презирать, если не сможет обеспечивать семью. Пусть его отец и подавал дурной пример в плане личной жизни, разводы и многочисленные жены, но именно он учил Володю, что мужик должен вывернуться наизнанку, а семью обеспечить, ребетенка накормить и обучить, жену одеть в шубы и бриллианты и всегда оставлять удовлетворенной. Последнее, Владимир обычно не уточнял, понимая по своему, что жена всегда должна оставаться довольной мужем.
Вилен, каждую жену нежно любил, обеспечивал, а детей от первого брака часто навещал, выполняя перед ними отцовский долг не по закону, а по велению сердца. В советские времена, он работал в туристической сфере, где имел неограниченные возможности на дополнительный заработок, бесконечные поездки по миру, легче было перечислить, где не побывал, общительный и любвеобильный Вилен Захарович.
Подросших детей стал брать с собой в поездки. Собственно Володя с Надей, никогда не чувствовали себя ущемленными разводом родителей и с отчимом Аркадием хорошо ладили. Вилен специально подружился с новым мужем Аркашей, еще в те времена, они договорились, что интересы детей всегда будут на первом месте.
Имея перед глазами достойный пример, Владимир Виленович был вынужден бросить преподавательскую деятельность и профессорскую карьеру и пойти в подсобные рабочие к Тимуру на рынок. Как бы стыдно не было образованному профессору стоять на рынке, торгуя трусами и лифчиками, он, сомкнув губы и сцепив от отчаянья зубы, терпел, ибо только эта деятельность приносила реальный доход.
Тимур не забыл доброты родственника, дал ему возможность подработать, и даже приплачивал в благодарность чуть выше, чем остальным работникам. А вскоре Тимур оценил математический склад ума, и высокий уровень интеллекта бывшего преподавателя, и профессор занялся оформлением документации на развивающуюся фирму Закирова.
Как бы тяжело не приходилось Владимиру в те времена, но Оленька перестала бегать по ученикам и махать грязной, истертой тряпкой по коридорам детского сада. А у любимого и единственного сына Руслана, было все о чем, только мог мечтать мальчишка в его годы, обеспеченная жизнь, возможность доучится в музыкальной школе, поездки летом на юг.
* * *
Беда пришла неожиданно, как она всегда и приходит, незвано, и ломая судьбы…
Камиль из армии писал трогательные и местами забавные письма, рассказывая курьезные случаи из армейской службы, никогда не пожаловался на тяготы, дедовщину, о которой стали много писать в газетах. Эти статьи о развале могучей советской армии еще больше расстраивали родственников. Руслан слышал, как они вполголоса обсуждали материалы из газеты, переживая за Камиля.
В самом конце 1994, родственники стали считать дни, нетерпеливо ожидая, перед самым дембелем, возвращения Камиля. Отец Тимур строил грандиозные планы, вернется сын, можно будет расширять бизнес, который невероятными усилиями удалось отстоять в жесткой конкуренции.
Но регулярные письма от Камиля перестали приходить, это стало первым беспокойством для родственников, Тимур пытался что-то узнать в военкомате, собирался ехать в часть, в которой служил сын. Он уже несколько раз навещал его по месту службу, ездил с женой.
Как пришла шокирующая весть, что сын пропал без вести…
Тогда семья и узнала, что Камиль, в самом конце 1994 попал под распределение, на только что начавшиеся военные действия в Чечне. Это был шок, вся страна следила за событиями в мятежной Чеченской республике по новостным выпускам и публикациям газет. Уже сыпались проклятия вслед начавшейся войне, бесновались политики, рыдали родственники военнослужащих, правительство пыталось обосновать необходимость военной операции в Чечне.
Понять, как Камиль оказался в рядах первых военнослужащих, отправленных в зону боевых действий, оказалось невозможно. Все попытки узнать о дальнейшей судьбе парня, тоже не увенчались успехом. Пока Тимуру, один из раздраженных офицеров в военкомате, повышая голос, не высказал предположение о том, что есть обоснованные факты подозревать Камиля в дезертирстве и переходу на сторону чеченских сепаратистов, ведь он же мусульманин по национальности.
Из военкомата Тимура забирала скорая помощь, у него случился сердечный приступ, во время выяснения отношений уже с военкомом, на повышенных тонах. Такие обвинения привели в ярость Тимура, он рвался из больницы скорее, чтобы самому разыскать сына и снять бредовые обвинения с сына. Его Камиль никак не мог перейти на сторону боевиков, не было ни одной причины для предательства. Их семья была светской, отмечая только некоторые традиционные мусульманские праздники, но также они чтили и русские праздники, которые были важны для его супруги Наденьки.
Тимур Закиров начал сам поиск сына, нашел его бывших сослуживцев, которых обвинения военных тоже привели в недоумение, Камиля они запомнили бойким и не унывающим парнем. Рассказали о начале военной операции, как их неожиданно перекинули к границам Чечни, как в одном из селений начался бой, и часть солдат отрезало от основной группы, именно они и числились пропавшими без вести. Сослуживцы подозревали, что пропавшие ребята попали в плен к боевикам, что равносильно было смерти.
Так Тимур узнал правду о последних днях сына, но единственное, не был готов поверить в гибель сына. Только убедившись лично, увидев тело сына, готов был принять мысль о его смерти. А если его ребенок в плену, он должен его спасти. Но поездки в раздираемую войной Чечню ничего не давали, его останавливали на блок-постах, военные не давали ему продвигаться дальше.
Нанятые в проводники чеченцы из местных, помогали ему за вознаграждение, добраться до селения на границе, где был тот самый бой, после которого на его сына повесили ярмо дезертира и предателя. Эта поездка тоже не дала результатов…
Вернувшегося в Москву Тимура, ждал новый удар, почти через год, после известия о пропаже сына, семье сообщили, что Камиль геройски погиб, его опознали при обмене тел погибшими. Какое-то время российские солдаты пробыли в плену у чеченских боевиков, как раз в те моменты, когда военные позорно на них вешали ярлыки дезертиров.
Опознали Камиля по медальону, и особым приметам, тела родственникам так и не показали, убеждая, что по этим останкам, они все равно не смогут опознать своего сына. Тело изуродовано и уже подверглось процессу тления. Никто даже не извинился перед семьей за необоснованные обвинения…
Останки тела хоронили в закрытом цинковом гробу, с военными почестями, даже выписали награды солдату российской армии Камилю Закирову. В ночь, после похорон, Тимура Закирова парализовало, не смогло его отцовское сердце выдержать такого удара, смерти родного сына…
Тимур еще проживет несколько лет, парализованный, он через несколько месяцев сможет немного восстановиться, будет делать попытки ходить, к нему вернется частично речь, хотя он будет периодически забываться. Он так и проживет остаток жизни, с мыслью, что его сын жив и скоро вернется из армии. Никто не посмеет его разубеждать, тяжелее всего придется его жене Наденьке, когда находящийся в забытье муж, начнет фантазировать, что вот когда вернется Камиль…
Что случилось с Камилем в Чечне, как именно он погиб, сколько времени провел в плену, родственники так и не узнали…
На Руслана история брата произвела неизгладимое впечатление. Именно тогда он понял, что награды могут быть никому не нужными, бравые речи в честь героев бессмысленными, а сердце может болеть при мысли, что ты никогда больше не увидишь брата.
И тогда он принял для себя решение отомстить, доказать, что смерть брата не была напрасной…
* * *
Отцу Руслана, Владимиру Виленовичу, пришлось очень нелегко в тот момент, известие о гибели племянника подкосило всю родню, и теперь ответственность за обеспечение семьи легло на его плечи. Тимур уже не мог управлять своим разрастающимся бизнесом, он пребывал в болезненном мире грез, где его сын был жив…
Все стоило денег, лечение, врачи, бесконечные реабилитации, лекарства. Сестра Надя совсем вымоталась, ухаживая за больным мужем, ей помогала Оля, но все равно пришлось нанять сиделку. Как он в этот момент удержал бизнес, не вылетел, через какие нравственные грани пришлось переступить, бывший профессор не любил вспоминать. У него была цель, и он к ней двигался. Не обошлось без помощи отца, Вилена Захаровича, очень помогли его старые знакомства и связи…
Выплыли, выжили, даже удалось расширить бизнес, открыть новые точки и магазинчики. Владимир тогда решился на не мыслимое, продал их просторную квартиру в центе Москвы, на Арбате. Они жили, в тех старых домах дореволюционной постройки, с роскошной парадной, где на стенах висели старинные зеркала, в квартирах имелись просторные комнаты, с высокими потолками с лепниной. Все переехали жить в Люблино, в кооперативную квартиру Закировых в панельном доме.
Перемены в жизни семьи, лишившейся привычной обстановки, очень сильно переживала Оленька, но больше всего ее угнетало, что многие знакомые от них отвернулись, с презрением поджимали губы, если встречались у общих друзей. Колесниковы занялись торговлей, чего так и не смогли понять их некоторые давние друзья.
Но удивил всех сын Руслан, которому пришлось переезжать и искать новую школу, а ведь мальчику осталось доучиться последний год в школе. Руслан без особого сожаления расстался с бывшими одноклассниками, друзей у него там не осталось. Для дальнейшего обучения выбрал себе кадетскую школу, самую ближайшую к ним, заявив родителям, что собирается делать военную карьеру. Заявление сына стало полной неожиданностью, особенно для мамы, у которой были самые радужные планы на будущее ее талантливого сына. Но Руслан проявил упрямство, и мама все лето потратила напрасно, пытаясь отговорить сына от опрометчивого шага.
В кадеты его взяли, хотя с некоторой оговоркой, что последний год обучения и поздно, но директора школы впечатлили оценки в табеле молодого человека и еще немножко, спонсорская помощь Колесникова-старшего.
* * *
В шестнадцать лет для Руслана началась новая жизнь…
В кадетской школе ему учиться понравилось, новые одноклассники приняли его нормально, спортивная секция за плечами и владение гитарой, даже сделало его популярным среди немногих девушек, что учились с ним в одном классе.
У Руслана появились новые друзья, особенно подружился с весельчаком Серегой Дорониным, парнем из многодетной семьи, собирающимся, после окончания школы, сделать карьеру в милиции. Сереге понравилось бывать у Колесниковых в гостях, где он получал столько внимания от матери Руслана, сколько никогда не видел дома, в силу того, что его родители, нарожав семерых детей, и занимаясь воспитанием младших, немного подзабывали о старших.
Планы у одноклассников были разные, кто-то действительно собирался делать военную карьеру, кто-то собирался в правоохранительные органы, но наибольшее влияние на кадетов оказал педагог по военной подготовке, бывший десантник, подполковник запаса. Для ребят, что собирались поступать в военные училища, он организовал патриотический клуб, где велась серьезная подготовка, начиная с физических нагрузок, посещений музеев, изучением военной истории, и походов, где молодые кадеты могли испытать себя.
Именно бывший десантник повлиял на решение Руслана поступать в Рязанское высшее воздушно-десантное военное училище. Дома намеренье сына опять встретили слезами матери и непониманием отца, желающих единственному ребенку другой судьбы. Единственный, кто поддержал планы Руслана, оказался дедушка Виля, заявивший, что гордится внуком, его упрямством и решимостью.
Поступить на полный пятилетний курс Руслану не удалось, не смотря на отлично сданные основные экзамены и набранные баллы, сказались недостатки физической подготовки. Высокий конкурс на место, где слабые отсеивались на первых же выматывающих сборах, которые начались в июле, сразу после сдачи школьных экзаменов.
Руслану удалось поступить на трехгодичный курс обучения, но звания прапорщика ему было недостаточно, он хотел быть офицером, и после рязанского училища поступает на заочную форму обучения, в военный ВУЗ при Министерстве обороны, что было возможно сделать во время прохождения военной службы по контракту.
Идет 1999 год, начинается Вторая чеченская компания, Руслан сам просит направления в горячую точку, желание попасть в Чечню, что было его окончательной целью…
Именно там он познакомился с Уваровым Андрюхой, который после прохождения призывной службы в десантных войсках, попадает в ту же часть, на контрактную службу. Встретились два десантника, один теоретик, другой практик, оба поступившие в один военный ВУЗ на заочное отделение, но даже это их не подружило в тот момент.
* * *
Андрею Уварову, в самом начале не понравился благовоспитанный выпускник музыкальной школы, Руслан Колесников, ему казался лицемерным налет излишней интеллигентности и благородных манер, выпускника рязанской десантуры. Не соответствовал он своим собратьям, резким, жестким и бесстрашным. Руслан был самым чутким и добрым среди всех ребят, что Андрею на тот момент казалось проявлением слабости.
Но именно с Русланом и другим десятком ребят, их отправили в разведку, в горы, где они попали в заранее организованную засаду. Живыми из-под шквального обстрела боевиков ушли не все… Их предал кто-то из своих, из офицерского состава, что слили маршрут передвижения группы военнослужащих. Командира убили одним из самых первых, и солдатом пришлось самим выбираться из засады.
Руслан оказался одним из первых раненых, Андрей думал, что ему разнесло полностью голову, но задело по касательной очередью лицо, и в тот момент он был похож на вывернутый наизнанку кусок мяса, истекающий кровью. Оказалось, что у Руслана еще и ранение в ногу, которую ему тут же перетянули жгутом. Ранение в грудь было более серьезным, прошедшим навылет, чудом не пробив легкие, иначе бы парень уже издавал предсмертные хрипы.
Андрей, обладающий феноменальной памятью, помнил по карте, как выходить к своим, но надо было еще пробраться через шквальный обстрел наступающих боевиков. Он хотел жить, и кажется, единственный не потерял рассудок от страха, и не получил ранение. Чтобы выжить в экстремальных обстоятельствах, пришлось взять командование остатками солдат на себя.
Раненый, но находящийся в сознании Руслан, уверенный, что это его последний день на земле, предложил Андрею, тактический отход, чтобы ребята смогли спасти свои жизни, а самому остаться для отвлечения внимания наступающих боевиков. Пока ребята будут отступать, он отползет подальше и будет открытой стрельбой перетягивать внимание на себя.
Андрей был удивлен, но не дал Руслану принести себя в жертву, ибо его предложение предполагало смертельный исход. Выжить Руслан не смог бы, боевики до него бы быстро добрались, поняв, что он остался один.
Они чудом выбрались из той предательской мясорубки, Андрей тоже получил ранение, пытаясь вывести группу выживших из засады, не бросив ни одного раненого. Будучи раненым в левую руку, которая повисла плетью, другой помогал тянуть раненного в ногу Руслана, которому каждое движение отдавалось адской болью. Андрея восхитило, как терпеливо, почти не издав ни одного звука, терпел Руслан, пока они с еще одним солдатом помогали ему прыгать на одной ноге. Когда Руслан идти не смог, они волокли его на себе.
Ближе к концу дня, они ушли на безопасное расстояние от боевиков, где и сделали привал, сил идти дальше уже ни у кого не было. Подали сигнал своим, и ждали, когда их заберут.
Именно в тот день, приятное простое лицо интеллигентного парня, Руслана Колесникова оказалось обезображено, он практически поседел, и русый от природы цвет волос, сменился на пепельно-серый. А Андрей сделал для себя вывод, что пойдет с этим парнем в любую разведку, зная, что его спину всегда прикроют, даже если придется пожертвовать собой…
О чем Руслан думал в тот день, когда был на грани, смертельно раненый, лежал под открытым небом, истекающий кровью и изжаренный под палящими лучами южного солнца? Андрей не знал, правда или нет, но Руслан как-то позже признался, сильно напившись, что провожая закат, был уверен, что видит солнце в последний раз и прощался с ним.
У самого Андрея к земному светилу, как и к остальным звездам, было чисто научное любопытство, а у Руслана появилась патологическая тяга, тоска по солнечным дням. "Солнечным маньяком" называл его, с ехидством думая, что в Руслане еще гуляет не до конца убитый юношеский романтизм.
За эту неудачную операцию, их увешали медальками, всех, кого-то и посмертно, а Андрею Уварову присвоили звание героя. Но он так и остался уверен, что почетное звание ему присвоили за спасение жизни, исключительно генеральскому сынку, неизвестно как затесавшемуся в их группу контрактников. Потом узнал, что сынок что-то доказывал высокопоставленному папашке…
Историю их спасения раздули до небывалых размеров, их одолевали расспросами, за ними бегали журналисты, требуя сенсационных откровений…
Что они могли рассказать?! Как хотели выжить, и невероятно осознавать до сих пор, как им это удалось…