Глава 21

Остаток дня и вечер прошли относительно спокойно. Но мои мысли всё время возвращались к несуразному разговору в кабинете днём и к горничной.

Иррационально меня раздражало то, что она ходит напоказ, выставляя свои прелести. Конечно, я утрирую, но это большая вольность для этого мира, вот на Земле, возможно бы, это так сильно не бросалось в глаза.

На ужин мы с Адель спустились вовремя, он прошел в разговорах на нейтральные темы, которые крутились вокруг девочки. Но, несмотря на это, аппетита не было от слова совсем. Поэтому ночью мне очень захотелось есть. Сначала пробовала обмануть желудок с помощью стакана выпитой воды, но уже через пятнадцать минут поняла, что если хочу заснуть, надо перекусить.

Мир магический, но у меня слабый бытовой дар, поэтому вместо магии свой путь освещала простой свечой, чтобы не включать верхний свет.

Открываю холодильник, чтоб сделать себе легкий перекус…

— Сделай мне того же, что и себе, — доносится до меня из темноты голос… мужа. Я могу его так называть? Или он пока недомуж? Или все-таки для меня он по-прежнему работодатель?

От неожиданности я вздрогнула и чуть не выронила кувшин с соком. Граф закрывает дверь на кухню и садится на стул, в руках у него бокал с напитком, предполагаю, что это не яблочный сок.

— Вы меня напугали, — ставлю на стол кувшин, беру из холодильника отварное мясо, огурец и сыр.

— Ты своем доме, Николь. Тебе некого бояться.

Отрезаю хлеб, мясо и огурец с сыром, делаю пару бутербродов для себя, пару для графа. Один с мясом и огурцом, второй с мясом и сыром.

Усмехаюсь на слова, произнесенные в графом.

— В своем доме? Не смешите меня! В своем доме я бы не потерпела любовницу мужа и уж тем более, чтобы она мне указывала, что я должна делать, а что нет! — ставлю перед недомужем тарелку с бутербродами, в тишине ночи шум от того, как я ее поставила, кажется особенно громкий.

Произнеся свой пламенный спич, я понимаю, что из моих уст это звучит как ревность? Но я же не ревную? Однозначно нет!

— Любовницу? Кажется, я при тебе прогнал Аделаиду из дома! И причём здесь прислуга? Кто с тобой как разговаривал? Я только Сюзанне сказал, уверен, что она умеет держать язык за зубами и вести себя подобающе!

— Как скажете, Ваша Светлость, — не вижу смысла спорить, — с вашего позволения поем в своей комнате.

Подхожу к столу, чтобы забрать тарелку и свечку, запивать придется водой, делаю я вывод. У меня всего две руки.

— Нет уж постой, — муж оказывается в мгновение ока рядом, преграждая мне путь.

Понимаю, что я стою в халате. И для меня лично нет в этом ничего такого, еще не успела до мозга корней стать жительницей нового мира, но вот взгляд графа гуляет по мне. Сразу вспоминаю ситуацию с горничной, где мне не понравился ее вырез. М-даа, все-таки неприличная ситуация.

Леонардо протягивает руку, проводит по щеке, стою как дура, хлопаю глазами, убирает прядь волос за ухо, при этом проводит рукой по шее. Вот вроде ничего такого, но толпы мурашек мчатся вниз по телу. И я чувствую, какой чувствительной становится моя грудь.

Наклоняется ко мне, убирает из рук тарелку со свечей, чувствую его дыхание, которое отдает шоколадом и кедром от его напитка. Его взгляд кажется нежным…

— Николь…

— Кто здесь? — слышим голос Сюзанны, я дёргаюсь, задуваю зачем-то свечу, но Леонардо сразу выпускает несколько светлячков.

Хватаю подставку со свечей и делаю несколько шагов, прячусь за кухонным шкафом.

— Отвлеките ее, я уйду, — шепчу ему.

— Почему? — его взгляд выражает недоумение.

— Не хочу, чтобы нас застали вместе, ночью полураздетыми…

— Вообще-то мы всего лишь едим, к тому же ты моя жена.

— Пожалуйста…

Закатив глаза, Леонардо тяжело вздыхает, будто устал от моих выходок. Качает головой.

Внутри всё замирает, не хочу лишних сплетен среди прислуги, их и так станет много, когда они узнают правду.

Сюзанна, конечно, не похожа на болтушку, но всё же… Она скажет мужу, тот еще кому-нибудь.

— Это я, Сюзанна. Я перекушу и уйду спать. Иди, отдыхай.

— О, Ваша Светлость, мне показалось, что я слышала голоса. Вот зашла проверить. Может вам приготовить что-нибудь?

— Не стоит, иди Сюзанна. Я хочу побыть один.

— Хорошо… Спокойной ночи, милорд.

— Спокойной ночи, Сюзанна.

Жду еще немного, звук шагов удаляется. Я просто беру бутерброд, второй оставляю в тарелке, погасшую свету и пулей вылетаю из кухни. Дальше уже осторожно пробираюсь по лестнице, пару раз кусаю бутерброд и ложусь спать.

Снова перебираю все события, начинаю злиться и на себя в том числе. Потом мои мысли переходят на маленькую Адель. Она ведь не плохая. Просто ребенок с острым дефицитом любви и ласки.