Глава 132

В деревню, к тетке, в глушь, в Саратов...

Как там было у классика? "Вон из Москвы" (Грибоедов "Горе от ума")? Бегом, чтобы даже случайно рядом не оказаться. Чтобы не дай бог не потянуло увидеться и понаделать новых ошибок с неизвестными последствиями.

Потому что сейчас ситуация была ещё хуже и опаснее, чем когда Соня была жива. Одна даже такая формулировка звучала страшно. "Когда была жива", это означало "когда Янек был женат". А сейчас выходило, что он свободен. "Налетай, торопись, покупай живопИсь." (фильм "Приключения Шурика") Кошмар!

Поэтому Ксюшино предложение поработать вожатой было очень своевременным. Документы все были. Они ещё к практике оформляли. Кроме того, туда ехал Сашка Новиков. Это тоже жирный плюс.

Ни одна живая душа не узнает, что на самом деле этот высокий стройный блондин с притягательным синим взглядом, умеющий ремонтировать всё, что движется, и забивающий баскетбольный мяч в корзину от противоположного кольца, Юлин племянник.

А узнают, всё равно не поверят. У них ничего общего во внешности. Да и с чего бы. Сашка приёмный. И Юля отлично помнила, как Ксюша со Славой добивались его усыновления.

Сашка больше всего на свете ценил семью. Маму и отца боготворил. Бабушку и деда обожал. И носил гордое звание старшего внука Владимира и Жанны Орловых, как носят ордена. Прабабушек и прадедов любил и почитал. И удивительным образом отлично ладил с единственной тётей и аж с четырьмя родными и двумя двоюродными дядями. Над тем, что "дядя Эдик" младше "любимого племянника" смеялись на многих семейных праздниках.

В лагере думать о Янеке получалось только ночью. Тогда Юля снова и снова проигрывала в голове те минуты, которые они были вдвоём. И скучала. По Янеку и по Сашеньке. По её тёплым маленьким ладошкам. И мягким кудряшкам, таким же, как у отца.

Днём даже им с Сашкой, привыкшим к куче детей, было непросто. Им достался самый дурацкий возраст — четырнадцать лет. Девочки уже выросли, мальчики их догонят только года через два-три.

Сашка тащил на себе режим и спорт. Юля — порядок и творчество. И все вокруг думали, что они — пара. Обоих это очень устраивало.

— Не грусти, моя милая Жюли, — Сашка целовал Юлю в лоб, — твой принц никуда не денется.

В этот момент все девочки отряда глубоко и проникновенно вздыхали. Им тоже хотелось, чтобы синеглазый рыцарь вот так их опекал.

— Сашка, тише говори, — шипела Юля, — всю легенду разрушишь, — не улыбаться рядом с Сашкой было сложно. — И про кого это ты?

— Эх, Жюли... Зачем ты задаёшь вопрос, на который знаешь ответ?

Юля опустила глаза. Получалось, что это никакая не тайна. И все её старания зря.

— Мы просто любим тебя, Жюли. Вся семья, — попытался утешить её Сашка. — Мы знаем тебя. И знаем Янека.

— Саш, я никогда...

— О Господи, Жюли... Ты ведь и замуж за того хорька засобиралась, чтобы себе мосты сжечь. А тут такое. Конечно ты не могла этого хотеть и никто не думает, что ты этому рада. Вот только я думаю, что это последнее дело — предавать любовь. Мой отец маму тоже с детства любил.

— Тут другое дело...

— Не вижу разницы. Грибоедов тоже был сильно старше своей княжны (у Грибоедова разница в возрасте с женой — княжной Нино Чавчавадзе была 15 лет). И увидишь — он придёт сам. Всё, погнали. Нам ещё номер на закрытие смены репетировать.