Глава 27

Турун. Бог ты мой, какая же она красивая!

Мы встретили ее недалеко от Таллева, поздно вечером, возвращаясь домой.

Сигваль сказал мне, что пора вернуться, и Унар тоже приедет в Таллев, получить титул герцога из рук короля.

Весна. Снег сошел и дороги подсохли. На пригорках уже начинала зеленеть трава, кое где рассыпались беленькие звездочки ветреницы, днем солнце грело по-настоящему — тепло-тепло! Было так хорошо, радостно. Я возвращалась… Мое сердце радовалось и пело.

Мы должны были добраться завтра к обеду, вместе с Каспаром Хеттилем, Эвардом и остальными, кто ехал с нами. Беате осталась в Тюленьих скалах, путешествовать в ее положении тяжело, и Рон остался вместе с ней. А я… вдвоем с Рикардом, он не отпустил меня… мы рванули на рассвете вперед, и успели проехать намного больше, так быстро, как только могли. Мы будем в замке уже к ночи! Мне не терпелось. Если Унар уже там, я хочу увидеть его скорее!

Турун на дороге, с огромной свитой. Возвращалась с прогулки. Конечно, я не могла знать, что это она. Но знатная сиятельная дама в окружении слуг. Роскошная. Принцесса. В дорогом бархатном платье, словно только с торжественного приема, а не из леса, с идеально уложенными волосами, рыжими, словно огонь. Драгоценная брошь на платье. Турун — высокая и тоненькая, словно натянутая струна, яркая, гордая.

Мы поравнялись с ней на дороге. Она поприветствовала нас, улыбаясь мягко и чуть снисходительно, как и полагается знатной даме, встретившей путников.

— Доброго вечера вам, милорд… миледи… — она чуть замялась, усмешка дрогнула в уголках губ.

Я знаю, я снова одета как мальчишка, так просто удобней ехать, и я привыкла. Думала — всем все равно. Уставшая за день скачки, вся в дорожной пыли, с коротким клинком на боку, волосы отросли только до плеч, растрепались. Я уж точно не выгляжу как леди.

Рик склонил голову.

— Рикард Арлёг из Ллодура, миледи, — сказал он. — Я рад приветствовать вас.

Я промолчала.

— Турун Шьюват из Драконьих гнезд, — улыбнулась она. Могу поспорить, на счет меня эта леди поняла все и прямо сейчас. — Вы приехали на мою свадьбу, милорд?

Так мило и невинно, но в глазах блестел холодный зеленый лед. Расчетливо.

Она говорила с легким акцентом, как и все горцы из Гнезд, и это немного отвлекало от смысла слов. Но…

— Вашу свадьбу, леди Турун? — спросил Рик, потом глянул на меня.

— О-оо, — улыбнулась она, показывая ровные белые зубки, — вы же только вернулись, возможно, не знаете еще. Его величество уже дал согласие. Я так счастлива! Мы тоже приехали всего неделю назад. Вместе с Унаром. Он получит герцогский титул и все права, вместо простой должности наместника. Должна признать, он заслужил! Он настоящий герой! — Турун говорила это Рику, но смотрела на меня, с какой-то долей превосходства и неприязни. — А потом — свадьба!

Свадьба?

Я слушала, и меня бросало то в жар, то в холод, просто невозможно. Она с Унаром? Свадьба!

Нет…

Но ведь этого не может быть? Или я чего-то не понимаю?

Король уже дал согласие?

Не понимаю…

Рик тоже не понимал.

— Рад за вас, леди Турун, — растерянно сказал он.

— Благодарю.

Она говорила что-то еще, но я не слышала, у меня звенело в ушах. До боли.

Это неправда.

Нет! Я не хочу это слушать.

Я вдруг рванулась вперед, к замку. Прочь! Не могла больше видеть ее. Я хотела видеть Унара, хотела услышать все от него. Он ведь там? Он не станет мне врать!

Сейчас!

Видела, как Рик скачет за мной, пытаясь догнать.

Но догнав, так и не решается заговорить, едет чуть позади. О, я страшна в гневе, он меня боится! И сейчас, пожалуй, я страшна вдвойне.

Даже люди у ворот замка шарахаются от меня в стороны, не сразу узнав.

— Ваше высочество! — кричит кто-то. — Это принцесса Агнес!

— Где он?! — я спрыгиваю с лошади, у меня кружится голова.

— Ваш брат в Керне, — говорят мне, неправильно поняв. — Он должен вернуться завтра к обеду. Мы и вас, ваше высочество, ждали только завтра. Что-то случилось? С вами все в порядке?

— А Унар?

— Сэр Унар с принцем Сигвалем, ваше высочество. Завтра…

Никого нет. Меня не ждали. Я вернулась не вовремя.

— Что случилось, ваше высочество?

Я только отмахиваюсь. Не хочу ничего объяснять.

Мне нужно немного побыть одной. И плевать, что подумают. Плевать на все.

Успокоиться.

Не к себе, не к отцу, а на задний двор, где неприметная дверца за выступом башни. Наверх. Потом по узкой галерее у внешней стены и темную нишу. А потом, совсем немного и маленькая комнатка, скрытая от посторонних глаз. Я любила сидеть тут в детстве, играть здесь, прятаться, когда мне было плохо.

С тех пор тут ничего не изменилось. Две лавки, стол у окна, в углу — сундук.

Меня не станут искать здесь. Впрочем, даже если и знают, куда я пошла, то не станут тревожить. Это мое место. Даже детские игрушки в сундуке.

Не знаю, что со мной.

Эта Турун…

Может быть, я что-то неправильно поняла?

Или как раз сейчас пытаюсь себя обмануть, убедить, что ничего такого быть не может?

Почему нет?

Когда я видела Унара в последний раз? Почти полгода назад. Мы были вместе всего несколько дней. И у нас ничего не было. Ничего. Он сам не хотел.

Все эти письма, которые он писал мне… но ведь это тоже было давно, в самом начале зимы. Столько времени прошло! Все могло измениться.

А эта Турун — так хороша! Какой мужчина не влюбится в нее?

Я снова, как в детстве, чувствовала себя гадким утенком, дурнушкой, нескладной и неуклюжей девочкой, которой никогда не стать настоящей принцессой. Я думала, что давно справилась с этим, но вот — снова настигло. Мне никогда не стать такой, как Турун.

Эта свадьба поможет укрепить власть Унара в Драконьих гнездах. Он же всегда знал, чего он хочет.

Нужно успокоиться. Взять себя в руки.

Нужно пойти и спокойно обо всем узнать.

Может быть, все же, я чего-то не понимаю? Я так хотела верить в то, что ошиблась, что сама боялась поверить. Боялась обманывать себя… Запуталась.

Ничего. Я буду сильной. Я справлюсь с этим как-нибудь.

Сейчас…

Я немного отдышусь и пойду. Немного успокоюсь. Нельзя, чтобы все видели, как мне плохо.

* * *

Я проснулась на рассвете от холода, и долго не могла понять, где нахожусь.

Уснула на лавке, съежившись, поджав под себя ноги, вся в слезах.

Хватит. Нужно что-то делать с этим. Взять себя в руки.

Значит, Унар приедет сегодня. И Сигваль приедет.

Надо, по крайней мере, привести себя в порядок, и не бродить по замку, как отчаявшееся зареванное приведение.

Нужно пойти к себе. Пусть приготовят ванну и платье. И завтрак. А там будет видно.

Горничная шарахнулась, увидев меня, не ожидала, спала еще в такой час. Я разбудила, отправила за водой. Она лишь обиженно поджала губы и сказала только, что меня все искали, волновались, сэр Рикард искал, и почти всю ночь сидел под дверью, ждал. Но вот, похоже, недавно ушел. Рассвет разбудил и его тоже?

Бедный Рик. Он беспокоился обо мне.

Ничего…

Мне принесли теплого молока, печенья, сыра, холодного мяса, все, чем можно быстро позавтракать. Больше в такое время ничего не готово. Но я так проголодалась, что готова была съесть все.

Ванна теплой воды. Я разделась, влезла, и долго лежала, пытаясь расслабиться и собраться с мыслями. Хорошо… Но все равно подступали слезы.

Приедет Унар, скоро уже… и как же я буду? Как я буду смотреть ему в глаза?

Наверно, скорее, как он мне будет? Но ведь он поступает так, как нужно. Чего стоят чувства какой-то девочки, по сравнению с интересами государства? Да и потом, у него теперь есть новая. Турун. Она всю зиму была рядом с ним. А меня не было. Мне за Унаром бы стоило бежать, а не за Эдрианом. Быть там с ним, в этих Гнездах. Тогда, возможно, все бы сложилось иначе.

Что я ему скажу?

Скажу, что рада за него, и у меня все отлично. Никаких сожалений.

В конце концов, у меня есть Рик, он отличный парень, и вот даже полночи ждал меня у дверей, искал. У меня все будет хорошо.

Сейчас, порыдаю еще чуть-чуть, но к приезду Унара я буду готова.

После ванны перерыла весь свой гардероб, все перемерила, выбрала лучшее платье. То есть, не самое роскошное, а то, которое больше всего мне идет. И пусть оно подходит больше для вечера — слишком открыты плечи, но сейчас не важно. Я впервые хотела не просто нравиться, а быть настолько роскошной и ослепительной, насколько это вообще возможно.

Вдруг оказалось, что при правильной шнуровке платья, у меня и талия вполне изящная, и грудь даже ничего. И вообще. И даже без шнуровки и без платья. Видимо, я все же повзрослела, давно пора. И, глядя на себя, поняла, что неожиданно похожа на Беате, только улыбаться надо помягче, не так напряженно.

А потом мне завивали и укладывали волосы, со знанием дела. А потом немного пудры, румяна и подвести брови… Только немного, я все же хочу быть похожей на саму себя, а не на фарфоровую куколку.

Серьги и небольшое скромное колье.

Я слышала голос Рика за дверью, он снова пришел, но пока меня одевали и причесывали, его не пускали. Я велела никого не пускать. Пусть тоже увидит меня, когда все будет готово. Я понравлюсь ему? Надо понравиться. К нему у меня теперь тоже серьезное дело.

С моей красотой управились где-то к обеду, едва успели.

Мои окна выходили на замковый двор, я могла видеть. Уже слышала в открытое окно, как кричат с башни: «Едут! Едут! Его высочество едут!»

Сигваль.

Хватит, все, волосы пора оставить в покое, они и так лежат, как никогда в жизни не лежали, я не узнаю себя.

Я велела всем уходить.

И пустить Рика. Мне очень нужна поддержка сейчас.

Я смотрела в окно. Сейчас…

— Агнес! — Рик вошел и замер на пороге, недоверчиво разглядывая меня. Даже глаза попытался потереть, чтобы убедиться, что это ему не снится. Ну да, я внезапно, как настоящая девочка.

Обернулась к нему, улыбнулась.

Я достаточно хороша?

— Ты просто невероятна, Нете! Это вообще ты, да?

Он глупо улыбался.

— Я же принцесса, — попыталась улыбнуться в ответ, хотя от волнения сводило зубы. — Я убежала и заставила тебя поволноваться? Прости. Мне нужно было побыть одной.

— Еще как поволноваться!

— Прости…

Там за окном заржали кони.

Я выглянула…

Сигваль спрыгивает на землю. И Унар. Как же я давно не видела его!

Унар… До слез. Так больно кольнуло и перевернулось все внутри, невозможно! Боже мой… я… Сердце колотится.

Унар. Как я хочу к нему!

Главное — не плакать, а то пудра, румяна — все это сейчас размажется, потечет на мне. Да и вообще нельзя.

И выбегает эта рыжая ведьма Турун! Хоть не на шею Унару кидается, но просто за руку берет, что-то говорит. Слуги выбегают. Я не слышу отсюда разговоров. Вижу только, как Сигваль поднял голову, и смотрит на мои окна.

Унар тоже бросает быстрый взгляд, и бежит к дверям. В замок.

Ко мне? Он сейчас будет здесь?

Я стою, стиснув на груди руки, почти до хруста. Меня просто трясет.

Хочется умереть, провалиться сквозь землю и исчезнуть.

Я не готова сейчас. Не готова встретиться с ним, не знаю, что говорить.

Паника накатывает.

Невыносимо.

Он где-то там, поднимается по лестнице, и эти мгновения тянутся бесконечно.

А потом я слышу шаги. Даже не шаги, он бежит…

Я не могу! Я не буду плакать перед ним, не буду страдать. Пусть забирает свою Турун!

— Рик! — я кидаюсь к нему. — Поцелуй меня!

Наверно, это последняя отчаянная попытка спрятаться.

— Поцелуй меня, пожалуйста! Сейчас!

И, прежде чем он, ошарашено, пытается возразить, я обнимаю его, заставляю наклониться к себе, и целую сама.

Это даже не поцелуй толком, одна видимость. У меня от волнения стучат зубы и руки трясутся. И шумит в ушах.

Я слышу шаги. Все ближе. И дверь в мою комнату распахнута, Рик не закрыл. Еще немного, и…

Совсем близко. Я слышу, как он влетает и… замирает. Слышу его дыхание… и дыхание замирает тоже, несмотря на то, как быстро он бежал.

— Агнес… — шепот.

Не могу.

Отпускаю Рика, тот обалдело смотрит на меня.

Я поворачиваюсь к Унару.

Больше всего на свете мне хочется броситься к нему на шею, обнять, прижаться и больше не отпускать никогда. Я же люблю его! Сердце разрывается.

Но вместо этого я беру за руку Рика. Чтобы сразу обозначить, что я Унара уже не ждала.

Тишина. Мы молча стоим все трое.

Унар вытянулся у двери. Не двигаясь, словно пытаясь все это осознать. У него белое лицо, какое-то совсем чужое, ноздри подрагивают.

И он первый берет себя в руки.

— Я помешал, ваше высочество? — тихо и ровно говорит он. — Простите… я… просто хотел… поприветствовать вас. Мы давно не виделись.

Медленно, словно подбирая слова. Очень спокойно, ровно, но напряжение так и звенит.

— Я тоже рада видеть… тебя, — хотела сказать «вас, сэр Унар», но на это не хватает сил, это слишком. — Значит, ты теперь герцог?

— Да, — говорит он, кадык дергается.

Не могу. Вот просто не могу я все это. Надо заканчивать быстрее.

— А я вот теперь тоже выхожу замуж! — говорю я, и кажется, что внутри все горит от этих слов. — За Рикарда! Ты думал, я буду ждать тебя всю зиму? Пока ты там… ты…

Все. Зажмуриваюсь и кусаю губы.

Слышу еще:

— Рад за вас, ваше высочество.

Слышу, как он выдыхает сквозь зубы, поворачивается. И идет прочь. Уходит.

И только когда шаги начинаю стихать, Рик дергает меня за руку.

— Нете! Что это было сейчас? Какая муха тебя укусила?

А у меня просто ноги подкашиваются.

Я закрываю лицо руками, я пытаюсь уткнуться Рику в плечо, порыдать. Но он берет, трясет меня за плечи.

— Что случилось, объясни мне? Нете! Ты же так ждала его?!

— Он… он же… он женится на этой Турун! А я…

Рик смеется, потом тихо ругается, потом крепко встряхивает меня еще раз.

— Да кто ж тебе такое сказал? — так требовательно.

Я не могу понять…

— Турун выходит замуж за Хальдора, — говорит он, словно маленькой глупой девочке. — Нете, ну что ж ты творишь! Она приехала с Унаром, но выходит замуж за твоего брата, — качает головой и смеется. — Иди, догоняй теперь своего герцога. Может, он тебя простит.