Глава 46

Николь

Новость о том, что Леонард не помнит меня, разнеслась по дому мгновенно. Выносить жалостливые взгляды прислуги было выше моих сил.

Сердце бьется тревожно, словно пытаясь вырваться наружу. Я стою посреди коридора, сжимая кулаки, борясь с желанием убежать отсюда навсегда.

«Леонардо больше не мой муж… Или все-таки мой?» — мысли путались, кружились в голове, подобно осенним листьям на ветру.

Решив действовать решительно, направляюсь прямо к лекарю. Лоран встретил меня спокойно, внимательно изучая мое лицо.

— Что теперь делать? — спросила я тихо, боясь услышать ответ.

Он вздохнул глубоко, устало потер глаза пальцами.

— Привороты редко проходят бесследно. Особенно такие сильные. Они оставляют отпечаток на душе жертвы. И тут не просто приворот, как вы понимаете Ваша Светлость, тут посягнули на память. Может это побочный эффект? Я пока ничего не могу сказать. Я отправил письмо моему другу. Он был моим учителем. На днях должен приехать, а пока я дал зелье и ваш муж заснул. Подумал, что это наилучший вариант для него, пока граф не наделал бед.

— Я, наверное, отправлю Адель к бабушке с дедушкой. Думаю это будет меньшее из зол. Не хочу, чтобы девочка видела, что будет твориться в этом доме.

Иду в покои своей подопечной. Слезы наворачиваются на глаза. Моя маленькая девочка… Как объяснить ей происходящее?

— Адель, послушай меня дорогая, — присаживаюсь перед ней на корточки.

— Ты плакала? — вытирает ладошкой мои глаза.

— Нет, соринка в глаз попала. Адель, папа пока не очень хорошо себя чувствует, и вы с Софией поедете в гости к бабушке и дедушке. Хорошо?

— Но…

— Так будет лучше дорогая! Поверь мне. Папа он… поправится и заберет тебя! А я буду навещать тебя. Хорошо? — беру ее за ручку, прикладываю к своей щеке и прикрываю глаза. Хочу запомнить это мгновение, нежность моей девочки.

— А папа?

— А папа, поправится и заберет тебя.

— А ты? Ты…

— Давай собираться Адель. Я пока напишу письмо твоим бабушке и дедушке.

София помогла с вещами. Наказала ей строго-настрого быть всегда при девочке и в случае чего найти меня либо в таверне, сунула ей в руку адрес таверны, либо рассказать обо всем Сюзанне. София девушка умная, думаю поймет в каких случаях бить тревогу.

Прощаясь с дочерью, чувствовала, как сердце разрывается на части. Каждое движение маленькой ручки казалось последним драгоценным мгновением. Написав письмо родителям Леонардо, запечатала конверт дрожащими пальцами.

— Адель, помни, я люблю тебя. Не верь никому, если будут говорить обратное, — прошептала я, прижимая дочь к груди последний раз перед отъездом.

— И я люблю тебя мамочка!

Карета тронулась, увозя дорогое мне существо. Стояла на крыльце, пока экипаж не скрылся из виду. Затем вернулась в дом, ощущая себя потерянной и покинутой.

После обеда в особняк заявилась Аделаида.

— Где Лео? — оглядывает она презрительно Мориса.

— Что такое? — спускаюсь я по лестнице. Это я вовремя! — Тебя, кажется, не раз предупреждали, что тебе нечего делать в этом доме?

— Но?

— Леонардо здесь нет! — уверенно лгу я. На лице Мориса не дрогнул ни один мускул в этот момент. Молодец! Виду не подал!

— Как это? Он должен ждать меня, мы договаривались! Он вспомнил как сильно любит меня!

— Серьезно? Что же, хочу тебя разочаровать. Он уехал по делам, со своими друзьями…

Говорю и хочется стонать в голос, потому что в этот момент происходит одновременно несколько вещей. Лео выходит в пижаме и халате на лестницу, а к дому на лошадях подъехали Тьери и Кристоф.