ГЛАВА 15

Лузария шла по натоптанной тропинке вблизи ворот общины, не понимая, куда могла деться Линана. Обед готов, а ее все нет и нет, хотя обещала далеко не убегать. А ей еще нужно сходить позвать мужчин, которые с другой стороны мерта рыли канал, чтобы направить через него воду из горной реки. Райдер вызвался помогать Жатару и Хотару, несмотря на ее переживания о ране, но упрямый оборотень заверил, что это не так, самым страстным объяснением из всевозможных.

Прошло два дня после их страстной ночи, и мужчина, как и говорил, не пустил ее домой. Она жила в этом доме, радуясь каждую секунду, чувствуя себя любимой и единственной для своего дракона. Райдер не давал ей покоя ни днем ни ночью, решив оторваться за все то время, пока они были разлучены, как он заявил, и девушка совсем забыла как это быть без него и его ласк.

Муж предложил побыть здесь еще пять дней и вернуться в замок кардиналов, за что девушка была ему благодарна.

А также пообещал приезжать сюда, как только это будет возможность с его должностью. Лузарии даже не верилось, что все может быть так замечательно, что улыбка не сходит с лица.

Где же сестра? Малышка постоянно куда-то убегала, но всегда предупреждала, зная, что они переживают за нее. Вышла за пределы мерта, уловив нежный запах сирени. Линара. Очевидно, она пошла в сторону дальних лесов. Но зачем? Там болота и Жатар запретил ей туда ходить одной.

Вдалеке на тропинке показался блестящий предмет, и она направилась к нему. Наклонилась и увидела камень, переливающийся тремя цветами: золотым, фиолетовым и зеленым. Протянула руку, чтобы взять его, но остановила себя. У них нет таких трехцветных камней. Он, несомненно, магический. Только решила отойти, как заметила под камнем красный шелковый платок сестры, недавно подаренный матерью. Он находился в земле и только кончик торчал снаружи, лежа под этим камнем. Ее драконица послала внутренне предупреждение, рыча, чтобы она уходила, но девушка не могла. Ведь это платочек сестры, и Линара не могла его просто так закопать в землю.

Дернула за кончик, задевая большим пальцем камень, и ткань вылезла полностью, пропитанная черной густой смесью. Резкими движениями, потревожила камень, и он отскочил в сторону, распространяя черный неприятно-пахнущий дым, открывающий портал. Мгновение и она увидела черные злобные глаза мужчины, и бледную руку мужчины, резко схватившего ее за плечо и втянувшего в портал.

Боль от перехода давила на виски, а тело горело от сильного огня. Девушка громко закричала, замечая, удовольствие в глазах похитителя, которого она… видела. Девушка теряла сознание и ее трясло. Как же невыносимо больно. В голове что-то лопнуло, и непонятный сгусток красок, находящийся в черном гелиевом коконе, разнесся волной в памяти.

Да, точно, она знает этого мужчину, видела его в приюте. Это он приходил за ней, чтобы похитить. Как же больно.

Память возвращалась отрывками, и все что происходило с ней резко всплывало в памяти, отдаваясь во всем теле. Потом боль стала такой оглушающей, что она закрыла голову руками, с ужасом лицезрея кровь на пальцах, очевидно когда она касалась носа и ушей, все стало расплываться и Лузария потеряла сознание.

Вильтер придерживал свою будущую жену по колдовским обрядам, и испытывал ядовитый восторг и невыносимую неприязнь. Как же она воняла… другим мужиком. Драконом. Сильным и очень могущественным.

Нахмурился и решил, что это неважно. Уже его никто не остановит, а девка после обряда, превратится в ничтожество, бесполое существо, и ей уже будет не до сопротивления.

* * *

Райдер замер, почувствовав страх и боль своей пары. Не говоря ни слова, он рванул к ней по запаху, добегая до участка земли, сожженный черной магией. Дикая ярость вырвалась наружу, и мужчина в бешенстве зарычал, не владея собой. Выплеснув злость, он присел на дымящуюся землю, внимательно осматривая участок.

— Они направились в проклятые земли, — раздался громкий леденящий голос Жатара. — На моих территориях ее нет, как и Линары. Значит, пришел тот, кто хочет провести колдовской обряд свадьбы с Лузарией. А малышка стала наживкой.

Райдер стремительно повернулся к мужчине и процедил:

— Что?! Кто хочет взять мою женщину в жены?

— Тот, из-за кого Ниналия попала сюда, скрываясь от своего мужа.

— Почему сразу не сказал? — прорычал дракон. — Лузария знала?

— Нет, мы ей не говорили, — с огорчением ответил мужчина.

— Проклятье, — рявкнул дракон, сжимая кулаки. — Рассказывай все, что знаешь и будем незамедлительно выдвигаться в путь.

Через двадцать минут все сборы были закончены и дракон, одевшийся полностью в свою обычную одежду, жестко произнес, обдумывая будущие действия:

— Я могу перенести порталом только двоих, тебя и сына, чтобы не растрачивать много сил, остальные остаются тут и охраняют женщин. Времени нет ни на что. После того, как доберемся до точки перехода, нужно будет идти по проклятым землям, чтобы найти святое место и искать порталами место обряда. Важно найти их до полнолуния.

Вся информация, которую поведала о себе Лузария, и рассказал Жатар, сложилась в один пазл и он мгновенно создал портал, и повернувшись к обиженной женщине, которой мужчины запретили лететь с ними, и пообещал:

— Я верну Вам дочерей. Не переживайте. Не стоит просто так рисковать жизнью в проклятых землях, где на каждом шагу смерть. Ждите нас здесь.

Ниналия только кивнула, а когда все подошли к порталу, подалась вперед и крепко обняла Жатара и Хотара, промормотав:

— Берегите себя. Тураны вас не оставят.

Как только серебряный свет забрал мужчин, Ниналия позволила всхлипнуть и осесть а землю, бесконечно переживая за свою семью. Нет, все будет хорошо. Они обязательно спасут ее девочек, а она их будет с нетерпением ждать.

* * *

Конер вытер кровавый меч об одежду и подошел к другу, выглядевшему совсем плохо, если судить по тяжелому дыханию мужчины. Наследник сел на корточки и произнес:

— Ты как?

— Подыхаю вроде, а так ничего… — постарался пошутить Ревон, но слова давались с трудом, и он закрывал глаза, чтобы поберечь силы.

— Шутник, — усмехнулся Конер, поглядывая по сторонам. Недалеко от него лежали разрубленные верты, напавшие на них, как только они прошли несколько верст.

— Сможешь идти?

— Конер, на хрена ты решился на это? Зачем?

— Потому что я хочу вытащить тебя из рук смерти.

— Друзей что ли больше нет?

— И не говори. Видно такую сволочь, как я, можешь терпеть только ты.

— Преувеличиваешь, — пробухтел мужчина, сгорая изнутри.

— Куда уж. Даже Лари убежала, но ничего, тебя поставлю на ноги, сходим в гости к мутари, и найду свою строптивую девчонку.

— Ты думаешь, почувствовал мать?

— Да, уверен, — произнес наследник черных драконов, поражаясь тому факту, что как только они оказались на границе территорий мутари и проклятых земель, он почувствовал родную кровь. Сумасшедшая надежда, что это сестра или мать, поселились в его душе, что он в ту же секунду готов был бежать туда, но, видя как друг захлебывается собственно кровью, решил помочь в первую очередь ему, а потом… пойти по тонкому аромату… родному и такому нежному.

— Брось меня, — выдохнул никтрот и, отвернувшись от него стал кашлять, выплевывая черную кровь.

Конер достал платок и, сполоснув его из фляжки с водой, обтер лицо.

— И не надейся. Найдем мы эту знахарку, и она обязательно нам поможет.

— А куда дальше?

— Нужно в красный лес. Не кривись, знаю, что кровавый, потому что там обряды верты совершают, но знакомый маг сказал, что дом бабки посреди болота, куда ни один прокаженный не может добраться.

Доран кивнул головой, и устало попытался встать, но тут же повалился вниз. Конер подхватил его и предложил свое плечо.

— Я не смогу.

— Сможешь! Напоминаю, что ты — самый сильный маг.

— Сгнивший и без сил… — прокряхтел никтрот.

— Плевать, все вернем, — усмехнувшись пообещал Конер, и посмотрев в даль, они пошли к красным лесам.

* * *

Черный дракон стоял на распутье, удивленно озираясь по сторонам. Темная ночь и на небе появляется тусклая луна, а через несколько часов она будет гореть красным пламенем полнолуния.

Вердарф знал, что ему нужно идти прямо, но знакомый запах желанной женщины витал повсюду. Ничего не понимая, мужчина покрутился по сторонам, и направился туда, где сильнее всего шел запах. Плевать, что ему необходимо туда, где сейчас находится Гарана, решившая провести какой-то обряд. Очевидно, что ей нужна дочь. Пусть забирает, а лучше навсегда избавится от нее. А он… пойдет к той, что посмела уйти, обмануть и предать. К своей жене.

Теперь то он ее не отпустит ни за что, будет держать в цепях, чтобы мысли о побеге выбить раз и навсегда. Только теперь она будет не уважаемой женой владыки черной гильдии, а пленницей для частых утех, личной гуралой в его постели. Другого она не заслуживает.

Хищно оскалился и, превратившись в огромного черного дракона, полетел в сторону огромного мерта мутари, предвкушая встречу и расправу.

* * *

Лузария очнулась от потока ледяной воды ей в лицо, отчего тело моментально покрылось мурашками от холода. Шерстяное платье зеленого цвета было мокрым и тяжелым, что раздражало нежную кожу. Ее резко подняли и посадили прямо. Девушка посмотрела по сторонам, видя только силуэты огромных деревьев, а также два костра, между которыми теперь сидели она и ее похититель на холодной земле в очерченном круге, залитым чем-то красным, вероятней всего кровью.

Драконица перевела взгляд на светловолосого неприятного мужчину, с пренебрежением окатив его взглядом, и прохрипела:

— Где моя сестра?

Мерзко оскалившись, он проскрипел:

— Она там, где скоро будешь ты.

— Где моя сестра? — вновь упрямо спросила Лузария.

— Она там, где ее никто не найдет, если ты будешь отвратительно себя вести, — резко рявкнул он.

— Я хочу ее видеть!

— Кости увидишь, если будешь повышать голос на меня, — процедил маг.

Девушка замолчала на секунду, а потом, взглянув на свои связанные веревкой руки и ноги, усмехнулась:

— А что, не в силах справится с девушкой? Приходится привязывать веревками?

Мужчина замахнулся, и мгновенно щеку обожгло горячим прикосновением, отчего она чуть не вылетела из круга.

— Видно прошлая встреча не учит тебя, тварь. Ты молчишь, и рот не открываешь. Говорю только я, а ты слушаешь.

— Зачем я вам? — проигнорировав его слова, смело спросила драконица, но мужчина лишь окинул ее высокомерным взглядом и, усевшись поудобнее, уставился на небо, ожидая полного полнолуния.

— Ты подаришь моему сыну здоровое тело без каких-либо сил с моей стороны… навсегда, — раздался скрипучий голос женщины, позади нее.

Как только неизвестная женщина оказалась перед ней, Лузария окинула ее изумленным взором, желая узнать больше. Того, что ведьма поведала — недостаточно.

Шаринья прищурилась, пронизывая ледяным взглядом пленницу, и ворчливо съязвила:

— Ты такая же… как и твоя мать. Ничего не представляете собой, а задаете вопросы, как будто вам кто-то должен отвечать.

— Моя мать?

— Да, Ниналия. Мерзкая змея, посмевшая додуматься сбежать от меня, за что поплатилась жизнью сестры и потеряла тебя.

— Значит, это ты виновата?! — с ненавистью выдала Лузария.

— Нет, она. Я бы посадила тебя в клетку где-нибудь подальше от сына, а когда наступило время, провела обряд. Но Ниналия все испортила… А потом ты, маленькая ничтожество, скрылась и сожгла одеяльце с темным маяком, и я не смогла…

Договорить женщине не дал сын, не желающий слышать противный голос матери и пищание мерзкой гуралы, сидящей рядом с ним.

— Ты заставила меня мучатся долгие пять лет. Тварь, — злобно выкрикнул мужчина и толкнул девушку от себя, отчего она упала лицом в траву, испачканную кровью. Лари поднялась и сухо произнесла:

— Жаль, что не больше, злобное чудовище.

Мужчина только замахнулся, как услышал слова матери:

— Оставь ее, Вильтер. Она…

— Не смей мне указывать, ведьма! — выплевывая слюню, проверещал сын шариньи и повернулся к Лузарии. — А ты… еще раз осмелишься задавать вопросы, изуродую твое лицо горячим ножом. Внешний вид не имеет значения, но забавные игры доставляют мне удовольствие.

Драконица изумленно смотрела на мужчину, поражаясь такой бесчеловечности и жестокости. Самая настоящая тварь. Слова крутились на языке, но она промолчала, переживая за себя, ведь садисту не терпится искалечить ее.

— Скоро начнется полнолуние и вы должны сидеть рядом, держась за руки, — произнесла Гарана, подойдя к ним, держа в скрюченных руках свечи. Установив их на линию круга, зажгла и отошла в сторону.

— Так развяжи ей руки! Я не намерен ждать, — крикнул Вильтер, желая от злости и нетерпения опрокинуть все ногой.

— Что … что со мной будет? — сглотнув, прошептала Лузария, с диким ужасом смотря на луну, появившуюся на черном небе. Огромный серый шар светлел, и через некоторое время он непременно вспыхнет красным цветом, показывая магическую силу полнолуния, распыляя мощную энергию повсюду.

— Будешь… овощем, — с оскалом отчеканил мужчина и рассмеялся жутким смехом.

Луна набирала силу света и шаринья вновь подошла к сыну и его жертве на обряде, встав рядом. Между ними поставила чашу и положила нож.

— Как только шар озариться красным пламенем, ты возьмешь нож и, не разъединяя рук сделаешь ей три длинных косых пореза на коже: рука, лицо и грудь.

Видя, как Лузария в ужасе, всхлипнула, добавила:

— Если ты дернешься, не будешь молчать, а только сопротивляться, я приведу сюда твою сестру и буду жечь ее тело, усадив рядом с тобой, чтобы ты ощущала ее боль.

Лузария не верила словам. Она не знала что сказать, но понимала, что будет подчиняться. Вильтер вновь засмеялся, и процедил:

— С радостью порежу ее.

— Только так, чтобы она могла выдержать весь обряд, а дальше… неважно. Потом она уже не умрет, превращаясь в сосуд. После… или в процессе порезов, ты должен собрать в чашу кровь с трех ран и выпить.

— Обязательно, — заявил мужчина, предвкушая свою месть за долгие мучения его тела.

— Вы больные! Сумасшедшие! — выкрикнула Лузария, и почувствовала, как ее горло сжимается от взгляда шариньи в невыносимой боли, не дающей нормально дышать. Через пять минут она уже не могла кричать, с ужасом осознавая, что ведьма лишила ее голоса.

Послышался шорох, и раздались тихие голоса, отчего мать и сын посмотрели назад, удивленно озираясь по сторонам, совсем не ожидая гостей.