Глава 38. Аня

Стук в дверь заставил меня насторожиться. Открывать? Или подождать?

Подкравшись к входной двери, я посмотрела в глазок. Полицейские. Что им нужно?

На счастье, Никита выбрался из ванной комнаты.

— Что, там, Аня? — на ходу натягивая майку и спортивные брюки, поинтересовался он.

— Полиция…и уходить не собираются. Открыть?

— Я сам.

Никита отодвигает меня от двери. Смотрит в глазок, потом щелкает замком.

— Доброе утро. Нам нужна Чернышева Анна Андреевна, — переглядываются стражи порядка.

— Для чего? — озадаченно потирает гладко выбритый подбородок мой муж.

— Так она в розыске. Уже месяц ищем, с ног сбились, — выступает вперед тот, что постарше. — Я следователь, Кортиков Иван Алексеевич.

— В каком розыске? По какому поводу?

— Так отчим ее… Кубышкин Федор Иванович, был застрелен в своей спальне тридцатого мая.

— Застрелен? — бледнея, высовываюсь из-за спины Никиты я. — Как, застрелен?

— Вот так.

— Знаете, мой отчим никогда не отличался особой порядочностью. Возможно, кто-то из подельников его заказал…я-то вам зачем?

— Его застрелили в ту же ночь, когда вы пропали, Анна Андреевна.

— Я не пропала. Я сбежала. Меня собирались в гарем продать!

— Да мы в курсе, что дело ваше в Ялте подняли снова… Может, пустите нас?

Никита отходит от двери, позволяя двум сотрудникам полиции войти.

— Вчера всплыли еще подробности вашего дела, — продолжает объяснять нам свое вторжение следователь. — Тут вопрос такой щекотливый всплыл в связи со смертью вашего отчима. Он за несколько дней до этого у нотариуса оформил завещание, по которому все свои средства и бизнес в случае его смерти переходят в руки вашему законному мужу.

— Что за бред?! — непонимающе смотрю на Кортикова я. — Мой отчим не мог знать, что я выйду замуж. Я и сама не знала. Все произошло случайно. Ялта, море…

Никита улыбается и притягивает меня к себе.

— Да, Иван Алексеевич. Это ошибка. Отчим Ани не мог знать, что она выйдет за меня замуж. Мы поженились на четвертый день знакомства.

— Только сбежали вы, Анна Андреевна, от другого жениха, верно?

— Да, — я мрачнею. — От Асада Шахина. Меня ему продали. Свадьба должна была состояться очень скоро. Я была в отчаянии, поэтому решилась на побег. В Ялте я встретила своего настоящего мужа, Никиту.

Я прижимаюсь к Нику крепче, и он с нежностью целует меня в щеку.

— Мы ждем двойняшек, — с гордостью поясняет следователю мой муж. — И нам плевать на то, чего хотел Асад.

— Только Асад Шахин заказал убийство матери вашей жены и щедро оплатил господину Кубышкину похищение и удочерение маленькой девочки. Бизнес Кубышкина держался на спонсорстве Асада Шахина. Сейчас всплыло завещание, по которому все отходит мужу Анны. Понимаете, к чему я веду?

— Нет, — одновременно пожимаем плечами мы с Ником.

— Асад слегка просчитался. Ваш отчим был убит в ночь, когда вы ударились в бега. На самом деле, мы разыскивали вас по подозрению в убийстве до того момента, как всплыло старое дело в Ялте. А теперь все встало на свои места. Асад устранил Кубышкина, чтобы забрать себе то, что всегда принадлежало ему. Свои вложения. И тут он просчитался. Вы, Анна Андреевна, исчезли. Свадьба сорвалась.

— Теперь я понимаю, почему он так торопился в Ялте… — вспоминаю я. — Он хотел жениться на мне как можно скорее, чтобы получить обратно деньги, затраченные на мое воспитание. Он щедро платил отчиму за молчание, но решил вернуть потраченное.

— И тут просчитался, — кивнул следователь. — Мужем-то стал другой.

— То есть…получается, я становлюсь наследником всего капитала, которым владел отчим Ани? — озадаченно потирает подбородок Никита.

— Верно. Считайте, вы вытянули счастливый лотерейный билет.

— Что-то мне не нравится, как это звучит. Бесплатный сыр, он только в мышеловке бывает.

— На этот раз мышеловка захлопнулась, пока вы с женой развлекались на Кубе. Асада отпустили, и он уехал к себе в Стамбул. А когда узнал, что Анна Андреевна сменила фамилию на Орлову, у него случился инфаркт. Через сутки он скончался в больнице Стамбула.

— Вот это наворотил дел Асад… — протянул Ник.

— Не то слово, — согласно кивнул следователь. — В общем, через полгода можно будет вступать в права наследования, Никита Викторович. А пока желаем вам с супругой спокойной и счастливой семейной жизни.

— Спасибо…

Некоторое время после их ухода мы с Ником смотрим друг на друга, пытаясь переварить новости.

— Ник, если все выгорит с завещанием, у нас снова будут деньги… — сбивчиво говорю я. — У тебя будут деньги моего отчима!

— Сомнительное удовольствие, которое очень плохо пахнет, — качает головой он. — Не очень хочется становиться наследником денег от преступников.

— Верно… но мы же не откажемся от наследства?

— Ань, мне не нужны деньги твоего отчима. Я привык сам. Сам, понимаешь? Не хочу, чтобы ты давала мне деньги. Я же не альфонс какой-то.

— Ладно… но ты же можешь отдать их мне. А я их использую для наших детей.

— Давай вернемся к этому вопросу через полгода, хорошо?

— Хорошо.

— Ну что, едем в больницу? — посмотрел на меня муж. — Или останешься дома?

— Дома? Одна? После того, что сказал следователь? Ни за какие коврижки!

— Тогда собирайся. Позавтракаем, и в путь.