Глава 17

Сивер

– Ты решил удариться в чтение? Или снова выбираешь литературу для своей человечки? – в библиотеку вошел Вицек, широко улыбаясь.

Я хмуро взглянул в ответ – именно Вицек посоветовал мне книгу по магии, от которой Анариэль стало плохо. Если он сделал это специально, должен выдать себя хоть чем-то!

Однако приятель безмятежно улыбался, и его только явно забавляло мое поведение.

Я и сам иногда поражался, насколько увлекся девушкой. Но не это удивляло больше всего, а то, что мой дракон был совсем не против человечки. Более того, он словно ждал каждую встречу с ней и довольно урчал внутри, когда видел ее золотые волосы!

– Выбираю. Из-за моей невнимательности она пострадала, – признался, продолжая перебирать книги. Как я ни искал, ни одной человеческой книги в нашей библиотеке не нашлось.

Но ничего, зато есть сказки, легенды и мифы. Надеюсь, они ей понравятся не меньше. К тому же, раз она надумала поступать в Академию, ей в любом случае понадобится истинное знание сотворения мира. То, что однажды попалось мне у людей, вызвало оскомину на зубах. Это ж надо было такое придумать! Человек – высочайший венец творения высших сил. Тьфу! Слабые человечки, некоторые злые, алчные, никчемные. И это они венец творения?

– Как пострадала? – взволнованно уточнил Вицек.

Пришлось ему рассказать о маскировке на книге и опасных чарах для будущих драконов.

– Я едва успел, – признался я, – еще бы чуть-чуть, и девчонка пережгла бы каналы с фатальными последствиями для организма.

Алый тряхнул длинной челкой:

– Прости, я и подумать не мог! Странно, что мы оба не заметили фальшивую оболочку на книге.

– Странно, – признал я, – словно ее специально маскировали…

Мысль мелькнула и пропала. Этот дом мы купили случайно, библиотеку заполнили наобум, прихватив то, что нашлось на полках в книжной лавке. Ну не готовил же кто-то специально ловушку для Анариэль? Я узнавал – она хоть и дворянка, но принадлежит к обедневшему роду. Это драконы ценят каждого ребенка, люди же так плодовиты и так относятся к своим детям, что гибель одной девицы никого бы не взволновала. Разве что родители поплакали бы, и только.

Вицек с подозрением оглядел полки, потом потянулся магией к шкафу и вытащил красочное издание для детей. Что-то вроде энциклопедии, но в картинках и написанное простым языком.

– Вот это безопасно, и я дважды проверил! – сказал он, вручая мне увесистый томик.

Кивком поблагодарив друга, отправил его находку к той стопке, что уже успел отобрать сам.

– Вы тут? Спускайтесь вниз, фениксы пожаловали, – бросил Цертер, заглядывая в дверь.

Он держал бесстрастное лицо, но я отчетливо ощутил его недовольство. Неужели пернатые успели задеть нашего товарища? Он вообще мало когда реагирует на любые подначки. Но чем гадать, я решил сам все узнать, а для этого стоило спуститься вниз. Что мы с Вицеком и сделали. Книги я прихватил с собой, намереваясь потом сразу отнести их рыжуле.

Огненные птички вольготно развалились в креслах и на диване. На ироничный взгляд Фируса я скептически заломил бровь. Он увидел книги в моих руках и веселился.

– Лэр Аргенит решил пополнить свое образование? – спросил он, призывая своих спутников посмеяться.

– А вы еще не читали детских учебников? – поднял бровь я. – Очень рекомендую в качестве подготовки к родительству!

Феникс помрачнел. Он не был женат и не имел птенцов. Как я слышал, гадалка, живущая в песках, предрекла ему что-то об этом, и вот уже лет десять этот феникс вел одинокую жизнь, отказываясь посещать придворные балы или навещать семьи, в которых были девицы на выданье. Он чего-то ждал, но чего?

В целом до моих слов огнекрылый вел себя так, словно получил чужую конфету и радуется ей. И это вместо того, чтобы решать свои проблемы. Вот они, пернатые, во всей своей красе. Проблемы проблемами, а ужалить представителя другой расы – святое. Особенно дракона – извечного соперника.

Правда, я пока не понимал, как именно он собрался меня жалить. Делить нам с Фирусом нечего. Я надеюсь, узнав новости, которые собрал Цертер, они все отправятся решать свои вопросы и искать виновного в гибели птенцов.

Когда все заняли свои места, мы с друзьями поделились собранной информацией. Ее было немного, однако кое-что узнать удалось. В академических кругах королевства людей прошел слух о новом способе увеличения магического резерва. Надо, мол, убить феникса, а когда он обернется яйцом – поглотить его!

– Это, конечно, выглядит как бред, – говорил Цертер, – но в этом есть рациональное зерно. Убить взрослого феникса чрезвычайно трудно, а вот малыша…

– Яйцо феникса пылает магическим пламенем! – перебил дракона один из фениксов. – Тот, кто попытается его съесть, сгорит заживо!

– А кто сказал, что яйцо едят? – вскинулся Вицек. Это он узнал сплетню, заведя короткую интрижку с преподавательницей Академии магии. – Поглотить значит впитать. Сделать единым целым. Слабый маг может просто тянуть из яйца магию, пока не растянет резерв! Если помните, в истории был период, когда люди охотились на эльфийских девиц, потому что считали их кровь целебной. Потом искали яйца драконов – потому что ходили слухи о неуязвимости того, кто выпьет вино с толченой драконьей скорлупой…

– Бред! – фыркнул самый молодой феникс, и даже его товарищи посмотрели на него нехорошим взглядом.

Бред или не бред, но такое действительно было. А самое страшное – эти способы при определенных условиях работали. Эльфийка, например, должна была быть жива и отдавать кровь добровольно. А скорлупа драконьих яиц должна быть уже пустой. Но пока выяснились нюансы, погибло немало эльфийских дев и нерожденных дракончиков.

– Вы пытаетесь нас уверить, что птенцов крадут и убивают люди? Да пустыня Саллах – самая опасная для жизни пустыня! Только фениксы могут там жить!

– Жить – да, – охотно признал я, – а вот телепортироваться поближе к вашей столице, затаиться и отловить пару птенцов – на такое способны и тролли, и орки, и даже эльфы. Если им хорошо заплатят.

Как и стоило предполагать, к нашим словам отнеслись без должного внимания. Такое чувство, что нам вообще не поверили. Но кто мы такие, чтобы кого-то убеждать? Наше дело рассказать, а их – правильно распорядиться информацией.

Из всей компании только девушка сидела с серьезным и задумчивым лицом, она словно сейчас решала сложную задачу. Ее не отвлекали и не дергали. А потом и вовсе сообщили, что им пора. Перед уходом Фирус обернулся к Геррихтену:

– Что с источником? Вы отдадите его? Хотя бы частично?

– Пока не найдете того, кто их опустошает – нет, – заявил друг. – Не хочу, чтобы наши труды с подпиткой источника пропали даром или достались тому, кто падок до чужой силы.

Естественно, такой ответ никого не устроил. Пернатые покинули нас в раздражении, только Фирус смотрел на меня со странным прищуром, будто собирался взять реванш. Впрочем, спорить и что-то доказывать не стали. Видимо, гордость взыграла. После их ухода я тоже надолго не задержался. Скорее всего, рыжуля уже пришла в себя, и ей требуется лекарство, чтобы быстрее встать на ноги.

Для начала наведался снова в ту же лавку и попросил конфеты с лечебным эффектом. Я давно о них слышал, все же эльфийская магия способна творить чудеса. Недаром ушастые всегда считались непревзойденными целителями. Другой вопрос, кого и как они лечат, но если повезет попасть к одному такому, то за свою жизнь можно больше не беспокоиться, даже из-за грани вернут. Но и получить от них помощь весьма проблематично. Слишком высокомерные. Снобы. Хотя так говорят и о нас, но драконы, в отличие от ушастых, никогда не откажут в помощи.

Эльф за прилавком долго думать не стал, сразу вручил коробку с леденцами, сообщив, что они наделены толикой целительской магии как раз для подобных случаев. Восстанавливают силы после любой болезни и чуть-чуть поддерживают магический резерв. Да, дорого, но оно того стоит.

Естественно, я поверил. Не найдется того безумца, который способен обмануть дракона. Попросил упаковать, заодно уложить еще травяных и ягодных сиропов, полезных при простуде, если таковые имеются. Да, в этой лавке было все. Мне подробно объяснили, как и что необходимо принимать. Поблагодарив и рассчитавшись, сразу отправился к девушке. На миг мне показалось, что в толпе у витрин мелькнула огненная макушка феникса. Присмотрелся. Никого не увидел. Скорее всего, и правда показалось.

Зато у Анариэль меня ожидал сюрприз. Я еще за окном услышал запах. Да ладно? Пернатый? Быть такого не может. Они ведь терпеть не могут людей. Даже любовницами берут их весьма редко. Один случай на сто тысяч. Тогда что он забыл тут?

Мой дракон негодующе зарычал. Я был с ним солидарен. Моя уверенность укрепилась, теперь я точно знал, что кто-то из пернатых за мной следил. Зачем? Решили воздействовать через девушку? Но для передачи источника необходимо согласие всех четверых драконов, один я все равно ничего не решаю. Тогда какую цель еще мог преследовать огненный? И как он вообще сюда попал?

Каюсь, ярость сдержать не удалось. Кажется, я напугал рыжулю, но девочка молодец, держалась с достоинством, еще и упрекнула меня в моем поведении. Я и сам понимаю, что негоже вламываться в комнату незамужней девушки, но ничего с собой поделать не мог. Чтобы не разозлить ее, выдал инструкции применения лекарства, а сам покинул комнату, где все еще витал запах птички. Надо срочно прояснить этот вопрос и узнать, чего от моей рыжули хочет феникс. И кто именно?

Перед глазами встала ехидная ухмылка Фируса. Так вот что означало его поведение. Он наверняка радовался, что ему удалось перейти мне дорогу. Снова рык дракона, возжелавшего прямо сейчас найти наглеца и проучить, а лучше свернуть ему тощую шею. Пришлось осадить и объяснить, что за убийство посла другой страны мы и сами понесем наказание. Пришлось моему зверю немного поостыть, но придумывать методы расправы он не перестал.

В дом я влетел злой и негодующий. Друзья как раз склонились над картой и что-то там рассматривали. Вицек повернулся первым и хотел о чем-то спросить, но вместо этого присвистнул и осторожно уточнил:

– Это кто ж тебя так раздраконить успел? Ты явно готов убивать.

– Пернатый, будь он неладен. Выщипать бы все его перья, – процедил и рассказал, как учуял след его ауры в комнате той, к кому я проявил внимание.

– Ну, гаденыш, чего-то же пытается добиться, – покачал головой Цертер. – Уверен, сама девушка ему не нужна, лишь бы тебе досадить.

– Согласен, потому вся эта ситуация только сильнее бесит, – кивнул, на миг прикрывая глаза и пытаясь успокоиться. Не хватало еще заморозить тут все от ярости.

– Кстати, не хочешь узнать, к какому выводу мы пришли? – хитрый прищур Геррихтена мгновенно вернул меня в рабочее состояние. Я приблизился к столу.

Там друзья разложили свитки с начертанными таблицами, стрелочками, кружочками и именами. Сходу ни в чем не разобрался, потому осмотрел каждого из ребят, ожидая продолжения. Какие-то ж выводы они успели сделать.

– Сивер, ты хорошо помнишь иерархию пернатых? – на этот раз серьезно спросил Вицек.

– Да я как-то никогда ей особо не интересовался. Знаю, что у них Владыка, кажется, Аморциур Двенадцатый. Но это было порядка трех или пяти десятков лет назад. У меня с ними в последние десятилетия не было совместных дел.

– Аморциур действительно правил у них до недавнего времени. А где-то полгода назад он пустил слух, что ему пришла пора выбирать преемника. И свой трон отдаст самому сильному, кто сможет поразить его не только своей магией, но и действиями. Всего претендентов трое. И как думаешь, кто среди них? – пытливые глаза Цертера уставились на меня, не мигая.

– Фирус? Но какое это имеет значение? – кажется, я никак не мог поймать нить разговора. И выводы пока не мог сделать, так как мне не хватало кусочка для полной картинки.

– Самое большое. Дело в том, что все претенденты на время испытаний наделяются теми же полномочиями, что и Владыка. То есть для них не существует никаких запретов и ограничений. Улавливаешь? – Вицек усмехнулся. А я начал понимать.

– Отшельник сказал, что источники опустошает тот, кто наделен властью. Затормозить или повернуть поиск в нужную сторону может тот, кто сам входит в комиссию по расследованию, выпить наш источник или его часть может тот, кто получит к нему прямой доступ, – перечислял я кусочки картинки, и до меня дошло. – Вы хотите сказать, Фирус может быть причастен к трагедии в королевстве фениксов?

– Все на это указывает. Даже если его и подставляют, то весьма грамотно и умело. Но в любом случае у нас он первый и единственный подозреваемый, а все как раз из-за нашего источника. Даже если мы пойдем на уступки и дадим доступ к половине, все равно никто другой не сможет без нашего согласия преодолеть границы, для этого надо будет наше присутствие.

– Так, может, рецепт «изготовления магов» с помощью яиц фениксов люди придумали не сами? Им кто-то подсказал?

Цертер нахмурился:

– Сивер, ты думаешь, феникс позволит напасть на птенцов?

– А можно как-то узнать, чьи птенцы пострадали? – выпалил я, понимая, что угодил где-то близко.

Может, и не Фирус гасит источники и пытается развязать войну между фениксами и людьми, но это явно кто-то из магической верхушки.

– Я обращусь к его величеству, – сказал Геррихтен, – пусть узнают, чьи именно дети погибли.

– А я постараюсь узнать, что Фирусу нужно от моей девушки! – выпалил я, не подумав.

Друзья сразу посмотрели на меня, пряча в глазах усмешки. А я вдруг понял – да, моя! И больше ничья! Если пернатый к ней сунется – ощипаю, как каплуна!