Глава 99

Таланты у детей прорезаются вместе с зубами.

Даже если кто-то лично не участвовал в выращивании молочных зубов у детей, наверняка слышал немало об этом периоде жизни любого ребёнка.

С Сашей удалось избежать многих проблем, но зубы пришлось выращивать с боем. Она перестала спать на прогулках, а ночью выключалась только на короткое время и только на руках.

Весила она уже прилично. Прабабушке так и совсем не под силу держать на руках. Бабушки поделили все будни. Приезжали перехватить Сашу из рук едва живой Сони. Янек старался освобождаться пораньше. И брал на себя ночь. Сам впервые заговорил про няню. Но встретил такой взгляд жены, что отступил сразу.

— Я не пущу чужого человека в дом. И не отдам никому дочь!

— Соня, но так ты сама скоро рухнешь.

— Ничего, справлюсь, — как отрезала.

Янек уже не знал, как передать Соне приглашение к Егоровым на день рождения Верочки. Какие гости с малышкой на руках, у которой зубы? Никакой гарантии. Заминировано. Шаг вправо, шаг влево — и вечер пойдёт прахом.

— Езжай один, — предложила Соня.

— Давай мама посидит. Ты хотя бы развеешься.

— Вот увидишь, тогда нам придётся сорваться домой через десять минут после прихода.

— Тогда берём Сашу с собой. И как получится. Все предыдущие праздники мы с тобой вообще собственного ребёнка на руках не держали.

Это была чистая правда. Сашенька "шла по рукам", стоило Горовицам приехать в гости к друзьям. Но одно дело маленький дружелюбный улыбчивый пупс со смешными тёмными кудряшками, и другое дело — монстрик, отращивающий зубы.

Конечно, им были рады. Сашенька сначала перешла на руки к Косте Акимову.

— Надюх, ну смотри, какая лялька!

— Костя, даже не начинай.

— Мойше можно, а мне нельзя?

— У тебя уже есть, слава богу. Внуки теперь.

— Мам, чур тебя, какие внуки! — сделал испуганное лицо Слонёнок.

— Ой, кто ж тебя знает, лба здоровенного!

— Так, ребята, дайте Соне с Янеком хоть поесть, — вмешалась Варвара. — Вы вообще спите?

Их усадили за стол. Дальше Соня не запомнила. Она обнаружила себя проснувшейся в гостевой спальне большого дома Егоровых. Села на кровати. Прислушалась.

В комнате рядом кто-то пел. Через пару секунд стало понятно, кто. Юля Орлова. Что-то про зелёную карету, мышат и ежат. От звука её голоса самой захотелось вернуть голову на подушку и уснуть. Но "яжмать" внутри Сони не позволила это сделать. Она на цыпочках выбралась в коридор. Мельком глянула на часы. Прошло, оказывается, три с половиной часа. За это время Саша уже могла закатить десяток истерик. А детей в доме было очень много. Соня застыла возле двери.

— Спи, принцесса Александра. Баю-бай, — услышала она. И тишина.

Открыть дверь очень хотелось. Аж ладони чесались. От ревности скручивало в узел. Но мысль, что Саша не плачет, а просто спит после Юлиной колыбельной, не дала открыть дверь. Соня усилием воли прошла дальше, спустилась по лестнице.

Внизу нашлись Варя, Надя и Жанна.

— Ну слава богу, поспала! Ты выключилась просто. Как кнопку нажали. Янек тебя отнёс наверх. Кофе сварить тебе? — обняла Соню Варвара. Соня благодарно кивнула.

— Дети с мужиками во дворе. Отправили на площадку, чтобы под окнами вам не орали. Саша наверху с Юлей, — Жанна Орлова смотрела внимательно.

— Да, спасибо. Это чудо, что она уснула. Сильно истерила? У нас зубы, — оправдывалась Соня.

— А она вообще не плакала. Залезла на Юльку, как обезьянка, зажевала ей кофту. Янек достал баночки из вашей сумки. Мы погрели. Покормили. Ты не переживай, Юлька с маленькими умеет. Мне иногда кажется, что сама она много детей уже не захочет, — Жанна глянула в окно. — Ахтунг, бабоньки, все возвращаются. Давайте чай накрывать.

Соня притаилась с чашкой кофе и пыталась впитать в себя эту атмосферу. Признаваясь себе, что немного завидует умению Жанны и Вари делать праздник из ничего. Спокойно относиться к беспорядку и не требовать идеала от себя и других.