Глава 3

*Луиза*

— Да не спеши ты так! — Платон замедлил шаг и даже потянул меня за руку, останавливая мое стремительный бег. — Без нас все равно не улетят. — Весело прищурившись, он неспешно идет в зону вылета, а я, стараясь скрыть свою нервозность, семеню за ним.

Я вертела головой по сторонам и только сейчас заметила, какой таинственно-завораживающей выглядит взлетная полоса в мерцании мощных фонарей на фоне ночного бархата зимнего неба.

— Красиво… — выдохнула я.

— Согласен. — Проследив за моим взглядом, Платон кивнул.

Днем аэропорт — пристань долгожданных встреч и грустных расставаний, одиночества среди толпы и умиротворения в хаосе шума и суеты, ночью — гавань мистерии и загадки. Время на мгновение замедляет ход, что-то необратимо меняя, куда-то безвозвратно уходя.

По телу пробежали мурашки, и сердце пропустило удар от необъяснимо приятного чувства неминуемых изменений в моей жизни.

— А как ты справляешься со страхом полета? — Мне отчего-то захотелось это узнать именно сейчас.

— Как только сажусь в самолет, загружаю любимый плей-лист, закрываю глаза и почти весь полет слушаю музыку, уносящую мое сознание туда, где мне комфортно и спокойно.

— Да? Ни разу не пробовала, — вздохнула я, ведь это отличный способ уйти от реальности, чего мне порой не хватало в тяжелые моменты моей жизни.

— Попробуем…

Я чуть сильнее сжала ладонь Платона, будто стремясь зарядиться от него позитивам, и увереннее ступила на борт самолета.

Мы и впрямь оказались последними из пассажиров, отчего мне стало немного неловко (не люблю заставлять кого-то ждать меня). Услужливые стюардессы скорректировали наше перемещение по салону, но вопреки их ценным указаниям Платон лишь улыбнулся и проследовал за мной.

— Здравствуйте, — обратился Платон к мужчине, уже сидевшему в кресле рядом с моим. — Не хотите поменяться со мной местами?

— Да мне и здесь неплохо, — нехотя ответил тот.

— А будет еще лучше, — протягивая свой посадочный талон, уверенно заявил мой новый знакомый.

— А в чем подвох? — Мужчина с сомнением глянул на картонный прямоугольник в руках Платона, а затем, немного подавшись вперед, поднял на него недоверчивый взгляд.

— Ни в чем. — Платон беззаботно пожал плечами. — Просто в последнюю минуту мои планы поменялись, а билет был только такой.

— Платон Дженович, у вас все в порядке? — взволнованно уточнила подошедшая к нам стюардесса.

— Да. — Уголки его губ чуть дрогнули, и улыбка изменилась, став какой-то холодно-вежливой. — Анна, — обратился он к ней, прочитав ее имя на серебристой плашке, приколотой к фирменному жилету, — помогите мужчине перебраться на это место. — И, отдав опешившей женщине посадочный талон, вынул ручную кладь приятно удивленного мужчины и убрал в отсек наш багаж.

— Ты кто? — шепотом поинтересовалась я, опускаясь в кресло, и, не спуская с Платона внимательного взгляда, на ощупь нашла ремни безопасности.

— Шпион Ее Королевского Высочества, — так же тихо ответил он. — Только никому не говори.

— Да ну тебя! — Я стукнула его ладонью по плечу, дав понять, что не собираюсь дальше выяснять, кто же он такой на самом деле. — Шпионы не летают рейсами обычных авиалиний, пусть даже с комфортом бизнес-класса, и уж, тем более, не меняют его на тесного эконома.

Он ничего не ответил, лишь достал свой смартфон и пару беспроводных наушников.

— Держи, — протянул один мне, — и это. — Он приподнялся и, сняв с багажной полки свой чемодан, вынул из бокового кармана пару очков для сна.

— Ты всегда летаешь с двумя? — покрутила я в руках предложенный мне аксессуар. — Ой, а эти еще и женские! — ухмыльнулась я.

— Сестра обожает лис. Я увидел их в витрине на первом этаже и купил. Но тебе они сейчас нужнее. Надевай.

Приземляясь спустя три часа самого приятного полета в моей жизни, я была безумно благодарна судьбе за такого попутчика. Мы действительно слушали музыку. С закрытыми глазами она воспринималась острее и вытесняла из сознания негатив и переживания, оставляя лишь приятное послевкусие расслабленности и мечтаний. Мы пили вкусный чай с бутербродами и забавными мини-пирожными в фирменных коробочках с логотипом авиаперевозчика. Еще мы шептались на разные темы, тихо посмеивались, прикрывая рты ладонями, чтобы не разбудить дремавших в полумраке салона пассажиров. А когда пошли на посадку, я, набравшись смелости, взглянула в иллюминатор, завороженно следя за серпантином из огоньков, струящихся под нами замысловатыми кружевами.

— Тебя подвезти? — спросил Платом, опять исполняя роль моего личного грузчика.

— Нет! — воскликнула я, и так чрезмерно благодарная ему за компанию. — мМня подруга встречает.

Я пробежалась глазами по залу прилета, выискивая в немногочисленных встречающих Татьяну. Она заметила меня первой и, выкрикнув мое имя, спешно направилась ко мне, приветственно раскинув руки.

— Привет! — Крепкие объятия чуть не лишили меня пары жизненно необходимых глотков воздуха.

— Привет! — выдохнула я и, заметив ее заинтересованный взгляд, представила ей Платона.

— Очень приятно,1– проговорил он с улыбкой, пожимая Танину ладошку, — Ну, тогда до завтра, — попрощался он и напомнил о нашей договоренности.

— Да, — махнула ему рукой, забирая свою сумку, — спасибо, что помог.

— Не за что! — Легкий дружеский поцелуй в щеку, и он уходит, прошептав на прощание: — Пока!

— Ну и где ты их подцепила, этих двух почти миллиардеров, а? Тихушница… — беззлобно полюбопытствовала подруга. — Один, уходя, пригласил на свидание, второй, вон, смотрит так внимательно, будто придумывает план мести сопернику.

— Что? — Я повернулась, чтобы взглянуть на нее, но темные глаза знакомого незнакомца, сканировавшие меня, лишили мой разум пары важных функций — мышления и речи.

Его взгляд прошёлся по мне, словно жаркие лучи южного солнца, оставляя теплые дорожки на коже теплые дорожки. Взволнованное сердце, пропустив удар, встрепенулось и забилось, словно ночной мотылек под абажуром яркой лампы. Все вокруг замерло, затихло, растворилось, образуя плотный кокон только нашей вселенной. Мы одни в этом шумном и суматошном мире, и нет ничего, кроме его глаз, его красивых губ, уголки которых вздернуты в еле уловимой улыбке, моего сбившегося дыхания и безумно колотящегося сердца. Андрей (кажется, так назвала его девушка в аэропорту), чуть наклонив голову вперед и не разрывая нашего зрительного контакта, сделал шаг ко мне навстречу.

Я замерла, считая секунды до…

— Андрей! — воскликнула все та же блондинка. — Я тебя потеряла, — взволнованно пожаловалась она, обвивая его руку и, привстав на носочки, поцеловала его в скулу (выше она просто не доставала). — Пошли?

Он зажмурился, резко разорвав наш контакт и одним махом погасив светлячков, паривших в моей душе сказочным разноцветьем теплых чувств. Встряхнул головой, будто прогоняя морок наваждения, и на его жестком лице расцвела ласковая улыбка. Вот только адресована она была, увы, не мне.

— Пойдем. — Подхватив багаж, он обнял ее за талию, плотнее прижимая к своему мощному телу, и, оставив ласковый поцелуй на виске, повел свою спутницу к выходу из терминала.

Звон разбившихся иллюзий оглушал меня своей реалистичностью, безжалостно возвращая в настоящее. Туда, где сказка о Золушке — всего лишь сказка с красивыми иллюстрациями и счастливым финалом.

— Лизи! — Танин настойчиво-возмущенный голос прорвался сквозь хруст осколков моих мечтаний, стеклянной россыпью опавших к ногам. — Ау! Дорогая, ты со мной?

— А? — вздрогнула я и, обернувшись к подруге, натянула на лицо приветливую улыбку. — Да, я тут. — Выхватив у нее свою сумку, завертела головой, приняв озабоченный вид. — Идем? Нам долго добираться? А то я так устала! А вообще где я жить-то буду?

— Лизи! — строго оборвала она мой нервный треп. — Выдохни и успокойся. — Прищурившись, она взглянула мне в лицо. — Ты же сказала, что вы незнакомы, так чего такие нервы? Ну?

— Да-да, — покивала я, — не знакомы, я просто врезалась в него в аэропорту, а он злобно осадил меня…

— Вот козел!

Танина поддержка — ценная вещь! Только она могла так быстро менять мнение о мужиках, даже если пару минут назад в упоении заводила глазки под потолок, пуская слюнки при виде лакомого экземплярчика. Я же всегда искала всем оправдание, даже если оно притянуто за уши.

— Пошли. — Таня взяв меня за руку и, словно тягач, потащила к выходу. — пПпа уже заждался. Живешь ты, естественно, у нас, — безапелляционно заявила подруга, поднимая багажник серебристого автомобиля одной известной марки (я не разбиралась в них от слова «абсолютно») и убирая в него мой багаж.

Возражать я не стала, хотя и планировала снять номер в недорогой гостинице. Но противоречить Тане в решенном вопросе — бессмысленное занятие. Мы с комфортом расположились на заднем сиденье. Подруга познакомила меня со своим отцом — приветливым моложавым мужчиной с серебристой проседью в черных как смоль волосах Его карие глаза смотрели добродушно, а теплая улыбка располагала к доверию. Теперь понятно, в кого Таня такая живая и энергичная!

До их квартиры мы доехали довольно быстро. Я разглядывала в окно ночной город в переливах разноцветных огоньков, витрины магазинов с новогодними инсталляциями, редких прохожих, спешивших куда-то в столь поздний час.

— Какие у вас планы на день? — поинтересовался Вадим Аркадьевич, занося мою сумку в лифт.

— Мы идем на встречу с Китом, — радостно объявила Таня, сверкнув глазами в приятном предвкушении.

— Оу! — удивленно вздернул бровь ее отец. — И где же ты его подцепила? — спросил он так, будто этот самый Кит — мегазвезда недосягаемой величины.

— А это не я, — немного расстроенно пожала она плечами, — это Лизи.

— Что?! — поперхнулась я, но разъяснение потерялось в бряканье лифта, оповестившего о прибытии на нужный этаж.

Затем — суета в прихожей, где нас встречала Танина мама, миловидная шатенка с большими серыми глазами, аккуратной фигуркой и по-матерински доброй улыбкой. Она, тепло обняв меня, будто мы сто лет знакомы, источала душевное тепло и ласку, которых я уже давно была лишена. Я ощутила, какое это счастье — чувство надежности, уверенности в близких и их любви к тебе, просто так, без обязательств. На глазах у меня выступили слезы, и я отвернулась, делая вид, что ищу свои сапожки, чтобы убрать их на полку.

— Чай будете? — уходя в глубь квартиры, крикнула женщина. — Я тут тортик испекла, пока вас не было.

— Том… — мягко, с лёгким укором проговорил Вадима Аркадьевича. — Ну какой чай? Ночь на дворе…

— Ну и иди себе спать, — шутливо ответила Танина мама, — а мы чай попьем. Да, девочки?

— Ма… — Проходя вслед за родительницей, Таня кивнула и мне, дав знак следовать за ней. — Давай мы с утра тортик съедим, а? Вот очень-очень хочется спать. — И для пущей правдивости зевнула, прикрыв рот ладошкой, но глаза ее выдавали с потрохами.

Не спать она хотела, а поболтать со мной, но без посторонних ушей. Да и мне было что у нее спросить.

— Да-да, Том. — Обнимая жену за талию, Вадим Аркадьевич повел ее в сторону комнат. — Пошли спать. Девчонки сами разберутся.

Вздохнув наигранно-расстроенно, она поцеловала мужа и поддалась на уговор. А мы прошли в Танину комнату — большую, светлую, стильно обставленную современной мебелью. Здесь было все, о чем я только мечтала: и небольшая гардеробная, и кровать с нормальным, не продавленным матрасом (пружины матраса а моей комнатке в Москве так впивались в бока, что порой за ночь оставляли отметины), а еще рабочая зона со всем необходимым для моделирования, кройки и шитья. — Так, спать ты будешь на кровати. — Закинув мою сумку в гардеробную, подруга достала с полки комплект постельного белья и пушистый плед.

— А ты? — повертела я головой в поисках второго спального места.

— А я — на кресле. — кивнула она в сторону монстра мебельной промышленности, стоявшего в углу. — Оно раскладывается, — объяснила, улыбнувшись, она, заметив мой недовольный взгляд.

Выдала мне полотенце и отправила в душ, пока сама колдовала над постелями. Быстрое приготовление ко сну — и вот уже комната погрузилась в полумрак. Я залезла под мягкий плед, опустила голову на подушку и прикрыла глаза, забыв о том, что планировала узнать у подруги о загадочном Ките и о том, почему это она спихнула знакомство с ним на меня. Вот только кто бы дал мне просто так провалиться в блаженный сон! Телефон пиликнул, оповестив о входящем сообщении, а любопытная Татьяна уже сидела на краю кровати, выпятив подбородок и состроив невинный взгляд.

— От него?

— Кто? — Состроив удивленно-непонимающее выражение лица, я провела по экрану подушечкой указательного пальца для разблокировки.

— Он! — Многозначительно поигрывая красивыми тонкими бровками, Таня придвинулась кровати поближе ко мне и заглянула в мой телефон, загадочно мерцающий в сумраке комнаты.

Ехидно сощурившись, я отвернула от нее свой потрепанный смартфон и пробежалась по строчкам сообщения.

«Успокой мою совесть, скажи, что вы успешно добрались до дома и уже готовитесь ко сну», — гласило послание от Платона, и в конце предложения еще был смайлик с большими умоляющими глазками.

Его ненавязчивая забота подкупала и растекалась в душе теплым медом. Я улыбнулась и набрала ответ, искоса взглянув на Таню, скрестившую руки на груди и чуть нахмурившую брови.

«Мы дома, и у нас все хорошо».

В ответ от него тут же прилетел довольно улыбающийся стикер забавного кита.

— И?.. — не выдержала неизвестности Таня. — Что там?

— Ничего. — Я пожала плечами. — Просто уточнил, как мы добрались до дома.

— И все? — расстроенно выдохнула она.

— Все. — И в подтверждение своих слов протянула ей телефон.

Она читала незамысловатые сообщения в моем мессенджере так увлеченно, будто это был нашумевший бестселлер популярного сетевого автора. Глазки горели, нижняя губа была прикушена.

— Да! — радостно выкрикнула она, обескуражив меня своими необоснованными, на мой взгляд, эмоциями.

Я потянулась за телефоном, но юркая подруга, вскочив с ногами на кровать, что-то быстро печатала, вытянув вверх руки, чтобы я не смогла отобрать аппарат. Завершив свое вероломство, она с размаху грохнулась на кровать, распластавшись «звездочкой».

— Все! Спать! — скомандовала она. — Завтра рано вставать!

— Это еще зачем?

— В одиннадцать часов у нас встреча. — Щелкнув меня по носу, она упорхнула в свое кресло, оставив мой телефон на тумбочке.

«Спокойной ночи! Жду вас завтра в ТЦ «Голландия», там есть замечательное кафе «Аромат» на первом этаже, сразу за огромной елкой в центре зала. Твоя подруга, наверняка знает, так что не заблудитесь. Время встречи — одиннадцать ноль-ноль».

И ответ — тот, что набрала Татьяна: «Мы будем! Обязательно!»

— Та-а-ань, — убирая телефон назад на прикроватную тумбу, обратилась к подруге, старательно делавшей вид, что она уже спит глубоким сном, — а почему «мы»? Ты же вроде как собиралась на встречу с неким Китом?

— А это он и есть, — зевая, ответила она и, перевернувшись на бок, просветила меня: — Платон Китойский, известен в сфере модельного бизнеса как Кит. Его отец — владелец небольшой такой авиакомпании. Сам он сейчас получает дополнительное образование, если не ошибаюсь, что-то связанное с бизнесом, в университете Англии.

Каждым открывавшийся мне факт моего случайного знакомого повергал меня в безмолвный шок.

— Я никуда не пойду! — выпалила я, как только Таня завершила свой экскурс в жития Платона.

— Да куда ты денешься? — сонно протянула она и вздохнула. — Пойдешь как миленькая. Пойдешь…

Ну, это мы еще посмотрим! Взбив подушку, натянула на себя одеяло и прикрыла глаза. Эмоции во мне бушевали, как проснувшийся вулкан. Что это за игра такая? Зачем он вообще ко мне подошел?

— Лизи. — В сонном голос Тани слышалось недовольство. — Успокойся и спи. Поверь мне, тут нет ничего необычного. Когда ты уже поймешь, что достойна большего?

Может Таня, и права. А вообще, утро вечера мудренее, и ночь всегда расставляет все по местам. Сон, слаженный, крепкий и без сновидений, — вот то, что утащило меня в покой и умиротворение из сумбурной реальности моего бытия.