Глава 119
Плохие новости никогда не бывают ложными.
Визиты с Сашенькой к бабушкам уже вошли в расписание. Бабушка Рая чувствовала себя много лучше, дисциплинированно пила лекарства. Кларе Львове сняли спицы. Доктора давали хорошие прогнозы по восстановлению. Но она не торопилась окончательно перебираться восвояси. Рука ещё так себе слушалась. Да и, как она выражалась, "ансамблем" им всем было немного легче выдерживать это непростое для семьи время.
— Детка, гифелте фиш — это не так сложно, как кажется, — бабушка Рая запаковывала им с собой только приготовленную рыбу, — Главное делать её с любовью. Тогда ничего нигде не развалится.
— Ой, куда ж столько? А вы что будете кушать?
— Дай уже радость моему старому сэрдцу, деточка. Я хочу, чтобы те, кто нам так помогают, немножко вкусно покушали, что я умею. Это моя к ним любовь.
Юля засобиралась. Время "сеанса связи" приближалось, и ей уже давно следовало "скрыться с радаров". Так правильно. Она пошла обуваться, чтобы тихо покинуть квартиру, пока все собирались на кухне.
На ноутбуке было слышно интернет-звонок.
— Папочка! — воскликнула Сашенька.
Юля затихла в тёмной прихожей. Ладони стали липкими. Она очень хотела уйти, но не могла. Ноги к полу приросли. Ей подумалось, что это даже хуже, чем подглядывать в спальню. Очень неправильно. Но сделать с собой она ничего не могла. Парализовало. Ей хотелось услышать его голос. Пусть только одно слово. И пусть адресованное не ей, а родным. Только услышать его, и она уйдёт, пообещала себе Юля.
Ей было слышно, как разом заговорили бабушки, Янека не расслышать никак. А мозг вцепился в Сашенькино: "Папочка!" Логика, как ни странно, работала. Возник вопрос, где Соня.
Потом послышался топот детских ног. Сашенька из кухни пошла в комнату. Зашуршала чем-то. Видимо, её послали искать какой-то рисунок. А на кухне стало тихо.
Иногда в мультфильмах показывают, как лёд сковывает фигуру человека. В этот момент Юля это ясно ощутила на себе.
— Похороны послезавтра. Она так хотела. Тут. И чтобы только я и Борис, — услышала Юля голос, который будто и не принадлежал Янеку.
Это же не может быть Янек. И это точно не про Соню. А про кого-то из знакомых. Мало ли в больнице... Вот только в этот момент Юля точно знала, что это так. И голос его. И про Соню.
Чтобы не дать себе упасть, она больно ущипнула кожу на руке. Потом зажала себе ладонью рот. Откуда взялись силы открыть дверь и буквально выпасть из квартиры, понять не успела. Мозг кричал, что сейчас там троим уже очень не молодым женщинам будет нужна помощь. А она оставила там ребёнка двух с половиной лет от роду. Но ноги несли по лестнице вниз.
Она пулей выскочила из подъезда, спрятаться во дворе было негде. Юля кинулась на набережную в парк. Через какие-то кусты. Чтобы ни одна душа её сейчас не увидела и не услышала. Орать себе не позволила. Но дышать было совсем нечем. Юля сделала несколько бесполезных вдохов. Голова закружилась. Она сползла по шершавому стволу большого дерева прямо на землю.