Глава 8

Осознание, что дракон каким-то чудом выжил, поразило меня ещё сильнее, чем его смерть. Вслушавшись, я смогла уловить слабое биение сердца. Как такое возможно?! Оторвавшись от его изгрызанной груди, я вытерла слезы и попыталась разобраться. Он дышит — это факт. Его сердце бьется — это тоже факт. Но смертельные раны на теле никуда не делись! В правой части груди зияла страшная дыра, на животе множество рваных ран, все конечности и лицо покрыты следами зубов и когтей. Просто теперь из ран не течет кровь, а сам Арис будто погрузился в глубокий сон.

Дракон выглядел таким спокойным и умиротворенным, что и не верится, будто этот мужчина находится на пороге смерти. Я не понимала, что именно с ним произошло и как долго будет длиться это состояние анабиоза. Вдруг через час Арис проснется и тут же умрет от потери крови? Вокруг него почти вся земля залита ею. Что же мне делать? Дракону нужно как-то помочь, уложить его на мягкую постель, обеспечить покой. Боже мой… О каком покое в наших условиях можно говорить? В любой момент могут вернуться морглы и сожрать нас обоих.

Несколько минут я сидела возле Ариса, судорожно ища выход из ситуации. Вариантов у меня немного: либо обосноваться здесь, посреди леса, либо как-то транспортировать едва живого дракона в пещеру. Окинув взглядом лежащего Ариса, я обреченно прикрыла глаза. Как я его дотащу?! Он весит килограммов сто пятьдесят, не меньше! Гора мышц ростом больше двух метров. Что же мне с ним делать? Оставаться здесь — самоубийство. Во-первых, в любой момент могут вернуться морглы, а во-вторых, ливень прекратился лишь временно, и вскоре вновь с неба хлынет вода.

Вдруг в голову пришла неожиданная идея. Что, если попытаться положить Ариса на ткань и тянуть до пещеры как на санях? Переместить его в любом случае будет нереально тяжело, но нужно попробовать, потому что под дождем, на сырой земле он однозначно не выживет. Но как же мне оставить Ариса здесь одного? Своим присутствием я словно охраняла дракона. Казалось, стоит отойти на шаг, и он тут же умрет. Возведя глаза к небу, я сжала пальцы Аристарха. Нужно решаться. Сидеть и страдать здесь опасно для жизни, я должна начать действовать. Мне вдруг представился Арис, живой и здоровый. Что бы он сказал мне сейчас? Как поступил бы?

«Мария!» — прозвучал в голове его строгий голос. «Хватит жалеть себя и ныть! Вытри слезы и соберись, ты нужна мне в адекватном состоянии. Встань, пойди в пещеру и возьми на кровати постельное белье. Принеси пододеяльник, он самый крепкий и должен выдержать вес. Действуй! Если будешь сидеть здесь и страдать, никому от этого лучше не станет!»

Его голос звучал в моей голове так, словно Аристарх сидел совсем рядом. Всегда спокойный и собранный, уверенный, знающий, как выбраться из любой ситуации. Его твердой руки мне сейчас и не хватает.

— Я быстро, — рассеянно прошептала я, обратившись к дракону. — Я очень скоро вернусь, Арис, ты только держись. Держись…

На нетвердых ногах я встала и, переборов себя, отправилась в ту сторону, где должна была находиться пещера. Черт! Я полностью положилась на Ариса и даже не пыталась запомнить дорогу. Ориентируясь на смутно знакомые кусты и деревья с яркими красными цветами, мне каким-то чудом удалось выйти к пещере, потеряв при этом минут десять. Всё время в голове билась одна и та же мысль: Аристарх там один, лежит на земле посреди леса и в любую секунду может умереть. Нужно спешить!

Я ворвалась в пещеру как ураган. Пробежала мимо входа с огнищем вглубь, туда, где ещё совсем недавно Арис распаковывал сундуки. Вот оно! На одной из кроватей лежала оставленная им же стопка белого постельного белья. Подлетев к ней, я выдернула пододеяльник и попробовала его на прочность, хорошенько потянув ткань в разные стороны. Бездна! Эта вещь не выдержит вес Ариса. Я вообще не представляю, какой должна быть ткань, чтобы на ней можно было протащить полтора центнера.

В отчаянии я бросилась к сундукам, надеясь найти там хоть что-то. И нашла! В одном из них нашелся укрывной материал, представляющий собой большое полотно, состоящее в том числе и из металлических элементов. Такое должно выдержать! Очень хочется на это надеяться.

Схватив в охапку сверток с этой странной штукой, я бросилась обратно к Арису. Больше всего на свете я боялась найти его мертвым. Он ведь там совсем один, слабый и беспомощный!

Когда я выбежала к тому месту, где оставила его, с сердца будто камень свалился. Он здесь, всё ещё живой! Грудь дракона медленно и почти незаметно вздымается, выдавая в нем признаки жизни. Никто не сожрал его за время моего отсутствия и не убил. Это уже не мало. Теперь нужно придумать, как этого бугая поместить на принесенную мной ткань (если это вообще можно назвать тканью). Поднять Ариса или хотя бы привести в сидячее положение, у меня, при всем желании, не получится. Да и страшно это. Казалось, тронь его, и из ран вновь хлынет кровь, дракон умрет.

Я старалась действовать очень аккуратно. Не стала поднимать дракона, а подсунула ткань под него. Как же это тяжело! Особенно учитывая, что я старалась лишний раз не терзать раны дракона. В итоге, после часа мучений, мне всё же удалось поместить мужчину в центр принесенной ткани и завязать её так, чтобы получился своеобразный кокон. Всё это время я боялась, что морглы вернутся и вздрагивала от каждого шороха.

Теперь мне предстояло самое сложное — тащить дракона сквозь лесную чащу. Я перекинула через плечо уголок ткани, на которой лежал Арис, и начала тащить. Боже!!! Как же тяжело! В первые секунды показалось, что мой позвоночник лопнет от напряжения, а руки просто отвалятся. Это адский труд.

Я упала на землю и почувствовала, что, кажется, вот-вот сломаюсь во всех смыслах. Он слишком тяжелый, мне удалось сдвинуть Ариса лишь на несколько сантиметров. Надо мной вновь пронесся раскат грома. Снова тучи собираются над Мрачной пустошью, скоро вновь хлынет ливень. Потоки воды зальют всё, в том числе и нас с Арисом. Дракон в столь ослабленном состоянии промокнет и замерзнет, а с наступлением ночи он и вовсе погибнет. Вряд ли в таком состоянии Аристарх способен аккумулировать свою внутреннюю магию.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Могу ли я это допустить? Нет… У меня нет права сдаваться. Пусть я надорву живот, но дотащу Ариса до пещеры. Я обязана! Тут метров сто, если по прямой… Не так уж и много. Вновь я закинула на плечо эту лямку и потащила. Надо, Маша, надо! От напряжения и отчаяния я закричала и собрала в кулак всю свою волю и силы, какие только остались в теле. Рывок, шаг, ещё один… Мне удалось протащит дракона на метр вперед! На один жалкий метр, но это уже что-то. Нельзя сдаваться! Это придало мне сил, и вновь я совершила рывок вперед. На этот раз удалось преодолеть аж два метра! Правда, всё тело болит, в руки вот-вот отвалятся, но я не сдамся… Не сдамся

Следующие два часа я насиловала свой организм, таща дракона вперед. Иногда делала передышки, давала себе отдохнуть, постоянно проверяла, жив ли Арис, дышит ли. Его состояние не изменилось, зато я готова была сдохнуть. В тот момент, когда впереди замаячил вход в пещеру, я чуть не разревелась. Осталось немного! Маша, соберись… Большая часть пути пройдена.

В тот момент, когда я втащила Ариса внутрь, под каменный свод, хлынул ливень, будто кто-то специально ждал, когда я укрою дракона от воды. Обессиленная и опустошенная, я рухнула на земляной пол и почти сразу отключилась.

Сквозь слабость и дремоту я то просыпалась и видела странные образы, то вновь засыпала. В моем состоянии невозможно было отличить, где реальность, а где сон. Сознание затуманено, веки казались свинцовыми, и открыть глаза было настоящим подвигом, на который я не решилась. Сквозь дремоту мне послышались тихие шаги. Я чувствовала, как кто-то взял меня на руки и отнес на мягкую поверхность, бережно уложив на спину. В тот момент подумалось, что это наверняка сон, ведь такое попросту невозможно, мы с Арисом здесь одни… Так ведь?

Послышалось приглушенное кряхтение в нескольких шагах от меня, затем звуки, будто по земле тащат что-то тяжелое. Затем чей-то вскрик, словно человек совершил быстрое, но очень тяжелое действие, и вновь звук шагов. Я абсолютно явственно ощутила, как кто-то подошел ко мне и встал рядом. Сил не было даже на то, чтобы повернуть голову, но в глубине души зародилось нехорошее чувство, инстинкты робко протрубили об опасности. Всё происходящее явно не нормально, творится что-то странное.

Вдруг сквозь веки в глаза ударил яркий свет, отчего я вздрогнула всем телом. Попыталась, переборов себя, приоткрыть глаза, и у меня это получилось. Из-под полуприкрытых век я смогла увидеть зажженную над собой керосиновую лампу, а справа от меня стояла высокая темная фигура. Рассмотреть всё в деталях не было никакой возможности — свет слепил глаза.

Вдруг чьи-то сильные руки одним резким движением задрали мою футболку к верху, полностью оголив живот, а затем немного приспустили штаны. Я издала глухой стон, но он отдался острой болью в районе пупка. Сделать глубокий вдох тоже было больно. Что со мной происходит? Увы, у меня не было сил на то, чтобы об этом думать и переживать. Вновь накатила слабость.

Я уже почти забылась сном, когда холодные пальцы коснулись моего живота, уверенными движениями прощупывая его и надавливая на разные точки в районе пупка. Больно!

— М-м-м… — слабо промычала я, и вновь боль зародилась где-то внизу живота.

— Сама виновата, — услышала я незнакомый мужской голос. Он показался мне очень странным и густым, будто человек говорил с прислоненным ко рту стаканом. — Зачем тащила этого кабана? Живот надорвала, дура.

Я вновь попыталась открыть глаза и рассмотреть говорившего, но он не позволил. Тяжелая рука легла мне на лоб, закрыв глаза, и я ощутила приятное тепло. Оно зародилось в районе переносицы и начало плавно растекаться по всему телу, прогоняя боль и даря приятную негу. Теперь я не могла пошевелить вообще ничем, но при этом пропали все неприятные ощущения, в том числе и страх перед неизвестностью. Что со мной сделали? Вопреки инстинктам, я испытывала приятный покой, и вырываться из этого сонного плена совсем не хотелось.

Вдруг холодные пальцы коснулись моего оголенного живота, сильно надавив на него. Я не ощутила боли, хотя должна была, ведь это место было эпицентром тяжести и болевых ощущений. Незнакомец продолжил давить на мой живот обеими руками, что-то перекатывая под кожей, разглаживая и вновь надавливая. Я совершенно не переживала по этому поводу и не боялась.

После нескольких минут странного массажа мужчина приподнял меня за талию, просунул мне под спину кусок ткани и перетянул живот в верхней части. После этого он вновь начал давить и массажировать меня. Мне должно было быть очень больно, потому что незнакомец совершал свои действия с силой, грубо, резко нажимая кулаком то на пупок, то справа от него. Как я ни старалась, но никак не могла вызвать в себе чувство страха или банального беспокойства. Все неприятные эмоции блокировались неизвестной силой в зародыше.

Примерно через полчаса таких манипуляций мужчина, наконец-то, снял с моего живота тканевую повязку, вернул на место штаны и прикрыл живот футболкой. Он закончил. Теперь вопрос лишь в том, с какой целью он меня массировал и как я теперь буду себя чувствовать.

— Больше тяжести не поднимай, — раздраженно произнес незнакомец. — Морглов в радиусе пятисот шагов в ближайшее время не будет, они ушли на охоту на север. Пройдешь на запад и наткнешься на озеро, в нем можно безопасно мыться и стирать одежду. Не ходи в восточную сторону. Там тоже есть озеро, но в нем обитает нежить, к ней даже не суйся, — мужчина наклонился ко мне, его горячее дыхание обожгло моё ухо. — Если скажешь обо мне дракону, я приду ночью и самолично зарежу его, а тебя изнасилую и утоплю. Надеюсь, ты умная девочка и глупостей делать не станешь. Не пытайся искать меня. Я разрешаю вам пожить здесь немного, но, как только оправитесь, проваливайте в бездну.

Его ладонь вновь коснулась моего лба, и сознание тут же заволокла тьма.

Когда я проснулась, ливень уже закончился. В пещеру проникали яркие солнечные лучи, возвещавшие о прекрасной ясной погоде. Вот только, мне сейчас совсем не до красот природы. Я лежала и никак не могла понять, что из произошедшего со мной сон, а что — явь. Мне снились сны, мелькали смазанные образы, лица… И всё никак не получалось отделить реальность от игры подсознания.

Арис! О нём нужно думать в первую очередь! Одно я помню абсолютно точно: дракон находится в странном и тяжелом состоянии, а пока я разлеживаюсь на мягком матрасе, уже, возможно, умер. Позабыв обо всем на свете, я резко села и, издав стон боли, тут же рухнула обратно. Живот пронзила сильная боль, от которой я не сразу оправилась и ещё несколько минут лежала тихо, не шевелясь. Во второй раз вставала медленно и осторожно, стараясь не напрягать мышцы живота.

К моему изумлению, я обнаружила Ариса, неподвижно лежащего…на соседней кровати, что стояла чуть дальше моей. Но как он на неё попал?! От пола до матраса примерно полметра, а ведь я точно помню, что с адским трудом смогла лишь дотащить Ариса до пещеры. Чтобы поднять его и водрузить на кровать, моих сил не хватит ни в каком виде. В памяти всплыл образ таинственного незнакомца, прикосновения к моему телу сильных пальцев, странное и неестественное блаженство… Неужели это был не сон?!

Осторожно встав, я подошла к Арису и присела рядом. Склонилась ниже, приложила ухо к груди. Дышит! От сердца тут же отлегло. Аристарх всё ещё жив, но раны его никуда не делись. Всё также сквозь разорванную ткань виднелись глубокие порезы, а на груди зияла дыра. Его тело было ужасно грязным: кровь, земля и пот смешались, часть попала в раны. Нужно как можно скорее промыть его раны и по возможности чем-то обработать. Понять бы, что с ним происходит и как долго будет длиться этот сон… Но как?

Вновь мышцы живота заныли. Я выпрямилась и подошла поближе к выходу, туда, где больше света. Приподняла футболку и…обомлела. На моем животе виднелись крупные синяки, явно оставленные человеческими пальцами. Значит, это был не сон. Мы с Арисом не одни в этом лесу, здесь есть кто-то ещё. Этот неизвестный зачем-то пришел в пещеру, уложил дракона на кровать (а сделать это мог только мужчина, женщина такое не под силу), а затем вылечил меня.

«Живот надорвала, дура» — всплыл в памяти его раздраженный голос. Я помню, как он массировал мой живот, как перетягивал его тканью и давил на разные точки. Помню его ядовитый шепот, который будто въелся в мою память. Смысл сказанных им слов забыть невозможно, как бы я не старалась. «Не поднимай тяжести… Морглы ушли на север… На западе есть озеро, в нем можно мыться… Не ходи к восточному озеру… Скажешь обо мне дракону, и я убью его, а тебя изнасилую и утоплю… Оправитесь — проваливайте в бездну…». Меня пробрала дрожь. Кто он такой? Откуда появился здесь и почему помог мне? Какой смысл излечивать меня, прикладывать усилия, а потом угрожать убийством? Не легче ли позволить мне умереть и не беспокоиться о том, что Арис узнает о существовании того, кто хочет остаться в тени? Вопросов много, вот только ответов на них нет.

Я мотнула головой, отгоняя мрачные картины. Сейчас нужно помочь Арису справиться с тяжелыми ранами, а для этого дракона нужно омыть чистой водой. Этим и займусь.

Я прошла вглубь пещеры и там, в углу, нашла несколько крепких деревянных ведер. Во всех на дне было много песка, а в одном даже паук завелся. Промывать раны желательно кипяченой водой и чистой тряпкой, да вот только где мне здесь всё это взять? Я и костер-то разводить не умею, особенно, если нет под рукой зажигалки или спичек. Хорошо, что Арис успел показать мне, где здесь находится металлическая посуда и поленья для костра. Ночью будет холодно, придется греться с помощью огня. Огня, с которым я не умею обращаться…

Взяв деревянное ведро, я подошла к лежащему на кровати Арису и, склонившись к его уху, зашептала:

— Я минут на тридцать, не больше. Разведаю обстановку, наберу воды и вернусь.

Арис продолжил спать, никак не реагируя на мои слова и окружающую обстановку вообще. Я глубоко вздохнула и направилась к выходу. В тот момент, когда я двигалась по лесной чаще на запад, в душу закрались сомнения. Могу ли я верить словам неизвестного мужчины о том, что здесь нет морглов? Не солгал ли он мне? После пережитого ужаса я до ужаса боялась этих лесов. Со всех сторон мне мерещились клыкастые пасти, в шелесте листвы слышалось угрожающее рычание. Казалось, вот-вот из кустов на меня выпрыгнет монстр и загрызет.

У меня был только один повод верить незнакомцу: он излечил меня своими руками. Зачем делать это, если он хотел моей смерти? Сначала спасать, а потом обманывать и убивать? Это глупо. Как оказалось, я не ошиблась. Не прошло и пяти минут, как я уже вышла к небольшому озерцу, в котором отражалось голубое небо. Оно вынырнуло из чащи леса так неожиданно, что я не сразу успела остановиться.

Идеальное круглое озеро манило своей полупрозрачной водой. Оставив ведро на каменистом берегу, я подошла к ней и несколько секунд с улыбкой любовалась чистым дном, состоящим из мелких камней. Как же здесь хорошо и красиво! Я не мылась уже несколько дней, и сейчас мечтаю окунуться в эти воды, смыть с тела многодневный пот, грязь, кровь. Нужно постирать одежду, потому что ходить в этой ужасно противно. Но сначала Арис. Прежде всего нужно привести в порядок Ариса, потому что кроме меня никто этого не сделает. Я зачерпнула в озере воду, заполнив ведро лишь на половину. Живот до сих пор болит, а, по словам спасшего меня незнакомца, поднимать тяжести мне нельзя.

Пришлось бегать на озеро четыре раза, чтобы наносить нужное количество воды. Затем полчаса у меня ушло на разжигание костра, чтобы вскипятить сырую воду и хоть как-то её обеззаразить. Поленья никак не поддавались огню! Сколько я ни старалась, а получался лишь слабый дымок. Наконец-то, в определенный момент мне удалось получить слабый огонек, который вскоре перерос в неплохой огонек. Закрепив над ним металлический чан с водой, я вновь присела рядом с Арисом.

Если бы не открытые раны, можно было бы подумать, что дракон просто спит. Он выглядел таким спокойным, умиротворенным, что мне даже становилось легче, когда я видела его таким. Всё лучше, чем он будет мучиться, находясь в сознании. Остается надеяться, что, когда раны заживут, он всё-таки очнется.

Вода закипела, и пока она остывала, я раздела Ариса. Рубашка пропиталась кровью и прилипла к телу в некоторых местах. Она была настолько изорвана, что и рубашкой-то её сложно назвать. Так, куски тряпок, связанные между собой тоненькими полосками. Наконец, когда вода окончательно остыла до приемлемой температуры, я вооружилась чистым куском ткани и начала медленно и осторожно омывать Ариса. Сначала промочила участки рубашки с присохшей кровью и осторожно отделяла их от тела. Чувствовала, как под моими руками бьется его сердце, как вздымается его грудь от медленного и глубокого дыхания. Он жив, и это главное.

Вскоре я полностью освободила Аристарха от того, что раньше было рубашкой. Обрывки ткани я скидывала на пол, а освободившиеся участки кожи тщательно промывала от крови и грязи. Хоть бы не было заражения! Инфекцию в ранах дракон не перенесет. Да и вообще, нужно его лечить, чем-то обрабатывать ранения. Жаль, я понятия не имею, как это делать.

Когда грудь Ариса была полностью очищена от грязи и прочих нечистот, пришло время перейти к области, которую прикрывали брюки. Им досталось меньше, но все равно ноги дракона были повреждены и исцарапаны. Я осторожно расстегнула его ремень и стянула брюки вместе с бельем. Ух… Я залилась краской. А ведь мне придется омыть его везде, даже в зоне бикини. Набрав в грудь воздуха, я подавила в себе все эмоции и приступила к делу. Начала со стоп, постепенно продвигаясь выше. В тот момент, когда я приблизилась к области бедер, руки слушались с трудом, всё время хотелось спрятать глаза от его…органа. Даже в спокойном состоянии у него были внушительные размеры.

Теперь, когда я увидела его полностью обнаженным, то воочию убедилась, что драконы существенно отличаются от людей. Арис напоминал античную скульптуру с идеальными рельефными мышцами и крупным рослым телом. В древности именно так изображали богов, полубогов и героев. Теперь он лежит передо мной, истерзанный, разорванный, поверженный. Надо же… Передо мной лежит потомок бога, невероятно сильное и могущественное существо, в силе и выносливости с которым не сравнится ни один человек. Дракон. Поверженный, слабый, беспомощный. Без моей помощи и ухода он гарантированно погибнет. Мной овладели странные чувства. Так странно осознавать, что даже такие силачи могут быть низергнуты в бездну…

Переборов себя, я прикоснулась к нему, хорошо смочив тряпку водой. Область бикини заняла у меня минут пять, благо, морглы его бедрами и ногами интересовались мало. Когда дело было сделано, и Арис больше не был таким грязным, как раньше, я вылила всю грязную воду и собралась на озеро, чтобы помыться самой. Простынь порвала на несколько длинных полосок и перевязала дракону все самые обширные раны, на какие хватило ткани. Придется делать перевязки и регулярно кипятить эти кусочки. Уходя, накрыла Ариса пододеяльником, чтобы он не замерз. В одном из сундуков нашлось несколько кусков хозяйственного мыла, которым можно постирать всю грязную одежду. Прихватив с собой простынь, я вновь склонилась к дракону:

— Я на озеро, вернусь минут через сорок.

Надеюсь, за время моего отсутствия ничего не случится. Ох, за эти дни я страшно истосковалась по воде. К западному озеру я почти бежала, мечтая смыть с себя всю грязь, пот и кровь, а заодно снять с себя дурно пахнущую одежду. На маленьком берегу, что представлял из себя узкую каменистую полоску между кромкой леса и водой, я сложила в кучу простынь и кое-какие вещи Ариса.

Вокруг шелестел лес, тихо журчала вода в озере, от неё исходила приятная прохлада. Я начала раздеваться, и в это же время у меня появилось странное чувство, будто кто-то за мной наблюдает. Окинув внимательным взглядом окружающие меня заросли, я не увидела и следа присутствия постороннего. Несмотря на это, ощущение чужого взгляда никуда не делось. Мне стало не по себе. В памяти всплыла угроза таинственного незнакомца изнасиловать меня и утопить, если расскажу о нем Арису. Но ведь я не говорила! Что ж… Если он и вправду решит меня убить, то вряд ли ему что-либо помешает это сделать. Сейчас я как никогда беззащитна.

Отвернувшись от озера, я стащила с себя футболку и осталась в одном бюстгальтере. Затем сняла с себя шорты, что были мне по колено, и осталась в одном белье. По спине пробежали мурашки. Я физически ощущала посторонний взгляд, который пристально рассматривал меня со спины. И как можно купаться в таких условиях?! Не найдя иного решения, я вошла в воду по самые плечи, прихватив с собой кусок мыла.

М-м-м… Как же приятно! Водная прохлада остудила моё тело, что не очень хорошо переносило жару. Только в воде я решилась снять с себя белье. Развернувшись к берегу лицом, я подняла руку и закинула на него свои мокрые вещи. Пока я ощущаю на себе его взгляд, из воды не выйду. Освободившись от одежды, я хорошенько вымыла голову, натерев волосы мылом до образования хорошей пены. Не передать, какое облегчение я испытала, смыв с кожи весь застоялый пот и прочие выделения. Кажется, мне даже дышать легче стало.

После очистительных процедур мне захотелось поплавать. Наблюдавший за мной не то ушел, не то я просто привыкла к нему и больше не чувствовала на себе его пристальный взгляд. Я не знала, какое дно на этом озере, поэтому старалась держаться поближе к берегу, чтобы не заплыть слишком далеко и не утонуть. Эти минуты, проведенные посреди тихого лесного озера, стали для меня настоящей психотерапией. В душе наконец-то перестали скрести кошки, удалось хоть немного успокоиться и почувствовать, что не всё ещё потеряно. Мы живы, у нас есть шанс добраться до Империи драконов.

Интересно, как там отец? Наверняка страшно переживает за меня, не спит по ночам. Что ж, он правильно делает, ведь его любимая дочь в любую минуту может погибнуть. Жаль, я не могу послать ему весточку о себе. В какой-то момент я поняла, что хватит нежиться в воде и пора выходить, чтобы вновь окунуться в борьбу за жизнь. Не только за свою, но теперь ещё и за жизнь Ариса. Когда я выходила из воды, то была погружена в свои мысли. Почему-то присутствовало стойкое убеждение, что я здесь одна, и никто на меня не смотрит.

Грязные вещи были свалены на берегу. Я завернулась в простыню, закрепив её на уровне груди наподобие сарафана, и принялась стирать. Практически сразу подол моего самодельного сарафана намок. В жизни не думала, что однажды мне, как первобытной женщине, придется стирать одежду в озере! Это ужасно неудобно, но деваться было некуда. Я постирала вещи Аристарха и всю свою одежду, благо, она не было так уж сильно порвана. Пара небольших дырок — это пустяки в наших условиях. Зато как приятно теперь ходить чистой и, пардон, не вонять как старая коза. Завтра утром я смогу надеть чистую высушенную одежду и почувствовать себя цивилизованным человеком. Сегодня, наверное, придется походить, завернувшись в простынь. В тот момент, когда я отжимала свою футболку, мой желудок издал протяжный стон. Я хочу есть.

— Какая прекрасная просвечивающаяся ткань, — насмешливый мужской голос нарушил всю гармонию окружающего мира и прозвучал для меня как удар хлыста. Я вскрикнула и от испуга выронила в воду только что отжатую футболку. Оглянулась, в страхе осматривая весь берег и лес, но никого не увидела. — И то, что мне удалось разглядеть под этой тканью, не менее прекрасно.

— Кто вы?! — требовательно спросила я и аккуратно подняла из воды свою футболку.

— Лучше расскажи, кто ты такая, певчая птичка, — голос не звучал из какого-то конкретного места. Я слышала его так, будто незнакомец стоит рядом со мной и в то же время находится где-то в чаще. Никак не получалось определить конкретную область, где находится говоривший, как бы я не старалась.

— Это вы вылечили меня? — настаивала я, вглядываясь в лес. — Кто вы такой? Что вам нужно?

— Вылечил я, — подтвердил незнакомец и, судя по всему, довольно улыбнулся в этот момент. — Но не надо думать, что я добряк. Просто хочу, чтобы вы оба поскорее убрались с моей земли. У тебя вылезла грыжа, это затруднило бы дело.

— А не легче вам убить нас? — ну, а что? Это ведь логично. — Не нужно было бы светиться, убеждать меня, чтобы я молчала. К чему вам такие сложности?

— Если вы оба тут сдохните, мне придется куда-то девать ваши гниющие трупы, — раздраженно ответил незнакомец. — Нужно будет рыть яму, тащить туда этого кабана, потом закапывать. На жаре трупы очень быстро разлагаются. К тому же, если вас будут искать и найдут мертвыми, начнется расследование, станут выяснять, кто выкопал яму… Это проблематичнее, чем просто вылечить и заставить молчать какую-то девчонку.

— А вы можете помочь Арису? — с надеждой спросила я. — Его чуть не загрызли морглы, у него рваные раны и…

— Нет! — зло отрезал мужчина, оборвав меня на полуслове. — Я не стану помогать дракону!

— Но почему? — растерялась я.

— Потому что он дракон! Никогда я не подам ему руку помощи, даже не проси!

— Но меня вы спасли… — пролепетала я, сбитая с толку его внезапной злостью.

— Ты — другое дело, — смягчился незнакомец, который по-прежнему находился везде и нигде. — В тебе течет необычная кровь.

— Я полукровка, — пожала плечами.

— Да вижу я, что полукровка, — устало вздохнул незнакомец, и у меня появилось стойкое ощущение, что он меня внимательно рассматривает. — Отец дракон? — спросил голос.

— Да, — честно ответила я. — А мама человек.

— Вранье, — рыкнул мужчина, и от этого рыка у меня мурашки побежали по спине. — В тебе нет и капли человеческой крови.

— Что? — опешила я. — Как это?

— Вот так. Отец — чистокровный дракон, полагаю, что из Красных. В тебе сохранились остатки алых энергетических потоков, но большая часть из них сейчас замещена черными. Ты вышла замуж за Черного дракона и осталась жива? Надо же, какая удача, — презрительно фыркнул незнакомец. — Но вот с остальными потоками всё намного интересней… Они удивительные. Никогда прежде не видел подобного.

— Папа всегда говорил, что моя мать — человек, — произнесла я, обращаясь скорее к себе, чем к нему. — Она пропала, когда мне было четыре года. Если бы мама не была человеком, мой папа это обязательно понял бы.

— Я говорю тебе, что твоя энергетическая основа не содержит следов человека. Наполовину ты драконица, это бесспорно, но вторая половина больше напоминает демоническую.

— Не может быть, — покачала головой я, переваривая полученную информацию. — Моя мать — демоница?

— Я сказал «напоминает демоническую», но не является ею в полном смысле этого слова. Потоки очень яркие и плотные, они буквально пышут силой и подозрительно гармонично взаимодействуют с энергией, доставшейся тебе от отца и мужа. Обычно кровь демонов и драконов конфликтует, родившиеся от этих союзов дети нестабильны и слабы. Но ты совсем другая. Демоническое и драконье начала в тебе, напротив, подпитывают друг друга и делают тебя сильнее. Это очень необычно.

— Почему никто раньше не увидел того, что видите вы? — задумалась я. — Драконы ведь тоже в состоянии увидеть эти потоки.

— Драконы не видят демонической магии, в этом их слабость. Ещё одно подтверждение того, что твоя сущность имеет демоническую природу. Интересно, кем же на самом деле была твоя мать?

— Понятия не имею, — погрустнела я. — Она исчезла и, скорее всего, ушла по своей воле. Мама бросила нас.

— Очень интересно, — задумчиво протянул незнакомец.

— Послушайте, вы сказали, что не станете помогать Арису, потому что он дракон.

— Верно, — в голосе послышалась усмешка.

— Но вы можете хотя бы объяснить мне, что за состояние им овладело? Он жив, но будто бы спит. Я не знаю, как ему помочь и когда он проснется. И проснется ли вообще. Вы ведь знаете, что с ним происходит- уверенно заявила я.

— Странная ты, — хмыкнул незнакомец. — Сама погрузила своего мужа в стазис, а у меня спрашиваешь, что с ним и как ему помочь.

— Куда я его погрузила? — нахмурилась, не понимая, о чем тут рассуждает этот странный мужчина.

— В стазис, — я не видела, но явственно чувствовала, как собеседник закатил глаза. — Состояние глубокого сна, которое замедляет все процессы в организме. Ты же сидела здесь и пела ему, чтобы он заснул!

— Да, Арис попросил спеть ему перед смертью, — растерянно пролепетала я.

— И правильно сделал, — раздраженно фыркнул незнакомец. — Если бы не стазис, он бы давно сдох. Обычно вводить людей в подобное состояние учат целителей на последних курсах обучения. Редко кому удается спонтанно применить подобную магию, да ещё так качественно. Интересные у тебя способности, девочка, очень интересные…

— Стазис излечит его? — с надеждой спросила я. — Его раны заживут со временем?

— Нет, — разочаровал меня незнакомец. — Стазис удерживает его от смерти, но укусы морглов он не лечит. Их вообще сложно вылечить, ведь их слюна содержит яд. Так что…

— Вы что, хотите сказать, что Арис умрет? — не могла поверить я. — Но ведь вы сами сказали, что вам не охота возиться с разлагающимися трупами! Помогите мне его вылечить, и мы уйдем восвояси!

— Я не помогаю драконам, — хрипло произнес незнакомец. — И никогда не подам никому из них руки помощи. Запомни это.

— Но он может умереть! Вы явно знаете о морглах очень много. Прошу вас, помогите нам! Если погибнет Арис, я тоже долго не продержусь в этих местах.

— Отчего же? — хохотнул незнакомец. — Я всегда рад помочь молодой девушке с признаками демонической магии. Особенно если она будет ходить тут, завернувшись в простынь. Девочка, не надейся, что я стану спасать дракона. Если он сдохнет, я плакать не буду. Если нужна будет помощь именно тебе — обращайся, но за своего мужа не проси.

— Понятно, — себе под нос прошептала я, опустив голову. Ариса мне придется лечить самой, на незнакомца рассчитывать не нужно. Что ж… До этой встречи я так и собиралась сделать. Разница лишь в том, что тогда я не знала, что слюна морглов ядовита. Даже если в одном из сундуков найдутся медикаменты, я понятия не имею, как ими пользоваться. Вряд ли в этом мире к лекарствам прилагается инструкция. Так что, главную надежду я возлагаю на хваленое драконье здоровье. Стараясь не думать о плохом, я собрала все постиранные вещи в охапку и направилась в пещеру. Заболталась я с невидимым массажистом, а ведь там Арис лежит в беспомощном состоянии.

— Куда ты? — донесся мне в спину недовольный голос. — Мы не договорили.

— Аристарх лежит там один, — через плечо бросила я. — Мне не до разговоров.

В ответ я услышала лишь презрительное фырканье. Может и неправильно было вот так резко обходиться с тем, кто намекал на помощь, но, мне всё же кажется, что этот таинственный мужчина не позволит манипулировать собой. Он слишком умен, чтобы моё поведение как-то повлияло на него. По крайней мере, сейчас.

До пещеры я дошла очень быстро. Аппетит разыгрался очень сильно, так что сразу после того, как развешу бельё, отправлюсь на поиски ягод и фруктов. Даже странно, что после нескольких дней голода я не бросилась за едой сразу же, как пришла в себя. В тот момент, когда я подошла ко входу, голос незнакомца вновь прозвучал, но на этот раз очень близко:

— Стой! — холодно приказал он. Раздался шуршащий звук, и к моим ногам, появившись буквально из воздуха, опустилась плетеная корзина. Я узнала её! Это та самая корзина, с которой мы с Арисом ходили в лес и наполнили ягодами до краев. Я оставила её под кустом и уже не надеялась найти. Вот только, теперь корзинка была накрыта шелковой тканью цвета слоновой кости. — Ты обронила, — с неприкрытой издевкой процедил незнакомец. — Больше ничего не оставляй в лесу! Я не нянька, чтобы ходить за тобой и всё подбирать.

— Спасибо, — изумленно прошептала я, поднимая корзинку. Какая она тяжелая, однако. На этот раз никто мне не ответил. Окружающее пространство странным образом опустело, хотя видимым образом никак не изменилось. Незнакомец ушел. Теперь я это ощутила.