Глава 23. Аня.

Я стою возле зеркала, зачарованно любуясь белоснежным платьем, украшенным вышивкой ручной работы. Есть ли в мире наряд для невесты прекраснее этого?

— Оно стоит бешеных денег, но я решила, что ты его заслуживаешь, и Владимир не стал упрямиться, — улыбается Леночка за моей спиной. — Ну-ка, давай примерим венок.

Венок сплетен из тоненьких искусственных орхидей, украшенных золотым напылением.

— Он надевается под прическу, — поясняет Леночка. — Завтра утром придет стилист и все оформит… Ааа! Утром ты выходишь замуж! Даже не верится!

— Мне тоже, — заворожено рассматриваю вышивку на платье я.

— А ты его хоть любишь, Ань?

— Кого? Никиту? — на миг задумываюсь. А ведь действительно, все произошло так сумбурно. Мы знакомы всего пару дней.

— Люблю, да, — спустя миг киваю я, и улыбаюсь. — Насколько возможно влюбиться на берегу моря в столь короткий срок.

— Как в сказке! Любовь с первого взгляда!

— Так и есть.

Верчусь перед зеркалом снова и снова, и никак не могу налюбоваться воздушным шлейфом и вышивкой моего наряда.

— Лен, дай твой сотовый, — прошу подругу. — Очень хочется сделать фотографии. Жаль, что я не могу выложить их в инстаграм.

— Можно выложить в мой. Девочки подписаны на нас обеих. Все узнают, что ты – невеста того самого красавчика, фото которого они уже видели.

— Вот именно, что все, — качаю головой я. — Нельзя выкладывать фотографии до того, как мы с Никитой распишемся. Иначе жди беды.

— Точно.

Я верчусь возле зеркала еще немного, делаю селфи на Леночкин телефон, а потом, довольная собой и платьем, осторожно снимаю наряд.

Стук шпилек по дорожке у бассейна разрезает тишину, и мы с Леночкой высовываемся из распахнутой двери балкона.

— Пупсик! Где же ты? — очередная леди из силиконовой долины в алом платье и туфлях заставляет нас замереть.

Она резко вскидывает голову и замечает нас.

— Эй, девочки, привет! Вы здесь не видели очень симпатичного парня?

— Здесь много парней! — кричит с вышки коммандос в пятнистой форме. — Хочешь, я стану твоим?

— Нет, что ты, — растерянно улыбается ему блондинка. — Я ищу своего любимого мужчину, который имел наглость сбежать из Москвы и теперь прячется здесь.

У меня внутри что-то обрывается. Я понимаю, что это, скорее всего, обманутая невеста Никиты добралась до Ялты, и сердце дико колотится в груди. К горлу подступает ком. Вот знала же, что не стоит ему доверять!

— Так что, никто его не видел? — посматривает на нас гостья.

— И как давно вы со своим сбежавшим женихом вместе? — хмурит рыжие брови Леночка.

— В сентябре будет ровно год. Он обещал, что в июле мы поженимся и проведем медовый месяц на Карибах.

— Поищите у пляжа, — дружелюбно предлагает ей Леночка.

Я сжимаю кулаки. Почему же так больно при мысли, что я не единственная? Медленно отхожу от окна. Настроение сразу падает куда-то вниз. Как я могла поверить, что он в меня влюбился? Это же Никита! Ловелас и бездельник, у которого слишком много подружек… А ведь я чуть не поверила в его сказки. Что ж, привыкай, Аня. Ловеласы другими не бывают.

К горлу подкатывается противный ком.

— Я же ему поверила… — поджав губы, шепчу Леночке. — Влюбилась, как последняя дура…

Самое красивое на свете подвенечное платье теперь кажется издевкой.

— Ну, может, она не к Никите? — внимательно следит за девицей, лавирующей на неровном спуске к пляжу моя подруга.

— Как же, не к Никите… Он вчера рассказывал мне, что сорвал собственную свадьбу и прячется от гнева родителей и обманутой невесты.

— Точно?

— Точнее некуда… Лен, вызови мне такси. Не хочу я свадьбу.

— Ты что? Мы же договорились, никаких дерганий!

— Ну, вот сама подумай. Если бы Асад был на самом деле так страшен, как его нам нарисовал Владимир, стал бы он выжидать?

— Я не знаю, — растерянно пожимает плечами подруга. — Все слишком запуталось.

— И что на меня нашло? Зачем я дала согласие на брак с человеком, у которого в голове сплошной ветер? Наверное, действительно, у моря чувства выходят из-под контроля.

Никому я не нужна. Ни бабушке, ни отчиму. Даже Асада я интересовала только как игрушка для удовлетворения его извращенных фантазий. А Никита – просто безответственный бездельник. Для него нечто новенькое – пытаться кого-то спасти, вот он и решился назло своей мамочке со мной расписаться.

Я быстро натягиваю джинсы, майку, забираю сумку с паспортом и чемодан. Черт, потертое фото мамы и бабушки осталось у дедушки Никиты. Ну, да к чему оно мне? Ведь ясно, как белый день – от меня отказались раз и навсегда много лет назад. Что я себе нафантазировала?! Что приеду спустя двадцать лет, и мне будут рады? Раскрыв объятия, бросятся любить? Бред… Даже мой будущий муж, который завтра в полдень должен стоять со мной у алтаря, внезапно оказался занят другой. На Карибы он обещал ее отвезти! Мерзавец! Быстро нажимаю у Леночки в телефоне вызов такси. Щелкает сообщение: «Машина приедет через пять минут».

— Аня, ну, не уезжай… пожалуйста…

Леночка бежит за мной следом и хватает за руку.

— Я не хочу, понимаешь? — на миг остановившись на мраморной лестнице, беру за руку подругу я. — Не пойду я замуж за такого безответственного человека.

— Тогда подожди, я возьму ключи от машины, и поеду с тобой.

Я смотрю на Леночку. Где-то внутри поднимается тревога. Нельзя впутывать ее в эту грязную историю. Возможно, если я незаметно попаду в аэропорт, мне удастся исчезнуть для всех. Раз и навсегда. Куплю билет на самолет, а потом быстро затеряюсь среди незнакомых людей.

— У одной меня больше шансов исчезнуть, чем у нас двоих. Ты сможешь спокойно вернуться домой. Никто ничего не узнает. А у меня достаточно денег, чтобы протянуть первое время. Сниму комнату и устроюсь куда-нибудь работать.

— Я не хочу, чтобы ты уезжала… предчувствие какое-то… нехорошее...

— В любом случае, будет лучше, если я поеду одна. Если все сложится хорошо, я пришлю тебе письмо.

— Ладно…

Телефон Леночки вибрирует вызовом. Такси прибыло. Она сама стоит на последней ступени и растерянно хлопает полными слез глазами.

— До встречи…

Я порывисто прижимаю ее к себе, всего на миг, потом подхватываю чемодан и быстро шагаю к выходу. Я понимаю, что если мне удастся тихо уехать, мы с Леной больше никогда не встретимся.

— Девушки в этом доме не задерживаются. Приезжают, уезжают… — задумчиво смотрит в бинокль охранник в пятнистой форме.

Я презрительно качаю головой.

Уже почти стемнело, а чудный коммандос даже не потрудился у меня спросить, куда я уезжаю. Интересно, если бы сейчас здесь появился Асад, он бы также задумчиво смотрел в бинокль и продолжал философствовать?

Такси стоит у входа. Водитель грузит мой чемодан в багажник. Я сажусь назад и подавляю горький вздох. Почему-то мне больно уезжать. Так больно, что сердце сжимается, и, кажется, вот-вот разлетится на мелкие осколки.

Машина трогается с места, и на глаза наворачиваются слезы.

«Надо просто пережить разочарование. Тогда будет не так больно, — убеждаю себя я. — Возможно, удача мне улыбнется, и я смогу исчезнуть для всех раз и навсегда».