Глава 22

Виктор Ещё несколько секунд жду, что имя на экране исчезнет. Изменится. Но нет, чуда не происходит. – Да! – рявкаю в трубку. – Фу, как грубо! – наигранно смеётся Лиза. – Ты заставляешь меня подумать, будто не рад меня слышать. Вздыхаю. Интересно, когда учёные изобретут ограничитель от навязчивых и нежеланных людей? Установил – хоп! – и они к тебе не могут приблизиться. – Лиз, ты никогда не была дурой. Поэтому отбрось представление для своей матушки и дяди и переходи к делу. На долгую минуту в телефоне повисает пауза. После которой Лиза отбрасывает всю весёлость. Включает ледяной тон. – Вик, не знаю, что вы там напели моему дяде, но в любовь по расписанию я не верю. О твоей девочке никто не знал и не слышал. Жила она у такой же проблемной сотрудницы, а потом раз – и вы помолвлены. И главное, как вовремя! Слышу тихий цокот каблуков, как открывается дверь, и до меня доносится едва уловимый шум города. Слышу, как Лиза делает глоток. Она наслаждается моментом. – Лиз, в твою любовь ко мне я не поверю. Давай на чистоту, что тебе нужно? – Ты подходящий муж, Виктор. А я не привыкла проигрывать случайным девочкам. Морщусь от отвращения. Чувство, будто Лиза выбирает собачку: шпиц или чихуа? С кем не стыдно показаться в обществе. – Тем более я всегда получаю то, что хочу. – Боюсь, в этот раз придётся поймать птичку Обломинго. Лиза хмыкает. – Ну, это мы ещё посмотрим. Вик, как думаешь, что будет, если твоим конкурентам станет известно, на какие условия ты продавил питерцев? Предложи процентов на десять больше выручки, и ты останешься с носом. Сжимаю кулаки сильнее. Какая вероятность, что эту цифру она сказала наобум? Ведь она называет именно тот процент, который я готов был уступить. – И сроки, Вик, – продолжает Лиза. – Ну кто ставит такие короткие сроки? Совсем не бережёшь партнёров. Не случайность. Она знает условия сделки. – В общем, Вик, завтра рядом с тобой не должно быть этого недоразумения, тогда информация не станет общественным достоянием. Лиза снова делает глоток. Я молчу. Даю ей насладиться временным триумфом. – Сладких снов, милый. Пропев тошнотворное обращение, Лиза отключается, а я из последних сил сдерживаюсь, чтобы не швырнуть телефон в стенку. Стерва. Решила, что муж – это ещё один аксессуар. Напрасно. На угрозы я обычно отвечаю действием. – Валер, – сразу звоню другу, – кто-то в моём офисе сливает инфу Лизе. – Хоть бы раз позвонил, потому что соскучился. Смеюсь. – Я капец как соскучился. По твоей помощи мне. – Ладно, рассказывай. Я быстро пересказываю другу разговор с Лизой, пока говорю, слышу, как он стучит по клавиатуре. Он присвистывает. – Слушай, а занятную ты невесту себе нашёл. Сразу напрягаюсь, когда речь заходит о Рапунцель. – Её женишок лично прискакал в город. Мой мозг не успевает переварить информацию, как Валера продолжает: – И не только он. Ещё Рожков Глеб. – А он зачем?! – Ты каким местом читал инфу по своей девочке? Её сестра замужем за Рожковым. Сказать, что я прифигел, – ничего не сказать. Вот тебе и девочка в беде. С сюрпризом. – Думаю, он узнал, что шавки Воробьёва крутятся вокруг девочки, поехал забирать для защиты. Сам справлюсь. Но никто её у меня так просто не заберёт. “Угу, – отрезвляю сам себя, – сама сбежит”. Как недавно из кухни, когда увидела имя Лизы. Догадка бьёт молнией. – Валер, прости. Мне срочно нужно идти. Сбрасываю звонок и иду в комнату Рапунцель. Два коротких удара – и я захожу, не дожидаясь ответа. Малика лежит спиной к двери, но притворяться, что спит, не стала. – Тебя никто не приглашал. Игнорирую её замечание. Обхожу кровать, останавливаюсь так, чтобы видеть её лицо. Только в комнате слишком темно, и я скорее угадываю тонкие черты, чем различаю. – Ты приревновала, – не спрашиваю. Утверждаю. – Там, в кухне, ты приревновала. Малика фыркает. Готов поклясться, она покраснела, а взгляд отвела в сторону. Чёрт, почему здесь так темно?! Хочу её видеть! – Вот ещё! Тебя бы я точно не стала ревновать. На последней фразе её голос предательски дрогнул, выдавая, что врёт. Наклоняюсь над ней. Рука упирается в матрас прямо рядом с её головой. Наши лица находятся в опасной близости, и я, наконец, вижу её глаза. – Ложь, Рапунцель. Ты приревновала. Губы сами собой растягиваются в улыбке. Сокращаю оставшееся между нами расстояние. – Только Лиза – последнее, что тебя сейчас должно волновать. Я отстраняюсь быстрее, чем успеваю совершить глупость. – Завтра из дома не выходишь, – бросаю холодно. Иду к двери, не переставая себе напоминать: между нами фиктивный брак. Взаимовыгодная сделка. Не более. – Спокойной ночи, Рапунцель, – говорю, прежде чем закрыть дверь за собой. Отрезая нас друг от друга.