Глава 29

*Андрей*

— Я не совсем понимаю, чего ты хочешь добиться и как все это провернешь, — Влад Виннер на том конце телефонной связи спокойно подводит итог моей просьбы о помощи. — Но если мои финансы не пострадают, то я не против помочь тебе, — соглашается он на придуманную полчаса назад мной с Егором авантюру.

— Твои финансы пошатнутся только в части реальной покупки того отеля, сделку по которому мы на днях обсуждали. Все остальное пройдет липой по офшорам и прочим каналам, дабы запутать следы, — обещаю ему и, скрестив пальцы, молюсь о положительном исходе всей этой махинации.

— Хорошо, — лаконично подтверждает он свое участие в «заговоре века».

Мы договариваемся о его визите ко мне и уже спустя час подписываем все необходимые документы.

Владислав Аркадьевич Виннер — владелец успешного бизнеса (что-то связанное с разработками в сфере электронных технологий).

Не так давно он заинтересовался одним из моих отелей, выставленным мною на продажу. Находится тот в небольшой бухте. Тихое, почти безлюдное местечко, и доход с него минимальный. В общем, ненавязчивый балласт. Но Влада отель именно этим и привлек.

— Я сделаю из него курорт для сотрудников с полным комплексом услуг для отдыха и развлечений, — пожав плечами, удовлетворил он мой интерес касаемо его целей на приобретенную недвижимость.

— Неплохое решение, — одобрительно кивнул я.

Мне все же не безразлична судьба гостиницы и работающих в ней сотрудников. Да и Влад подтвердил, что не собирается критично чистить штат работников. Договорившись о личной встрече после моего возвращения в город, так как переговоры велись по видеосвязи, мы распрощались. И вот сегодня я решил рискнуть и замутить грандиозную аферу, после которой я могу остаться с голым задом. Но лучше так, чем отдавать годами выстроенный бизнес уроду, что действует исподтишка.

Господин Сизов снизошел до нашей просьбы и с пренебрежением, читающемся в каждом слове, все же дал нам двадцать четыре часа на раздумья. Этого времени нам больше, чем хватает на исполнение всего задуманного. И вот сейчас у меня на руках визуально все те же договоры, присланные шантажистом для подписания, только с небольшой правкой — настолько небольшой, что разглядеть ее можно, только если знать, где искать. Но, как заверяет меня с виду милая, а на деле обладающая бульдожьей хваткой в таких вопросах, женщина-юрист: «Хрен прикупаются, а я в суде размажу их, как сливочное масло по бутерброду».

Я не настолько самоуверен, чтобы рассчитывать на то, что у Сизова нет человека круче Надежды. Но надежда, как говорится, умирает последней, а наша, даст Бог, сама на лопатки всех положит.

По сути, мы готовы к передаче, и тянуть время уже нет необходимости. Я даже несколько раз порываюсь рвануть в ту самую точку на карте, которая значится местом встречи. Но Егор строгим взглядом и веским аргументом гасит мои стремления.

— Андрей, не кипятись, — в сотый раз повторяет он. — Нам нужно еще немного времени.

И я смиренно жду. Доверяю ему и его бойцам. Молюсь Всевышнему и жду, листая в телефоне фотографии, с которых на меня смотрят, счастливо улыбаясь моя любимая жена и довольный сынишка.

— Я не могу их потерять! — твержу себе, как какую-то мантру.

Больше суток без сна, и сколько еще впереди, неизвестно. Но я не могу и глаз сомкнуть. Даже пресловутый кусок в глотку не лезет. Заливаю в себя, уже даже и не знаю, какую по счету, чашку кофе и, поглядывая на часы, продолжаю просто ЖДАТЬ.

— Все! — Громкий голос Егора выводит меня из состояния легкого ступора. Вскидываю голову, вопросительно изогнув брови. — Все готово, поехали!

Ни секунды не колеблясь, я подскакиваю из-за стола, снося попутно все, что под руку попадается, и спешным шагом иду к выходу. Понимаю, что мое взвинченное состояние — не самый лучший союзник в этом деле, но нервы за эти гребаные сутки потеряли большую часть своих клеток даже у такого хладнокровного циника, как я.

— Стой! — летит мне в спину окрик Егора, когда я уже хватаюсь за ручку двери, желая как можно скорее оказаться на парковке. — Держи!

Он протягивает мне небольшой контейнер. Удивляюсь, но, открыв его, нахожу там нечто очень сильно смахивающее на передающие устройства.

— Этот в ухо, — указывает друг на один из двух микроаппаратов, — этот на одежду, но так чтобы не было видно.

Быстро проделываю все необходимые манипуляции.

— И это не забудь. — В мои руки ложится папка с липовыми документами. — Едешь один. На рожон не лезь. Я буду рядом. Буду слышать все, что вокруг тебя, и подсказывать, если что.

Просто безмолвно киваю. Внимательно выслушиваю весь инструктаж. А затем, вбив в навигатор нужный адрес, выезжаю с территории коттеджа, чтобы спустя полчаса припарковаться около здания в центре города. Интересное место выбрано для встречи! Но мне не до разгадывания их в чем-то нелогичных шагов.

Выхожу из автомобиля и, зайдя в здание, поднимаюсь на нужный мне этаж. Пешком, игнорируя лифт, пролетаю десяток лестничных пролетов и захожу в небольшой офис. Табличка на двери сообщает, что в этом помещении располагается туристическая фирма.

Убого обставленный кабинет пуст. Не прикрывая за собою двери, прохожу по нему до окна и, подняв жалюзи, окидываю скептическим взглядом урбанистический пейзаж за окном. Что мне это даст, если вдруг что-то пойдет не так? Да ничего! Я не спецагент, и сигать в окно не буду, но обстановку оценить не помешает.

— Ну, привет, мой милый! — раздается за спиной знакомый голос.

Произнесенная ею фраза вызывает во мне отвращение и враждебный настрой к человеку, которого я когда-то безумно любил.

Хотя нет, не любил! То, что я испытывал к Эльзе можно назвать чем угодно, только не любовью: юношеской одержимостью, страстью, похотью, но не любовью. Даже приторный аромат ее духов душит меня, как удавка, перекрывая кислород.

Любовь — это другое! Любовь — это то, что между мной и Луизой. Это та химия, та тонкая связь, незримой паутиной окутывающая нас. И даже на расстоянии я чувствую ее. Те чувства и эмоции, которыми наполнена каждая минута нашего совместного бытия и без которых я уже просто не представляю своей жизни. То ощущение родства душ и безмолвного понимания желаний друг друга.

По телу пробегает волна ярости, и я, не поворачиваясь, крепче стискиваю зубы, делаю глубокий вдох в попытке урезонить рвущуюся наружу злобу и подавить желание придушить ту, что стоит за моей спиной.

— Ты что, не рад меня видеть? — искренне удивляется Эльза, и ее тонкая ладонь с длинными ухоженными ногтями ярко-алого цвета ложится на мое плечо.

— Знаешь? — Я передергиваю плечами, чтобы скинуть ее ладонь, словно мерзкую гадюку. — Нет!

— А жаль, — произносит она с безразличием и отходит к столу.

Слышу, как противно скребут по ламинату колесики дешевого офисного кресла, а затем и оно само скрепит. Мысленно отсчитываю время, давая ей возможность увериться в своем превосходстве. Мне, честно, абсолютно все равно, по какой причине сюда явилась она, а не Сизов. Документы я подписал, и меня сейчас волнует только одно: где моя жена с ребенком и когда я их увижу.

— Документы подписаны! — кидаю ей грозно. — Забирай и проваливай!

Я так и стою к ней спиной. Нет ни малейшего желания встречаться с ней взглядом, да и вообще видеть ее.

— Ну, не так быстро, мой дорогой, — щебечет она, постукивая ноготком по столешнице. — Вот здесь еще не хватает твоей подписи.

— Что? — Резко разворачиваюсь и обливаю Эльзу холодом презрения и недовольства.

Точно помню, что подписал все документы. Лично перелистал и проверил каждую страницу. Да и юрист не пропустила бы.

Ее губы растягиваются в самодовольной улыбке, а глаза мечут молнии уверенности. Закинув ногу на ногу, она откидывается в кресле и, скрестив руки на груди, выжидающе смотрит на меня. Игра в «гляделки» может длиться долго, но у меня каждая секунда на счету. Им нужны документы на мой бизнес — мне нужна моя семья. Я выполнил свою часть сделки. Очередь за ними.

— Развод! — медленно, почти по буквам произносит Эльза, вгоняя меня в легкий ступор. — Подпиши документы на развод со своей курицей.

— Ты сдурела?! — почти ору я и тут же слышу в ухе голос Егора:

— Успокойся, тяни время. Парни почти добрались до цели.

Черт! Я готов рвать и метать! Ярость бурлит кипящей лавой. Но она сейчас не лучший союзник.

Делаю глубокий вдох, на мгновение прикрыв глаза и сдавив пальцами переносицу. Успокоиться удается довольно сложно. Лишь мысль о том, что своими резкими действиями я могу навредить любимым, охлаждает мой пыл и дает разуму возобладать над чувствами.

— С какой стати мне подписывать это? — киваю на документ, лежащий на столе.

— Ну, наверное, потому, что она их уже подписала? — Эльза жеманно хлопает глазками и пожимает плечиками. — У нее теперь своя жизнь, с богатым папиком, и ты знаешь, я вот думаю: может, нам и сыночка твоего у нее отсудить? Ну, она еще одного родит, что ей? Она же у тебя, как кошка, залетает на раз-два! А я рожать не хочу, но и без наследника тебя не могу оставить. Ну же, любимый, соглашайся. Твоя ненаглядная жена спокойно променяла тебя на мужика с кошельком потолще. А я не гордая, я тебя люблю любого. У меня и так все есть. Нет только тебя.

Она несет всю эту чушь так самозабвенно, что мне даже жаль ее перебивать. Я не шлю ее лесом, со всеми ее прибаутками, лишь по одной причине: жду отмашки от Егора о завершении операции по спасению Луизы и малыша. Сглатываю ком отвращения и, скрестив руки на груди, опираюсь бедром о подоконник, готовый слушать дальше.

А Эльза распаляется, принимая мое молчание за искренний интерес. Поднимается из кресла и медленной походкой, вульгарно виляя бедрами, подходит ко мне. Встает так близко, что между нами нет и пары сантиметров свободного пространства. Меня воротит от ее близости, но сдвинуться в сторону нет возможности. Да и нельзя лишать даму возможности выговориться. У нее накипело — это видно по нездоровому блеску в глазах и хищной улыбке.

Я лишь немного отклоняюсь назад, прижимаясь спиной к холодному свеклу, и стараюсь дышать через раз, чтобы не отравиться сладостью ее духов. Раньше она не пользовалась такими резкими ароматами, где-то на задворках памяти мелькает мысль и ускользает, как ненужная.

— Вот! — Эльза сует мне под нос какой-то лист. — Она подписала его без лишних вопросов. — Она язвительно хмыкает и позволяет мне взять бумагу в руки.

На нем и впрямь стоит Луизина подпись. Красивый росчерк пера рядом с согласием на развод. И даже дата вчерашняя. Непроизвольно сжимаю кулаки в порыве порвать этот злосчастный клочок, но опять слышу тихий голос Егора и выдыхаю.

Не время сдавать позиции. Не время выдавать свое отношение к происходящему. Не время злить змеюку. Пусть рассказывает дальше. Ведь у нее еще что-то припасено.

Безразлично пожав плечами, откладываю документ на подоконник рядом с собой и возвращаю все свое внимание Эльзе. Даю понять, что готов и дальше внимать ее россказням. И судя по лихорадочному блеску серых глаз, она сейчас сольет мне много чего интересного. Наверняка даже того, за что ее соучастник — товарищ Сизов — по головке ее точно не погладит.

— Ты же не знал, да, что у господина Сизова давно уже есть определенные планы на твою женушку? — ехидно интересуется она. — Еще с того времени, когда она была нескладной девчонкой. Нет! — восклицает она, заметив на моем лице промелькнувшие тень омерзения. — Там не о любви, — качает она головой. — В этом контексте она ему даже сейчас нафиг не сдалась, — зло смеется Эльза и отходит к столу, опирается ладонями о столешницу и молчит некоторое время.

Меня колотит от злости и того пренебрежения, что звучит в каждом ее слове при упоминании о моей жене.

— Так зачем она ему? — подталкиваю Эльзу к продолжению.

Пусть поскорее выговорится, и покончим с этим, иначе мое терпение иссякнет, и даже рычание Егора не поможет удержать меня от того, чтобы не свернуть ее лебяжью шейку.

— Деньги, — пожимает она плечами и, развернувшись, с вызовом смотрит на меня. — А ты думал, она у тебя офигительная красотка, от которой все мужики в диком восторге? — с насмешкой удивляется она, кривя губы в презрении.

Сжимаю кулаки и зубы, удерживая себя от едкого ответа. Мне пофиг, как на нее смотрят остальные мужики. Она — моя, она — лучшая, и Эльза ей просто в подметки не годится!

— Иван хотел заполучить бизнес ее отца, — возобновляет она исторический опус, — легально и без какого-либо криминала. Выкупить. Но папаша твоей курицы уперся рогом. Видите ли, его бизнес — это вложение в будущее драгоценной дочурки. И даже тот факт, что часть денег Сизов пообещал отчислять на открытый на ее имя счет, а после совершеннолетия взять ее в жены в качестве породистой кобылки для продолжения его рода, не смог склонить чашу весов в сторону удачной сделки. Тогда он пошел по второму пути: бизнес заполучил, а на девчонку ему стало плевать, собственно, как и на всех остальных, пострадавших от тупого упрямства одного барана.

— Ты путаешься в показаниях, — все же не могу сдержаться и тычу ее носом в нестыковки рассказываемой ею истории. — Он все получил! Зачем. Ему. Моя. Жена?

От последнего произнесенного мною слова Эльзу передергивает, как от удара током. Она недовольно морщится и даже немного злится, что выдает ее нервозность из-за потери контроля над ситуацией.

— Она не жена тебе! — срывается на визг и даже топает ногой, но, сжав кулаки, делает пару глубоких вдохов-выдохов и, как по щелчку пальцев, вновь взирает на меня елейным взглядом улыбаясь.

— Не так давно Иван решил продать это «пивное» дело, но оказалось, что прав на нее он не имеет никаких. Все принадлежит этой курице! — злобно выплевывает Эльза интереснейшую информацию.

Оказывается, отец Луизы в свое время подстраховался и составил какой-то очень замысловатый документ, который хранился до поры до времени у проверенного человека. По этому документу, все имущества, гражданина Ивлева Сергея Михайловича после его кончины отходит его дочери. И не важно, в каком состоянии находится данное имущество, хоть процветающим прибыльным делом, хоть обанкроченным и разоренным, — всем этим владеет Луиза.

— И когда это всплыло, тогда Иван и вспомнил о своем первоначальном плане жениться на ней, вот только вышла неувязочка! — хмыкает Эльза. — Мало того, что она уже успела захомутать тебя, так она еще и смылась куда-то, да так хорошо, что искали ее полгода и нашли только параллельно с тобой. Пришлось действовать по обстоятельствам.21b4bc

— С ним все ясно! — Я уже не сдерживаю злости. — А ты-то каким боком к этой истории? Ты что получишь?

— Тебя! — радостно улыбается она, словно заполучила главный титул в конкурсе красоты.

— Меня? — поражаюсь я ее наивной уверенности — Дорогая, я не переходящее знамя, и ты мне… — Прикусываю язык, потому что до моего уха доносится довольный голос Егора, сообщающего о том, что моя малышка и сынок уже у них.

Сердце пропускает удар от ликования.

— А документ на развод подпиши — так ты от нее быстрее отвяжешься, все равно он недействителен, — усмехается Егор. — Луиза подпись поставила неправильную. И давай уже быстрее рви на место встречи, а то твоя жена тут в панике и слезах: боится, что ты примешь за правду ее подпись под документом.

Я слушаю его тираду, и лицо моё расплывается в улыбке. Эльза смотрит на меня в недоумении, а мне уже все равно, что там за планы были у нее на меня. Этой больной женщине нужен врач и хорошее лечение, и надо бы об этом позаботиться. Не хочу вздрагивать и переживать за любимых, когда Эльза может оказаться где-то рядом. Быстрым росчерком порчу документ, путая буквы и завитушки в своем автографе.

— Ты этого хотела? — протягиваю его удивленно взирающей на меня женщине. — Держи! Только знай: ты мне не нужна! Я тебя никогда не любил, и полюбить тебя просто невозможно! — бью ее наотмашь жестокими словами.

Зло, некрасиво, но по-другому она не поймет. Она и так не поймет. Но другого способа и меня нет.

Быстрыми шагами пересекаю комнату, останавливаюсь у двери лишь для того, чтобы, кивнув на лежащие на столе документы, вбить последний гвоздь в крышку гроба, похоронившего уверенность Эльзы в удачном исходе задуманной аферы.

— И еще, — берусь за ручку, — я уже два дня как продал свой бизнес. Весь, подчистую.

Выхожу и громко хлопаю дверью, теперь уже окончательно оставив прошлое в прошлом. Несусь до припаркованного на стоянке автомобиля так, словно за мной гонится вся нечисть адова. А усевшись за руль, срываюсь с места и на грани дозволенных норм движения лечу на встречу с любовью всей моей жизни. Сжигая покрышки до запаха горелой резины, вхожу в поворот и резко торможу около въезда на охраняемую территорию небольшого коттеджного поселка.

Бросаю автомобиль возле шлагбаума, не дожидаясь, пока нерасторопный охранник откроет его и разрешит мне проехать, просто выскакиваю из салона и мчусь к одному из строений, за забором которого меня уже ждут.

— Андрей! — разносится на весь двор всхлип Луизы, когда я только пересекаю калитку. — Я не хотела… — растирая слезы, шепчет она, цепляясь кулачками за ткань моей рубашки. — Я не хотела… — повторяет, захлёбываясь.

Обнимаю ее и, уткнувшись в макушку, вдыхаю самый родной и самый любимый на свете аромат. Аромат моей спокойной и счастливой жизни.

— Все хорошо, малыш, — шепчу, не размыкая объятий, словно боюсь, что она вновь исчезнет. — Все хорошо. Я люблю тебя, слышишь? Люблю и никому не отдам!

Мы стоим так какое-то время, потому что просто не можем и на миллиметр оторваться друг от друга. Потому что без нее я просто не живу, не дышу, не существую. Она — мое все, даже больше!

— Давай заберем Санька и поедем домой? — говорю я, чуть-чуть отклонившись, чтобы взглянуть в ее заплаканное, но такое красивое лицо. Большими пальцами стираю слезинки с кончиков пушистых ресниц и тону вновь и вновь в океане ее карих глаз.

— Поехали в деревню, — с надеждой во взгляде предлагает мне Луиза.

И я понимаю, что там, в том домике на краю света, мы снова будем отрезаны от цивилизации, но сейчас я именно этого и хочу. Нашего тихого счастья.

Луиза уходит за малышом, а я, перекинувшись парой слов с Егором, отзваниваюсь Надежде, давая отмашку на продолжение запущенного нами дела. Я доверяю ей и Егору, они разберутся.

— Поехали, — раздается за спиной тихий голос Луизы.

— Поехали, — улыбаюсь, забирая у нее сынишку, целую его в маленький носик, млея от чувства гордости и радости за свою семью.

— Я вас люблю, — шепчет мне жена, прижимаясь к моему боку.

Она меня любит, и это единственное, что для меня важно в этом мире…