Глава 27

Вы когда-нибудь видели картинки из журналов о путешествиях, где в ряд стоят павильоны с немыслимым количеством всего, начиная от ароматных специй, заканчивая резной мебелью, вручную разрисованной посудой и невероятной красоты платьями? Каждая вещь приманивает наивного покупателя, всем своим видом говоря: «Купи меня!», а продавец с самой доброжелательной улыбкой в 32 зуба утверждает, что это – именно то, что ты искал.

Именно в таком месте я и очутилась. Рынок казался небольшим, но стоило только зайти чуть дальше, он, словно ящик Пандоры, открывался с новых сторон. Мне не хотелось тратить дедушкины деньги на всякую ерунду. К тому же я составила необходимый список покупок и дала себе твердое обещание не покупать ничего лишнего. Отремонтировать дом, обставить пустые комнаты и вдохнуть в семейное поместье новую жизнь – именно с такой целью я шла на местный базар. Конечно, как и любой девушке (а я теперь снова молода, пусть и не совсем прекрасна), мне хотелось побаловать себя чем-то новым, вылезти, наконец-то, из этих серых и мешковатых балахонов и выбрать что-то красивое. Возможно, если останутся деньги, я обязательно это сделаю.

«Строго по списку, строго по списку», - мантрой крутилась в голове одна и та же мысль.

Теперь же, жадными глазами озираясь по сторонам, я впитывала в себя местный колорит. Память Глории поблёкла, к тому же она здесь была не так часто - всё, что нужно, покупали слуги, а платья девушке шили на заказ портнихи.

Бесконечные ряды одежды, посуды и прочей мелочи, невероятные ароматы свежеиспеченного хлеба, булочек и фруктов создавали такой микс, что хотелось скупить все, что попадалось на глаза. Однако сложенная в ладони бумага являлась недвусмысленным напоминанием мне о цели визита, и я, глубоко вздохнув и набравшись выдержки, двигалась дальше.

Кресла, комоды, портьеры – именно это мне предстояло найти, выбрать и купить. Ароматная выпечка не денется никуда.

- Ковры! Самые лучшие, ручная работа! – кричали с одной стороны.

- Девушка, таких тканей, как у меня, вы больше нигде не найдёте! – любезно и даже слегка назойливо зазывали с другой.

Никаких оценивающих взглядов. Для местных продавцов, желающих продать тебе свой товар, ты – самый лучший и красивый. Всё-таки рынки нигде не отличаются. Да, здесь не было и половины того, что продавалось в моём прежнем мире, но столько интересного любопытного – в новом!

На этом рынке действительно можно было найти много интересных вещей. В самом его начале местные могли купить наисвежайшее мясо, овощи, масло и любые продукты – как говорится, на свой вкус и кошелёк. Чуть дальше продавались ткани, одежда, декор, украшения – всё, что душеньке угодно. Мне показалось, что среди этих бесконечных павильонов я разглядела даже что-то, напоминающее балалайку. А то, что искала я, находилось в самом «сердце» этой торговой площади.

Выбор мебели и штор всегда был утомителен для меня. Вот и сегодня вместо того, чтобы знакомиться с товарами в артефакторной лавке, ходила между, казалось бы, бесконечными рядами с самой разной тканью.

А имея некий бюджет и немалый список необходимого, разгуляться и взять первое попавшееся не имела права. Нужно недорого и качественно, а для этих двух составляющих, как известно, требуется время.

Глаз упал на коричневато-бежевый габардин.

«Хмм, - подумала я, как следует пощупав ткань, - вроде совсем неплохо», - и позвала продавца.

Тот подлетел ко мне на всех парах, губы его растянулись в широкую благодушную улыбку. Узнав необходимое мне количество метров, он шустро отрезал ткань для будущих штор и услужливо поклонился, пообещав сшить шторы за какие-то пару часов. Ждать не особо хотелось, и поэтому я доплатила лишний медяк и написала свой адрес для доставки. Не тащить же мне тяжелые тюки на своей тощей спине.

Выйдя из тканевого отдела, направилась в мебельный. Недорогой, но весьма неплохой диван нашёлся через четверть часа блужданий по павильону. Энтузиазм выбора понемногу спадал, поэтому я без раздумий покупала то, что нравилось и подходило мне по цене. Искать, выбирать, прицениваться, а тем более торговаться – не хотелось. Семья Мэнесов всегда ценила чужой труд и по достоинству оплачивала как работу, так и любую покупку.

Спустя пару часов, уже оказавшись дома, поняла, как же дико устала.

- Шоппинг в радость? Кажется, не в моем случае, - пробурчала я, буквально валясь с ног.

Мне хотелось немного отдохнуть, когда на подушку рядом со мной присела Пёрышко. Прошло несколько дней с момента, как она заново научилась летать, и теперь птаха порхала из одной комнаты в другую настолько молниеносно, словно и вовсе забыла и своих протезах.

Мне и мастеру Гастону удалось сделать нечто невероятное для птички, теперь же настала очередь для более сложной работы. Бионические протезы для человека – вещь, требующая в тысячи раз больше внимания.

Самое сложное – сотворить «скелет» новой ноги и руки для артефактора. Как только все будет готово, останется упаковать его в «тело» (ходить с металлической рукой – то еще «удовольствие»), вдохнуть в него магию и опробовать в деле.

Видно было, с каким рвением и всепоглощающим интересом эл Робер помогал мне. В целом, мы планировали справиться недели за две. И пусть в мастерской клиентам конца края не было, это не мешало мне дорабатывать сложнейшие схемы и соединения. Когда работа в удовольствие, всегда найдутся время и силы.

К тому же искусственная рука и нога должны были «как литые» сидеть на его обладателе, стать его настоящими конечностями, иначе вряд ли в них смогут прорасти новые магканалы.

Как только моя часть работы будет закончена, наступит очередь эл Гастона.

Собрать себе новые конечности непростая задачка. Архисложная.

Новостей о Кассии всё не было. Да и в принципе никаких – иногда я попросту забывалась и мне казалось, что всё просто идёт своим чередом. Это сильно расслабляло, что было опасно – в любой момент могло случиться что угодно. Но реставрация дома и его обустройство позволяли хоть немного отвлечься от навалившихся на меня переживаний. К слову, зачем нервничать просто так и выматывать себя до состояния, когда легкое дуновение ветерка будет восприниматься как какая-то опасность? Устала жить и бояться собственной тени. Хотелось просто – жить в своём доме, чувствовать себя в безопасности, творить и вытворять… Отчего-то эта мысль заставила улыбнуться.

И одно из таких творений-вытворений - создание магтелефона (магофона). Схемы, детальные чертежи, списки с необходимыми материалами – всё это и многое другое я кропотливо собирала в особую тетрадь, поскольку на магофон я возлагала большие надежды.

Знания инженера Марии Ивановны пригодились Глории. По сути своей мне предстояло собрать своего рода привычный в моем мире аппарат, передающий электрический сигнал на спутник и осуществляющий связь с нужным номером. Вот только никаких спутников, а уж тем более и намеков на такие артефакты тут нет.

Зато здесь была магия и полная свобода действий. Магические потоки, невидимые обычному глазу, в невероятном количестве пронизывали всю землю. Создать само устройство было не так и трудно, но вот заставить его работать, настроить – над этим я ломала голову не один день. Смогут ли магические волны преобразоваться в звук, а после преодолевать километры до другого аппарата? Магичить мне нельзя, и проверить свои догадки я пока не могу. Просить мастера Гастона – значит приоткрыть завесу тайны, а мне пока ни с кем не хотелось делиться этим. А будет ли нужен уникальный номер для набора абоненту? С каждым разом вопросов становилось всё больше, но ответы на них пока не были найдены. Но это пока.

Прототип будущего телефона всё четче вырисовывался на бумаге. Конечно, беспроводную трубку с сенсорным экраном, выходом в Интернет и прочими привычными «умелками» создать будет и вовсе невозможно – увы, магия не способна заменить абсолютно все технологии, лишь дополнить и улучшить имеющиеся. Поэтому над вопросом «как создать жизнеспособный магофон» я думала даже во сне…

Если вы думали, что «синдром гнездования» встречается лишь у женщин, ожидающих ребенка, спешу убедить в обратном. Поход на базар запустил какой-то «секретный и вечный двигатель» под названием «как можно быстрее привести жилище в порядок». Прозвучит странно - уборка меня всегда успокаивала. Но поместью явно не хватало еще десятка рабочих рук. Несмотря на то, что какой-то хлам уже был выброшен, это была лишь жалкая капля в бездонном океане.

- Ну, ничего, - подбадривала себя я, собирая грязные вещи по всему дому, - по кирпичику и дом строится.

Я настолько увлеклась расхламлением, как не заметила, что ноги сами привели меня в комнату мачехи. В последний раз я была здесь, когда искала доказательства её причастности к болезни отца. И вот теперь, стоило мне в очередной раз ощутить нереальный контраст роскоши этой комнаты и нищеты остальных, меня захлестнула злость.

Теперь я могу делать, что хочу.

А хотелось одного – как можно скорее избавиться от всех вещей покойной Валерии и её сыночка. В этом доме больше ничего не должно напоминать об этих двоих. Хотя Валерии уже нет в живых.

С некоей доле брезгливости вышвыривала дорогие платья, накидки из шкафа мачехи.

- Выброшу всё!

Пакетов с вещами становилось всё больше. Отличный способ избавиться от накопившегося негатива и ненужного, хоть и дорогого и весьма качественного (Валерия никогда не экономила на себе и сыне, и выбирала самое лучшее), хлама.

Собрать чужие вещи в кучу оказалось непростым делом. Как и вынести. Пыхтя и надрывая спину, я таки вытащила всё это на улицу.

«Может, лучше сдать их в дом для бедных?» - от внезапно промелькнувшей мысли пришлось остановиться.

Что-то во мне словно сомневалось. С одной стороны, мне хотелось не просто избавиться от хлама – я бы с удовольствием сожгла эти никому ненужные тряпки. С другой же – я могла сделать доброе дело, отдав корзины с хорошим содержимым тем, кому они действительно нужны.

Промешкавшись с минуту, я глубоко вздохнула и потащила вещи обратно в дом.

- Завезу их по пути в «мыльный дом», - решила вслух.

Конечно, я могла сэкономить деньги и сама заняться грандиозной стиркой, но гораздо проще было отвести грязные вещи в постирочную. Глория никогда не была в таких местах, и совсем скоро жизнь предоставит ей такую возможность.

«Мыльный дом» - гласила тёмно-синяя вывеска над тяжелой деревянной дверью. Купец наёмного экипажа любезно помог мне донести корзины с грязным бельём, забрал медные монетки, поклонился и был таков.

Увиденная картина оживила в голове воспоминания о больших и распространенных прачечных в Америке. Очень удобно: подобные места в штатах работают круглосуточно, и со стиркой можно прийти в любое время – дешево, быстро.

Местные «прачечные» были попроще американских. Вместо стиральных машин – огромные чаны с мыльным раствором, работающие на артефактах нагрева. Вместо самообслуживания – женщины-прачки, работающих с этими незамысловатыми агрегатами. Сама конструкция отдаленно напоминала старые машины, которые заводились от сильного раскручивания ручки: работницы закидывали вещи во внушительные бочки и быстро раскручивали приваренную к ним ручку. Спустя несколько секунд раздавался гул, «машинка» начинала утробно урчать и запускался процесс стирки. Им явно приходилось прикладывать немало сил, чтобы запустить такую махину.

- Уменьшить бы её, чуть доработать, чтобы не приходилось крутить ручку самостоятельно… - размышляла я, пока наблюдала за самим процессом.

Спустя час с небольшим в моих руках были чистые и уже сухие вещи.

На следующий день в дверь постучали. По спине пробежался лёгкий холодок страха. Бедная Глория, до сих пор у этого тела такая реакция на незваных гостей.

Но пришедшие люди оказались просто нанятыми мной малярами, только я их ждала завтра.

- Завершили ремонт у мастера Варлу на день раньше, - улыбаясь, сообщил один из них, - госпожа эль Глория, мы решили, что вы не будете против, если мы приступим к работе у вас пораньше?

Конечно я не была против! Только за!

На сегодняшний день дом уже выглядел неплохо - его пронизанные магией стены демонстрировали, что хозяин стремительно идёт на поправку. Вот только облупившуюся краску внутри и снаружи дома следовало обновить, кое-где заменить прогнившую черепицу и оконные рамы.

На покраску особняка понадобилось несколько дней, однако результат стоил того: арка вновь стала белоснежной, новенький слой краски сразу создавал вид ухоженного дома. Смотришь – и глаз радуется.

Единственная деталь всё еще портила впечатление и печально мозолила глаза. К сожалению, смотреть на некогда роскошный сад без слёз горести было просто невозможно.

- Одной мне не справиться, - вздохнула я.

- Добрый день, эль Глория! – неожиданно раздавшийся за спиной бархатистый баритон заставил вздрогнуть и резко обернуться.

И хоть этого человека я не ожидала увидеть сегодня, а в особенности во дворе моего дома, но узнала по голосу и интонациям.

- Вы умеете застать врасплох, эл Ноа. - заметила я чуть саркастично, ну, не удержалась. - Какими судьбами столь рано? - отчего меня тянет всё время ему нахамить? После моей фразы с виду самой безобидной, но интонационно совсем наоборот, Ноа чуть нахмурился, улыбка его поблёкла.

- И вам доброго утра, эль Глория! – повторил он приветствие, вгоняя меня в краску, ну и невоспитанная же я леди, даже не поздоровалась в ответ. - И да, будем считать, что я умею делать сюрпризы, - всё же выдавил он, и перевёл тему: - Ваш дом выглядит куда лучше.

- Простите, я снова веду себя некрасиво. Утро какое-то заполошное выдалось.

- Поместье определенно стало выглядеть лучше, - вздохнул он, - а настроение у всех бывает не в ту ногу.

Мы немного помолчали и я уже было открыла рот, чтобы уточнить, зачем же он всё-таки пришёл, как эл Ноа заговорил вновь:

- Дом потихоньку восстанавливается, осталось привести в порядок ваш некогда роскошный сад. Собственно, поэтому я здесь. Позволите? Право, магичить без позволения хозяйки я не имею будет не очень красиво, - обезоруживающе улыбнулся он, очаровательные ямочки заиграли на его гладко выбритых щеках и я снова смутилась.

На красоту ведусь! Эх, где мои мозги?!

- Я ведь обещал помочь, вот освободил в своём графике пару дней, чтобы заняться вашим садом. Конечно, было опасение не застать вас дома в день лени, но интуиция меня не подвела.

Журдэфлемардиз – выходной или день лени, когда в этом мире откладывают все дела на потом и посвящают день отдыху и безмятежности. Ну, почти все.

- Не стоило, эл Ноа… мне не удобно перекладывать на ваши плечи решение своих проблемы, - сказала я.

Тем временем мужчина подошел к одной из почти засохшей, некогда раскидистой и очень плодоносной, яблони… прижав ладонь к стволу, Элиассон загадочно мне подмигнул, а после сосредоточился полностью на растении… что-то беззвучно шепнул и яблоня чуть качнулась.

- Всё в порядке. Не волнуйтесь о моём времени, - отойдя от дерева, ответил мне Ноа.

А я смотрела как яблонька вдруг встряхнулась, словно живая, скидывая пожухлые листики полностью, её ствол посветлел, веточки воспряли, чудеса…

- Завтра проклюнутся почки, затем листочки, - прокомментировал эл Ноа, - не всё сразу, нужно было запустить процесс омоложения. Растения тоже живые и очень чуткие, слишком много магии может их погубить.

С этими словами он закрыл глаза и положил ладони на высушенный ствол соседнего дерева, оно выглядело гораздо хуже первой яблони. Медленно проводя руками вверх-вниз по шершавой древесине, нашептывал какие-то странные слова, смысл которых мне был непонятен.

В какой-то момент его лицо стало очень сосредоточенным, руки плотно обвили ствол. Со стороны объятие с деревом казалось даже забавным, но спустя мгновение я застыла, оторопев вновь.

Некогда сухое и практически безжизненное дерево словно напиталось соком жизни.

- Вот и в ещё одно вдохнули жизнь, - довольно улыбаясь, проговорил Ноа, и двинулся дальше.

Всё это время артефактор, то бишь я, способный оживлять механические машины, стоял практически неподвижно, в шоке глядя на творимую магию иного плана. Если в машинах мне всё было понятно, то совершаемая Ноа магия за пределами моего разумения.

А тем временем с каждым заклинанием земного мага безжизненный сад словно пробуждался от забвения и расцветал прямо на глазах.

Просто невероятно!