Глава 26

Время пребывания в Милане Алине показалось волшебным сном или сказкой, растянувшейся на несколько дней. Этот поистине удивительный город покорил её своей вызывающей архитектурной красотой, фешенебельностью и модной бравадой. Он вошёл в её сердце, да там и остался, по всей видимости, уже навсегда. Ведь не каждый город мира может пресловутый туристический шопинг превратить в настоящее искусство, одна Виа Монтенаполеоне или, на крайний случай, Корсо Буэнос-Айрес чего стоят. Попробовав его «на вкус», Алина поняла, почему корпорация с мировой известностью поместила свой офис не в Риме, а именно в Милане. Хотя, побывав в местном отделении компании, ничего нового для себя не почерпнула. Он как две капли воды походил на офис в их родном городе.

Открытием стало, что у всех совладельцев во всех отделениях компании были личные помощник и секретарь. Для чего — Алина, как бывший финансовый аналитик, не понимала, но вполне возможно, что для компании всё же в этом был какой-то свой смысл. В Милане личным секретарем у Сергея была молоденькая, длинноногая, жгучая брюнетка Бонфилия Паэло, а помощником-водителем — черноглазый брюнет средних лет Антонио Пауэр. Оба общительные и приятные люди, вполне сносно говорящие на нескольких языках, в том числе и на русском, очень понравились Алине. От них она много узнала о компании, производстве и реализации продукции, выпускаемой на корпоративных заводах. Кстати, на производство Алина все-таки не пошла. Как-то не заинтересовал её этот процесс, зато в дизайнерском бюро она зависла надолго. Её просто покорило волшебство создания эскиза будущего украшения. Алина, сидя в удобном кресле в кабинете Вирры, всё листала и листала папки с проектами работ. Сергей, зашедший за женой, был этим очень удивлен.

— Любимая. Я думал, что тебя больше привлекает магия цифр, а не магия рисунка.

— Я сама это в себе не подозревала, — ответила Алина.

Но злоупотреблять своей вседозволенностью женщина не стала. Посетив один раз миланский филиал корпорации, посчитала, что этого довольно. А вот что Алина искренне полюбила, так это пешие прогулки. С большим удовольствием она самостоятельно путешествовала по городу, с каждым разом наворачивая по окрестностям все большие и большие круги, постепенно увеличивая территорию своих ознакомительных прогулок.

В одну из таких вылазок она наткнулась на магазин компании ГолдСтрим. Сначала её внимание привлекла вызывающе яркая вывеска, а разглядев, что за магазинчик самовыражается этакой вычурностью, поддалась простому любопытству, решив заглянуть вовнутрь. Внутреннее убранство магазина оказалось полной противоположностью внешнего. Основой стиля были сдержанность и благородство, что приятно удивило Алину. Бросившаяся к женщине продавщица была остановлена одним жестом.

— Я только посмотреть, — смущенно произнесла она, сожалея, что не говорит по-итальянски и не может пояснить приветливой девушке об отсутствии необходимости кружить вокруг неё в надежде помочь в выборе украшения.

К великой радости Алины, выяснилось, что девушка хоть и не очень хорошо, но всё же понимает и разговаривает по-русски, поскольку в магазин часто заходят богатые русские. Кроме того, как рассказала девушка, руководство компании поддерживает и стимулирует желание персонала изучать иностранные языки, а также их применение на практике довольно приличной доплатой. Правда, доказать знания можно только сдав соответствующий экзамен, так что смухлевать никак не получится.

Рассматривая витрины магазина с выложенными на них драгоценностями, Алина раскрыла рот от глубочайшего изумления: цены, указанные на ярлычках украшений были баснословно велики, а на некоторых витринах, на выставленных к продаже ювелирных изделиях, цен не было вообще. Не успела Алина этому удивиться, как в магазин ввалилась семейная пара, в коих женщина тут же безошибочно узнала своих соотечественников. Оба шумные, кругленькие и одышливые от изнуряющей уличной жары, они прилипли к витрине, на которой и были выставлены украшения без указания их стоимости.

— Котик! — заныла женщина-колобок. — Хочу эти сережки, — и она ткнула своим толстеньким пальчиком куда-то в витрину.

Котик, выглядящий под стать своей жене, подслеповато приглядевшись, возразил.

— Зайка! А мне больше нравятся эти! — и он ткнул таким же пальцем, как и у жены, куда-то рядом.

— Покажите эти! — гнула свою линию колобок женского пола, указав продавщице на комплект, понравившийся ей изначально.

— Но Масик, — застонал колобок мужского пола, мне больше нравятся другие…

— Хорошо, — смилостивилась супруга, — покажите и эти тоже!

Битых двадцать минут Котик и Зайка, она же Масик, выбирали украшения, в итоге так и забрав оба комплекта серег, при этом оставив в магазине за них целое состояние в валюте, равное стоимости двухкомнатной квартиры в историческом центре столицы Родины Алины.

— А почему на этой витрине ценники на украшениях не видны? — спросила она девушку, когда вполне довольные покупатели отправились дальше.

— О! Это политика компании по отношению к эксклюзивным украшениям. Покупатель в первую очередь должен выбрать украшение не по цене, а по дизайну. Если его покоряет филигранная работа мастера, то ему уже всё равно, сколько стоит эта ручная работа.

— И часто у вас так покупают? — кивнула она на дверь, десять минут назад закрывшуюся за покупателями.

— Достаточно часто, — с улыбкой ответила девушка.

Поблагодарив продавщицу за весьма познавательный рассказ, погруженная в собственные размышления, Алина вышла из магазина и не торопясь направилась домой. Возвращаясь, она обдумывала выбранную корпорацией тактику и мысленно аплодировала и даже гордилась, ведь в этих идеях была частичка труда её мужа. Дойдя до встретившегося на её пути кафе, решила выпить чашечку капучино и пока ждала заказ, увидела, что за соседний с ней столик плюхнулась уже знакомая парочка «колобков».

— Котик, — капризно надула губы Зайка, она же Масик. — А мне в магазинчике ещё и браслетик понравился.

— Масик, — скуксился «усатый-полосатый», — сразу нужно было говорить. Мне не хочется сейчас туда возвращаться.

Зайка тут же подобралась, холодно посмотрела на мужа и жестко произнесла.

— Тогда сегодня ты будешь спать на диване.

Расстроенное лицо мужа явно указывало на отсутствие с его стороны желания рисковать, и он попытался договориться.

— Зайка, а может мы завтра сходим за покупкой?

Зайка — Масик окинула властным взглядом Котика, подумала и милостиво согласилась, не забыв выдвинуть дополнительное условие.

— Хорошо. Тогда завтра к браслетику ещё и колечко купим…

Обрадованный Котик, добившийся мирного разрешения вопроса с исключением из его жизни хотя бы на сегодняшний день жесткого дивана, хоть и путем опустошения банковской карты, согласно закивал лысой головой.

Расплатившись за кофе, Алина отправилась домой. Только мысли её потекли уже совсем в другом направлении. Она задумалась над увиденным и услышанным в кафе.

«А ведь и верно! Некоторые мужчины готовы на любые жертвы ради своих вторых половинок. Масик и Котик, по своим внешним данным, далеки от общепринятых стандартов красоты, но это совсем не мешает им чувствовать себя счастливыми. Видно, что они совершенно довольны друг другом! Значит, каждый сверчок и правда найдет свой шесток! И тогда возникает вполне резонный вопрос: с чего это я изводила Сергея сомнениями по его отношению ко мне, комплексуя из-за своих внешних данных?! Сергея то всё устраивает. И, правда, дурочка! Ведь не смотря на то, что Сергей весь день в делах и рабочих заботах, вечерами не сидит дома, а старается вывести меня куда-то, чтобы отдохнуть или развлечься: то в ресторан, то на выставки и в оперу, а иногда просто погулять в парк. Причем, идёт он рядом со мной с таким видом, будто сопровождает королеву красоты. Хотя, что кривить душой, с ним я именно «Королевой красоты» себя и чувствую, и никак не меньше».

Ещё Алину очень радовало, что у нее сложились прекрасные взаимоотношения с Виррой. Алина прямо на физическом уровне ощущала, как девушка тянется к ней, радуется за их отношения с Сергеем. Поэтому совсем не удивлялась тому, что девушка очень часто присоединялась к их культурным вылазкам. Да и Вирра пыталась приобщить Алину к святому святых Милана: дважды возила жену отца на модные показы. Как и следовало ожидать, они так и не вызвали у женщины каких-либо бурных эмоций. Всеобщей эйфории высокой моды Алина так и не испытала. В большинстве своем то, что выставлялось для показа на подиуме, было далеко от того, что ценила Алина — применимого в обычной жизни. Видимо, мода была настолько высока, что она никак не могла до неё дотянуться.

Шестой вечер их пребывания в Милане выдался свободным. Даже Вирра не пришла в гости, как это изначально предполагалось. Девушка была вынуждена отправиться на переговоры по какому-то очень срочному и эксклюзивному заказу. Вот и решили супруги провести вечер дома в тишине и покое, сидя на террасе. Именно тогда Алина вдруг осознала, какой у её мужа усталый вид.

— Сережка! Как ты себя чувствуешь? Что-то ты выглядишь уставшим.

Сергея внезапно передернуло, как от озноба, но он тут же, успокаивая жену, произнес.

— Всё в порядке, дорогая. Я действительно немного устал сегодня.

Но Алина в такое объяснение не поверила. Её сердце тревожно сжалось от беспокойства, и как — то сразу вспомнилось предупреждение матери. Алина запаниковала, но, стараясь не показать вида, аккуратно повела с мужем беседу, начиная издалека.

— А какие у тебя планы, родной? Ты очень много работаешь. Торопишься с этим дурацким аудитом? Он тебе очень нужен?

Сергей, покусав губы, ответил.

— В принципе, не очень. Я думал больше тебе показать все это хозяйство, а уж если полез, то просто рефлекс сработал.

— Мне? — удивилась Алина. — Но мне это совсем не интересно.

— Да я это уже понял. В принципе, в Милане аудит деятельности можно было бы и не проводить. Здесь хорошо рулит Вирра. Ты не смотри, что она девчонка-девчонкой, веселая и дурашливая. Это она с нами такая, а на работе совсем иная.

— Угу. Видела, как она принимала эскизы новой линейки украшений. Даже поразилась, что в этой девочке уживаются две абсолютно разные, можно сказать противоположные личности.

— Да. Её мама была очень мягким человеком. Я не знал её отца, но, судя по той истории, что мне доверила когда-то Милена, он был очень деспотичным и жестоким человеком. Очень боюсь, чтобы жизнь не разбудила в ней гены отца-садиста.

— Боже! Сережа, но она же девочка. С самого детства она и так имеет всё, что хочет. Я даже не представляю ситуацию, в которой она не смогла бы получить то, что желает. Ох, и не поздоровится тому, кто встанет у неё на пути, — пошутила она.

Сергей заулыбался, а Алина продолжила.

— Я постараюсь с ней подружиться. Хочу, чтобы Вирра знала, что всегда может обратиться ко мне, вернее к нам, за помощью и поддержкой, если ей это когда-то всё-таки понадобится.

— Спасибо тебе большое, любимая, — и Сергей, одной рукой обняв Алину, а другой, свободной, убрав с её лица упавшую на глаза челку и нежно поцеловав, притянул жену к себе.

Какое-то время они сидели молча, думая каждый о чем-то своем. Затем мужчина встал, принес из гардероба плед и укутал им любимую.

— А то замерзнешь. Днем здесь жарко, а вечерами бывает достаточно прохладно, — объяснил он свой поступок.

— А ты? — спросила Алина.

— А мне не холодно. Все в порядке, — сказал он.

Так они и сидели, молча слушая ночную песню цикад. Где-то вдалеке играла музыка, но, как ни странно, слушать сверчков она совсем не мешала. Алина повернулась к мужу, чтобы сказать ему об этом и поняла, что с Сергеем происходит что-то странное. Его глаза выглядели остекленевшими, ничего не видящими, словно замерзшими, а на лбу блестели крупные капли пота.

— Сережа, что с тобой? — испугалась Алина.

Супруг не ответил. Алина, выпутавшись из пледа, принялась укутывать им мужа. Потом, схватив полотенце, намочила его холодной водой из стоявшего на столике кувшина и стала осторожно обтирать лицо мужчины. Буквально через пару минут Сергей пришел в себя. Увидев испуганную супругу, стоящую перед ним на коленях с мокрым полотенцем в руках, улыбнулся. Вернее, попытался улыбнуться. Улыбка оказалась какой-то жалкой, не внушающей ни доверия, ни покоя.

— Как вызвать скорую помощь? — дрожащим от страха голосом спросила Алина.

— Не надо.

— Тогда я позвоню Вирре.

Сергей отрицательно покачал головой, сразу же поморщившись от боли, раскаленной иглой вошедшей в мозг. Пересиливая боль, прошептал.

— Не нужно её пугать. Я действительно просто переутомился.

Немного помолчав, набираясь сил, продолжил.

— Думаю, что нам можно тут больше не задерживаться. Я люблю Милан, но здесь всё в порядке. Съездим в Нью-Йоркское отделение нашей корпорации, заодно и с Мариной и Никитой увидимся, а оттуда полетим к себе.

— Серёжка! Я боюсь за тебя. Давай обратимся в больницу, — попыталась она уговорить мужа, но тот снова отрицательно покачал головой.

— Линушка, не волнуйся! Мы поступим немного по-другому. Подай мне, пожалуйста, телефон. Я знаю, что сейчас нужно сделать, чтобы восстановиться как можно быстрее. Сам вызову врача, который мне поможет.

Алина заметалась по квартире в поисках телефона супруга и, почти отчаявшись уже его найти, увидела тот в спальне, на прикроватной тумбочке. Схватив аппарат, она со всех ног бросилась к мужу.

Сергей выглядел, конечно, лучше. Бледность ушла, осталась только дрожь в руках. Кое-как удерживая телефон ослабевшими пальцами, Сергей принялся листать в нем записную книжку, выискивая нужный номер. Найдя, тут же его набрал и, как только ему ответили, стал говорить по-итальянски. Разговор был коротким, не более двух минут. Затем Сергей устало произнес.

— Не волнуйся. Всё хорошо. Сейчас приедет доктор, он сделает мне несколько капельниц, и опять все будет в порядке. Я не хотел, чтобы ты знала, но, видимо, придется рассказать.

Алина что-то хотела сказать, но он приложил указательный палец к своему рту, прося её помолчать, и только после этого продолжил.

— Дело в том, что у меня время от времени, особенно когда я устаю, бывают такие приступы. Именно поэтому мне нельзя сильно переутомляться. Я же, не рассчитав свои силы, решил поехать в рабочее турне, действительно совместить приятное с полезным: тебе всё показать и детей увидеть. Очень уж я соскучился по Вирре, если честно. Думаю, что и ты по Марине тоже соскучилась не меньше моего. Всё-таки вы, женщины, более душевно привязаны к близким людям. Да и мне с Мариной, что уж скрывать, очень хочется познакомиться поближе.

— Сережа! А что у тебя за болезнь? — все же рискнула спросить Алина. — Может, стоит поискать нужных врачей, полечиться?

Сергей, немного подумав, горько усмехнулся и ответил.

— Думаешь, с моими деньгами я не искал и не лечился? Искал! Лечился! Но, к сожалению, в моем случае — это не лечится. А болезнь? … Это всё последствия травмы, полученной ещё в молодости, когда нас завалило в шахте. С тех пор от переутомления у меня иногда очень сильно болит голова. Отсюда и такие проблемы. Ты должна привыкнуть к этому и в следующий раз так не пугаться.

Алина тут же вспомнила историю, рассказанную супругом о трагедии в шахте. Сев рядом с мужем, поправила на нем плед, нежно поцеловала в щеку, пахнущую любимым парфюмом и, положив ему голову на плечо, искренне произнесла.

— Ты можешь быть спокоен. Я твоя жена и я… — она чуть замешкалась, но потом твердым и уверенным тоном произнесла, — и я люблю тебя.

Сергей покосился на супругу, поцеловал лежащую у него на плече её голову, вздохнул.

— Мне не нужно твоего одолжения. Я ведь сразу тебя предупредил, что ты вольна уйти от меня в любой момент, когда посчитаешь нужным.

— Ты плохо обо мне думаешь, Сережа. Зачем женился, если у тебя есть какие-то сомнения? Давай рассуждать логически: если бы ты не был мне дорог, разве я согласилась выйти за тебя замуж? Ты бы мог хоть костьми лечь, но я, ни за что не согласилась бы на замужество с тобой. Всё, что меня тогда пугало и останавливало, так это моё неверие, что меня и ТАКУЮ можно любить. Причем любить всю жизнь.

Сергей высвободил свои руки из под пледа и, обхватив ими лицо жены, честно и открыто посмотрел ей в глаза.

— Мне нужна только ты. Я люблю тебя больше жизни и буду любить до тех пор, пока бьётся моё сердце. Да и потом, — он вздохнул, — я буду твоим ангелом-хранителем.

В дверь позвонили. Алина тут же вскочила и понеслась в холл, открывать вновь прибывшим. На пороге стояли четверо: женщина и трое мужчин, двое из которых в руках держали небольшие чемоданчики. Один из мужчин, тот, что был постарше, что-то спросил, но Алина, не зная итальянского, только пожала плачами.

— Коста, — откликнулся с террасы Сергей.

— Серджио, — заголосил пожилой и, отодвинув женщину в сторону, быстрым шагом отправился на голос мужа Алины.

Уже через пять минут Сергей лежал на кровати в спальне. К его руке тянулась капельница с лекарством, а шустрая девица дополнительно пристраивала на штатив ещё три пакета с какими-то медицинскими препаратами. Алина, напуганная происходящим, с абсолютно сухими глазами сидела в уголке дивана, находящегося тут же в спальне и с ужасом наблюдала за суетой вокруг Сергея. В какой-то момент у неё мелькнула мысль, что, скорее всего, стоило бы помолиться Господу Богу о здравии любимого, но мысль тут же была затоптана навалившимся страхом за мужа. Сергей, взглянув на супругу, что — то сказал старшему мужчине. Тот, покосившись на Алину и согласно кивнув, дал какое-то распоряжение девушке.

«Это доктор, девушка — медсестра, а двое других — санитары», — дошло наконец до Алины.

Набрав нечто в шприц, девушка подошла к Алине, так и наблюдавшей безумными глазами за суетой, и что-то сказала. Алина, глядя на неё, силилась понять, что медсестра от неё хочет, но так и не сообразила. Не мудрено. Ведь они элементарно разговаривали на разных языках, а из-за стресса Алина этого не понимала. Девушка, снова что-то сказав, ободряюще улыбнулась и, взяв руку Алины, ловко сделала той укол. От неожиданности Алина вскрикнула. Сергей дернулся, а итальянский доктор стал что-то сердито ему выговаривать.

— Линушка. Всё хорошо. Тебе просто нужно немного поспать, — это были последние слова, которые она услышала от мужа.