Глава 24. Никита.

У маленькой пристани пришвартована похожая на пиратский корабль яхта с белоснежными парусами. Личная гордость деда. Еще бы – ведь каждый его день рождения ранним сентябрьским утром пушки палят в воздух, извещая округу, что мой родственник стал еще на год старше.

Капитан судна и два его помощника под чутким руководством дедули готовят яхту к завтрашней свадьбе. Тут же трутся специалисты по свадебным торжествам – они бурно обсуждают концепцию предстоящего мероприятия.

А чуть поодаль, на берегу, развернулась самая настоящая битва титанов. Мой дядюшка довыпендривался, и теперь роскошная Оливия гоняется за ним по пляжу с красной туфлей в руке.

Меня разбирает смех. Оказывается, старый перечник по очень нетрезвой лавочке обещал ей в июле жениться и отвезти на Карибы. Боюсь, она воткнет острую шпильку ему в правый глаз, потому что он никогда не женится. Даже дедов завод не смог заставить его решиться на такой шаг. Что говорить о глупой подружке в красном платье.

— Церемонию лучше всего провести у кормы, — слышны обрывки фраз от каких-то модных свадебных дизайнеров.

— Да, да, а документ молодые будут подписывать на красивом белом подиуме.

Я отхожу к корме и смотрю на темные волны. Еще немного – и у меня появится собственная семья. Почему я не боюсь? Не ударяюсь в панику? Прежний Никита уже бы нырнул в волны и греб в сторону Турции в одних плавках. А нынешний - всего лишь вполуха прислушивается к разговорам. Единственное, чего я сейчас хочу, так это поскорее закончить с делами и поужинать вместе с Аней.

Краем глаза замечаю, как по спуску, спотыкаясь, неуклюже бежит Анина подружка. Вид у нее, мягко говоря, растерянный.

Сердце сжимается в тревоге. Поднимаю глаза на охранника, что дежурит на вышке. Нет, безмятежность на лице военного говорит лишь о том, что нападения на нашу крепость не предвидится.

Кудряшка бежит по деревянному понтону к яхте. Что-то не так, если она даже не смотрит в сторону дядюшки и Оливии, сцепившихся, словно борцы сумо, в решающей схватке у самой кромки воды. Алые туфли разбросаны по пляжу, а в способности сражаться Оливии позавидовала бы сама Зена королева воинов.

— Никита! — задыхаясь от быстрого бега, выкрикивает кудряшка и виснет на трапе.

— Что? — отрываюсь от созерцания боя без правил я.

— Аня… она уехала!

Что-то обрывается внутри.

— Как… уехала?

— Она подумала, что эта бестия в красном – твоя невеста, которую ты обещал отвезти на Карибы, и…

— Что – и?! — ору я так громко, что замирают даже капитан и его помощники.

— Взяла вещи, села в такси и уехала в аэропорт. Она сказала… — кудряшке не хватает воздуха, она сбивается.

— Что сказала?!

— Что если будет одна, у нее получится затеряться где-нибудь так, чтобы ее никто не нашел. Потому что… бабушка вряд ли ей обрадуется, если столько лет не приезжала…

— Да она умерла давно! — хватаюсь за голову я. — Она просто не могла приехать!

Что делать? Что?... Ехать. Срочно, в аэропорт – стучит первая мысль в голове.

— Какое такси приезжало за Аней? Можешь отследить в телефоне?

— Да, могу… Вот, белая ауди, восемьсот пять.

— Хорошо… Скажи этому полоумному идиоту, чтобы кончал свои разборки, и начинал шевелить мозгами!

— Владимиру? — растерянно уточняет она.

— А кому еще?

Я со всех ног бегу в сторону дома. Ключи от машины в холле, на комоде. Права и документы в машине.

— Почему вы ее не остановили?! — поравнявшись с вышкой, кричу охраннику.

— Так у вас тут целый гарем туда-сюда шастает… — пожимает плечами он. — Если каждую пытаться остановить, никаких ресурсов не хватит.

Плюю всердцах в его сторону и врываюсь в дом. Сгребаю ключи от машины и вскоре оказываюсь в своем внедорожнике.

Еще никогда мой автомобиль не ездил с такой скоростью. Наверное, я собрал все возможные штрафы на своем пути, но сейчас штрафы волновали меня меньше всего на свете. Я боялся за Аню. Вдруг она попадет в беду до того, как я ее догоню? Как она вообще могла подумать, что Оливия – моя брошенная Тыковка? Да Оливии сорок лет! Засидевшаяся в девушках невеста на выданье, которую имел неосторожность подцепить дядюшка. Ну, не разглядел он, сколько ей лет. А когда разглядел и ужаснулся, было поздно. Она присосалась к нему намертво.

А теперь из-за дядиных шашней я могу потерять Аню.

Леночка сказала, что Аня поехала в аэропорт. Ближайший аэропорт находится в Симферополе, а это почти два часа на такси.

Я жму и жму на газ, забывая про тормоз, и мысленно молю только об одном – не попасться на глаза сотрудникам поста ДПС.

Тщетно всматриваюсь в машины, пытаясь заметить номер, на котором уехала Аня. Уже смеркается и на трассе полно машин с разными номерами. Никогда раньше не обращал на это внимания, но семьдесят процентов из них – белые. У меня даже в глазах рябит.

Я добираюсь до Симферопольского аэропорта за полтора часа. Не думаю, что «Ауди», в которой ехала Аня, прибыла на место раньше. В отличие от меня, водитель такси обязан соблюдать правила дорожного движения.

Паркуюсь на свободной парковке и пытаюсь унять разбушевавшееся сердце. Сейчас выйду из машины, встану у главного входа, и ни за что не пропущу свою беглянку. Не удастся ей от меня уехать!

В аэропорту в этот поздний час не очень много людей. Кто-то ждет своего рейса, кто-то только что приехал. Я же, основавшись у главного входа, зорко слежу за дорогой – когда же появится белая «Ауди», на которой от нас уехала Аня.

Удивительное дело – мне везет. Везет, черт подери! Белая «Ауди» подъезжает минут через двадцать.

Скрестив руки на груди, я исподлобья наблюдаю, как Аня расплачивается за поездку. Пока она достает свой чемодан из багажника и несмело смотрит на огромное здание – привет из будущего, внутри меня все бурлит от злости.

Вот она быстро идет ко входу. Отказывается внутри и тут же врезается в меня.

— Далеко собралась? — сощурив глаза, смотрю на нее я. Да, я злой, как черт. Я очень недоволен тем, что она так со мной поступила.

Аня пугается и вздрагивает. Пытается меня оттолкнуть, но я крепко впиваюсь пальцами ей в локоть и притягиваю к себе.

— Давай, поехали обратно, — рычу я.

— Никуда я с тобой не поеду! Возвращайся к невесте и вези ее на Карибы!

Она дергается, но напрасно. Я крепко ее держу. Пусть даже не думает от меня убежать. Я не Асад, извращениями не страдаю. А вот чувство собственности у меня – будь здоров. Поэтому моя почти жена и дети, если они есть у нее внутри, сейчас поедут домой.

— Ты с головой не дружишь? — забрав чемодан, упорно толкаю ее к выходу я.

— Это ты с ней не дружишь! Отпусти меня! Немедленно!

— Запомни: я тебя никогда и никуда не отпущу. Ясно тебе?

— Совсем больной?

Шикарно. Я волоку ее к машине, она брыкается, мы умудряемся слишком громко друг друга оскорблять, и кажется, нас заметили стражи порядка. Хорошо, что моя машина припаркована немного дальше входа в аэропорт. Там не так людно и сотрудники полиции не шастают без особой надобности.

— Как ты вообще могла подумать, что старая тетка в красном платье – моя невеста?!

— А разве нет?!

— Нет! Я тебя люблю!

— Любишь? — на миг Аня прекращает брыкаться. Этого достаточно, чтобы быстро снять сигнализацию и распахнуть дверцу.

— Да, Аня, люблю!

— Правда?

Ее глаза наполняются слезами.

— Не смей сейчас плакать!

Я хватаю ее за руки, крепко прижимаю к себе и вытираю слезы с глаз.

— Разве я бы решился на брак, если бы не любил тебя?

— Но мы ведь… знакомы всего три дня…

— И что?

— Нет, ты, правда, меня любишь? — с отчаянием заглядывает мне в глаза она.

— Правда, — киваю я. — А девушка в красном платье – это Оливия, невеста дядюшки.

Аня усмехается и прижимается щекой к моей груди.

— Я думала, это та невеста, которую тебе нашли родители.

— Нет, та невеста похожа на тыкву. Она не носит коротких красных платьев, ей не позволяют это делать габариты, — посмеиваюсь я. — И, поверь, даже если она нагрянет сюда с моей матушкой, у них не получится меня отговорить.

Буря, вспыхнувшая так внезапно, утихает. Несколько мгновений мы просто стоим у моей машины, крепко обнявшись.

— Обещай, что больше никогда не уедешь, — прошу я.

— Обещаю…

Она поднимает на меня свои зеленые глаза и улыбается.

— Я тоже тебя люблю, — срывается признание с ее губ. — Поэтому и уехала. Я не хочу тебя делить, с кем бы то ни было.

— А тебе и не придется. Мы вернемся в Москву, и у нас будет очень хорошая семья.

— Аннабель! Ашким, как ты могла? — раздается скрипучий голос откуда-то слева.

Мне показалось? Нет, не показалось. Прохладное дуло пистолета впивается мне в спину, и я уже представляю надменное лицо турецкого гражданина в дорогом костюме цвета белого камня.

— Ты! Подними руки вверх и медленно отойди от моей невесты!

Асад не один. По левую и правую сторону от него стоят те самые блондинка и брюнетка. Барби-терминаторы, да. Они самые.

— Давно не виделись, папаша, — с усмешкой смотрю на соперника я.

— Я не люблю шутить, — ледяным тоном отзывается тот. — Ты посмел коснуться моей невесты. А того, кто тронет то, что принадлежит мне, ждет смерть.

— Да какая она тебе невеста?! Ты ей в отцы годишься!

— Кончай болтать и подними руки!

Я выпускаю напуганную до смерти Аню из объятий и медленно поднимаю руки. Только сейчас я начинаю понимать, какую ошибку допустил, бросившись вслед за любимой девушкой в одиночку. Второй раз за последние дни моя жизнь повисла на волоске.

Отхожу на шаг и тут же получаю удар прикладом в солнечное сплетение. От неожиданной атаки сгибаюсь пополам, и оказываюсь в лапах у девушек. Не знаю, в каком лагере их тренировали, но уже через несколько мгновений я теряю равновесие от четких ударов ногами и руками. Дикая боль, визги Ани – все смешивается в одну кровавую мешанину. Я падаю на землю и чувствую, как кровь из носа заливает приглаженную дорожку нового аэропорта.

Я пытаюсь подняться, но в голове шумит, и от очередного удара снова оказываюсь на асфальте.

Асад подходит ко мне и с презрением пинает носком дорогущей туфли из белой кожи.

— Лежать! Иначе я тебя убью, мразь!.. Обычно я убиваю врагов в тот же миг. Но сегодня мне хочется немного поразвлечься. Поэтому я заберу акшим к себе на яхту. Прежде чем она будет отправлена в Стамбул, я хочу всласть насладиться той, которая была предназначена мне по праву и так жестоко меня предала.

Брюнетка берет у него из рук маленький браунинг и целится мне в голову.

— Когда прикажете его убить, господин?

— Я подумаю, — вальяжно ухмыляется мой соперник. В его карих глазах сверкает торжество.

Он разворачивается к Ане.

— Кажется, кто-то очень сильно просчитался, решив сбежать от своего господина накануне свадьбы?

Жестоко усмехнувшись, он размахивается и бьет ее по лицу. Она вздрагивает, хватается за горящую щеку, а у меня что-то сжимается внутри. Я даже не могу ее защитить, потому что мне в голову направили дуло пистолета.

— Девочки, думаю, вам понравится этот экземпляр мужской привлекательности. Можете взять его на нашу яхту. До утра развлекайтесь, а потом отправите кормить рыбок.

Блондинка и брюнетка игриво подмигивают друг другу, бросают Асаду наручники и шагают ко мне.

— Пошла, давай! Я не прощаю измен, акшим! — грубо толкает Аню в спину Асад.

Она спотыкается о бордюр, и едва успевает схватиться за капот какой-то машины. Резко обернувшись, в последний раз смотрит на меня. В ее изумрудных, мокрых от слез глазах плещется помешанное на растерянности отчаяние.

«Прости меня», — одними губами шепчет она. В следующий миг Асад хватает ее за локоть и заталкивает в свой огромный черный джип. Кажется, мы вляпались по самые уши...