ГЛАВА 4

Лузария открыла балконную дверь в сад и пошла к беседке, где вчера пробыла весь день. Райдер почти не беспокоил ее, только несколько раз подходил, чтобы пригласить разделить с ним трапезу, но она отворачивалась, игнорируя мужчину. Когда пришла в спальню, ее ожидал поднос с лакомствами и едой.

Девушка также не разговаривала с парткардиналом, считая это предательством по отношению к подруге. Она видела, что Райдер с трудом сдерживает себя, но ей было все равно. Ей не нужна его внимание, взгляды… она в этом не нуждается. И пускай в душе стала зарождаться мысль, что возможно он не такой плохой, как другие кардиналы, и его забота говорит о дружеской симпатии, а не о похоти…

Присев на деревянную лавочку, драконица подумала о Валенсии. Где она сейчас? Что с ней происходит? Райдер упомянул, что она упала в дебри лесов гиборгов, но верховный кардинал ее там не нашел. И хорошо! Если бы этот монстр отыскал ее первым, неизвестно, что бы потом произошло. Девил очень жесток и вероятнее всего, казнил бы ее в ту же секунду. Но разъяренный дракон прилетел в судебный дворец ни с чем, тогда напрашивался важный вопрос: куда исчезла Валенсия?

Посмотрев на свое новое платье, оказавшееся утром на постели вместо старого, она лишний раз почувствовала себя виноватой.

Сжав нежную мягкую ткань в кулаки, девушка прорычала от непростого положения, в котором находится, и встала со скамейки, не зная чем себя занять.

Драконица подошла к огромной синей ели и прикоснулась тонкими длинными пальчиками к зеленым иголочкам. Лузарию трясло от напряжения и неизвестности за подругу, хотелось реветь и кричать о помощи. Постоянные думы о Валенсии доводили до нервного состояния, и это выбивало ее из колеи нормального существования даже в условиях золотой клетки. Лузария прикрыла глаза, и неподвижно замерла, думая о наболевшем.

Вали пришла за ней в судебный дворец кардиналов. В мерзкое опасное логово… и вытащила из-под петли. Скорее всего, побег бы не удался, если бы Лузария не потеряла сознание. Это она виновата. Как Валенсия одна могла справиться с жестокими чудовищами, красными драконами? Но Вали рискнула, пыталась спасти ее несмотря ни на что. Смелая и отчаянная. Но красные кардиналы… свирепые хищники.

Лузария ненавидела их всех. Особенно главного и его верного последователя, Райдера. Это сейчас хищные монстры молчали под тяжелым взглядом парткардинала. Но если бы не он… Возможно она была бы вновь приманкой, или нет? Почему они не действуют или ждут чего-то? Давно бы устроили грандиозную казнь, чтобы вновь выманить воровку. Скоты законопослушные! И как ей теперь быть? Где искать подругу? Нужно все хорошенько продумать и найти путь…

Райдер. Правая рука верховного судьи, единственный из подчиненных кардиналов, кто имеет большую власть и может ей помочь. Только через него она найдет Лузарию. Но какую цену затребует за свою помощь опасный дракон? Хотя какая разница, если на кону Валенсия?!

Вероятнее всего, мужчина предложит ей вариант — женщина для постели…. Гурала! Хотя они любили величать себя достойно — женщинами по договору, так как спали за огромные деньги с красными монстрами. Чего не скажешь о простых гуралах, существовавших в нищете. Лузария скривилась от того, что вспомнила грязную сторону тяжелого мира, которым правили сильнейшие мужчины-оборотни, а женщины являлись никем, если они небогатого рода и не владели сильными магическими дарами. Девушка закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на своих мыслях.

Пока Райдер не предъявлял ей никаких требований, впрочем, как и просьб. Заботился о ней и разговаривал… сам с собой. На общение она сейчас не готова. Да и совершенно не знала, как вести себя с ним. Лузария старалась держаться подальше от тяжелых взглядов парткардинала, в наивной надежде, что это у него пройдет. А сейчас… что делать? Как быть?

— Грустишь? — раздался мужской голос за спиной.

«Как он смог незаметно и бесшумно подойти ко мне?» — подумала девушка, так и не открыв глаз, прекрасно зная, что это Райдер, не смотря на то, что не чувствовала запахов.

Странно она реагирует на этого мужчину… Если бы он был не красным драконом, Лузария посмела бы надеяться на чудо — истинную пару. Но такой дар — редкость, и можно достоверно узнать о ней только в постели по окончании полового акта, а запах… это подсказка, а не истинная точность.

В Гильдорге, если пара не была истинной, но двое чувствовали привязанность и хотели детей, они шли к знахаркам, и те помогали им в этой проблеме за огромное количество золотых. Естественно, всем, кроме красных драконов, проклятых черной ведьмой. Никто им не мог помочь в том, чтобы создать семью. Они были обречены на вымирание.

— Лузария, давай поговорим, — очень решительно произнес мужчина, подойдя к ней вплотную, решив больше не скрывать своих желаний и быть тем, кем он, в сущности, и являлся. — Скажу прямо: ты мне нравишься!

Девушка открыла глаза и повернулась лицом к мужчине, решительно настроенная получить свой приговор.

— Я хочу быть твоим мужчиной! — продолжил мужчина, смотря в темно-зеленые глаза желанной женщины.

Лузария напряглась, но лучше сразу все уточнить, а не надеяться на чудо.

— То есть ты мне предлагаешь… — сказала она, делая паузу, чтобы он сам проложил фразу.

— Стать моей женой! — уверенно отчеканил мужчина, чувствуя, как его дракон доволен этими словами.

— Нет! — мгновенно выпалила женщина, совершенно не ожидая такого варианта.

— Да! — прорычал Райдер, приходя в раздражение от ее реакции.

Лузария проглотила слюну и стала усиленно дышать, лихорадочно соображая, что ей делать. Взгляд метался по веткам синих елей, лавочке, дорожке… и как только остановился на мужчине, она выкрикнула:

— Ты не имеешь права меня заставить! Я не хочу и не буду твоей женой!

Райдер резко притянул ее к себе и хрипло прошептал:

— А я хочу! И буду! Мне уже порядком надоело быть поклонником, которого открыто посылают к Нору.

— Так отпусти меня! — воскликнула ему в лицо девушка, в надежде, что он ее действительно отпустит.

— Не-е-ет! — процедил мужчина, чувствуя огромное возбуждение от ее близости.

Его слова взбесили Лузарию и ей захотелось убежать, исчезнуть, раствориться… лишь бы не быть с ним. Девушка стала сопротивляться, пытаясь освободиться от его сильного захвата.

— Ты не имеешь права. Это противозаконно, — кричала она.

Мужчина внимательно посмотрел на Лузарию, а потом перехватил ее талию одной рукой, фиксируя и препятствуя дальнейшим движениям, а другой медленно провел по щеке.

— Имею. И ты сама дашь добро. В противном случае верховный кардинал предъявит тебе обвинение в укрывательстве особо опасной воровки и сделает приманкой. А ты же этого не хочешь? — произнес он, решив пойти хитрым путем и в кратчайшие сроки добиться желаемого.

— Это несправедливо! — возмущенно сказала драконица, все также пытаясь вырваться из крепких объятий темноволосого мужчины и убрать его руку со своего лица.

— О нет, милая. Тут ты ошибаешься. Справедливо. Я тебе предлагаю не договор на твои услуги в постели, а зову замуж. Это очень выгодное предложение в твоей ситуации. Ты будешь под защитой, ни в чем не нуждаясь и со мной…

— Подожди, Райдер. А если… О Тураны! А если я соглашусь только быть женщиной по договору, а потом уйти? Ведь так можно?! — хватаясь за тонкие ниточки надежды, взволнованно пролепетала девушка.

— Можно! — с коварной улыбкой сказал Райдер. — Но не тебе…

— Почему? — изумилась Лузария, искренне не понимая его ответа.

— Потому что мой дракон звереет, когда ты поблизости. И… у тебя бы не было других вариантов, так как перед тем, как твоя подруга устроила нам сюрприз, я бы не позволил тебе умереть. Помилование смертницы, если красный дракон берет ее в жены. Так что не стоит бегать от судьбы.

— Нет, ты… красный дракон…

— Плевать! Я мужчина, который до безумия хочет обладать тобой. И я не отпущу тебя, как бы ты ни давила на мою совесть. Кардиналы безжалостны, когда дело касается их собственности.

— Я не собственность! И не твоя! — упрямо прокричала девушка.

— Ты моя женщина. А скоро и жена! Привыкай, милая. Других вариантов нет.

— Я думала, ты другой! — со слезами на глазах прошептала драконица.

— Каюсь, хотел пойти по пути меньшего сопротивления. Но ты не поддалась, возможно, позже ты будешь по-другому смотреть на это, — с искреннем сожалением заявил он, не желая ждать сейчас. Лузария будет его женой, другого не дано.

— Нет!

— Не зли меня, Лузария. Я хочу только тебя. С того момента, как увидел, но старался бороться с этим. Безумная зависимость гложет и рвет меня. Твой побег настолько взбесил моего дракона, что он даже на минуту не хочет тебя оставлять. Поэтому у тебя нет выхода. Только я.

— Это похоть! А брак на всю жизнь! Красные драконы соединяются на всю жизнь, и они… они… ни с кем…

— Правильно, милая. Ты отлично осведомлена. У меня никогда не будет любовниц, так как мой дракон сделал выбор. Поэтому…

— Но…

— Как же надоело говорить, когда ты так близко, — прохрипел Райдер и накинулся с дикой страстью на нежные губы желанной девушки, сладко подчиняя своей воле и силе.

Сопротивление было бесполезно. Даже ярость не помогала девушке чувствовать презрение к мужчине и его поступкам. Нет, она страстно желала поцелуя, его прикосновений, чувствуя дрожь во всем теле. Инстинкты взяли вверх, отключая разум, и Лузария больше не смогла сопротивляться безумному напору сурового мужчины. Она с трепетом стала отвечать на поцелуй парткардинала, обещая себе, что это только безвыходность, которая приведет ее к главной цели — Валенсии.

Лузария тонула в сладких, бездонных ощущениях, поддаваясь сумасшедшему безумству. Она таяла в сильных руках мужчины, прикасаясь к его телу. Разум затих, оставляя главенство диким инстинктам. Невыносимое заволакивающее ощущение эйфории оголяло нервы, утягивая в бездну исключительного восторга.

Мужчина сильнее сжимал ее тело, вжимая в себя, лаская мощными руками. Сумасшедший вихрь управлял мужчиной, требующий незамедлительного продолжения. Зверь ревел, рвал и рычал, сходя с сума от темного, неудержимого желания.

— Лузария, так что ты мне скажешь? — хрипло спросил Райдер, не выпуская ее из своих объятий, но, желая узнать важный вопрос. — Ты станешь моей женой?

Драконица дрожала всем телом и сглотнув, осмелилась посмотреть на него. То, что она увидела в темных глазах, поразило ее, и она на мгновение замерла, а потом стала отодвигаться.

— Я… дай мне время… пожалуйста, — прохрипела девушка, стараясь не выдать свой страх и скрыть мизерную надежду на побег.

— Нет! Я дам время… привыкнуть к себе, пытаясь сдержаться и не овладеть тобой, но я хочу, чтобы Тураны в ближайшее время связали нас.

— Я…

Лузария не знала что сказать, она тонула в вязкой тине желания, и сожалела об этом. Стыд мощной волной заполнял тело, унижая достоинство, проклиная слабую сущность. Драконица не зная, что сказать и как объяснить свое поведение, решила обмануть парткардинала. Но только она открыла рот сказать неправду, услышала, как мужчина хитро усмехнулся.

— Девочка, ты не умеешь лгать, — сказал Райдер, обводя пальцем ее лицо. — Тебе меня не перехитрить. Будет так, как хочу я и мой дракон. Знаю, что я груб, но, Норы, к другому не приучен.

Лузария хрипло выдохнула и прошептала:

— Ты давишь, это отталкивает…

Райдер сильнее сжал Лузарию, приходя в неописуемое бешенство от слов желанной девушки. Пронзив ее тяжелым взглядом, резко произнес:

— Чувствую, и меня это злит. Но завтра вечером верховный судья соединит наши линии жизни.

Ужаснувшись его словам, молодая драконица попыталась остановить ход его мыслей.

— Подожди…

— У тебя ложное впечатление, что ты что-то можешь изменить. Смирись и будь хорошей женой. И тогда я сделаю все, что ты захочешь. Подумай хорошо, девочка. А сейчас мне нужно идти! — отчеканил мужчина и нехотя отошел от нее, боясь, что не сдержится и позволит инстинктам взять вверх. Напоследок окинул ее голодным взглядом и буркнул. — Не простудись, сегодня прохладно. Скоро к тебе придут маги-портные, чтобы снять мерки для красного свадебного платья. У нас это великий праздник, так как мы редко связываем свои жизни в браке.

Лузария промолчала, даже не представляя, как выпутаться из этой ситуации. Райдер пошел по тропинке, сильно сжимая кулаки, но, пройдя несколько шагов, на секунду остановился. Мужчина непонимающе стал принюхиваться, и внимательно посмотрел по сторонам. Ему казалось, что он и его женщина не одни в саду. Что-то чувствовал, но не мог понять и определить. Через краткое время он так ничего и не нашел, и недовольно сощурившись, направился в замок.

* * *

Суртовские леса черных драконов

Обнаженный высокий, широкоплечий мужчина со смуглой кожей вышел из ледяной воды горного озера, направляясь к камням, где лежали его вещи. Одевшись, Конер посмотрел вдаль, и недовольно сжал губы.

Ларисинья. Своенравная красавица, открыто показывающая ему свое презрение и неприязнь, рассчитывающая на чудо в виде отказа идти с ним под венец. Но ничего подобного, пусть и не надеется, они с драконом отпустят ее. Хотя ему не стоит волноваться, золотая драконица не посмеет идти против воли своего отца, повелителя, отличающего эгоистичной душонкой. Наследница будет его женой пусть благодаря пророчеству. Дракону глубоко наплевать на все эти сказки, но стоит отметить, оно играло в его пользу. Для него разницы нет кто Ларисинья по рождению, упрямая девчонка будет его женой.

Достав из кармана браслет матери, мужчина крепко сжал ее мозолистой рукой. Столько лет… он искал ее, но не сдвинулся ни на шаг в своих поисках. Конер зарычал от злости, приходя в неистовое буйство от мерзкой действительности. Несмотря на то, что подсказок о местонахождении матери и сестры не было, он знал, что они живы. Верил в это.

Лузария. Его младшая сестренка, с рождения обреченная на смерть. Где же она? Какая стала? Столько вопросов… и нет ответов. Дракон внутри заревел, напоминая о пятилетней встрече с драконицей. Кто была та танцовщица, сущность которой так нежно, неуловимо передавала что-то родное, потребное, что хотелось прижаться, обнять, почувствовать тепло.

Адский Нор, если бы не его непреклонный характер и суровый зверь, не знающий подчинения, уничтожающий любую угрозу, он бы вероятно узнал это. Но случилась лучница… Девчонка. Разум понимал, что, скорее всего, светловолосая девушка пытается защитить черную драконицу, но зверь видел только угрозу.

Зверь не смог стерпеть нападения даже от хрупкой, слабой особы, хотя, последнее под вопросом. Что-то было в ней не так… чувствовалась потаенная сила в изящном теле, а почему он так решил, не мог понять. Видно физическая мощь дракона подсознательно на интуитивном уровне чувствовала внутреннюю силу, обволакивающую девчонку. Это и сейчас вызывает в нем интерес и агрессию. Что-то не так в беглянках, но что? Он их упустил, не смог удержать, и вопрос до сих пор остается загадкой и терзает его разум.

Особенно наследника интересовала черная драконица. Почему мужчина почувствовал к ней что-то родное, ведь он прекрасно знает себя и не отличается сильными эмоциями и нежными чувствами, только собственнические чувства в особенности к наследнице золотых драконов. Несомненно, что он черств и суров ко всем, но как объяснить тогда поведение его и дракона?!

После этого события он несколько раз обошел весь поселок, опрашивая всех, чтобы узнать информацию о девушках и уловить запахи. Но ничего толком не узнал. Про запахи отдельный разговор. Светловолосая девчонка вообще не имела запаха, что его дракон сразу отметил, а запах черной драконицы испарился, потому что был очень слаб.

Что интересно, к самой девушке он не почувствовал ничего, а вот почему-то в неумелой, но однозначно взрослой и сильной драконице ощутил родное тепло.

По следу беглянок черный дракон пришел в лес. Несомненно, они там ночевали, но исчезли. Больше наследник ничего не смог найти, что до сих пор его раздражает.

Конер прошел вперед, где должна была быть встреча с его другом. Ревон уже давно должен был появиться, но его до сих пор нет, что очень странно. С каждым годом сильный никтрот по непонятным причинам становился слабее, что невозможно было понять. Первое время наследник молчал, но потом спросил, на что получил очень странный ответ. Друг не понимал что с ним, и приходил в ярость от этого.

Отец Ревона после таких изменений в сыне в корне изменился. Некогда любящий и гордый отец стал презирать и всячески пытаться выгнать его из поместья. Три года назад слабеющий маг ушел из родового поместья и поселился во дворце черных драконов, но с каждым годом все хуже себя чувствовал, превращаясь в немощного старика.

Конер замер, почувствовав магию и, тут же увидел перед собой яркий свет, из которого вышел друг. Ревон согнулся пополам, недовольно скривившись, и выйдя из портала, осел на зеленую траву, обливаясь холодным потом.

— Что с тобой? — грубо спросил Конер, не на шутку переживая за друга.

Темноволосый мужчина пожал плечами и сдавленно ответил:

— Не знаю, Конер. Обратился к вашей шаринье по настоянию Вердарфа, но она только злорадно улыбалась, сказав, что с будущими покойниками не работает. Когда я ушел, она пришла сама, сказав, что повелитель приказал облегчить мне боль. — Мужчина замолчал, отдыхая от слов, что, несомненно, ему было необходимо, а потом продолжил. — Но от ее приходов мне только хуже. Я думаю, твой отец считает меня слабаком и скоро выкинет из вашего дворца.

Сказав это, мужчина уставился на озеро, которое его совсем не волновало, переводя дух и находя в себе силы. Маг старался не показывать, что пренебрежительное отношение знакомых и родных его коробит. За пять тяжелых лет из-за резкой потери сил от него отказались все… и в первую очередь отец. Про мать Ревон никогда ничего не знал, так как это была запретная тема в их доме. В ближайшее время его ждало еще одно тяжелое испытание: потерять кров и возможно лучшего друга.

Дракон подошел к никтроту и присев рядом, задумчиво сказал:

— Нужно обратиться к знахарке. Ганара не поможет. Мне иногда кажется, что она промыла отцу все мозги… особенно после…

Конер замолчал, не желая говорить о неприятной, темной женщине и своей светлой матери. Он посмотрел на горное озеро, переливающееся изумрудными блесками в голубой воде, напоминающей ему нежную Ниналию, Такой он запомнил свою мамь.

— Смерти твоей матери и сестры… — продолжил друг, сжимая руками мягкую мокрую траву, стараясь не показать своих мук от разрывающей боли, раздирающей его обессиленное тело.

— Нет! — сурово сказал Конер, не желая, чтобы о его родных женщинах говорили в прошедшем времени. — Я уверен, они живы. Что-то осталось… тонкая магия в крови внутри меня шепчет, что они живы.

— Хорошо бы, — тяжело выдохнул друг и, не выдержав жжения в груди, просунул руку под черный камзол. Через секунду он вытащил ее, показывая на пальцах черную запекшуюся кровь.

Конер тут же перехватил его руку, и прорычал:

— Какого Нора, Ревон?!

Мужчина молча кивнул, пытаясь расслабить все мышцы, и стал расстегивать дрожащими руками верхнюю рубаху. Через некоторое время наследник черных драконов увидел некогда мускулистое сильное тело друга, наработанное ежедневными тренировками. Сейчас перед ним предстала мерзкая картина ужасающей действительности. Кожа мага одрябла и в ней были огромные неровные трещины, из которых шла темная кровь. Через мгновение она запекалась, превращаясь в пепел. По внешнему виду мага можно было сказать, что друг морит себя голодом, у него проглядывали кости.

— Скоро загнусь, — горько усмехнулся мужчина, с трудом одевая тунику.

Дракон резко вскочил и, сжав руки, отчеканил:

— Ревон, тебе нужна помощь. Немедленно. Почему ты не говорил, что все так хреново?

— Зачем? И какая помощь? Меня как будто жрут изнутри… ежедневно, каждую проклятую секунду. Я не понимаю, чем я разгневал Туран, отчего они наслали на меня такое проклятье, но знаю точно, это мучение долго не продлиться. С каждым днем боль все сильнее и ужаснее. Я чувствую, как из меня уходит энергия, ощущения раскаленного меча по коже.

Конер сорвал ветку ели и сжал в руке, обдумывая возможные пути решения страшной проблемы. Другу необходимо помочь! Но как?

— Нужно к знахарке… знающей, которая сможет помочь, — проговорил дракон.

— Пробовал и не раз. Они разводят руками, считая, что проклятье сможет снять только сильная шаринья, или та, что прокляла. Корана заявила, что я труп и ей жаль своего времени.

— Нужно найти способ снять его с тебя! — тут же отчеканил Конер, не принимая ответ друга. — Знаю, что в проклятых землях живет сильная колдунья. Она нам поможет!

— Там магия не действует и очень опасно. И я только сейчас осознал, что больше не могу делать порталы. У меня совсем нет сил, впредь даже не буду пытаться, — выдохнул Ревон, ненавидя себя за слабость и не желая, чтобы наследник рисковал своей жизнью.

— Адский Нор! Перестать говорить ерунду. Мы полетим туда! — рявкнул Конер, не рассматривая других вариантов.

— Мне нужно время…

— Наметим нашу поездку в день праздника золотых драконов, и отправимся в путь.

— Хорошо, — буркнул никтрот, чувствуя, что раны стали сильнее стали кровоточить. — Надеюсь, не подохну на днях.

— Только попробуй, — недовольно процедил Конер, помогая Ревону встать. — И не думай, что тебя кто-то посмеет прогнать из дома.

— Не ругайся с отцом. Ты и так с ним… — прохрипел маг, кривясь от боли.

— У меня нет отца, только повелитель с грандиозными планами на меня, — ответил наследник, и как только Ревон оказался на ногах, продолжил: — Я перекинусь в дракона, сможешь залезть?

Маг только кивнул, и когда наследник превратился в огромного черного дракона, с трудом забрался на него, стараясь держаться из последних сил и не дать слабости опустить его в глазах единственного друга.