Глава 22

– Пожалуй, из вас вышла бы неплохая ведьма, – задумчиво обронил за завтраком Натан.

Вот уже четверть часа он вместо газеты рассматривал меня и наконец озвучил свои выводы. Странные, надо признать. Пожав плечами, сочла сказанное за комплимент, но все же уточнила:

– Почему?

За прошедшие две недели лорд почти оправился от ран и с нескрываемой радостью покинул склеп – так он именовал свою спальню.

– По многим причинам. – По губам его скользнула ироничная улыбка. – Полагаю, часть из них вам не понравится, поэтому озвучу только приличные.

– Нет уж, – играя в морской шторм в тарелке с жидкой овсянкой, потребовала я, начните с неприличных.

– Хм, – Натан покосился на восседавшего на спинке моего стула Дика, – я несколько опасаюсь. Двое против одного… Боюсь, Всевышний не наградил меня крыльями и острыми когтями, а вступать без них в дискуссию с вами смерти подобно.

– Зато вы прекрасно владеете языком. Он не менее остер, чем ваша шпага.

Чем дольше я жила в Брекене, тем больше практиковалась в чуть ли не главной светской науке – умении наделать в собеседнике дырок без ножа. Или просто сказывался возраст? Наступила та прекрасная пора, когда на прежние «нельзя» смотришь с сарказмом, а новые еще не появились.

Глаза Натана задорно блеснули.

– Предлагаете устроить поединок?

Кивнула:

– Если король не запретил вам словесные дуэли, почему бы и нет?

Все лучше, чем изображать наслаждение кашей. Сегодня кухарка приготовила завтрак так, словно ее бросил целый гарем мужей, и она в моем лице решила отомстить всему женскому роду. И заодно взялась за мою фигуру, которую я чуточку запустила. Ладно, не чуточку, но единственное развлечение в Брекене – это еда. Ему я с успехом придавалась трижды в день, иногда даже больше. Появление же в моей жизни дракона, партнера по обжорству, и вовсе поставило крест на талии как у тростинки. Зато ветром не сдует.

– Необязательно ему говорить, – подмигнул Натан и неожиданно поинтересовался: – А что Ричард Олбани? Мне говорили, он уехал.

– Уехал, – охотно подтвердила я и, отодвинув тарелку, потянулась за сдобной булочкой.

Эх, прощай молодость, прощай фигура! Подвиньтесь, старые девы, иначе задавлю телесами.

– Скучаете? – продолжил странный допрос лорд.

Выражение его лица изменилось, стало предельно серьезным. С другой стороны, именно он в свое время обвинил Ричарда в проведении ритуала, а тот вызвал его на дуэль. Я вдруг подумала, что, пусти лорд Олбани слух в столице, это могло бы изрядно навредить Натану. При желании Ричард мог обставить все в самом худшем свете, а то и выставить инициатором дуэли Натана. Оставалось надеяться, младший сын виконта довольствуется возней с Аренами. Кстати, что-то давно нет вестей от магистра, притих. Нашел ли он доказательства вины Ричарда или извинился перед ним за клевету? Надо попытать Эрика.

– Нет.

Разрезав булочку пополам, я щедро сдобрила ее маслом.

– Но ведь теперь вам не с кем танцевать, – не унимался Натан.

– Теперь мне не за кого выходить замуж – это самое главное. А танцы… В конце концов, у меня есть вы. Или в Брекене запрещено танцевать с девушкой без намерения жениться?

– Запрещено, но мы попытаемся нарушить традицию. – Лорд снова улыбнулся. – Обещаю устроить ради вас грандиозный бал.

– Умерьте пыл, милорд, мне хватит и обычного. Тем более не следует называть его в мою честь.

– Вы суеверны? – В глазах Натана плясало драконье пламя.

– Скорее недостаточно тщеславна. Вдобавок хочу тихой, размеренной жизни.

– Вы? – не поверил Натан.

– Да, именно я. Полагаю, вы в курсе моих приключений? – Лорд кивнул. – В таком случае должны понимать, их с лихвой хватит до конца жизни. Вот хочу попробовать стать настоящей леди.

– Боюсь, – лорд с трудом сдержал ироничный смешок, – пока выходит лишь ведьма. И не нужно морщить лоб, примите горькую правду. Вы же пичкали меня всяческими микстурами, а они, заверяю, были мерзкими на вкус.

– Ладно, давайте вашу горькую пилюлю, – смирилась я.

Даже интересно, что родним меня с мастерицами заговоров и проклятий.

– Итак, – Натан прокашлялся, неторопливо размял пальцы, будто собирался не произнести пару слов, а приступить к долгому кропотливому занятию. – Как истинная ведьма, вы рушите упорядоченную жизнь, кидаетесь цветочными горшками, жонглируете колкостями, ищете и находите неприятности. А еще делаете отличные мази. Местный врач ими крайне интересовался, просил рецепт.

– Боюсь, – я с трудом сдерживала смех, – у него нет главного секретного ингредиента.

Казалось бы, следовало обидеться на сомнительную характеристику, а мне хотелось растянуть губы от уха до уха. То ли старею, то ли глупею, может, то и другое сразу.

– Какого же?

Сделала эффектную паузу, подогревая градус любопытства, и все же улыбнулась:

– Меня. А еще крыльев летучей мыши, слез девственниц и паучьих лапок. Нет, серьезно, – я с удовольствием налила себе еще кофе, – ничего сверхъестественного я не делала, все строго по учебнику, потрепанному, старому и тысячу раз дополненному настоящими ведьмами. И характер мой тоже не так плох, как вам кажется.

– Откуда вам знать, что мне кажется? – поддел Натан. – Или вы на досуге изготовили ментальный артефакт?

Фыркнула:

– Я работаю над этим. Как только, так сразу на вас испытаю.

Шутки шутками, а задуматься есть о чем. Я не о ментальном артефакте. Недели бегут, диплом устаревает, а я по-прежнему сижу в приемной, перебираю бумаги. Единственный раз применила магию при защите Натана и то не артефакторику. А ведь еще в июне казалось… Выходит, прав господин Энлих, для девиц диплом – всего лишь пыльная бумажка за стеклом. Неважно первая ты ученица или последняя, знаниями не пользуешься, ничего ценного не создаешь.

– Что-то вы приуныли! – Натан промокнул губы салфеткой и поднялся из-за стола. – Предлагаю немного развеять вашу хандру, а заодно повысить квалификацию.

– Неужели на ратуше вновь сломался часовой артефакт, а Рональд в отъезде?

Быстро затолкала в рот сдобную булочку, единственно съедобное во всем завтраке, и запила ее кофе. Лучше подавиться, чем умереть от скуки. Подумать только, я уже начала искать поводы не ходить на службу!

– Ну зачем же лишать вашего коллегу единственной радости в жизни! Нет, у меня к вам просьба иного рода, пусть и по магическому профилю. Однако лучше один раз показать, чем сто раз рассказать. Поднимемся наверх?

Через пару минут я уже стояла в знакомом кабинете Натана.

– Вот!

Он отпер верхний ящик стола и достал нечто, бережно завернутое в носовой платок.

– Надеюсь, – нахмурилась я, не торопясь разворачивать ткань, – это не с места ритуала?

– Нет. Этим со мной расплатился один из фермеров. Сначала думал сдать в ломбард, но затем засомневался.

Дракоша, конечно, егоза крылатая, больше всех ему надо, проворно спланировал на стол.

– Дик! – встревоженно окликнула я.

Поздно: любопытный крыластик подковырнул когтем платок прежде, чем я успела его остановить. Ох, лишь бы ничего не оторвало!

Пригнувшись и на всякий случай заложив уши, мы с Натаном не спешили подниматься, спрятались по обеим сторонам стола.

– Эй, вы чего? – Дик по очереди заглянул в лицо каждому. – Это всего лишь астролябия. У нас такая в каждом доме.

– У нас? – отгоняя нехорошее предчувствие, переспросила я и, медленно выпрямившись, глянула на стол.

На платке лежал шарик размером с человеческий кулак. При детальном рассмотрении оказалось, он не цельный, а состоит из множества частей, тщательно подогнанных друг другу. Непонятная вещица поблескивала кристаллами, походившими на бриллианты. Саму ее выполнили из непонятного темного металла, я такого прежде не встречала.

– Я не знаю точного названия, мама Джейн. Если бы вылупился у мамы в гнезде, сказал бы, в каком из темных королевств.

– Хель? Изнанка?

Нехорошее предчувствие уже вопило во весь голос, тыкало ножиком под ложечкой.

– Изнанка, конечно! – обиделся Дик. – Я тебе демон?!

– Ну прости, – развела руками, – в человеческих академиях подобным тонкостям не обучают.

– Чему вас вообще только учат! – горько посетовал крыластик. Мог бы, глаза закатил, а так только зрачки до тонкой ниточки сузил. – О драконах ничего не знаете, складной астролябии не видели, даже жертвенник определить не можете.

– Жертвенник? – впился в меня взглядом Натан.

Шикнула:

– Потом!

Сначала с драконьей внутриутробной учебной программой разберусь.

– А можно ее взять?

Робея, словно перед Ареном-старшим, я указала на шарик.

– Даже нужно, – воодушевился крыластик. – Такой бам будет!

– А можно без бама? – с надеждой спросила я.

Кто темных знает, вдруг у них астролябии для создания вселенной предназначены? Вот и заготовки под звезды в виде бриллиантов имеются, недаром же камушки по всей поверхности рассыпаны.

– Можно, но это так скучно!

– А мы с леди Джейн старые, обожаем скуку, – подмигнул Натан и покосился на меня.

Активно закивала. Мне тут взрыв мирового масштаба не нужен, в демиурги не записывалась.

Дик окончательно погрустнел и ловко когтем привел в действие скрытый механизм. Никакого взрыва не последовало. И хвала небесам! Шарик распался на две половины, явив вполне привычный астрономический механизм. Правда, не совсем в обычном исполнении. Жители Изнанки видели звезды иначе, да и предпочитали объемное изображение. Словом, вышла эффектная вещица, над которой ломали бы умы многие ученые.

– Увеличить? – обернулся ко мне Дик.

Кивнула, надеясь, что места в кабинете хватит. Хватило.

Астролябия подпрыгнула. На мгновение ее заволокло едким дымом. Когда он рассеялся, мы с Натаном дружно выдохнули: «Ух ты!» Да это же не просто астрономический прибор, это еще и проекция звездного неба. Все движется по орбитам, блестит, переливается – мечта ленивого студента. Ничего не надо высчитывать, покрутил, навел на нужную звезду, и готово.

– Откуда астролябия у обычного фермера?

– Сам хотел бы знать, – почесал затылок Натан. – Сначала я принял это за часы, потом – за артефакт, но и подумать не мог…

Лорд замолчал, а потом решительно направился к двери.

– Джейн, вы со мной? Если получится, мы сегодня найдем проход в другой мир.

Я колебалась не больше мгновения. Ну ее, субординацию, постфактум Эрику обо всем доложу. Заодно сбылась моя мечта – можно на законных основаниях не плестись в контору.

Попросив Дика сложить астролябию, прихватила ее с собой и, перепрыгивая через ступеньки, обогнала Натана, первой спустилась в холл.

– Какое похвальное служебное рвение! – улыбнулся он.

Лорд не торопился: боялся потревожить раны. Я же изнывала от нетерпения. Могла бы, закинула бы его на плечо и несла до самой фермы.

Ехали в экипаже – опять-таки из-за соображения здоровья Натана. Хотя, по мне, на ухабах трясло не меньше, чем в седле. Во всяком случае я раз пять прикусила щеку и набила десяток новых синяков. Натан же, если и испытывал какие-то неудобства, мужественно держал лицо.

– Осторожно! – предупредил он, когда мы остановились у низенькой беленой ограды. – Тут грязно.

Натан первым выбрался наружу, оценил масштаб катастрофы и предложил:

– Давайте я донесу вас до дома?

Отказалась… и лишилась еще одного платья. Не поручусь, что трясина вдобавок не засосала единственные туфельки.

– Я предупреждал! – укоризненно покачал головой Натан.

Ему-то хорошо, в штанах, высоких сапогах, а мне?

– Могли бы предупредить еще в замке! – насупилась я, лишая сложную дилемму: ступать по грязи или продуктам животной жизнедеятельности. – Тогда бы не пришлось изображать героя. Знаете же, вам нельзя поднимать тяжести.

– Вы совершенно правы, – согласился нахал, – не такая уж вы красавица, не стоите подвига.

– Запустить в вас коровьей лепешкой? – прищурилась я.

– О, вы начали разбираться в сельском хозяйстве! – продолжал потешаться лорд.

– Руку дайте! – буркнула я. – А лучше обе.

Нечего и думать выбраться самой, только сильнее увязну.

Ох, представляю, как от меня воняет. Сколько же мыла я изведу, пока не верну себе аромат леди!

Натан со страдальческим вздохом, то ли наигранным, то ли настоящим, подхватил меня подмышки и перенес на безопасное место.

Туфельки стойко выдержали испытание, остались на ногах. Есть в жизни счастье!

– Вы как? – Может, я чуточку сердилась на лорда Рурка, но помнила о его ранениях. – Крови нет, не болит?

– А должно? – Натан вздумал играть в стойкого каменного стража.

Но я-то видела, как он украдкой помассировал левую руку.

– Смотрите, – пригрозила я, – вскроются раны, найду вам самую страшную сиделку в Ромнии. Вдобавок совру, что вы без памяти в нее влюблены.

– Ответной мести не боитесь? – приподнял брови лорд. – Ричарда Олбани всегда можно вернуть, обнадежить…

– Сплюньте! – переменилась в лице я.

Может, и письма Ричарду лучше не писать, мало ли? Девушки – существа ветреные, пообещала и забыла.

– Ладно, – посерьезнел Натан, – шутки в сторону. Говорить с Джеком буду я. Вы слушайте и помалкивайте. Ваш дракон пусть тоже молчит, а еще лучше подождет нас в экипаже.

Представила картину «Явление фермеру дракона». Парной к ней стала бы «Смерть фермера от сердечного приступа». Так что действительно, друг любезный, посиди в экипаже. Мы тебе потом все подробно расскажем.

Сначала Джек отпирался, врал, будто вещица перешла к нему по наследству от деда, но потом признался: нашел, согласился показать где. Полагала, мы отправимся к старой мельнице, не раз радовавшей предметами из другого мира, но путь наш пролегал среди полей, на границе со смешанным лесом, клином врезавшимся в пастбища.

– Вот тут!

Джек остановился в, на первый взгляд, неприметном месте и ткнул пальцем под осинку. Дерево как дерево, только кривое. Очень кривое, в форме теты. И тут в голове щелкнуло: пора звать Эрика. Тебе даже подсказку повесили, вход обозначили. Тета – одна из букв демонического алфавита. Точнее, самая первая.

– Спасибо, вы нам очень помогли, – сбивчиво поблагодарила я.

После торопливо пожала руку сконфуженному Джеку и послала обратно к коровам и уткам. Ферма в жутком состоянии, ему работать надо, а не глазеть, как другие трудятся в поте лица.

– Пожалуйста, последите за Диком, – убедившись, что Джек ушел, дала Натану практически невыполнимое поручение.

А вдруг справится? В случае чего виноват лорд, не я.

– Сами полезете? – догадался Натан.

Вздрогнула, аж до мурашек.

– Спасибо, мне и тут хорошо!

– Напрасно! – Натан снова вздумал надо мной потешаться. – Там женихи отменные, сильные и сразу рогатые.

– А я девушка верная, не люблю лишнюю растительность на голове.

И смело шагнула к осинке.

Вау!

Стоило мне приблизиться, вытянуть руку, как из воздуха соткалась полупрозрачная арка. Она напоминала мыльный пузырь, переливалась всеми красками радуги. Сделала шаг назад – дверь пропала. И все – без единого заклинания!

– Хм, – задумчиво почесала кончик носа, не решаясь еще ближе познакомиться с проходом в иные миры, – а, может, запустить туда Дика? Он ведь вернется?

На последнем вопросе голос дрогнул. Я опасалась, что родовая привязанность пересилит нашу хрупкую связь. Порадоваться бы возможности избавиться от питомца, а я чуть ли не слезы лью.

– Давайте кинем туда ветку, – предложил Натан.

– Ага, и получим этой самой веткой по голове от рассерженных аборигенов, – обрисовала я сомнительную перспективу знакомства двух миров и, покрутившись вокруг осины, смирилась с необходимостью присутствия Эрика.

Не хватало моего образования для подобных вещей, да и специальность не та.

В итоге разделились: мы с крыластиком остались сторожить проход в другие миры, Натан уехал за Эриком.

Начальник примчался не один – с Синтией. Вот кого бы я без зазрения совести кинула в призрачную дверь, еще бы камушком подперла, чтобы не вернулась. Но, увы, двуличная штучка растворятся в воздухе не желала, зато Натан вернулся в замок. Он сообщил Эрику новость, предоставил свой экипаж и посчитал свою миссию выполненной. Не могла его винить: лорд до конца не выздоровел, вдобавок таскал на себе разъевшуюся леди.

– Стойте возле экипажа! – крикнул спутнице Эрик и быстрым шагом приблизился ко мне.

– Обязательно было ее, – указала подбородком на Синтию, – с собой тащить?

– Ну, – чуть смутился начальник, – мы вместе ели пирожные, неудобно как-то бросить даму. Вдобавок она интересуется магией, давно просила…

Фыркнула. Ему видней, но Синтия – явно чужеродный элемент, равно как и ее пирожные. Я бы остереглась их есть, вдобавок от сладкого полнеют. К мужчинам тоже относится, как бы они ни утверждали обратное. Но дело Эрика. Странно, чем ближе он сходился с Синтией, тем меньше я его ревновала. Потому как глупо ревновать идиота, променявшего умницу и красавицу на чужую отставную любовницу. В глубине души, конечно, надеялась: Эрик одумается, но с каждым днем все меньше верила в наше совместное будущее. В одну реку не входят дважды.

Внимательно все осмотрев, даже зарисовав, Эрик сообщил: можем возвращаться.

– А как же?

В растерянности покосилась на осинку. Мы просто так все бросим, не запечатаем?

– Нужно дождаться приезда отца, без него лучше ничего не предпринимать. Хотя, сдается, яйца со старой мельницы, запонка и прочее отсюда родом. Чернокнижник использовал ее как перевалочный пункт.

– А как же жертвенник?

– Одно другого не исключает. Вероятно, с помощью жертвенника заключались сделки.

– Не проще ли передать все из рук в руки? – покачала головой я.

– Нет. Видишь ли, демоны и прочие существа просто так общаться с людьми не станут, их нужно призвать.

– И если договоришься об условиях, они откроют портал, – догадалась я.

– Именно, – подтвердил Эрик. – Поэтому сначала пентаграмма, ритуалы и жертвы, а только потом гостинцы из других миров.

– После того, как магистр тут все осмотрит, спалит, сотрет – или как там уничтожают порталы, ты уедешь?

Помрачнев, отвернулась. Может, я и не рассчитывала на свадебные колокола, но без Эрика в Брекене станет тоскливо.

– Но ведь и ты тоже здесь не задержишься, – ушел от ответа Арен-младший.

Заметив, что Синтия нарушила указания, выбралась из экипажа, он прикрикнул:

– Мы так не договаривались, леди, ну-ка назад!

Синтия виновато потупилась и повиновалась.

– Я всего на минуточку: интересно же! – оправдывалась она.

Хм, Синтия что-то спрятала в складках юбки. Кажется, планшет. Да ну, вряд ли! Сомневаюсь, будто Синтия приказала сшить платье с огромным потайным карманом. Наверняка это обыкновенная сумочка. И никуда она ее не прятала, просто положила на колени.