Глава 183

Зависть смотрит в микроскоп, а любовь — в телескоп.

Умение радоваться за других без зависти и задних мыслей — этому свойству своей жены Янек не переставал удивляться. Юля буквально расцветала, когда вокруг неё у кого-то случалось что-то хорошее. Умела ли она завидовать? Янеку казалось, что всё же да. Но в форме мечты, а не пожеланий неудачи другому.

Вот на этом мечтательном выражении глаз Юли он сейчас и сосредоточился. Её радость за Акимовых имела оттенок задумчивости и мечтательности.

У Янека от такого зрелища внутри стало разгораться пламя. Если женщина хочет от мужчины ребёнка — это, кажется, высшая форма доверия. И вершина любви — захотеть, чтобы появился на свет человек, похожий одновременно на вас обоих. Пройти ради этого долгий, трудный и опасный путь до рождения. И совсем уж героический — после того, как ребёнок появится на свет.

А Юля в этот момент судорожно считала в уме дни: двадцать девять, тридцать, тридцать один... Сбилась. Стала незаметно пальцы загибать. Почувствовала, как жар приливает к щекам. Решила, что нужно глянуть на календарь. Мало ли ошибок. Да и нервов последние события вымотали немало. Может, что-то сбилось в настройках организма. Три-четыре дня вообще ещё не считается.

Янек говорил, Надя вся зелёная. Токсикоз. А это уж точно не совсем первые недели. Она прислушалась к себе. Её-то точно не тошнит. Или это нужно утром проверять? Она осторожно скосила глаза на свой живот. Естественно, абсолютно плоский. Воображение дорисовало. В один момент. Легко. С внешним эффектом более менее понятно. А вот что будет внутри? Как это, когда ты носишь ребёнка. Какие ощущения?

Тут же вспомнилась Соня с огромным животом, в котором буянила будущая Александра Яновна. И тот внутренний свет, который исходил тогда от Сони. Стало грустно. И стыдно. Самую малость. Она не отбирала у Сони Янека. И Сашеньку не отбирает. Малышка, возможно, никогда не назовёт её мамой. И это, хоть и обидно немного, но справедливо и правильно.

Янек смотрел внимательно. Интересно, о чем Юля так сосредоточенно думает, пока посуду в посудомойку убирает. Подошёл. Оторвал её от этого занятия.

— Принцесса, давай я. Отдыхай.

Юля порывисто прижалась. Задышала ему в шею.

— Янкеле... Получается, что Наде рожать уже ближе к зиме?

— Ты про это думала сейчас?

Юлино плечо под его ладонью дернулось.

— Я думала про наших детей, — выдохнула Юля, краснея. Нашла силы поднять глаза на мужа.

У Янека было такое выражение лица, будто Дед Мороз принёс ему самый долгожданный подарок.

— Если они будут, это чудесно, родная!

— Дом успеем доделать?

— Там сейчас уже только отделка осталась. Коммуникации все есть, — Янек переключился на другую тему.

Усталые мозги не уловили подтекст. Только уже засыпая, Янек ещё раз прокручивал в голове день. Вечерний разговор с женой вспоминался уже в дремотной дымке. Но последний Юлин вопрос выдернул Янека из процесса засыпания. Как она спросила? Успеют ли они доделать дом? До какого времени? Не до родов же Нади. Тогда что? Логика никак не выстраивалась.